Lonely?

Фэнг пришел в себя спустя час-полтора. Вокруг царила гробовая тишина. Сентябрьская прохлада за окном, запах еловых ветвей и рельефные стены из бревен. Этот лесной двухэтажный домик был своеобразным складом, где и хранили весь инвентарь для проведения игр. Место по сути своей являлось дачей семьи Джанкер, однако в один момент Пэм организовала здесь сие развлечение. Посторонних пускали редко, чаще проход был открыт лишь для немалой компании их родственников, друзей и знакомых, но постепенно эта компания начала расширяться, как и поле битв. Рядом со скучающим видом мучила свой смартфон Джесси - дочь владелицы участка. Рыжеволосую бестию не пускали на арену, но и в городе её оставить было нельзя, а потому Пэм запрягла девчушку по мелочи помогать игрокам: таскать боеприпасы, присматривать за раненными в подобных ситуациях, играть роль комментатора. Именно её голос обычно озвучивал выбывших и вернувшихся в противостояние, напоминал об оставшемся времени раунда, давал дополнительное и говорил о принудительном отстранении участника в случае несоблюдения правил. Как только парень неспеша, с перерывами на дыхание, поднялся при помощью рук в сидячее положение и окинул мутным взглядом комнату, девочка тихо пискнула, слетела со стула и умчалась за дверь, оставив ту приоткрытой. Вновь тишина, вдобавок к которой теперь ещё и пустота. Фэнг вздохнул, прикрыв глаза и помассировав висок. В ушах зазвенело, но быстро сменилось обыкновенными редкими ударами ветра в окно. Посмотрев вниз, за чуть грязное стекло, он сразу заметил развевающийся вслед за стрелком мягкий полосатый шарф. Эд либо был соло бойцом, либо взял в напарники кого-то из двоих запасных. С тоской, блестевшей в радужках, осев обратно на кровать, Фэнг вдруг вздрогнул от скрипа открывающейся двери. Внутрь вошла высокая, массивная фигурой дама, Джесси почти бежала за ней на своих коротеньких ножках в свободных бежевых брючках и гольфообразных белых носках без орнамента. Пэм улыбнулась Фэнгу привычно по-доброму и протянула стакан воды, затем плюсом блистер с одной белой таблеткой. Лоб неприятно ныл от резкого столкновения с землей, а потому от обезболивающего боец отказываться не стал. Кинув пару небрежных фраз о хлипкости юноши та, смеясь, вышла обратно, закрыв за собой дверь чтобы затем вновь распахнуть ту, пихнуть Джесси в комнату, и захлопнуть. Студент невольно хихикнул, смотря как рыжеволосая с обиженной миной лениво залазит на свою табуретку. — Джесси? Тебя ведь так зовут? — искренне заинтересованно обратился парень, всё так же сидя на заправленной постели. Она робко кивнула, перестав что-то делать в телефоне и просто теребя углы его чехла. — Прости, но ты же следила за происходящим на поле… Что произошло? Байрон… То есть, мистер Байрон ведь не воспользовался ничем необычным? Но в ответ Джесси лишь отрицательно покачала головой, отведя взор. Она набрала в грудь воздух, будто готовая сказать что-то, однако в итоге просто чихнула, подтерев нос рукавом серой махровой кофты. — Будь здорова, — с улыбкой произнес он и снова погрузился в наблюдение. Ему стало намного лучше, но что-то в том сне никак не давало покоя. Чёткое воспоминание терзало разум, ни на миг не отвязывая нить легкой головной боли. Что это было за место и почему всё казалось таким реальным? Таким осязаемым, живым, дышащим. Помотав головой, он поставил локоть на подоконник и прижался щекой к ладони. Потихоньку в импровизированное лобби, к беседке, начали выходить пары. Сначала из игры вылетели Байрон и Пайпер, поскольку их передвижения после инцидента наблюдали если не все, то многие. Блондинка смеялась, вытирая салфеткой краску с «простреленного» бока, а старик ворчал что-то о Фэнге, снимая желтый платок с предплечья. Это был последний раунд на сегодня, предыдущие два завершились: а) ничьей, б) победой пары белых флажков. Финальная игра набирала обороты двойных шутов, тройных и даже сразу четверных. Кто же столь слаженно спелся со своим напарником? А может в соло тащил за двоих? Тем не менее, вслед за жёлтыми вышли синие платки – Колетт и Тара. Старшая сестрица вечно сонного продавца ковров разочарованно смотрела в пол, не обращая внимания на идущую рядом девушку. Та же на ходу снимала с себя защиту, маша большими рукавами и мчась к Пайпер дабы со всем спектром эмоций описать «выстрел из ниоткуда прямо в лоб». На ее шлеме рдела ярко-красная клякса. Цвет команды, в которой был Эдгар. Осталось восемь пар. Громогласный голос Палмер смеялся, озвучивая вылетевшие цвета команд и вдруг назвал новые имена. Шелли с надутыми щеками сидела на плечах Кольта, держа свой шлем подмышкой. Зелёные выбыли. Добровольно сдались розовые – у Беа, находившейся в команде с заботливой Розой, сильно заболело колено; Брок и Бастер – фиолетовые; Рико и Булл – чёрные; Поко и Бо – оранжевые; Эмз и Биби – голубые. Далее из кустов уже привычно сонный Сэнди вытащил буквально за шкирку своего друга-хамелеона, положив на стол перед судьей лишь три флажка, которые не смогли отобрать победители. Пэм с усмешкой ведет бровью и громко оповещает об окончании игры. Последними покидают площадку двое с красными повязками. Один идёт неспешно, почти бесшумно и держа винтовку дулом вниз, но выдает его больше всё-таки длинный полосатый шарф вокруг шеи. Походка второго же участника вызывающая сама по себе. Он словно стоит на пружинах, даже не пытаясь сдержать подвижные суставы в более спокойном состоянии. Скинув с себя шлем, он протягивает организатору ровно семь флажков. Ожидаемо. Имя игрока – Честер. Парень совсем недавно прибился к их компании благодаря Таре, но сам его вид говорил о хорошей физической подготовке и гибкости, что обосновывало легкость занятия первого места в топе. Особенно если учитывать Эдди как одного из быстрейших среди них всех. Эд, смотря на партнерскую лыбу до ушей лишь тихо фыркнул, уходя в сторону зоны отдыха, где сидели остальные. Шлемы сняты, камуфляж собран в ровные стопки, маски, респираторы и очки сложены в отдельный контейнер для дальнейшей обработки, а разноцветные ленты теперь на столе в порядке выбывания, ориентируясь на последний матч. Женщина отправила всех в дом на перекус, а сама села подсчитывать результаты и размер награды для победителей – часть суммы начальных ставок. Без своих зеркальных рыжих очков и мрачного обмундирования Эдгар выглядел намного более безобидно. Фэнг вместе с дочерью Пэм спустился вниз дабы присоединиться к трапезе и рухнул на свободный стул рядом с напарником. — Ну и, с кем лучше? — поинтересовался каратист, параллельно уплетая пеперони кусок за куском. — В плане? — Эдгар потягивал заранее купленный яблочный энергетик, кося взор темных зрачков на друга. — Тот парень крут, да? — Довольно неплох, — честно ответил юноша, закинув ногу на ногу, — а что, хочешь, чтоб тебе в следующий раз дали наконец другого? Устал от однообразия? Фэнг, жуя, замахал руками и неловко улыбнулся. — Нет-нет, — скомкано пробурчал парень, почесывая затылок, — вовсе нет… Эдгар невольно улыбнулся. Ловко подцепив деревянными палочками один из запеченных роллов с шапочкой из крабового крема, он обмакнул тот в соевый соус прежде чем аккуратно, держа под едой сложенную вдвое салфетку, закинуть его в рот. Приятный солоноватый вкус сои смешался со сладковатым кремом, клейковатым рисом и слегка сухой начинкой из какого-то мяса. В их компании «роллы или пицца» - извечный вопрос перед просмотром фильмов или редким празднованием чего-либо. За большим столом сидели все игроки и Джесси среди женской половины. Народ общался, обменивался новостями, впечатлениями и прочим. Компания поделилась на долю дам, шепчущихся в своей части в основном о собственных успехах; смеющихся мужчин, на чьих лицах то и дело играли счастливые улыбки, а с губ слетали отборные анекдоты; молчаливых Честера и Джесси и разбившихся на отдельные пары и трио друзей. С конвертом, полным купюр, и листом с подсчетами, позже вошла Палмер, легко влившись в тягучую карамель непринужденных разговоров о рутинных бедах, радостях, странностях. Так прошел день общего сбора на этот раз. Вечер завершило выступление Честера с отличным стендапом, шутки для которого он придумывал на ходу пусть и с переменным успехом, но всё же весьма искрометно. Первое время смеялись в голос только отцы и некоторые молодые пары, а затем даже для детей прозвучало несколько «убийственных». Первой спать Пэм отправила свою дочь, дабы аудитория сузилась в возрастном диапазоне, а потом троица биологов резко извинилась, поблагодарила всех за приятно проведенное в коллективе время и уехала на одном авто. Организатор махнула рукой и с ехидной улыбкой вынула из узкого шкафчика две бутылки красного полусладкого. Довольное «ооо» пронеслось гулом по всему первому этажу, и толпа разразилась заразительным смехом. Зазвенели бокалы, разлился алкоголь, внезапно наполнились печалью взгляды водителей. Однако для последних Пэм учтиво подготовила добротный бочонок кваса и пару банок энергетических напитков Макс. Стук тарелок, стол наполнился изобилием закусок. В воздухе повис сладкий аромат спиртного и сыров, колбас, мясных нарезок из рыбы/свинины. От всего этого у Эдгара закружилась голова уже спустя жалкие десять минут застолья. Протиснувшись к выходу на крытую веранду, он открыл окно и свободно вдохнул чистый, свежий воздух с примесью лесных нот, чтоб звучно выдохнуть еле заметный пар. Холодает. Вытянув перед собой руки и хрустнув несколькими суставами при такой небольшой растяжке, Эд слышит, как некто тоже выходит из дома, а затем дверь на веранду резко захлопывается. Плечи брюнета дрогнули и тот оглянулся через плечо.