***
31 декабря 2023 г., 21:24
Примечания:
ПБ включена 💕
Минхо — снежный игривый дух, который несёт на своих плечах радости трёх месяцев зимы. Правда, он ещё молод для того, чтобы доверять ему большие города, поэтому Минхо летает, рассыпая миллионы снежинок над небольшим городком, чьи дороги не везде освещены фонарями.
Ему вроде и обидно немного за то, что не позволили распространить свои ветра на большие пространства, но, с другой стороны, Ли может уделить каждой снежинке внимание. Может украсить абсолютно всё чистым и белым снежком, чтобы люди глаза чуть жмурили от того, что он светится на солнце, искря. Может очистить небо от особенно густых туч, готовых вот-вот устроить снегопад, чтобы ребята со школы спокойно добрались домой.
Он может правда многое.
Однако не может примерно столько же.
Минхо временами хочется, чтобы дети знали, кто одаривает их лёгким морозцем. Знали, кто пролетает мимо их окон, оставляя странные узоры.
Знали, кто делает зиму настоящей.
Минхо ещё сам ребёнок в какой-то степени, так как только недавно его выбрали в Хранители. Всего несколько зим были в его распоряжении, а предстоит, наверное, во много раз больше. Минхо нравится то, что он делает, но как же хочется, чтобы эти тёплые улыбки были направлены не на снег за окном, а на него.
Возможно, он немного грустит от того, что его не видно. Возможно, этот дождь, взявшийся из ниоткуда в конце декабря — его попытка выпустить слёзы. Духи не плачут, поэтому погода делает это за них.
Возможно, Минхо просто хочет, чтобы кто-то сказал, что он молодец, и зима бы не вышла такой сказочной без него. Да, Минхо нужно это подтверждение, потому что ещё многого не знает и беспокоится, что что-то делает неправильно. До него был опытный дух, сведущий, как сделать праздник, как сотворить новогоднее чудо, как побудить людей к восхищенным улыбкам.
А Минхо — нет.
В первую свою зиму он забывал расчищать небо от особенно мрачных туч, поэтому дома засыпало чуть ли не по самые крыши. Люди бранились на снег, расчищая каждый день дороги, чтобы хоть как-то добраться до того же магазина.
Во вторую постарался исправиться, учась на ошибках. И был настолько усерден, что снега так и не было особо, ведь Минхо освобождал всё небо от злосчастных тёмных облаков.
Всё не так. А Ли искал этот баланс, так как никто ему ничего не объяснял. Просто кинули его в этот омут из множества обязанностей, когда как ему бы самому веселиться под новогодней елкой, раскрывая подарки.
А духам подарков не дарят. Для них — это улыбки да радостные возгласы детей, которые увидели декабрьский снег. Для них не существует благодарности, кроме собственного фантомного ощущения, что всё удалось. Что зима вышла настоящей, снежной.
Для людей духи — легенды. В них верят как во что-то волшебное и неуловимое, ведь не видно же. Не доказано.
Детям рассказывают сказки на ночь, упоминая, что зима сотворяется некими чудесными созданиями, которых выбрала Луна. Та, что после того, как они закончат свою работу, отправит их к себе на небо в качестве звёзд, чтобы были рядом.
Чтобы помогали блестеть небу своим искрящимся свечением.
Минхо не хочет на небо. Он хочет на Землю. Остаться обычным парнем, после того, как для зимы выберут другого творца. Минхо хочет сам пройтись по заснеженным дорогам да ладошкой отломать какую-нибудь сосульку с крыши.
Минхо хочет сам ощутить эту зиму.
Но пока что это всего лишь его мечты.
Всего лишь мысль о новогоднем чуде.
***
Время летит и правда быстро, когда засыпаешь на долгих девять месяцев, чтобы вернуться и не смыкать глаз целых три. Минхо просыпается в ночь первого декабря, чтобы наутро люди увидели дорожки, запорошенные пока что тонким слоем снега. Узрели начало зимы, ведь он вернулся — снежный дух маленького городка. Минхо лениво потягивается, возвращаясь в облик человека. На время, пока для зимних духов нет работы, они облачаются во что-то неприметное в самых укромных местах городов, где они творят магию три месяца в году. Вот и начало. Это пятая зима, которую Ли проведёт под собственным контролем. Он уже придумал небольшой план, а также мысли, о которых будет думать в течение всех трёх месяцев. И самая главная из них — он хочет, чтобы кто-то его увидел, а, может, просто произнёс имя, которое, конечно, никто и не знает. Хотелось услышать случайное слово, оброненное в сторону восхищения к особо пушистому снегу или, может, ясному небу. Минхо лишь вздыхает, взлетая над пока что тёмным городом, укрытым сиянием звёзд и Луны, что, как всегда, наблюдает за всеми духами с неба. Сейчас она особенно светла, ведь наконец проснулись её любимые снежные дети. Наконец настала пора укутывать дороги белым цветом, что отразит её свечение. Минхо пролетает всё пространство, которое предстоит украсить, а заодно вспоминает уже ставшие родными дома. Он скучал по возможности приносить зимние радости в жизни людей, которым уже не терпится украсить дома под стать приближающемуся празднику. Хотя, может, кто-то и не так горит желанием проникнуться духом Нового Года. Ли чувствует таких людей, что ещё не готовы наряжать ёлки да комнаты мишурой, однако это нормально. Для этого он и есть. Дух, который несёт за собой настроение зимы и праздника. Ещё есть время, ведь только наступило первое декабря. Вокруг знакомые дороги, которые слабо освещаются уличными фонарями. Деревья, что стоят совсем без листьев, от чего Минхо стало их очень жалко и поскорее захотелось укрыть снежным одеялом. Невысокие пятиэтажные дома, где в некоторых окнах до сих пор горит свет. Минхо нравятся такие любители посидеть допоздна, так как именно они становятся первыми зрителями его шоу, где декабрьские снежинки спускаются с неба. Пока остальные спят, они подходят к окну, чтобы понаблюдать за тем, как на город опускаются пушистые хлопья. Минхо любит искать эти восторженные глаза, так как те передают эмоции, что обычно не озвучиваются. Обычно Минхо их не слышит. Лишь видит радость через взгляд и, честно, улыбается и этому. Ли, в принципе, привыкает жить с мыслью, что он всего лишь легенда о снежном духе. Всего лишь сказка на ночь для маленьких детей. Но тоже ведь неплохо? Минхо снова чуть мрачнеет, так как погружается в мысли, что всегда ведут его к унынию. Духи же не должны плакать, так почему он всегда на грани? Да, хочет дарить зимнее чудо. Да, не может получить его в ответ. Минхо головой чуть качает, чтобы сбросить с себя ненужное грустное наваждение, потому что ему сейчас не до этого. Его цель — сделать первое зимнее утро незабываемо-снежным. Как он умеет. Научился. Подлетает к самому небу, где собрались облака, готовые к тому, что скоро из них посыплется на город пушистое чудо. Взмахивает рукой, чтобы растрясти скопление теперь уже снежных тучек. Над самыми первыми снежинками, как и над последними, Минхо старается лично. Вертит в руках, формируя собственный и неповторимый узор, что порывом ветра может прилепиться на чьё-то окно. Это его особенная отдушина, чтобы отгородиться от тяжелых дум, ведь он погружается всем естеством в создание уникальной снежинки, которая станет прототипом для всех следующих, что будут сыпаться такими только этой ночью. Минхо пальцем вычерчивает множество граней, стараясь сделать малютку неповторимой, узорной, чтобы, упав, может, на чью-то варежку, запомниться своей красотой. Хоть и мимолётной; хоть и той, что растает, но если она сможет улыбнуть в моменте, Минхо будет рад. Сам растянет губы смущённо. Да, нравится видеть, как на людей влияют его чудеса и маленькие зимние радости. Вот, он закончил формировать свой крохотный шедевр, коим считал каждую снежинку, что слетала с его рук. Дует на ладошку, где она красуется, и как только та срывается с руки, за ней, вниз на город, устремляются миллионы таких же. Теперь и тучки заняты делом, поэтому Минхо, довольный ими, летит к окошкам домов, чтобы поискать любопытных и неспящих, что увидят первый снег. Ему хочется найти кого-то, кто улыбнётся тому, что зима уверенно вступает в свои законные права. Хочется найти, чтобы понять, сделал ли он хорошо. Сотворил ли он правильное начало декабря и настроил ли на нужную атмосферу. Да, ещё, возможно, рано говорить об этом, но Ли не может по-другому. Он не успокоится, пока не убедится в том, что поступает верно и так, как от него ждут. Точнее от зимы, ведь конкретно от него никто ничего не ждёт, так как даже не знает, что он существует. Почему Минхо так сложно об этом не думать? Почему другие духи спокойно живут себе и не беспокоятся о том, что их не видно и не слышно? Почему Минхо желает быть увиденным так сильно? И снова он тяжело вздыхает, расправляя на лету чёрную толстовку. Ли активно отрицает существование другой одежды, которую обычно носят духи. Слишком много слоев, да и жарко, так как приходится постоянно быть в движении. Поэтому он выбрал практичную и удобную людскую, только вот без обуви, ведь зачем она тому, кто не может почувствовать холод снега под ногами? А Минхо бы хотел. Сквозь призрачное тело, что не существует в реальном мире, летят его собственные снежинки, чью красоту Ли может только увидеть, но не почувствовать на пальцах. Не может ощутить то, как бы легко они опустились на раскрытую ладонь и после растаяли тёплой влажной лужицей, так как температура рушит их структуру. А люди могут. И Минхо хочет быть человеком. Пальцы в тёмные волосы запускает, чтобы отвести чёлку от глаз и высмотреть какое-нибудь окно, в котором не спит житель города под покровом его снегов. Привлекает одно, совсем вроде обычное окошко пятиэтажки, но с обратной стороны прикреплен маленький рисунок. Издали совсем не видно, поэтому Минхо решает подлететь поближе. Присмотреться к тому, что так привлекло его внимание. Слабый свет настольной лампы прорывается сквозь бежевый тюль, закрывающий силуэт незнакомого человека. Для Минхо они все незнакомцы, так как и поговорить-то не может, чтобы узнать поближе. Но всё же это его город, поэтому для него это самые родные незнакомые люди. За лёгкой занавеской скрывается молодой парень, чей письменный стол приставлен к самому окну. Кажется, он что-то рисует, усердно так, что не замечает, как по краям плотного стекла появляются зимние узоры — признак появления духа. Минхо засматривается и после переводит взгляд на тот самый рисунок, что привлек его. В самом углу занимает небольшое место маленький кролик в новогодней шапке. Только вот она непривычного зелёного цвета, странно. Ли хочет узнать, почему же не красного? Так же принято у людей. Ли нравится этот маленький зверёк, милый он, и эта шапочка цвета ёлки — тоже. Парень, видимо автор рисунка, поднимает голову чуть вверх, и будь Минхо «реален», увидел бы и посмотрел в глаза, но нет. Тот лишь смотрит на то, как кружатся белые снежинки, и улыбается. Минхо нравится, когда люди радуются его снегу. И этому парню, кажется, тот тоже очень-очень нравится. Снег, а не Минхо. Ли разворачивается и улетает от этого окна подальше, так как снова он думает не о том, а ему уже завтра с утра предстоит устраивать зимние радости и следить за тем, чтобы всё было покрыто тонким слоем декабрьского снега.***
Минхо возвращается к тому кролику в зелёной шапочке. Как только город начинает погружаться в темноту, вновь навещает знакомый дом. Спустя неделю подлетает, говоря себе, что из любопытства, а остался ли тот рисунок до сих пор там? И не хочет думать, что из-за того, что его привлёк тот незнакомец по ту сторону окна. А рисунок-то и правда находился там, так же, как и парень, который и в этот раз что-то рисовал. Минхо интересно. Его завлекли мягкие линии, формирующие что-то красивое. Ему не видно, да и не понять, что там рисуется. Хочется спросить, поговорить, узнать, но это не в силах духа, чей голос никогда не звучит в этом мире. Они говорят через снег, ветер, узоры на окнах, но ничего не слетает с их губ. Минхо обидно, ведь сколько же он упускает, не умея озвучить собственных мыслей. Может, попробовать нарисовать? Так же, как и парень за стеклом, попытаться изобразить что-нибудь? Ли загорается этой идеей, только вот совершенно не знает, что ему делать, так как ледяные узоры поддаются не так просто на его махинации. Кролик в зелёной шапке снова примагничивает к себе взгляд, и Минхо решает, что нарисует именно его. Как знак того, что именно он побудил к таким мыслям, как попытаться быть услышанным. Это сложно. Минхо рядом с тонкой бумажкой начинает выводить тонкие-тонкие линии, стараясь повторить. Получается откровенно плохо, но Ли не перестаёт, лишь тщательнее вглядывается в рисунок, чтобы изобразить нужные изгибы. Парень поднимает взгляд, наверное, чтобы просто отвлечься, однако тут же цепляется за движение морозных узоров. На улице не так холодно, чтобы окно замерзало, но всё же глаза вряд ли его обманывали, хоть он и протёр их, желая убедиться в реальности. Минхо не видит, что его процесс рисования замечают, потому что усердно старается сделать кролика хоть как-то похожим на животное. А незнакомец лишь неотрывно смотрит, размышляя о том, как такое возможно. — Хан Джисон! Беги ужинать! — зовёт женский голос, от чего парень дёргается. А Минхо наконец поднимает свой взгляд, отвлекаясь. — Зову-зову тебя, а ты всё не идёшь, — продолжает причитать женщина, но это уже плохо слышно, так как окно заглушает более тихие звуки. — Иду! — резво отвечает Джисон, чуть спотыкаясь о тапки, так как надевать их на ходу получается плоховато. Минхо медленно моргает, стараясь осознать ситуацию. Вроде ничего и не произошло, только вот теперь он узнал имя того, чьего кролика сейчас пытался скопировать. И ещё не закончил это делать. Ли хочет придать красок шапочке, но снег не обладает такими свойствами, поэтому становится чуть грустно. А ещё от того, что животное вышло совсем непохожим. Не быть ему художником. Хотя это же первый рисунок, что он нарисовал, поэтому понятно, почему вышло так странно. Минхо немного воодушевляется, улетая к следующим домам, чтобы проверить, как там лёг снег. Его работа ещё не закончена и не будет ровно до двадцать восьмого февраля. Джисон же, возвращаясь после ужина к себе в комнату, первым делом подходит к окну, чтобы удостовериться в том, что видел около часа назад. Рядом с его рисунком находится морозный и слегка корявый узор, отдалённо напоминающий кролика. А вот шапочка вышла лучше всего, выделяясь особенно белыми линиями. Джисон не знает, что думать, ведь в голове лишь мысли о духах, про которых мама рассказывала в детстве. Мысли о легендах, которые Хан так хорошо запомнил. Помнит про то, сколько на самом деле скрывается за обычными снежинками, за порывами ветра да сильными снегопадами. Помнит, что каждая зимняя погода — это не просто так, это чьё-то состояние и работа. Правда, Хан оставил всё это давно в прошлом, так как его посчитали странным, когда он в очередной раз благодарил кого-то за снег. Нет, сторониться не стали, а вот периодически посмеиваться — да. Джисона это задевало, ведь не понимал, как можно по-другому, если есть кому говорить «спасибо». Духи же существуют — он верит.***
Минхо озадачен, смущен и повержен, так как на следующий день, прилетая к окну, замечает новый приклеенный листочек бумаги с надписью «милый кролик». Его узор давно растаял под ярким — хоть и не греющим — солнцем. Наверное, парень просто подписал свой рисунок. Да, определённо. Не мог же он прокомментировать его? Глупо же. А Минхо не глупый, не поведётся на такое и не будет теплить в сердце надежду на то, что его кролика оценили. Джисон — Ли запомнит это имя надолго — часто рисует у окна и почему-то любит делать это ночью. А днём вялым плетётся до школы. Еле ногами перебирает да по сторонам совсем не смотрит, чтобы не врезаться никуда. Возможно, Минхо находит это милым: то, какой активный Хан ночью, по сравнению с тем, когда солнце встаёт. Вошкается вечно в комнате: убирается на столе, протирая влажной тряпочкой; шкаф открывает, вещи по-новому раскладывая. Неспокойный и вечно отвлекающийся. Но бывает и наоборот. Чай в большую кружку с мордочкой собаки нальёт, а после сидит, сутулится над очередным своим маленьким шедевром. Старательно проводит карандашом, придавая цвета рисунку. Ли всё больше задаётся вопросом, почему же Хан раскрашивает так чудно. Солнце у него слегка зеленоватое, да трава местами оранжевая. Забавно. Минхо думает о том, что парень видит мир по-другому, а от того и притягивает к себе любопытного духа который день. И город всё быстрее погружается в темноту, потому что день только убавляется, отчего у украшений на домах больше времени гореть, радуя тёплым искусственным свечением. Снега становится всё больше, поэтому теперь каждый уголок засыпан пушистыми снежинками. Минхо старается погрузить это место в теперь уже атмосферу не только зимы, но и предстоящего праздника. На главной площади поставили ёлку, большую такую, что приходилось голову задирать, стараясь высмотреть ту самую верхушку с блестящей звездой на конце. На фонарях в парках висели разные завитые украски, некоторые даже в виде мордочек оленей. Минхо нравится то, как в этом городке любят главный праздник зимы. Нравится летать над яркими улочками, а ещё видеть в окнах повешенные гирлянды. Только вот в его любимом окне почему-то не появляются главные атрибуты Нового Года. Джисон не стремится вешать разноцветные лампочки и ставить ёлку, не бежит в магазины, чтобы купить парочку новых игрушек. Хотя мандарины кушает с завидной периодичностью, от чего Ли тихо смеётся, когда кислый сок брызгает на стол случайно, и Джисон брови хмурит, идя за салфеткой на кухню. Минхо не видит остальной части квартиры, так как те окна выходят на другую сторону, а до неё слишком лень лететь. Поэтому Ли, считай, живёт атмосферой только одной маленькой комнатки, в которой живёт парень, нарисовавший кролика в зелёной шапке. И почему она зелёная? Простой вопрос, можно спросить всего лишь в двух словах, а Ли не может. И рискнуть бы, написав на окне, но можно ли ему совершить такую вольность? Не подумает ли Джисон, что сходит с ума? Не разгневается ли на него Луна за то, что он являет миру тайну о том, что духи существуют? Но он же всего два слова. Всего лишь одному Джисону. Можно ли? Пока что Минхо не решается на цельные буквы, но вот на ещё один маленький рисунок — вполне. Хочется попытаться снова изобразить маленького кролика в зелёной шапке. Он почему-то так и манил его взгляд, и руки сами тянулись к окну, чтобы начать снова пытаться выводить морозные линии. В этот раз Ли чувствовал, как получается чуть лучше, однако быть может, это всего лишь сила самовнушения. Он не знает. И снова увлекается, не замечая, как за его маленьким художеством наблюдает пара любопытных карих глаз. Джисон не шевелится, боясь спугнуть это снежное чудо. Страшится мысли, конечно, что это всё ещё его шальное воображение, которое решило дать сбой именно этой зимой. Но есть в нём эта детская вера, в его-то семнадцать, в то, что всё происходящее реально. Что то, что он видит, и правда проделки зимнего духа, который старается нарисовать маленького кролика. Парень дыхание незаметно задерживает, садясь за письменный стол. И щёку ладонью подпирает, так как любопытно, как же дальше завернёт ледяной узор. Хотелось помочь, направить, научить, но вдруг дух обидится? Джисон бы не хотел пугать, ему нравится чувствовать, что небольшое волшебство заглянуло к нему. Нравится осознавать, что этой зимой с ним происходит что-то поистине интересное. Обычно всё было довольно стабильно, и из чего-то «не такого» были лишь дальние родственники, что приезжали погостить. И, быть может, новая идея рисунка, что приходила к нему в голову. Как выглядит снежный дух? Позволит ли он нарисовать себя? Джисон бы хотел, хоть и не сможет, наверное, передать нужных красок. Перепутает, как всегда, зелёный с красным, и получится ерунда. Хану хочется узнать чуточку больше о том, кто так старательно рисует маленького кролика в новогодней шапке. Может быть, у них выйдет небольшой диалог, если он напишет что-нибудь на листке и приложит к окну? Может, ему удастся заинтересовать так же, как это сделал сам дух? А узоры заканчивают свой путь, замыкаясь на белом помпоне. Минхо старается оценить, а вышло ли у него хорошо? Не может сам, ему не понять никак. Сравнивает с рисунком Джисона и видит, что его вышел хуже. Минхо почти не расстроен, ведь Хан явно давно увлекается рисованием, отчего и кролик вышел у него более милым. Кстати о Хане. Минхо поднимает, наконец, глаза чуть выше и замечает знакомую фигуру, что что-то пишет на маленьком клочке бумаге. Джисон скотч отрывает и клеит на окно, поэтому взгляд Ли сразу устремляется на чуть корявые буквы. «красивый» Лишь написано там. А Минхо улыбается, так как, кажется, сейчас он не ошибётся, если подумает, что это про его кролика. Джисон старается всмотреться в окно, чтобы разглядеть очертания духа, но, к сожалению, только морозные узоры и предстают его вниманию. Видимо, не так просто узреть что-то волшебное, а, может, оно само не хочет показывать себя миру. Пока Хан в надежде выискивает какие-то знаки, Минхо решается нашкрябать ответ. Давно он не писал и, слава Луне, не забыл как это. Снова ледяные чёрточки появляются на стекле, отчего взгляд Джисона опускается вниз. Рядом с его бумажкой вырисовывается надпись. «спасибо» Он же не сумасшедший, да? Джисон глазам боится верить, но хочет, правда, желает, чтобы это не было обычной галлюцинацией. Интересно, можно ли ему понаглеть? Можно ли спросить имя? Хан берёт со стола очередную бумажку, не зная, что пара блестящих черных глаз внимательно следит за движением его руки. И вот, новый листочек прикрепляется к стеклу, а Джисон включает режим напряжённого ожидания. Ответят ли ему? А дух, может, улетел уже, и он тут писал просто в пустоту. На улице завывает ветер, разнося тысячи снежинок в самые разные места, то в переулки, то на крыши, даже в дом через балконы залетают. Зима полностью правила над этим местом, так как дух постарался, чтобы каждый прочувствовал всю прелесть этого времени года. И красные от мороза щёки, и осторожную походку, так как в некоторых местах довольно скользко. Настоящая зима. Джисон хочет тоже сказать спасибо, ведь, кажется, действительно есть кому, так как на окне красуется имя. Маленькими кривыми буквами выведено: «Минхо».***
Минхо прилетает практически каждый день к этому окошку, чтобы отдохнуть немного от дел, так как почему-то теперь его спокойствие находится не в бесцельном летании под облаками, под Луной, нет. Теперь ему хорошо в маленькой комнатке с единственным источником света в виде настольной лампы. Там, где на окно приклеен маленький кролик в зелёной шапке. Рядом с Джисоном, если говорить проще. Обычно он делает это именно ближе к ночи, так как тогда Хан садится за стол и достаёт альбом, где красуются его и наброски, и полноценные работы. Наблюдать завораживает, потому что кажется, что через эти цветные карандаши Ли познаёт мир по-новому. Ведь для него существует только зима, когда как Хан видит и всё остальное. Он показывает ему красоту осени через разноцветные листопады. Весну через распускающиеся цветы. И лето сквозь яркое солнце с бескрайними лугами. Минхо нравится. Но больше всего ему доставляет поистине детский восторг то, что Джисон знает его имя. Минхо теперь залетает в комнату, так как удобнее писать на окне с другой стороны, не ломая голову, как же перевернуть эти буквы. Любит парить над спиной, отчего Джисону приходится накидывать лёгкий плед на плечи, но он не против. Ему так даже уютнее, и этот морозец лишь придаёт ощущение того, что рядом с ним настоящее волшебство. Джисон зовёт, чтобы привлечь внимание, хотя Минхо давно отдаёт ему все свои взгляды. Он чувствует в нём жизнь, коей не имеет сам. В Ли нет зависти, лишь желание побыть рядом и не так, как он делает сейчас. Хочет ощутить тёплую ладонь в руке, которая после обязательно запустит в него снежок. Хочет согревать потом подмёрзшие пальцы сладким горячим шоколадом с зефирками. Мечтает о том, чтобы Хан посмотрел ему в глаза и поговорил с ним, услышал, потому что Минхо верил, что тот его поймёт. А, может, просто хочет верить, так как Джисон же даже не знает, как он выглядит. Да и, честно сказать, Минхо тоже. Тоже не знает, каков он. В нём хранятся смутные воспоминания его прошлой жизни, до становления Хранителем, однако они все безуспешно стираются, так как он давно не человек и вряд ли им станет снова. Минхо надеется, что ему можно допускать мысль о том, что Джисон стал ему другом, потому что тот так радостно произносит его имя, когда чувствует, как по спине пробегает холодок. — Минхо, — и улыбается потом. Его щеки ещё не успели отогреться, поэтому были красными от покалывающего морозца, который Ли устроил сегодня с утра. И он правда старается не забывать про свои обязанности, так как совсем скоро Новый Год, и предстоит следить за всем городом, чтобы у каждого было ощущение сказки и волшебства зимней поры. Джисон постепенно достаёт шарики гирлянды, развешивая на окне. Ставит маленькую-маленькую елку себе на стол, и Минхо думает, что это его заслуга. Джисон рисует всё больше сказочных пейзажей, которые даруют Ли вдохновение на следующий день. Минхо даже ещё раз делает снежинки по образу, который нарисовал Джисон. Тот, кстати, вышел вечером в своей зелёной шапке и словил на варежки эти маленькие льдинки. Он успел рассмотреть то, что узор ему знаком, а Минхо разглядел довольный блеск в глазах. Дружба с духом? Возможно. Джисон теперь со школы идёт чуть вприпрыжку, так как знает, что вечером его ждёт разговор через морозные узоры. Его ждут. К нему придут. Ему хочется сидеть подольше над рисунками, чтобы продлить момент волшебства, кое ему дарует Минхо, но сон оказывается каждый раз сильнее. А ещё Минхо недоволен, что тот не высыпается, поэтому на голову ему снежок сыплет, чтобы в кровать шёл. И ведь правда не высыпается. Утром вялый совсем, что совсем не замечает ничего по сторонам. Идёт медленным шагом да с головой опущенной. Ли беспокоится, что тот рухнет точно где-нибудь от того, что организм не успел восстановиться. А ещё себя зачем-то винит, так как думает, что если бы не было его и этих морозных разговоров, то Джисон бы и спал спокойно и, главное, больше. Хотя парень ему не раз говорил, что самому хочется и даже нравится эта атмосфера ночи, так как именно в ней появляется вдохновение. Звал себя «совой», у которой мозг только в ночное время работает как нужно. Ли смеётся, не с издёвкой, а от умиления. Смешной этот Джисон. Джисон, что снова чуть спотыкается, когда идёт утром по заснеженным дорогам. Минхо беспокоится, так как тот лишь час находился в кровати, а значит, его тело совсем вялое. Но идёт целенаправленно по изученному маршруту. Ли его, кстати, тоже выучил ненароком, так как пару раз провожал так Хана, когда тот больше всего забивал на сон. Остался один светофор, и всё, там уже и школа за углом. Минхо знает, что Хан всегда смотрит на то, какой горит цвет, в каком бы состоянии он ни был. Поэтому спокойно выдыхает, готовый лететь рассыпать на город новую порцию снежинок. Взгляд последний бросает, замечая, как Хан вглядывается в светофор, и уже готов разворачиваться, как замечает, что парень ступает вперёд. Горит красный. Минхо никогда не летал так быстро, формируя сильный порыв ветра, чтобы оттолкнуть Джисона в сторону пешеходной зоны. Машина уже неслась вперёд и явно бы не успела затормозить, так как асфальт давно покрыт тонкой коркой льда. Хана отбрасывает в сторону в мягкий сугроб, который Минхо создал буквально за считанные секунды. Парень ничего не понимает, мотая головой. А у Ли будто воздух перестал поступать от поднявшегося в крови адреналина. Но он потом подумает о себе, сейчас надо подлететь к Джисону и узнать, как он. Только вот как это сделать? Благо, Хан, кажется, научился понимать его по знакам. Когда Минхо окружил его чуть тёплым ветром, Джисон улыбнулся, поднимаясь и отряхивая пуховик от налипшего снега. — Я в порядке, — шепчет в шарф парень, чтобы не выглядеть сумасшедшим, который говорит сам с собой. Людям мягко машет рукой в знак того, что всё хорошо, и он всего лишь поскользнулся. — Спасибо, — глаза чуть наверх поднимает, хоть и не знает, где сейчас находится Минхо, просто верит, что тот где-то рядом. А Ли действительно ни на шаг не отходит, всё ещё выискивая, точно ли Хан цел. Дух волнуется. Что-то новое и что-то слишком человеческое. Почему Джисон пошел вперёд, хотя прекрасно видел, какой цвет горел? Минхо страшно. Ему теперь не хочется отходить от парня, потому что а вдруг тот снова случайно оступится? Случайно же? Минхо спросит. Сегодня же вечером, потому что изведёт себя лишними вопросами. И вот, за окном уже темно, хоть и всего лишь пять часов вечера. Фонари подсвечивают медленно кружащиеся снежинки, подхватываемые ветром. Люди выходят с насиженных мест, так как сегодня сокращённый день в преддверии праздника, что наступит уже через пару суток. Минхо покорно ждёт, развалившись на кровати звёздочкой, оставляя покрывало припорошенным снегом. Он не специально его туда сыплет, честно, просто не может контролировать собственные силы, когда мысли заняты совершенно другим. Джисоном. Ручка двери дёргается вниз, и в комнату вползает парень, что ещё не успел снять свою зелёную шапку. Такого же цвета, как и у кролика на том рисунке. Мило. Минхо невольно их сравнивает и находит очаровательным. — Минхо? — тихо зовёт Джисон, замечая, как на его кровати виден четкий узор человеческой звёздочки, потому что снег осыпал ровно по контуру тела. Но духи же неосязаемы? Разве здесь не должно быть просто полностью засыпанное покрывало? Необычно. А Минхо тем временем с места своего поднимается, чтобы оглядеть с головы до пят пришедшего парня. Тот чувствует, как его кутает небольшой мороз, который по-странному согревает. О нём, кажется, беспокоятся. — Со мной всё хорошо, — посмеивается Джисон, потому что забавно. Минхо предотвратил действительно страшное, а после он же уже в целости и сохранности добрался до школы. И до дома тоже. Минхо отстраняется, чтобы написать интересующий его с самого утра вопрос. «почему ты пошёл на красный свет?» Минхо уже наловчился писать морозными узорами, поэтому Хан легко распознавал его буквы и даже выучил почерк. — Ха, так всё-таки ошибся, — как-то грустно ухмыльнулся Хан, присаживаясь на край кровати и наконец стаскивая с головы шапку. — Минхо, я дальтоник. Джисон признаётся, и хоть в этом нет ничего криминального или до жути странного, но всё же невольно сжимается. Не может объяснить реакцию своего тела, которое лишь однажды слышало упрёк в сторону его проблемы. Тишина, что всегда присутствовала в их общении, сейчас стала напрягать. Хан не знает, что сейчас делает Минхо, ведь банально не видит и даже не слышит. А Ли обрабатывает полученную информацию и, кажется, что-то понимает. «так вот почему у кролика шапочка зелёная?» Джисон, видя следующую надпись, начинает смеяться. Искренне, а после подходит к своему рисунку. — Чёрт, ошибся в самом важном элементе, — хмурит брови слегка, однако улыбки с лица не убирает. Забавно. И то, что это первый вопрос Минхо, после того, как он узнал об его «изъяне» — тоже. Ли наблюдает и радуется этим счастливым карим глазам, что улыбаются так же ярко. Хочется, чтобы Джисон посмотрел так на него. Но его не видно. И, видимо, пора бы уже с этим смириться.***
Праздник подкрадывается незаметно как для Минхо, так и для Джисона. Неужели уже пора менять календарь на стене, доставать хрустальные фужеры, готовить салаты? Неужели уже пора ставить цели на новый год? Хан, наверное, загадает одно единственное желание, мечтая, чтобы оно сбылось. Но на то это и слова, запитые шампанским, чтобы не ждать их исполнения. Ведь невозможно осуществить загаданное. Но хочется безумно. Минхо летает над городом, стараясь выполнить все дела в сжатые сроки, так как в этом году есть место, где его ждут. Джисон обещал, что как только пробьют куранты, он придёт в свою комнату и проведёт с Ли все первые минуты и часы. Сказал, что как праздник встретишь, так его и проведёшь. А Джисон хочет встретить его именно со снежным духом, что стал ему близок. Стал другом, который проводил с ним вечера и хоть неосязаемо, но был рядом. Делился какими-то историями сквозь ледяные узоры, устраивал маленький снегопад в рамках теплой комнаты. Оберегал, когда Хан утром плёлся на учёбу, не разбирая дороги. Минхо стал тем, кого Джисон мечтает увидеть больше всего. Он чувствует, что за маской снега и ветра скрывается кто-то очень тёплый. Кто-то, кто желает быть увиденным. И этот кто-то сейчас летит, разрезая ветер, чтобы поскорее оказаться в тёплой квартире, в которой Джисон, должно быть, его уже ждёт. Часы только показали две минуты первого ночи, а Минхо как раз проходит сквозь плотное стекло, проникая в комнату, где ему всегда рады. — Минхо? — как и всегда, вопросительная интонация, так как Хан иногда до сих пор не верит в происходящее. Парню тут же в лицо дует тёплый поток воздуха, подхватывая передние пряди волос, взъерошивая и так непослушную прическу. — Ты тут, я понял, — хихикает, усаживаясь на стул, чтобы было удобнее читать ответы Ли. — У меня для тебя есть подарок, — довольно лыбится, доставая из ящика небольшой пакетик. Минхо замирает. Ему подарков не дарили. — Тут совсем мелочь, понимаешь. Правда, не знаю, насколько реально будет это провернуть. Боже, я не подумал, а как это дарить? Черт, он же типо реальный, Минхо, ты, кажется, не сможешь пользоваться подарком, — Хан тараторит, а после вымученно головой в этот пакет и утыкается. — Я дебил. Минхо смеётся, потому что мило. И чего так распереживался? — Ты сейчас смеёшься надо мной? — Джисон голову резко поднимает, вглядываясь в темноту напротив. — Ага, — лишь произносит Минхо, не понимая, почему Джисон так удивляется. — Минхо, я слышу твой голос, — Джисон откладывает пакет в сторону и встаёт с места, осторожно ступая вперёд, хотя перед глазами никого нет. Всё та же кровать, и то же фантомное ощущение присутствия духа. — Ты слышишь… что? — Минхо глазами хлопает, опускаясь на чуть прохладный пол. Он опустился. Он чувствует температуру. Он говорит. Минхо не может осознать происходящее, ведь на него наваливается слишком много ощущений. И самое главное — стук собственного сердца, которое разгоняет по венам кровь, заставляя ту циркулировать. — Минхо, — снова зовёт, стараясь убедиться в том, что тот ещё здесь, хотя, кажется, это не нужно, так как очертания человека становятся видны на фоне его светлой стены. — Вижу, тебя. Джисон не двигается, боится спугнуть это чудо, что происходит в данный момент. Окно неожиданно приоткрывается, впуская сильный поток ветра, что окутывает миллионами снежинок тело Минхо. Они осыпаются на пол, тут же растворяясь, и теперь перед глазами Джисона стоит парень в обычной чёрной толстовке со спутанными волосами и без обуви на ногах. — Джисон? — теперь уже более осознанно проговаривает Ли, так как до него начинает доходить, что только что произошло. Он стал человеком. Снова может чувствовать. — Да, — откликается, делая ещё один шаг вперёд. Хочет убедиться. Хан руку протягивает, чтобы подцепить слегка холодные пальцы и ощутить, как те слегка сожмут его. Тёплые. — Я тебя чувствую, — шепчет, не отрываясь смотря в глубину карих глаз. По телу проходится лёгкая дрожь от непривычных касаний, но Минхо это нравится. Как нравится и то, что взгляд Джисона направлен чётко на него. Не сквозь, не мимо, не рядом, а на него. — Я тоже, чувствую, — Хан понимает, что перед ним стоит некогда снежный дух. Стоит тот, кто спас его жизнь. Тот, кто был с ним целый месяц, оберегая и радуя. Перед ним — Минхо. — Кажется, Луна всё же умеет исполнять желания, — произносит Джисон, покрепче сжимая в руке теперь уже тёплые пальцы. — Что ты загадал? — Минхо хлопает ресницами, не понимая таинственной улыбки на лице парня. — Чтобы ты был счастлив, — дует слегка на непонимающее лицо, от чего Минхо начинает тихо хихикать. — Спасибо, — губы расплываются в очередной улыбке, а после он взгляд чуть отводит, так как это действительно смущает. Глупый Джисон, потратил на него своё желание. Глупая Луна, что это желание услышала. Глупый Минхо, что верил в новогоднее чудо. — Ты, кажется, что-то говорил про подарок? — хитрый, вспомнил. Теперь он может определять своё настроение. Минхо нравится чувствовать. Потому что с Джисоном он счастлив. — А, да, точно! — отскакивает к столу, чтобы подцепить пальцами содержимое пакета. — Только глаза закрой, — глаза щурит, довольный. — Хорошо, — вздыхает, хоть и ему всё нравится. Минхо чувствует, как на его голову что-то опускается. Тёплое и пушистое. Не разобрать; Ли ещё сложно понимать, какие ощущения что значат. — Открывай, — говорит, а уже перед Ли держит небольшое зеркало. Минхо видит, как на его волосах теперь красуется головной убор. Такой, что он уже видел где-то. — Теперь ты — кролик в зелёной шапке, что приковывает мой взгляд. Кажется, Минхо не хочет отпускать Джисона, желая остаться рядом.
Примечания:
тут я обитаю. ✨
https://t.me/R0_12
