Верный друг (Или больше?..)

Мику Белла бесил этот пёсель Каин в лагере, блохастая псина, объдающая и без того немногие припасы. Всех он умилял, а Мика просто ненавидел эту собаку. Он пару раз пёзднул её сапогом, прошипев: «Нет, шавка, ты не повлияешь на Датча своим ссаным хвостиком, ты слишком туп…» Пёс жалобно заскулил. Датч подошёл к Мике, хмуря свои красивые тёмные брови. — Мика, что ты себе позволяешь с нашим хорошим мальчиком-псом? — Я не знаю, что ты видишь в этой собачонке, Датч. Она бесполезна, не даёт нам ничего, кроме дерьма, которое нам всё равно не нужно. — Мика, тебе бы следовало быть по-дружески настроен с Каином. Это наша собака, мы все её любим. — К чёрту Каина, Датч. Вы можете любить его, сколько хотите, но вы не сможете заставить меня любить его. Он меня бесит, — сказал Мика через зубы. Каин грустно загавкал, влияя хвостом. — Пошёл нахуй, Каин! — проговорил Мика вполголоса. Сидя у костра, Мика обложился дровами, поджёг их и начал дымить. — Не думаю, что это нормально, Мика, — сказал Датч, подойдя к нему. — Каин — отличный пёс, ты должен уйти и извиниться перед ним. — Датч, ты знаешь меня. Я не извиняюсь, если не хочу этого. Я не думаю, что я был неправ в отношении Каина. Если бы у меня был выбор, я бы его убил и съел, а его шкуру использовал бы в качестве обуви, — сказал Мика, закуривая свою сигару. — Мика, ты не прав. Каин не заслуживает того, чтобы ты с ним так относился. Я не хочу, чтобы собака страдала из-за твоего плохого настроения, — сказал Датч строгим тоном. — Этот пёс меня бесит, Датч, и если ты будешь со мной спорить из-за этого ублюдка, то мы с тобой не будем на хорошей ноге. Я и так не люблю его просто за то, что он есть. Не думаю, что я хочу извиняться перед собакой просто потому, что ты хочешь, чтобы я это сделал. Каин принёс Мике палку в зубах. — А, блядь как я это ненавижу, — сказал Мика, глядя на Каина. — Я тебе ничего не просил и ни на что не жаловался, но вместо этого ты отдаёшь мне эту хреновину, вместо того чтобы принести мне еду, — Мика швырнул палку Каину в ответ. — Пошёл нахуй, ты бесполезная собака. Бесполезный и тупой пёс, я бы хотел, чтобы ты не были здесь. Я бы хотел, чтобы ты просто умер, а я бы жрал тебя, чтобы у того, что я жру, было хоть какая-то ценность. Ты не можешь ничего сделать, кроме того, как срать и облизывать мою ногу, когда я жру, пёсель, — сказал Мика Каину. — Мика, ты не должен говорить с Каином в таком тоне. Да-да, он не идеальная собака, но ему тоже нужна любезность, — сказал Датч, изрядно злой. — У меня есть все поводы говорить с Каином именно в таком тоне. Почему я должен его любить? Из-за тебя? Если бы не ты, я бы убил этого ублюдка в день, когда он пришёл сюда. Я не должен любить Каина, — ответил Мика, изрядно раздражённый. — Мика, у него есть чувства. Ты не можешь относиться к нему как к куску дерьма. Я же тебя люблю, ты знаешь это. Ты не должен хамить Каину, только потому, что ты его не любишь, — сказал Датч, сглатывая гнев, который у него вызвал Мика. — Датч, я не понимаю твоих сраных чувств по поводу Каина. Из-за тебя я терпел его весь этот год, хотя я считаю его бесполезной собака, которая не стоит ничего. Мне он просто пиздец как безразличен. Но из-за тебя я буду быть к нему добрым. Если ты хочешь, чтобы я был добрый к Каину, то я буду добрым к Каину. Но ты должен понимать, что я его не люблю, — сказал Мика. — Мика, ты прав. Я понимаю, что Каин не самый идеальный питомец и я понимаю твоё недовольство им, но я не хочу, чтобы ты с ним плохо относился. Если тебе придётся быть к Каину добрым только ради меня, то я буду рад. Это всё, что я хотел. Спасибо, Мика, я ценю это, — сказал Датч. — Я люблю тебя, Датч, — сказал Мика. — Хоть я и имею с Каином некоторые разногласия, я готов быть к нему добрым, если это делает тебя счастливым. И ты мне тоже нравишься, Датч. Я знаю, что ты не всегда согласен со мной и моим поведением, но я не могу не ценить нашу дружбу. — Мика, спасибо. Меня тоже бесит этот пёсель Каин, но ты прав. Я хочу, чтобы ты помнил о его чувствах. Спасибо, что был добр с ним за меня, я это действительно ценю, — сказал Датч, обняв Мику. — И я тебя люблю, Датч, — сказал Мика, обнимая Датча. Они оба были радостны, что им удалось помириться после такого длительного конфликта. Каин же тем временем смотрел на них с грустным выражением лица, не зная, как быть в такой ситуации. — Каин, ты хочешь обнять? — сказал Датч. Каин мгновенно обрадовался и тут же подбежал к Датчу, обняв того. Мика пнул пса ногой опять. Датч снова стал недоволен: — Мика, давай, хватит, я тебя умоляю. Ты знаешь, что Каин может подумать, что я его люблю, зная, какой ты с собаками. Давай хотя бы постараемся быть с Каином вежливыми? Мика же просто подшвырнул Каина и сказал: — Ох, не пизди. Он меня бесит, и я хочу, чтобы он умер. Что я могу сделать, если я не хочу делать вид, что люблю его? — И всё же, он всё же собака. Давай, в следующий раз, когда ты будешь с Каином вежливым, я тебя поощрю, как какую-нибудь собаку, Мика, — сказал Датч и подмигнул. Мика же, не зная, что ответить, просто изо всех сил пинался Каину, но был бы не против, чтобы Датч его поощрил, как собаку. — Я бы очень хотел, если бы ты был вежлив в следующий раз с Каином, Мика, — сказал Датч. — Я могу поощрить тебя, если ты это сделаешь, — сказал он, шёпотом, будто ему было неловко. Мика же только уставился на Датча. — А что за поощрение? — спросил он. Датч был потрясён, он никогда не видел, чтобы Мика что-то делал просто потому, что кто-то хотел. — Мика, я не знаю, что может замотивировать тебя — это ты мне скажи, — сказал Датч, намекая на то, что он готов сделать то, что заставит Мику быть добрым с Каином. — Ты хочешь выпивку? Ты хочешь пистолет? Ты хочешь еду? Скажи мне, и я это дам, — сказал он, склоняясь перед Микой, в предвкушении того, что Мика может сказать, чтобы он мог его поощрить. — Я хочу выстрелы для револьвера, — сказал Мика. — Мне нахуй не нужна нахуй выпивка, мне нахуй не нужна нахуй еда. Мне нахуй нужно чтобы нахуй Каин умел нахуй говорить по-английски, и я бы с ним общался. — Мика уставился на Датча. — И я бы не против, если бы ты не мог вывыбить гниду Каину за то, что он меня бесит, — сказал Мика. — Хорошо, Мика, я могу дать тебе патроны для твоего нахуй револьвера. Если ты в следующий раз будешь мягким и добрым с Каином, я дам их тебе, хорошо? — сказал Датч, улыбаясь. — Большое спасибо, Датч, ты был вежливый. Я постараюсь быть добрым с Каином, по крайней мере ради тебя, — ответил Мика. — По-моему, я тоже был вежлив. Ты всегда такой мудак, когда я пытаюсь что-то сделать для тебя? — сказал Датч. — Но, впрочем, я доволен, Мика, если ты действительно постараешься, — сказал он, и поехал для того, чтобы купить патроны для револьвера Мики. Мика же, улыбаясь, уставился на Каина — пса, который всё еще смотрел на него с выражением боли на лице. — Ладно, Каин, давай, теперь, когда у нас с Датчем всё хорошо, я буду к тебе добрым, чтобы ты мог немного отдохнуть от меня, — сказал Мика, не веря в то, что сказал. Каин был удивлён, но всё же обрадован. — Блин, пёс, я и не верил, что я когда-нибудь скажу что-то хорошее о тебе. Надеюсь, что сейчас твоё ебло посветлеет немного, — сказал Мика. — Чего же ты, Мика?! Я думал, что ты не любишь меня? — сказал Каин, в ответ на это. — У нас всегда была сложные отношения, и я был уверен, что ты меня не любишь. Но я не могу не признать, что тебя заботят мои чувства… в конце концов, ты не хочешь, чтобы я умел, — сказал Каин, со вздохом, обрадованный. — Я на самом деле не люблю тебя, Каин, не переусымайся, — сказал Мика, не скрывая своей нелюбви к псу. — Но если Датч хочет, чтобы я был к тебе добрым, я буду, для него, но не для тебя, говноед, — сказал Мика. — Пошёл нахуй, Мика, ты меня действительно любишь и даже немного боишься меня, — сказал Каин, мрачно улыбаясь. — Давай, я знаю, ты на самом деле не ненавидишь меня. Я хочу верить, что это не так, — говорит Каин. Мика глянул на Каина и не смог устоять. Он был ошарашен этим и не знал, что сказать в ответ. — Ох ты гандон, ты прав, — сказал Мика, не скрывая своего ошарашивания. — Ты можешь быть ебл@ным, и я тебя ненавижу. Но ты же знаешь, что я всё еще могу тебя любить. Просто не говори ни слово Датчу, окей, Каин? — сказал Мика, улыбаясь. Каин улыбнулся, с чувством, что Мика не мог по-настоящему ненавидеть его. Каин превратился в антро фурри. Он был по-прежнему пёс, но антропоморфный, стоя на двух ногах, он был мускулистый и очень секси фуррийный. — Так я нравлюсь тебе больше, Мика? — Ладно, не то, что ты нравишься мне, но ты мне не так неприятен, — сказал Мика, посмотрев на Каина с изумлением. — Что ты с собой сделал, ты теперь антро фурри или что? — сказал Мика, выражая свое удивление. Каин только уставился на него, а потом сказал: — Я претерпел модификацию. — Модификация? Чего ты там с собой наделал? Ты претерпел модификацию и стал антро фурри? Ты еб@ный пёс, — сказал Мика, не веря в то, что видит. Каин же только уставился на него, молча, как будто ждал, пока Мика устанет ругаться на него. — Ладно, мне наплевать, — сказал Мика, качкая головой. — Ты хочешь меня поцеловать, что ли? Потому что ты мне как-то слишком нравишься, когда ты в таком виде, — сказал Мика, потирая свою голову, так как все еще не мог привыкнуть к внешнему виду Каина. — Пойду-ка я просто попью водки, — сказал он, уставясь на Каина, который уставился на него в ответ. — Эй, Мика, да, давай поцеловаться, — сказал Каин, поддавая Мике. Мика же был потрясён тем, что Каин был готов поцеловать его, и даже не знал, что ответить. Он только уставился на Каина, а Каин продолжил уговаривать его: — Давай же. Я так тоже тебя хочу… — сказал Каин, поддавая Мику. — Хорошо, ладно, — сказал Мика, опустив шляпу, чтобы Каин мог его поцеловать. Каин же поддел к нему, и поцеловал его, а Мика решил, что это было немного приятно. К тому же, он уже немного привык к новому виду Каина, что только добавило к этому удовольствию. Они целовались ещё несколько секунд, пока Мика наконец не решил, что ему на самом деле нравится целоваться с Каином. Мускулистые руки Каина крепко прижимали Мику, а гладкая шерсть просто, блять, пленила. Жаркий язык антропоморфного фурри канин ласкал рот Мики, тихий рык вырвался из уст Каина. — Какой ты шикарный, — сказал Мика, чувствуя, как Каин лает и жарко целует его. Он же не смог не передать свои чувства к Каину, и обнял его, не зная, что еще сказать — он не мог перестать обнимать Каина, а Каин тоже обнимал его в ответ — в общем, был некий симбиоз обнимашек.