Donne-moi une danse

Массивные двери в широкую залу открываются, пропуская новых людей к пиршеству и празднеству.  Герцоги, Гвардейцы и другой знатный люд, неспешной волной заполняют пространство. Кто-то находит знакомые лица и ведет светские беседы, коротая время между танцами.  Изящная ладонь, которую украшают фамильные перстни, с неким раздражением сжимает веер, который ни капли не помогал в этом душном помещении. Или это было слишком туго затянутое платье?  Взгляд глубоких очей, напоминающих ночное небо, глубь озера черного, медленно проходился по толпе, цеплялся за блеск кристаллов на чужих платьях и яркость мундиров. Шорох объемных юбок был слышен пока не навязчивая, но нарастающая мелодия пианино не заполнила пространство. Сонхва гордо стоял, очаровывая любого одним только своим видом. Изящное, пышное платье в пол, вышитое бисером и жемчугом подчеркивало его аккуратную фигуру и осиную талию. Руки, точно женские, спрятаны под шелковыми перчатками. Волосы черные, как воронье крыло, кудрями ниспадали к его плечам, обрамляя лицо. Своим миловидным лицом он очарует любого. Но отнюдь, принцу нужен не любой. Его интересует статный, широкоплечий мужчина в красном мундире, что усеян золотом. Тот попал на этот бал, преодолев путь из пота и крови. Боролся за согласие отца, Короля дворца.  Скрывая смущенную улыбку за раскрытым веером, Сонхва смотря прямо в глаза Герцогу Сану, следил как тот приближается ближе. Его взгляд точно сияет от радости. —  oh ma muse, donne-moi une danse - бархат голоса окутал с ног до головы, лаская слух.  Не сказав ни слова, наследник Пак протягивает аккуратную ладонь. Герцог бережно берет её в свою более крупную руку и не открывая взгляда от глаз напротив оставляет поцелуй-бабочку на тыльной стороне.  Сонхва каждый раз смущен как в первый, но идет следом под яркую мелодию. Торжественный марш раздался, и грация и элегантность заполнили просторный зал. Все глаза были обращены на Принца и Герцога, когда они вышли в центр танцпола. Их шаги были виртуозными и элегантными, они словно парили по паркету, они сговаривались не произнося слов. Все гости были поражены их грацией и чарующим превосходством. Платье Сонхва кружилось пышным солнцем, их пальцы сплетались в крепкий замок, который уже ничто не могло разорвать. Прижав юного принца к себе за талию Сан шепчет горячо на ухо:  — je suis amoureux, princesse. Сонхва любит, когда к нему обращаются так. В душе он настоящая принцесса, от того и желает носить заведомо женские платья и украшения. Музыка медленно стихает, давая гостям пару минут передышки от помпезных хороводов пар.  Пак хихикая шепчет в самое ухо Сану:  — Мой Герцог, прошу снизойти ко мне, мои ноги так болят от туфель, давайте сбежим в мои покои. - хитро улыбаясь глазами и скрывая улыбку за ажурным веером. Сан слаб перед своей принцессой и не отпуская его руки он летящим шагов ведет своего спутника к дубовым дверям.  Те со скрипом, который не слышно за очередной мелодией мазурки,  открываются и так же скоро захлопываются обратно.  — Герцог, - уже в полный голос отзывается Сонхва - служанки так туго затягивают корсеты, вы мне поможете? - в глазах искрится жажда.  Сан добро улыбается беря лицо визави в теплую ладонь — Je vais t'aider princesse . Оказавшись в покоях молодого наследника они погрузились в атмосферу интимного уединения. Там, в комнате, свечи плавно плясали в мягком свету, распространяя атмосферу тайны и романтики. Щеки пылали. Не понятно от сумасшедшего желания или от пламени. Сан оказался лицом к лицу мужчины своего сердца, их глаза взаимно заблестели от внутреннего желания и страсти.  Герцог обладал превосходными манерами и обаянием, плавно снял неудобные туфли с аккуратной стопы и приподняв подол шелкового подьюбника оставил нежнейший поцелуй на острой коленке.  Поднявшись с колен, чтобы помочь с корсетом, мужчина не смог оторвать взгляда от алых, пухлых губ и они встретились в долгом поцелуе, а их тела стали одним целым в объятиях нежности и страсти. Они танцевали языками и блуждали руками по телам друг друга. Развязав бесконечные переплетения лент на корсете, тот падает на пол, уже как ненужная часть гардероба, а Сонхва облегченно вздыхает, когда не чувствует давления на ребра. Его тело постепенно оголяется. Все еще немного стеснительно быть нагим перед его мужчиной, но смущение уходит на второй план сменяясь страстью, что передается через поцелуй вновь Тело изнывает от жажды прикосновений больших и теплых рук, жмется сильнее к жаркой душе. Этот вечер был как сказочный миг, как тонкая пелена дымки, когда все обычные правила и ограничения рухнули, и только пожар желания сиял в сердцах принца и герцога. Они провели вместе ночь, соединенные не только телом, но и душой, познавая безутешный вкус запретного плода.