Сладкий поцелуй под омелой

В последнее время встречи с друзьями для Юнги стали в тягость. Он постоянно ловил на себе взгляды темных, карих глаз. Почти на физическом уровне ощущал как взгляд скользит сначала невинно по лицу, изучая улыбку или внимая каждому сказанному слову, а затем откровенно скользя по шее ниже, рассматривая неприкрытые широкой футболкой ключицы, после соскальзывая ещё ниже, очерчивая изгибы тела, доходя до самого пика и резко возвращаясь вверх, к лицу, на котором щеки уже пунцовые, язык скользит по губам облизывая, а пальцы плотнее сжимают стакан из которого Юнги только что отпивал. Такие разглядывания от Чимина – почти лучшего друга, Юнги начал замечать недавно. Ему не было неприятно, но вот странно и неловко – это да. Они же друзья, и чего Чимин так пристально смотрит? Не видел что ли никогда? – Юнги, ты слушаешь? – звучит голос где-то на переферии сознания, вытягивая Юнги на поверхность из пучины раздумий. – А?.. – невинно хлопает глазками он и глупо улыбается Хосоку. – Не слушаешь, – качает головой друг и треплет Юнги по светлым волосам. – Ушел в себя, вернусь не скоро, – смеётся он. – Что ты говорил? – переспрашивает Юнги, надеясь, что не прослушал что-то важное. – Завтра вечеринка в честь нового года. Ты идёшь? – повторяет свой вопрос Хосок, который Юнги бессовестно прослушал. – Вечеринка? А Чимин там будет?.. – уточняет Юнги, хотя точно знает ответ. – Конечно! Как же без главного тусовщика их небольшой компании. А Юнги вздыхает на этот ответ. Катастрофа. Определенно случится катастрофа, когда Юнги и Чимин встретятся взглядами. Потому что Юнги тоже начал смотреть на Чимина изучающим взглядом. Ловить каждое его движение. Как тот внимательно смотрит, или активно жестикулирует, когда рассказывает, что-то его впечатилившее. Или облизывает губы, когда отпивает что-то из стакана. Пожалуй, именно на губах Юнги задерживает взгляд дольше всего. На этих божественных губах. Чимина надо арестовать за такие незаконно пухлые губы. Вот бы коснуться их своими, пройтись языком, ощущая сладость, скользнуть между ними... Катастрофа. Юнги не понял, когда сам стал таким жадным на взгляды в сторону Чимина. Но в голове теплится надежда, что это взаимно. Может, на грядущей вечеринке поговорить с Чимином? Тяжёлый вздох разносится по комнате. Со скрипом в голове Юнги начинают двигаться шестерёнки заставляя мозг думать. И Юнги уже точно не замечает ничего вокруг, окончательно уходя в раздумья. Весь день до назначенного времени вечеринки Юнги чувствует уверенность, что сегодня он поговорит с Чимином. Выяснит всё, надеясь, что их чувства взаимны. Ну, а как они могут быть невзаимны если они повсеместно одаривают друг друга откровенными взглядами. Особенно тщательно взгляд Юнги задерживается на Чимине когда они приходят в тренажерный зал и Чимин в процессе тренировки снимает майку оставаясь с обнаженным торсом. Юнги в эти моменты готов застонать в голос от лицезрения подтянутого загорелого тела, и как перекатываются мышцы под карамельной кожей. Юнги уверен – на вкус она тоже как карамель. Он обязательно как-нибудь попробует, каждый сантиметр обойдёт языком. Юнги вздыхает... Ещё чуть-чуть и он дойдет до влажных фантазий. Так дело не пойдёт. Им необходимо поговорить. Новый год – светлый, радостный праздник. Юнги улыбается, когда видит на двери висящий еловый венок с колокольчиком. Он пришел по адресу. Квартира, где намечалась вечеринка. Он слегка ударяет по колокольчику на венке тот качается и издает звонкий "дзынь" несколько раз. Затем Юнги вдавливает дверной звонок, потому что не уверен, что его услышат, ведь из-за двери он слышит громкую музыку. Через мгновение дверь открывается и его впускают на вечеринку. По ушам бьют басы из колонок, в гостиной крутится шар отражая разноцветные огоньки от приветливо мигающей гирляндами ёлки, что стоит в стороне от центра комнаты. Повсюду блестит мишура и мигают разноцветные гирлянды. В воздухе витает аромат мандаринов, яблочного глинтвейна и имбирного печенья. Юнги улыбается кажется слишком широко, потому что все эти запахи хорошо приправлены одним ярким – запахом ели. Та, что стоит в центре искусственная, но везде множество натуральных еловых веточек, которые и дают этот запах. – Скучаешь? – раздается за спиной и Юнги готов поклясться узнает этот голос при любых обстоятельствах. – И тебе привет, Чимин, – улыбается по-дружески Юнги и оборачивается. Он на секунду замирает теряясь. На лице Чимина слишком уж подозрительная улыбка. Жди подвоха точно. – Хей, ребята! – пьяно зовёт Хосок. – А вы прямо под омелой! – и улыбается так широко-широко. Юнги тоже улыбается и глядит наверх, где под потолком подвязаны зелёные веточки омелы. И снова переводит взгляд на Чимина. Вот уж перекрасное начало вечера. – Мы должны поцеловаться, не так ли? – спрашивает Чимин вплотную подходя к Юнги. – Решил так украсть мой поцелуй? – усмехаясь говорит Юнги. – О чем ты? Это же омела. Традиция, – разводит руками Чимин. – Целуй уже, – с улыбкой произносит Юнги. Ему кажется уже всё равно, что они вообще-то друзья и между ними не должно быть таких диалогов. Чимина же вот это не беспокоит, раз он так просто сказал про поцелуй. Правда ведь? Чимин притягивает его к себе за талию, крепко держит и обнимает, выдергивая из пучины раздумий, держит так, Юнги думает, чтобы не сбежал. Но он вроде и не собирается. Пухлые губы нежно, почти невесомо касаются розовых губ напротив. Юнги теряется. Ощущения странные, но такие приятные. Губы Чимина мягкие, такие какими Юнги их себе и представлял. Даже слишком. Язык Чимина скользит по губам, размыкая их. А Юнги не сильно и сопротивляется. Он вообще-то совсем не сопротивляется, потому что нравится. Нравится как обнимают, нравится поцелуй и чувства, что расцветают в груди словно бутоны самых прекрасных цветов. А ещё сладко тянет где-то внизу живота. Чимин проникает языком глубже, поцелуй углубляется и Юнги тихо скулит от новых неизведанных ощущений. Таких приятных ощущений, что не хочется прерывать эту сладкую пытку для губ. Или наоборот прервать скорее, чтобы не мучаться. – Ты мне нравишься, – звучат слова шепотом, а Чимин только крепче обнимает Юнги. Что? Он не ослышался? Его чувства взаимны? – Ты... Ты мне тоже нравишься... – выдохнул Юнги. – Пойдём на свидание? – тут же предложил Чимин, мягко улыбаясь. А Юнги что? Юнги согласился тут же. Кажется остаток вечеринки теперь пройдет просто превосходно. На свидание Чимин привел Юнги на каток. – Я же... Я не умею на коньках... – проговорил Юнги, цепенея от страха, когда Чимин уже вёл его к катку. – Это не сложно, – с улыбкой отмахнулся Чимин. – Я буду помогать, – и от этого взгляда и обворожительной улыбки только хочется верить, что правда, можно довериться и расчитывать на помощь в случае чего. Ведя Юнги под руки, Чимин наконец завел его на лёд. Юнги неумело ступил на поверхность. Ноги нещадно разъезжались и устоять хотя бы ровно было похоже на совершенно безуспешные попытки. Юнг пошатнулся, но устоял. Уже достижение. Чимин стал двигаться в сторону, ведя Юнги за собой, крепко держа ладони в своих, а Юнги пугался, что Чимин едет задом вперед и это вообще-то в принципе опасно, поэтому он решил стать его ещё одними глазами, подсказывая, что там впереди. Так они постепенно, держась за руки, сделали кружок по катку. Который Юнги дался с большим трудом и стоил целой выдержки. Но с Чимином это правда было проще, даже чем с теми-же друзьями из их общей компании. – Ты так уверенно держишься на льду, – всё не переставал восхищаться Юнги. – Мы же просто пару кругов сделали по катку, – рассмеялся Чимин, крепко обнимая Юнги и держа того, чтобы он не упал. – А для меня это уже достижение! – воскликнул Юнги. – О, ну тогда я ещё и не такое могу, – рассмеялся Чимин. Он помог Юнги добраться до ближайшего бортика, чтобы тот мог держаться за него, а сам отъехал немного и начал двигаться, словно он на конкурсе по фигурному катанию. Юнги же следил за этим с особым восторгом, но и долей паники, ведь Чимин не просто катался как они вместе ранее, а ещё всякие трюки вытворял. Чимин на мгновение оставил Юнги одного, а тот попробовал покататься без поддержки, но это оказалось невозможно, потому что Юнги почти сразу упал, больно ударяясь бедром. – Эй, что за красавчик упал с неба, прямо к моим ногам? – рассмеялся Чимин. – Встать помоги, романтик, – пропищал Юнги, протягивая к нему руки. Чимин конечно же помог, ещё и ушибленное место погладил, чтоб не болело. Они ещё немного покатались, а потом отправились на обычную прогулку. Они о многом разговаривали, пока Чимина не отвлек телефон, он остановился отвечая, а когда почти закончил, почувствовал как что-то прилетело в спину. Снежок. Юнги хитро улыбался держа в руке ещё один снежок. – Ну, всё, это война, Мин Юнги. Под звонкий смех он кинулся к Юнги влепляя тому ответный снежок. Они смеялись, перекидывались снежками, пока не упали без сил на ближайший сугроб. Юнги упал на Чимина, но слезать с него как-то не хотелось, поэтому он улыбаясь коротко чмокнул его в губы, сам чувствуя как щеки начинают гореть от смущения. Юнги быстро перекатился распластываясь как звездочка на снегу и начиная делать снежного ангела, только бы Чимин не увидел эти пылающие щеки. После свидания Чимин пригласил Юнги к себе, а тот охотно согласился. – Какао будешь? – поинтересовался Чимин, уже передавая Юнги кружку с ароматным напитком. – Спасибо, – проговорил Юнги принимая кружку и грея об нее руки, они были оба закутаны в пледы, отогревались после снежной прогулки. – Юнги... Давай встречаться? – предложил Чимин. Юнги чуть не подавился, но заулыбался так широко и ярко, что Чимин на секунду забыл родную речь засмотревшись. – Давай, – согласился Юнги. – Мне с тобой комфортно и так спокойно, – Юнги улыбнулся укладывая уставшую голову на плечо теперь уже далеко не друга. Чуть в далеке потрескивал камин, обдавая жаром уставшие и замёршие тела. За окном падал пушистый снег ловя каждую снежинку в свой танец. Они кружились и мягко падали на землю. В темноте красиво отдавая серебрянным блеском, словно драгоценные камни. В комнате же царила атмосфера тепла. Тепла, которое должно быть не только от камина. А в объятиях любимого человека. Юнги сейчас хорошо, настолько, насколько не было ещё никогда в жизни. Чимин обнял Юнги, чувствуя этот самый уют, невесомо провел тыльной стороной ладони по румяной щеке, думая какой же Юнги красивый, даже во сне. Теперь они вместе и это главное.