Рождественское чудо

— Дзëно... — Тяжело произносит своим охрипшим голосом пожилая женщина. Её здоровье в последнее время подводит, даже сейчас она сидит укутанная в три пледа и со стаканом успокоительного в руках. Разговоры с внуком всегда доводили её до белого каления, поэтому без капель валерьянки спокойно усидеть на месте женщина не могла. — Ну скоро же Рождество, Новый год! Возьми отпуск наконец, ну нельзя себя так нагружать, подумай о своем здоровье хоть раз! Твой дедушка очень беспокоится... Тебе же так нравился этот праздник! — Она крепче сжимает морщинистую руку на своём старом телефоне. Дзëно устало моргает, продолжая смотреть за разбушевавшейся метелью. Раньше он любил зиму, но теперь ненавидит. Она забрала самое дорогое что есть в этом свете — родителей и веру в чудо. После их смерти к Дзëно перешёл огромный долг суммой четыреста миллионов йен. Долгое время он пытался понять откуда у его семьи взялся такой огромный долг, но спустя немного времени вспомнил про кредит который папа брал еще в юношестве. Винить его в этом не было смысла, всё равно половину своей жизни Саигику провёл беззаботно, а сейчас, как наказание на него решили навалиться проблемы. Он снова берёт тлеющую сигарету в руки, зажимая еë между губами, и делая глубокий вдох. Глаза слезятся от сизого, горького дыма который медленно разъедал его лёгкие. Алкоголь Саигику не мог себе позволить, поэтому сигареты стали единственной вещью которая могла его успокоить в данный момент. — Я не люблю Рождество, ты же знаешь. Тем более в этот день я буду работать, так что не вижу ничего весёлого. Сегацу-сан — простая байка для детей, его не существует. А если бы и существовал, то наверняка сейчас бы я не горбатился на трёх работах. — Но Дзëно... — Мне нужно готовить завтрак, извини, — он молча сбрасывает трубку, откидывая полу-разряженный телефон на белый подоконник. Естественно завтрак готовить Дзëно не собирался. Холодильник пустует уже как два месяца, а сам Саигику жил только на кофе и сигаретах, долг забирал у него всё, медленно высасывал жизнь из болезненного, худощавого тела. Ненароком ему вспомнился друг детства. Как же его звали? — Тендо...? Терима? — Перебирал варианты Саигику. Нет... Не так. Вертится на языке, но вспомнить просто не удаётся. Интересно, как он? Они не виделись пятнадцать лет, возможно за это время его дорогой друг уже успел обзавестись супругой и детьми, а Дзëно как говориться всё ещё женат на нелюбимой работе. Выкинув окурок в мусорку, он поднял голову и взглянул на время. Сейчас было около одиннадцати утра, до работы ещё полтора часа, а это значит что у него есть немного времени на погулять. Живёт он довольно скудно. В однокомнатной квартире на пятом этаже. Кровать есть, ванная туалет есть, кухня есть, а ему большего и не требуется. О телевизоре сейчас можно только мечтать... Когда у Саигику спрашивали: почему ты не переехал к бабушке и дедушке, если они тебя очень ждут? Он отвечал: я не хочу становится обузой, и обременять их собственным долгом. — Может кофе купить... Или какао, — он смотрит на ладонь в которой лежали несколько пыльных центов. Здесь деньги на проезд и... Может быть хватит на стакан какао. У кофейного автомата всегда огромная очередь, поэтому ему стоит поспешить если он не хочет потратить всё время на ожидание своего напитка. Решив не брать очки, Дзëно накинул на спину тёплое пальто с пушистым, белым мехом, шею перевязал зелёным шарфом, а ноги обул в зимние сапоги. Далее он закинул ключи от дома в карман, и пошёл на улицу, совершенно позабыв надеть шапку. Раньше мамы часто говорили своим детям: не ходи без шапки гулять, ледяной Джек заморозит тебя! Дзëно никогда не верил во все эти мифы про данную персону, но без шапки ходить боялся. Сейчас же страх давным-давно улетучился, но как только Саигику вспомнил этот миф, у него резко начали болеть уши. Погода была ужасная, метель так и не утихла, наоборот стала ещё сильнее. Дзëно уже жалел о своём желании выпить кофе... Зачем он вообще пошёл на улицу? Ладно, нужно срочно купить это гребанное кофе или какао, а потом спрятаться в каком-то помещении. Домой идти не хочется, зря вышел что-ли? Тем более там его никто не ждёт... Укрыв голову капюшоном и спрятав нос в шарфе, Саигику стал маленькими шажками двигаться вдоль улицы. Наверное люди смотрящие на него через окно задаются вопросом: какого чёрта?! Он свихнулся? А Дзëно им ответит: да, я сошёл с ума, а что? Хотите познакомиться? Глаза ужасно слезились, а руки вместе с щеками онемели от этого адского холода, но Саигику сделал это! Добрался до автомата. Вставив несколько монет в монетоприемник, он нажал на кнопку желаемого напитка, став ожидать пока приготовится долгожданное какао. Дзëно мог давным-давно купить хоть две банки этого несчастного напитка, но всё же он любил покупать его именно тут... Здесь атмосфера более приятная что-ли? Тяжело вздохнув, Саигику решил повернуть голову в сторону. В тусклом свете фонаря показалась бледная, размытая фигура. Дзëно не мог рассмотреть её лицо, но сразу понял что на человеке перед ним не было ни куртки, ни шапки... Лишь какое-то тряпьё. В руке неизвестного находился подсвечник с большой, горящей свечей. Над его головой тоже горели какие-то два огонька, но как только Дзëно стал более детально рассматривать юношу, тот исчез... Нет, серьёзно! Просто взял и испарился. Как будто эта ужасная снежная буря поглотила его, не оставив после себя ни единого следа. Дзëно поджал губы, замечая что какао уже готово. Наконец можно зайти в помещение и погреться! Интересно... Там и впрямь кто-то стоял, или это плод его изголодавшегося разума? Щеки обожгло приятным теплом, Дзëно тут же встретили испуганные официантки, и усадили за один из свободных столиков. Также они помогли ему развесить мокрую одежду, а потом дали немного печенья к какао за счёт заведения. Это слегка удивило Саигику, он молчаливым кивком поблагодарил сотрудниц, а после стал наслаждаться своим какао. В мыслях всё ещё стоял образ того чарующего незнакомца. Дзëно задумался, глядя в тёмную кружку. Недолго думая, он решил запечатлеть человека на салфетке. Так как ни карандаша ни ручки рядом не находилось, Саигику взял зубочистку, макнув кончик в какао, а после стал рисовать фигуру на салфетке. Вот уже вырисовался бледный торс... Кажется у него была открыта грудь... Тряпки похожие на традиционное кимоно, белые растрёпанные волосы, что же у него горело над головой? Рожки? Хорошая идея! Дзëно приподнимает уголки губ в улыбке и рисует оленьи рога. Осталось лицо... Но из-за снежной бури ему совсем не удалось ничего разглядеть, поэтому Дзëно решил нарисовать незнакомца в кроличьей маске. Может показаться что Саигику проворачивает подобное с каждым встречным, однако тот человек просто показался ему весьма интересным и необычным. Какой дурак пойдёт в мороз на улицу без куртки, шапки, ещё и с голой грудью? Дзëно ещё считал себя сумасшедшим... Он делает глоток уже остывшего какао, на язык попадает тот самый невкусный порошок из-за которого лицо Саигику кривится так, словно в рот только что попало что-то кислое. Он заедает горечь печеньками, устало вздыхая. Скоро нужно идти на работу. Снова сидеть в этом душном, цветочном магазине и перебирать не увядшие к зиме цветы. К счастью Дзëно повезло, и он работает не на улице как его двоюродная сестра Теруко. Не смотря на то, что Саигику практически весь день проводил в сидячем положении, он жутко уставал, а эта работа забирала у него все жизненные силы. Вспомнились слова бабушки... И какое может быть Рождество, когда у него не хватает сил даже на то, чтобы почистить зубы? Украшать дом, ставить ёлку... Тем более он живëт один, а украшать ëлку одному как-то скучно и тоскливо. Тем более Сегацу-сан не существует, как и всех остальных духов которых выдумал Чарльз Диккенс. — Простите, может вам принести новую чашку с какао? — Саигику совсем не заметил того, что начал жевать пустой стакан. Он отрицательно помахал головой, вставая из-за удобного стола. — Нет-нет, прошу прощения, мне уже нужно идти. — Уходите? Но там же буря! Может ещё посидите? — Чуть склонив голову к плечу вежливо спросила официантка, нервно обдирая ноготками кожу вокруг ногтя. — Я в магазине неподалёку отсюда работаю, можете не беспокоиться, со мной всё будет в порядке. Спасибо за радушный приём, до свидания! — Дзëно вежливо поклонился, хватая своё пальто вместе с шарфом, и быстро одеваясь. Сегодня смена в цветочном, завтра рано утром ехать на заправку... Послезавтра мыть полы. Хорошо что он сохранил монеты на проезд, плохо что начались зимние праздники, и теперь Саигику не может помогать с математикой школьникам. Родители платят не много, но за эти деньги Дзëно в основном и живёт. Нужно ещё после работы проверить осталось ли кофе... Если нет, то видимо придётся жить только на воде и остатках сигарет. Вот бы сейчас маминого онигири... *** — Никому твои цветы не сдались, проваливай отсюда! Вот увидишь, у меня побольше клиентов собиреться за весь день чем у тебя! — Верещал вредный старикан. Его огромную лысину прикрывала тёплая шапка-ушанка, сам мужчина был одет по погоде: синяя вязанка длинной до колена, коричневые брюки, белые валенки. Юнги-сан был вредным с самого начала. Дзëно не мог проработать ни одного спокойного дня без его участия. То он выставит табличку на улицу с надписью: цветы для дураков! Купи удон, согрей желудок! То попытается закидать витрину снежками, но в конечном итоге упадёт на землю сам. У Дзëно не было никаких злых намерений, поэтому он просто молча наблюдал за всем происходящим как и любой другой нормальный человек. — Сегодня в комнате прохладнее обычного, — сказал Саигику, сильнее обнимая своё тело руками. Кажется ему даже не нужно снимать куртку... Правда уши мёрзнут. Взгляд снова метнулся на улицу, там всё ещё стоял разгневанный Юнги-сан. Дзëно тихо хихикнул с него пройдя внутрь помещения, и усаживаясь за стол. После, Саигику поднял голову, смотря в окно. Тут он замер, почувствовав как внутри него всё вдруг похолодело. На одной из толстых ветвей дерева сидел белоснежный филин. Он был абсолютно белым, на перьях можно заметить маленькие, не растаявшие снежинки, ощущение словно эта птица вылетела из сказки... Но внимание Дзëно привлекал не раскрас — белые глаза смотревшие прямо в душу. От этого взгляда сердце сжалось, а ноги как будто одеревенели. Разве они не должны спать днём? Почему эта птица та пристально смотрит на меня — пронеслось в голове у Саигику. Ему захотелось спрятаться под этот ветхий стол... Но тело отказывалось его слушаться. Юнги-сан уже зашёл внутрь, как не во время... В дверь громко постучались, но на улице никого не было... Что за чертовщина? Может просто ветер? Дверь затряслась как не в себя. Ощущение словно сейчас "нечто" снаружи колотило её руками и ногами. Стоило Саигику на нескольких секунд отвлектись на этот шум, как Филин внезапно пропал. Может это обычный сон, и Дзëно потерял сознание от холода ещё на улице? Лучше бы он просто надел эту дурацкую шапку! Дверь с тихим скрипом отворилась, наконец Саигику смог двигаться, поэтому скорее задрал ноги на стул, прикрыв голову руками. — Что вам нужно?! Деньги? Касса совершенно пуста! Я только открылся, если вы один из моих коллекторов, то я отдам всё ближе к пятнице, только пожалуйста, не трогайте меня! Нужно сейчас же вызвать полицию, но что если преступник вооружён?! Тогда не видать Дзëно руки, и ему точно конец... Жизнь пронеслась перед глазами, пока человек подходил всё ближе. Саигику казалось что от незнакомца веяло могильным холодом... Наконец подняв глаза, он обнаружил пред собой... Того самого юношу которого Саигику встретил когда ходил за какао... Белые растрёпанные волосы перевязанные в высокий хвост, бледно-зелёное кимоно сползшее с его широких плеч... Он был совершенно босым, на стопах можно заметить не тающий снег. Что это за магия такая... Голову украшал венок из засохших листьев среди которых стояли две горящие свечи. Глаза мужчины абсолютно белые — безжизненные, прямо как у трупа. В руке находился подсвечник с одной огромной свечей. Когда его наконец закончили осматривать, "мертвец" развернул голову к двери, махнув вдоль неё рукой. Она тут же захлопнулась, Саигику подпрыгнул на месте из-за громкого звука. — Кто вы... — Завороженно спросил Дзëно, наконец убирая руки от лица. Его накрыло чувство дежавю, такое ощущение словно Саигику где-то его видел... Но если и видел, то судя по всему данная персона уже мертва, живым его назвать просто язык не повернется. Мужчина резко повернул голову в его сторону, Дзëно проглотил тошнотворный ком страха, внимательно скользя взглядом по аккуратным скулам и тонкой шее. — Ты, Дзëно Саигику пробудивший меня? — Бархатный голос разорвал нудную тишину. У Саигику невольно дëрнулось сердце, настолько красиво звучал незнакомец. — Пробудивший? О чём это вы... Я просто пришёл на работу, хотел разложить все свои вещи, — он похлопал себя по пустым карманам, смущённо вытаскивая разогнутые скрепки и прочий мусор. "Мертвец" подошёл к стоящим на полу цветам. Нагнувшись к растениям, он осторожно коснулся к лепесткам кончиками своих фарфоровых пальцев. Растения тут же покрылись льдом, видимо это ужасно расстроило мужчину и он виновато поджал фиолетовые губы. — Кто... Что вы такое? Юноша спокойно поднялся с пола, шагая ближе к Саигику. Тот встрепенулся, и вжался спиной в спинку деревянного стула. Вот бы сбежать через эти деревянные трещины, подобно воде, а после выползти на улицу... "Мертвец" приблизился к нему так близко, что Дзëно смог почувствовать губами его морозное дыхание. — Рождественский дух.