Все тот же гад

Прислонив голову к стеклу небольшого автобуса, мужчина смотрел за тем, как верхушки деревьев достаточно быстро сменялись друг за другом. Вокруг слышался негромкий шепот молодых контрактников, что воспринимали происходящее так, как будто они направляются в самой дорогой и престижный детский лагерь с множеством игр, событий и кружков. В принципе, так армию и описывали в тех множествах реклам, которые успел услышать или повидать Риджуэлл. Если слегка прислушаться, то можно было услышать и все эти приукрашивания про то, что эти юнцы встретят каких-нибудь медсестричек, женятся на молодых красоток с медицинским образованием и все будет как по маслу. Томасу это напомнило, как воспринимали бортпроводниц на самолетах в шестидесятых годах. Том еле слышно фыркнул, прежде чем прикрыл глаза, через пять минут или около того будут на месте. Благо за все время «поездки» парень, что сидел на соседнем кресле даже и не попытался завязать диалог с Риджуэллом и разговаривал со своими одногодками, обмениваясь с ними шутками, которых бас-гитарист не понимал. Вот оно, молодое поколение, а вот во времена молодости Томаса шутили не про непонятных белых медведей и Ленина, а про вполне понятного «главного» фаната игр про синего ежа. В принципе, все прошло так, как и ожидал мужчина. В бланке с тестом было около десяти вопросов, и все они были похожи на «Вы когда-нибудь убивали?», «У вас есть зависимости?» и прочие гениальные вопросы. Томас, как самый адекватный человек, на бумажке ответов с написанными паспортными данными наверху в уголке бумаги на все вопросы отвечал уверено «Да». Проверяющий мельком глянул на бланк и тихо вздохнул, увидев ответы очередного шутника, и подписал бумажку о том, что Томас годен к службе и психическое здоровье у него просто отменное. Окончательное «заключение о годности» тоже было достаточно быстрым. Пару сотрудников в военной форме сидели в кабинете, и как только Томас дал им два документа о состоянии здоровья как физического, так и психического, то многоуважаемые мужчины без замедления достали договор и попросили подписать в определенных пропусках. Мельком прочитав контракт на девятнадцать месяцев службы, Том узнал, что после окончания службы, если начнутся военные действия, то его незамедлительно отправят воевать. Ну, а по мелочи, доступно пять отпусков во время службы, дабы съездить домой. Мужчина подписал контракт, и сотрудники отправили Риджуэлла в коридор «попрощаться с семьей перед поездкой». Бас-гитарист сдержал кривую ухмылку и просто кивнул, прежде чем вышел из кабинета. Ну и куда ему девать все эти бумажки в карманах? По итогу Томас так и остался с документами в карманах да пакетом в руке, пока он забирался внутрь автобуса без колес, где уже сидели и другие, кто подписали контракт, кто на год, кто на чуть больший срок, чтобы потом поступить в университет на бюджет. Заняв свободное место, Риджуэлл выдохнул, смотря в окно. Он не заметил машину Скотта и Джейкоба, значит те уехали уже, ну и ладно, это было не так важно. Прошло еще минут десять или двадцать, прежде чем у водительского кресла появился высокий мужчина в военной форме красных оттенков, что начал рассказывать про то, в какую часть «поедут» все находящиеся в автобусе и технику безопасности. После этого уже автобус начал движение, а точнее лететь. И вот Риджуэлла выдернуло из своих мыслей чувство, будто сердце замерло и начало падать вниз. Выдохнув и проморгавшись, мужчина начал смотреть, как автобус без колес опускается на землю. Смотря в окно, Том заметил, что снега не было, значит, они точно не в Норвегии, скорее всего все еще в Великобритании, раз над морем не летели. Мельком пораскинув мозгами, мужчина слабо нахмурился, пока его слабо похлопали по плечу. Обернувшись, бас-гитарист посмотрел на парня, который сидел рядом. Тот коротко кивнул в сторону остальных, что уже выходили на улицу и юнец поспешил присоединиться к новым товарищам. Встав с места, Томас размялся и выдохнул, прежде чем направился к выходу из автобуса. Уже чувствовался необычный запах, хоть Том понятия не имел, откуда такой «аромат» и кому он принадлежит. Главное, чтоб это не был чей-то дезодорант, а то были подозрения о том, что остальным солдатикам явно будет несладко и тошно во время всей службы, пока у предполагаемого товарища не закончится дезодорант. Встав в строй с остальными парнями, Томас смотрел на того же мужчину, что теперь начал рассказывать о части и об обязанностях солдат. Пока неинтересный военный продолжал инструктаж, мужчина мельком осмотрел и саму часть, про которую так старательно вещал старший по званию. Было несколько зданий серо-зеленого цвета с небольшими темно-зелеными вкраплениями. В голове мелькнула на пару мгновений мысль о том, что если была б возможность, то этот хрен бы все красным закрасил. Мельком хмыкнув, мужчина перевел свой взгляд на читающего без выражения военного. Удивительно или нет, но на него почти никто не обращал внимания, то считая ворон, то просто разговаривая с рядом стоящим товарищем. — …И там вы сможете получить свою форму, и вас сопроводят в казармы, где вы уже выберете свое место. Душ и туалет можно посещать перед завтраком, после тренировок и перед отбоем. — мужчина был среднего роста, чуть младше Тома, но с уже уставшими, как у молодого учителя, глазами. Старший по званию точно не походил на всех тех карикатурных мужчин с низким голосом, горой мышц и стрижкой под нолик, готовые каждому встречному поперечному доказывать, почему армия важна и почему именно их страна великая и самая лучшая, а остальные просто либеральное фуфло с голубыми в правительстве. Бас-гитарист нахмурился уже начиная замечать некоторые несходства. Воображение все те месяца рисовало совсем другие картинки настоящей армии, основанной на тех американских фильмах про Вьетнам и Гражданскую войну. Солдаты стояли неровно, откровенно зевали, шептались в строю, но ведь это было неправильно и непозволительно! Почему их не ругают и не посылают чистить туалеты зубными щетками?! Взгляд вновь впился в военного, который будто и не замечал такого неподобающего поведения, пока Риджуэлл продолжал гадать причину такого поведения. Может, чуть позже взводу прикажут мыть полы по всей части до блеска своей же формой, а не филонить в строю? Все может быть. Через пару минут юнцов да Тома повели в здание, и оно было намного больше остальных, похоже, там и находились и казармы, и столовая и все остальное в виде душа и туалетов. По крайней мере, Томас на это надеялся, а то не хотелось бы бегать между зданиями просто, чтобы выполнить ппп: поесть, поссать и поспать. Продолжая вертеть головой и все внимательно осматривать, мужчина краем уха слышал смешки и разговорчики в строю. Пробубнив что-то про потерянное молодое поколение, бас-гитарист слабо насупился. Похоже, ему будет непросто, но, по крайней мере, дедовщины не будет, ведь Риджуэлл уже был дедом, по меркам молодежи. На свой недовольный бубнеж бас-гитарист получил тихое цоканье от какого-то впередистоящего парня, который и ответил что-то вроде «окей, миллениал, как скажешь лол». Эти слова немного озадачили «деда». Лучше бы и вправду Том попал в жесткую армию двухтысячных годов, а не в это…

***

Стоя в комнате, наполненной парнями, что, похоже, никогда и женщину в своей жизни не видели кроме матери и бабушки, Томас хмурился, подходя к свободной двухэтажной кровати, и закинул на верхнюю койку выданную форму. Некоторые солдаты уже сбивались в небольшие группки по национальности и по вероисповеданиям, и это был первый звоночек с красной ленточкой. Вытаскивая из карманов ненужные сейчас документы, и заталкивая их под матрас, мужчина зевнул пока рядом уже стоял какой-то солдатик, что взглядом искал свободную койку, но все никак не мог заметить. Махнув рукой, дабы привлечь внимание юнца, Томас указал на свободное место под своей койкой. Контрактник сначала посмотрел на первый этаж кровати, потом неторопливо посмотрел на Тома, нарочито медленно рассматривая его, прежде чем слабо насупился, всем своим видом показывая, что ему бы не хотелось делить кровать с таким «старикашкой». Сдержав возмущенный вздох, Риджуэлл пожал плечами и отвернулся, мол «как хочешь». Паренек же по итогу убежал куда-то в угол, где, похоже, было еще место. Бас-гитарист старался не обращать внимания на реакцию сопляка, но все равно было немного обидно. Мужчина даже не выглядел на свой возраст! Теперь-то Том начал понимать маму, когда она начинала супиться, когда какой-то подросток обращался к ней на «мэм» или даже «мадам». Пусть это было вежливо, но все равно было немного, наверное, неприятно, когда так прямо указывают на возраст. А тут прямо чуть ли не блеванули, смотря на Тома. Совсем охамели, уважению к старшим, похоже, не обучали, а то такого бы не было. Томас мотнул головой и начал переодеваться в форму, как и остальная «малышня», а то еще немного и Ридж и вправду будет ворчать как старый дед в доме престарелых, которого перестали навещать дорогие и самые любимые внучата и правнуки, которых обматерили еще на Дне Рождении. Аккуратно складывая подаренную водолазку и джинсы, бас-гитарист натянул на себя сначала красную майку безрукавку, прежде чем Томас начал надевать на себя штаны расцветки мультикам, прежде чем в ход пошли и армейские ботинки на толстой подошве. Достаточно быстро обуваясь и натягивая на себя остаток костюма во все той же расцветки мульткам, солдат мельком осмотрелся, оглядывая «товарищей», что совсем не торопились со сборами и болтали со своими новыми друзьями, стоя в одних трусах, хотя многие уже просто давным-давно оделись и ждали остальных парней. Тихо вздохнув, бас-гитарист взял в руки фуражку, больше похожую на кепку и постарался натянуть ту на свою голову, но отросшие волосы немного мешали. По итогу мужчина выглядел с «зачёсанными волосами назад по плечи», как подросток, не разбирающийся в моде. Слабо скривившись, мужчина снял с себя кепку и поправил свою прическу, давая ей той вновь «выпрямиться». Пару парней заметили действия Томаса, но лишь шепнули друг другу шуточки насчет этого, посмеялись, да и забыли. Через пару минут в казарму вошел тот же военный, что вел инструктаж в автобусе. Он с прищуром и с неким разочарованием осмотрел комнату, прежде чем строгим голосом громко скомандовал быстро всем допереодеться в форму и выйти построиться в коридоре, дабы пойти в столовую. Послышалось недовольное ворчание от солдатов, пока Томас подошел к старшему по званию в красной форме, чтобы выйти из казармы, пока еще несколько юношей направились за бас-гитаристом. Старшина мельком осмотрел подошедших и выпустил тех в коридор, начиная подгонять оставшихся двадцать человек. Те в свою очередь только начинали натягивать костюм на себя и недовольно бухтели. Выйдя в коридор, мужчина мельком осмотрелся, прежде чем встал у стены, начиная ожидать остальных. Рядом с Томасом остановился один из парней, вставая ровно и тоже начиная ждать, пока остальные просто стояли у двери, не собираясь пока строиться. Когда, наконец-то, всех солдатов выгнали в коридор, старшина скомандовал строиться и контрактники кое-как, но построились в два ряда. Том стоял во втором ряду третьим, пока впереди заставили стоять двух парней, что не входили ни в одну уже образовавшуюся группку по «интересам». Через пару секунд взвод начали вести в столовую на обед. Мужчина уже представлял не самые аппетитные картины со склизкой и липкой каши с комочками, да и крепкий несладкий чай, пока в темненькой водичке плавает мертвый жук. Скривившись от таких видов, Риджуэлл сбился со счета и случайно наступил на пятку солдату впереди. Тот айкнул и немного повернул голову в сторону Томаса, хмурясь. Пробормотав извинение, бас-гитарист слегка мотнул плечом, уже сосредотачиваясь на том, чтобы идти ровно и не наступать на пятки впереди стоящего солдата. Коридоры были широкими светлыми, будто специально и строились для того, чтоб солдаты маршировали в столовую, в казарму и даже в туалет. Так и летает в голове картинка, как одному приспичило и все тридцать человек идут в строю в уборную, чтоб потом остальные стояли у двери и ждали товарища, пока он сделает все дела и так со всеми. Дойдя до столовой, старшина открыл распашные двери, впуская контрактников в не менее светлую и явно недавно отремонтированную столовую, с множеством столов, где уже сидели другие взводы. В помещение было два окна с прозрачными занавесками, слегка закрывавшие вид на улицу. Мужчина повел солдат за собой к линии раздачи, за которой стояла повариха средних лет с приятной европейской внешностью и белоснежной улыбкой. Выстроившись в очередь, солдаты по одному начали брать подносы и тарелки, понемногу продвигаясь вперед. Томас был очень удивлен, что ему вообще дают выбор в еде, да и тем более такой… Можно было положить себе куриный суп, салат с пюре и макароны с котлетой. Взяв тарелку и достаточно быстро налив себе супа, мужчина поставил тарелку на поднос и продвинулся дальше, взяв себе пару кусков черного хлеба, да и чашку с чаем. Повариха успела указать на пакетики с сахаром и деревянные палочки для размешивания, а Том на это успел лишь кивнуть, прежде чем забрал себе ложку для супа, пакетик с сахаром, палочку и направился занимать себе место для того, чтобы покушать. Риджуэлл все равно не особо доверял еде, думая, что что-то будет недоваренное, пересоленное или еще что похуже. Сев за стол с пластиковой столешницей, бас-гитарист поставил поднос, прежде чем поудобней устроился на не очень-то удобном пластиковом стуле. Ну, не гнилая табуретка и на том спасибо. Взяв в руку ложку, мужчина мельком осмотрел содержимое супа, стараясь отыскать в жиже трупики насекомых. Не найдя никаких дополнительных источников белка, Томас насупился, но зачерпнул немного супа, прежде чем попробовал не внушающих особых надежд варево. Риджуэлл еще больше удивился, когда на вкус супчик был даже неплох и в меру соленый. Закусывая черным хлебом, мужчина начал трапезничать, но все еще с неким недоверием кушая суп, пока рядом никто не садился, обходя стол Тома то ли из-за страха, то ли из-за собственной какой-то неприязни. Как только тарелка была пуста, бас-гитарист начал пить чай, смотря на солдат за соседними столиками. Было трудно понять, кто здесь новенький, а кто уже пару месяцев или год находится в этой части, все вели себя одинаково расслабленно и, в какой-то мере, дружелюбно. Чай, кстати, был малиновым и достаточно сладким, так что в целом обед Тому очень даже понравился. Слушая разговоры сзади, Риджуэлл смог узнать о том, что здесь даже можно взять курсы по владению каким-либо оружием или научиться управлять грузовой машиной или танком. Чем больше Томас слушал все эти разговоры об армии от «дедов», тем больше убеждался, что это какой-то развлекательный лагерь для взрослых. Фыркнув, бас-гитарист допил чай, поставил чашку на поднос и взял его, начиная относить к окошку сдачи посуды. Последняя надежда была на то, что хоть тренировки жесткими будут…

***

Какого же было разочарование Тома, когда и тренировка оказалась простой полосой препятствий, причем без всяких карикатурно опасных препятствий, например, прыжок через кольцо огня в бассейн с опасными и очень голодными акулами. Вздохнув, мужчина встал в небольшую «очередь» в два ряда. Солдаты без особого интереса смотрели на палисад с наклонной доской, стоящий в самом начале и являющимся «первым испытанием». И вот, через несколько секунд послышался свисток и тренировка началась. Два парня в начале колон подорвались с места и начали взбираться по доске наверх палисада, прежде чем спрыгнули куда-то вниз, и дальше было достаточно трудно разобрать, какие дальше испытания были, возможно, какая-то яма или эти чертовы железки в виде «лабиринта». Проходит пару минут, прежде чем настала очередь Томаса поучаствовать в очень веселой и полезной тренировке, которая точно будет намного тяжелее, чем будничная утренняя тренировка Скотта для «согрева» перед предстоящим днем. Начиная взбираться по тонкой и явно ненадежной доске, Риджуэлл старался быть быстрее «соперника» рядом и через полминуты спрыгнул в… яму. Успев тихо выругаться, Том, все же, спрыгнул на обе ноги и начал бежать к чертовому лабиринту из металлических палочек. Мужчина такую штуку в детстве за пару минут проходил, так что и здесь было достаточно легко. Риджуэллу даже не было как-то особо приятно от того, что он угадал, что будет после первого «испытания». Начиная бежать дальше, не обращая уже ни на кого внимания, Том оказался у непонятной и явно неудобной «лестнице» с большими дырами и начал взбираться на доску, находившуюся на уровне колена мужчины, прежде чем перескочил на следующую, находящуюся повыше. Преодолев лестницу, бас-гитарист начал идти по полуразрушенному мосту с достаточно большими «пропастями». Перепрыгивая их и спрыгивая с деревяшки на землю, Том подбежал уже к стене с двумя широкими дырами. Перелезая и подбегая к окопу, бас-гитарист спрыгнул в него и взял муляж гранаты, кидая ту из окопа в сторону, где находился предположительный враг. Подождав пять секунд, Том вылез из окопа и добежал до «финишной черты», где уже стоял старшина, записывающий результаты. Увидев не запыхавшегося Риджуэлла, мужчина кивнул в сторону и записал что-то в свой блокнот. Детский сад какой-то, а не тренировка.

***

День в «детском лагере» пролетел как-то незаметно, и вот уже наступало время отбоя. Солдаты переговаривались между собой, смеялись и в принципе были очень рады, что реклама не врала, осталось только найти горяченьких медсестричек, и жизнь удалась. Мужчина же хмурился, пока переодевался и вешал форму на бортик кровати. Ужин тоже был достаточно приличным, была на выбор паста с томатами и салатом, да и какое-то мясное блюдо, чье название Томас не знал. В столовой во время ужина не было как-то особо шумно. Конечно, солдаты болтали во время еды, но не кричали и не выясняли отношения между собой. Душ тоже достаточно удивил. В кабинках можно было прикрыться шторкой, на маленькой полочке стоял шампунь с мылом и еще каким-то уходовым средством. Напор душа был достаточно сильным, и была горячая вода. Это даже не просто какой-то детский лагерь, а люксовый для детей из высшего среднего класса! И, если честно, это все очень сильно напрягало Томаса, пытающегося найти подвох во всем этом. Это же не армия! И сейчас, лежа в кровати под одеялом, мужчина продолжал размышлять, в особенности о том, нужно ли снимать очки. Решив так просто не снимать с себя устройство, Риджуэлл просто прикрыл глаза, стараясь заснуть, пока некоторые из парней продолжали шушукаться между собой. Шпиона ведь не к этому готовили… Его готовили к испытаниям, к тому, что в армии будет тяжело, и место под солнцем нужно будет выгрызать собственными зубами. Том зря что ли учил название винтовок, учился стрелять и запоминал, какие пули подходят для определенной модели. Томас зря учился рукопашному бою? Все эти четыре месяца были потрачены впустую.? Мысленно плюнув, мужчина повернулся на бок и подложил под голову локоть. Не слушая шепот солдатов, Риджуэлл начал потихоньку засыпать.

***

Ларссон зевнул, прежде чем неторопливо, шаркая ногами, вышел из комнаты. Было темно, да и храп Эдда был прекрасно слышен из комнаты Торда. В принципе эта «прекрасная музыка» и разбудила парня, направляющегося на кухню попить воды, прежде чем вновь отправиться спать. На пару мгновений норвежец даже обрадовался, что уедет отсюда, чтоб больше не слушать храп друга, больше смахивающий по звуку на строительные работы в соседнем районе, и спать спокойно, но лишь на мгновение… Подходя к кухне, паренек недовольно цыкнул языком, чувствуя не самый приятный, но знакомый запах спирта, хоть, в принципе, норвежец был не удивлен, заметив, что кухонный стол, заваленный парочкой бутылок из-под алкоголя, был занят уже пьяненьким Томасом. — Одного раза в реабилитационке не хватило? — Торд хмыкнул, проходя мимо пьяного товарища. Том же медленно и с некой неохотой повернул голову к Ларссону, молча показывая ему средний палец. Коротко и доходчиво. — Вау, даже материться не будешь? — Не хочу тратить на тебя силы… кхм. — Риджуэлл без особого интереса следил за тем, как сосед доставал стакан из ящика и начал наливать себе воды из кувшина с кипяченой водой. — О как, а не боишься, что я Эдду пожалуюсь на то, что ты, алкаш херов, опять посылать меня начинаешь? — парень повернулся к сидящему Томасу, прислоняясь к раковине, и начиная пить воду. — У тебя яиц для этого нет… Тебе же тоже попадет. — Том улыбнулся и хрипло посмеялся, прежде чем опустил взгляд на столешницу. — Да и тем более пару дней и тебя не будет, уж потерпеть смогу. Отставив стакан, Ларссон закатил глаза, подбирая слова для ответа, прежде чем просто фыркнул и неторопливо подошел к столу. — Оу, маленький Свидетель Иегов будет скучать по мне? Как мило. — Торд криво ухмыльнулся, смотря на Тома, но, не заметив какого-то раздражения или настроения шутить у пьяницы, паренек слабо насупился, но ухмыляться не перестал. Алкоголик покрутил в руке уже пустую бутылку, незаинтересованно смотря на еще два пустых «пузыря» стоящих рядом. Томас думал и молчал, будто размышлял о чем-то глубинном, недоступном для других людей и как же норвежец жалел в эти моменты, что он не может заглянуть в эти бездонные черные глаза и узнать все ответы Вселенной. Ну почему его глаза полностью черные? Это было нечестно! Почесав щетину на щеке, Том поставил бутылку на стол, прежде чем посмотрел на товарища, будто бы уже в его серых вмятинах вместо зрачков пытаясь найти подсказки к разгадке каких-то вопросов в своей голове. — Знаешь, это все так странно… — парень отвернул голову, смотря на свободное место перед собой, открыто намекая на то, что Торду нужно присесть, если тот хочет знать, о чем же хочет сказать Риджуэлл. Ларссон же демонстративно закатил глаза и громко вздохнул, будто бы он делает одолжение Томасу и вовсе не хочет знать, что твориться в этой полупустой головешке. Сев напротив, паренек поставил локоть на стол и оперся щекой об ладонь, выжидая продолжение фразы. Но шли секунды и минуты, а Риджуэлл так и не заговорил, он лишь смотрел куда-то в сторону Торда, но точно не на него самого, почему-то норвежец был в этом уверен. Без зазрений совести парень же пользовался положением и рассматривал «собеседника» напротив, как делал это много раз, когда вся компания собиралась в библиотеке, дабы поделать уроки вместе или доделать групповой проект. Наконец-то бас-гитарист подал признаки жизни, проморгавшись, и даже слабо улыбнулся, прежде чем начал говорить. — Мы ведь ненавидим друг друга, так ведь? — Томас отзеркалил позу норвежца, только вот его плечи были как-то по странному расслаблены и опущены. Торд задумался на пару секунд, прежде чем неуверенно кивнул. — По идее, да. У нас разные идеологии, ценности, да и в целом твои замашки насчет Нового Года охренеть как тяжело терпеть. Тем более в проекте Эдда мы как те самые чувачки, которые хрен знает, как еще терпят друг друга. — парень пожал плечами, пока Том тихо вздохнул, прикрывая на пару секунд глаза. — Разрешаю тебе заржать как кобыла, пнувшая надоедливого ребенка в навоз. — получив на такие не самые понятные слова молчание и немой вопрос в глазах, слегка пьяный бас-гитарист мотнул плечом. — …Я буду скучать по тебе. Торд фыркнул и откинулся назад, прижимаясь спиной к спинке стула, и сложил руки на груди. Ларссон слабо прищурился, пытаясь найти подвох в немых глазах, пока Том размеренно продолжал говорить, будто бы перед ним никто не сидел. — Просто, без твоей рожи будет все ощущаться… ну, не так что ли. — Риджуэлл полуприкрыл глаза и вздохнул, пока слова вертелись на языке и рвались наружу, но парень не давал им вылететь и обрести хоть какой-то вес в «разговоре». — Не я не говорю, что тип ты здесь самый главный и ваще ты всем этим заправляешь, а мы лишь жалкие букашки бла-бла-бла. — Ларссон фыркнул, продолжая с недоверием и неким раздражением смотреть на Тома. Не любил парень все эти пьяные «душевные» разговоры. Каждый раз, когда норвежец был «счастливчиком» застать разговорчивого, но подвыпившего Томаса, то во время его монолога у парня всегда было ощущение, будто бы он сидел за столом не с товарищем со старшей школы, а с папашей алкашом, который в миллионный раз спрашивает, уважает ли сын его. Томас хотел было что-то еще сказать, но Ларссон с тяжелым вздохом встал, направляясь к выходу из кухни и не собираясь больше слушать такие пьяные бредни… Они ведь даже не имеют в себе какого-то философского смысла и даже не смешные! — Ложись спать. Проспись, алкота хренова. — фыркнув и не восприняв слова бас-гитариста всерьез, парень отправился обратно в комнату, пока за его уходом наблюдал Томас. Парень даже сразу то и не понял, что услышал достаточно громкий хлопок дверью. Риджуэлл еще несколько секунд смотрел на выход, прежде чем медленно повернул голову к пустой бутылке Смирноффа. Уперевшись щекой об стол, парень прикрыл глаза, в которых мелькнул намек на разрастающуюся печаль. Тяжело вздохнув, Томас уже окончательно опустил руки в обоих смыслах сразу. Бесполезно доказывать что-то этому придурку, как-то намекать на то, что Тому надоела эта «вражда» и что можно было бы просто быть друзьями, они же с Мэттом как-то дружат! В голове лишь мелькала одна и та же мысль о том, что он не поймет и не примет, будет насмехаться и лучше поскорее упакует манатки, чем будет слушать пьяный бубнеж парня, с которым, к сожалению, ходил вместе в старшую школу, имеет общих друзей и жил в одном доме. Риджуэлл не нашел в себе сил встать и банально убрать бутылки или хотя бы пойти в свою комнату. Он уснул прямо на кухонном столе, не заботясь о том, что Эдд завтра будет ругаться и вновь запретит весь алкоголь в доме. Завтра это завтра, а сейчас Томасу нужно поспать и принять то, что никто его больше не сможет понять.

***

В этот день Красному Лидеру приснился кошмар.