подарок сыну Деда Мороза.

Олег, паренек, заведующий отделением, которое занимается созданием подарков для людей, писавших в своих письмах желания. Ну, или же он сын деда мороза, который займёт его место через лет десять. Но, а также и ребёнок, всего лишь семнадцать лет исполнилось парню в этом году, поэтому юный Шепс написал отцу решительно о своем подарке, но, получив отказ, не расстроился. Ему казалось, что снегурочка, его мама, всё исправит и подарит в этот день ему за отца то, что сероглазый хотел, но увы или ах, этого не случилось. Сейчас осталось пять минут до следующего года, и он, сидя на холодном полу, унывает в своей комнате, ведь уже два часа его отца нет дома, тот пролетает над своим городом на своих санях с подарками, не оставив у себя в квартире ни одного. Олег и не надеялся на подарок, который загадал, ведь он был невыполним. Шепс написал в своем письме, что хочет себе отношений, желательно, чтобы человек был чуть-чуть выше, кареглазым, немного старше его. Но, похоже, отец не захотел дарить ему человека, ведь это абсурд чистой воды.

Три, два, один..неловкая пауза и звонят колокола, всё, пробили куранты.

Лишь Олег прикрывает глаза, мысленно проговаривая с неприятным осадком на душе: — Черт, просто ужас. Уже собирается лечь в кровать, вставая с пола, но замечает, что в комнате ещё кто-то внезапно появился. Слышны за ним вздохи и крестящие звуки, будто из коридора забежал вор, за которым бежала свора собак и пару кучек ментов. Повернув голову, он увидел работающих людей в мастерской его отца. Среди них и была снегурочка, только это не его мама. Женщина эта была подругой, которая заменяла матушку и помогала папе развозить подарки в ночь нового года. Она была доброй, в основном, разбирала письма, после чего читала их или перепроверяла, которые были отклонены, и утверждала их, записывая в список подарков. Виктория, так её звали. — Боже, Олег, подожди, не ложись спать. Мы припозднились, — пытаясь привести себя в порядок и отдышаться, Райдос вставала ровнее, прикрывая за собой что-то странное. Оно было живое. — Привет, Олег, — говорил Дима, эльф -подросток отца, который почти всегда сортировал подарки, закидывая их в сани, а то и в мешок. С ним была ещё и Марьяна, девушка, которая тоже являлась эльфом деда мороза, но, в основном, она не разговаривала. — Я тут заметила твоё письмо среди отверженных. Решила прочитать, прости, если не для меня было, но мы решили подарить тебе подарок, — улыбнулась Виктория парню в темноте, но это не помешало увидеть лучезарную улыбку женщины. После чего Олег побежал к ней, не веря её словам. Обняв её, он осмотрел эльфов, которые тоже были рады такой реакции подростка. Но младший Шепс ещё не знал подвоха. — Только, возможно, это не то, что ты хотел. Я не сильно понимаю, что хотят люди в таком возрасте. Потрепав голову длинноволосого парнишки, Виктория попрощалась, а после исчезла со своими эльфами, отчего стена из существ, похожих на людей, исчезла, и подарок было видно лучше. Немного выпал Олег в осадок, увидев перед собой карие глаза, короткую стрижку и рост где-то 190 сантиметров, связанные подарочной красной лентой. К счастью, в одежде. Парень таращился на Шепса, ведь рот его был закрыт, а брови нахмурены, было сразу же понятно, что он зол. Но нечего было делать, и сероглазый, перекрестившись, опустился на одно колено, потянулся своими руками к подарочной ленте, завязанную в бант. Развязав, он полностью увидел лицо кареглазого, а также услышал очень приятные слова. — Блять, эти ебанутые съебались уже, что за хуйня, чел, хули меня сюда притащили, я вообще спал, а меня связали и сюда нахуя привезли, — парень потирает всё лицо, оглядывая всю комнату, подростка, сидящего перед ним и пялившегося на него. — Что ты смотришь, бля, как отсюда выйти? — Ты — мой подарок, ты никуда не уйдёшь, хочешь ты этого или нет, но ты не сбежишь, — создает преграду своим телом Олег, прижимая того к стене рукой. Тот и дёргается, не смотря в глаза вовсе, боится. — Какой ещё подарок, вы чего, все головой поехали, что ли. Я вообще где, шо це за хуйня то бля? — парень поднял голову вверх, смотря на потолок, пока Шепс фильтрует всё, сказанное кареглазым. Он понял, что ему привели какого-то украинца, хотя в это время все хотя бы знают пару слов из каждого языка. — Мы в Самаре, — говорит тихо, ловя на себе темный грозный взгляд, отчего становится некомфортно, все-таки тот реально из другой страны. — Какая, блять, Самара, где мой Луганск. Мне же пиздошить до туда ещё сколько, а у меня денег нет, блять, пиздец, от мамки пизда мне, от отца прямая смерть, вообще не въебаться, — через каждое слово слышен мат, и Олега это смешит. Будто парень, сидящий перед ним, опаздывает на экзамен, который находится на другом континенте, а ему осталось всего лишь пять минут до него. — Слушай, как тебя зовут то, потеряшка? — кладет руку свою на волосы кареглазого, трепля их, чтобы тот переключился со своей тревоги на него. И у него это получается. — А тебе какая разница, — смотрит прямо в серые глаза, а после, получив сердитый взгляд от них, уводит свой взор на окно. — Я Влад. — Так вот, Влад, пойми, останься здесь на пару дней здесь, так уж получилось, что ты тут. Я дам свой телефон, напишешь отцу или маме, что останешься у кого-то, а после через время уедешь. Пойдёт? — проводя рукой по шее, говорит Олег с нежностью в голосе. Будь это его подарок или просто человек, ему важны его чувства, если Влад уже ненавидит его, то надо отпустить. — Хорошо, самого то как зовут, длинноволосый, — вставая с пола, говорит Влад. Олег же не отстает от кареглазого и встаёт, идя за ним. Оба сели на кровать к Шепсу. — Меня зовут Олег, обычный Олег с фамилией Шепс, — упав полностью на кровать, выдохнул со словами парень. — Так мы ещё и за фамилии заговорили, хорошо, тогда я Владислав Череватый, — поглядывая со стороны на сероглазого, улыбнулся, он ему понравился. — Чем я согрешил, что я сюда попал? Прямо к самому дьяволу. — Ты письмо случайно не писал деду морозу? — задав вопрос, почти мгновенно услышал утвердительное мычание. — А что писал ему? По честному. — Да так, деньги пожелал, — явно врет Череватый впервые, отчего на себе ловит недоверчивый взгляд серых глаз, а после раскалывается на осколки без возможности собраться обратно. — Я просто написал, что любви хочу, да и других люблю я. — Кого «других»? Тебе то лет сколько? — не понимает Олег, задавая вопросы почти сразу же. — Мне девятнадцать, — чувствуя, что лицо краснеет, Влад почти шепчет следующие слова, от которых у Шепса мурашки по коже, — я гей. — Ты типо прикалываешься? Нихуя несмешно, неужели из тысяч людей мне попался ты, высокий, кареглазый, да и старше меня, — потирая собственные глаза, он понимал, что его голос сейчас от собственного же понимания затухнет, поэтому дальше решил и не продолжать, ведь в письме написал, что «без разницы, какой будет пол». — Я похож на приколиста? Блять, чувак, это у тебя надо спросить, что ты там загадал, что я здесь, — снимая свою кофту, кидает её на пол, после чего ложится на матрас кровати, накрытый одним мягким пледом. — Влад, я похож на нормального? — поворачивает голову на Череватого, получая положительный кивок от кареглазого, продолжает тише. — Бля, а если скажу, что загадал отношения на Новый год? — Олег, ты что, еблан что ли, я тебе пару минут назад говорил, что тоже самое загадал, конечно, нормальный ты чел, как бы, каждый заслуживает своего счастья, — поворачивается полностью Череватый к Олегу, отчего тот краснеет. Взгляд Влада стремительно осматривает всё лицо парня, останавливаясь нередко на губах. — Может, это судьба? — взгляды парней встретились. Сердце начало биться сильнее, будто это предложение было ошибкой, его вообще не нужно было произносить, но оно дало возможность освободить свои чувства. Череватый отводит взор от красивого лица сероглазого и тянется к лицу парня. Без каких-либо слов впивается в обветренные, но до боли в голове сладкие губы Шепса. Кареглазый покусывает пухлые губы слегка клыками, не замечая стонов боли Олега. Влад проходит языком по каждому уголку рта, отчего первый поцелуй у сероглазого становится немного смазанным, чувство, получаемое от действий старшего, было странное и непонятное. От боли сводило внизу живота, и хотелось уйти подальше, стыд накатывал волнами. И Олег не выдержал, отстранившись от него. — Влад, перестань, — рывками произносит это, создавая полустоны между словами. Слишком быстрый темп. — А мне казалось, тебе нравится, да и тебе хорошо, как я погляжу, — опуская вниз взгляд, он заметил, что Шепс то возбудился, неужели поцелуй так возбуждает? Он никогда этого не поймёт. — Бля, я пойду, — почти встаёт Олег и собирается уйти, пока его руку не схватил Череватый, потянув на себя. Тот лишь под силой шагнул к тому, смотря в карие глаза, показывая своё красное лицо. — Останься, это нормально. Всё нормально, я не осуждаю, может быть, если я был бы твоего возраста, то тоже бы возбудился, — вставая, Владислав обнимает за шею Олега, поглаживая рукой по спине. — Значит, не злишься? Тебе не противно? — уткнулся в высокое плечо Череватого лицом, ему так стыдно ещё никогда не было. Он сейчас будто голый. — Если ты мне уже нравишься, и я гей, то как мне может быть противно? — целует в щеку Шепса. Через час закончилась приятная ночь для парней на сне в обнимку в одной, мать его, одноместной кровати. Этот год уже начался хорошо, что будет дальше, уже не нашего ума дело.