Санту с поличным🎄

❄️❄️❄️

Минхо уже тридцать два года, но его тело выглядит всё ещё на шестнадцать. А сейчас он стоит напротив волшебной сосульки и просит поменять его прошлое. Поменять дату его рождения на паспорте и уволить его, чтоб он продолжил жить свою обычную жизнь без магии и с возраста семнадцати лет, чтобы пойти за Джисоном. Куда он там говорил? SM? JYP? Похуй вообще. Минхо на всё готов. Сосулька передаёт ему через мелодию снежинок мол «слишком много просишь», на что Минхо хмыкает и отвечает. — знаю, но… Пожалуйста? Не могу я быть с ним если оставлю разницу в возрасте, и танцевать я должен начать хотя бы с семнадцати лет, чтобы было больше шансов попасть в его группу. Я слышал, он уже состоит в каком-то популярном 3racha. Ты понимаешь сколько мне надо пахать, чтобы его догнать? — сосулька на это издаёт мигание, словно смеётся над наивностью Минхо, ну а потом сияет светло розовым оттенком, что означает «твоё желание принято», а дальше Феликс переводит мигания сосульки. — Она говорит, что путь ваш с Джисоном будет очень сложным и если любовь ваша настоящая, вы непременно будете вместе, в одной группе. А ещё она говорит, что… Ты серьёзно? — Феликс обращается к сосульке, тот вибрирует «конечно, дебил.» — что там? — стоит ли нам опять говорить о том, что Минхо заебался? — он говорит, что ты никогда не выполнял работу санты должным образом и тебе эта роль вообще не подходила… Нахрена оставить его на пятнадцать лет, если ты знала, что он не подходит? — сосулька Феликса проигнорила. — Скорее всего, Минхо, сантой ты стал лишь по одной причине, тоже её слова. Встретится с тем мальчиком. Вот это поворот, то есть мы пятнадцать лет мучались ради этой ваший педофильской любви? — вот научился же этот Эльф несносный людским словам от Минхо. Ходит теперь бросается на право налево мол «абюзер, травма, педофил…» — Феликс… — не отошел Минхо ещё от осознания того, что встреча их с Джисоном была предначертана самой судьбой и высшими ебучими силами, как Феликс… Ох уж этот Феликс… — увольняюсь я завтра, а сегодня я всё ещё твой босс, как думаешь, тебе подойдёт наказание в виде отстранения от полётов на десять лет или запрет на встречу с феями на год? — он мне угрожает! — сосулька волшебной пыльцой разводит руки в сторону мол «я ничего не знаю, сами разберитесь». — всё-таки, тебе надо отдохнуть от общетсва Фей. Хёнджин переживёт. — Минхо направляется на выход из ледяной пещеры, а за ним хвостиком Феликс. Сосулька слышит их голоса, хихикает и погружается дальше в отдых. — Нет! Как ты смеешь? Он мой муж! — Покажи загз! — Что такое загз? — Удостоверение о браке, ёбаны в рот… — Не наказывай пожалуйста, Санта, я же умру без Хвана! — Да шучу я отцепись собака дворовая!

✨✨✨

Это последний год, когда Минхо садится на сани. Сегодня он с оленями не ругается, а обнимает каждого по очереди и благодарит за все труды. Сегодня они с Феликсом матерят друг друга на латыни в последний раз, а в какой-то момент, Минхо достаёт из кормана браслет и протягивает его Эльфу: — Спасибо что был моим другом все эти годы. Ты же знаешь, что я ругался шутя и… Не обижаешься на меня? Я вас всех… Кхм… Люблю. — лицо Феликса сначало принимает форму вопросительного знака, а рот превращается в одно огромное «О». А затем в глаза Эльфа накапливается радужная влага и… — О Боже, лучше бы я молчал… — Минхоооошка! Мой дорогой, любимый Санта, не уходи, я умру без тебя уууааааа..... — вы видели на небе цветные облака, малиновые рассветы или просто северное сияния? Так вот. Это либо блевотина Эльфа, либо его слёзы. — Почему они тоже радужные? Феликс, ты гей даже до внутренностей! Кха… — Минхо поливают радугой, обнимают и целуют, капец, фу, он вообще-то не тактильный, останьте от него ради Джисона! — Заткнись, не придирайся, я вообще-то тебя тут люблю и скучать буду я… — Феликс хватает лицо Минхо двумя ладошками так, что губы его смешно зажимаются. А Эльф… этот чёртов Эльф, что-то для себя решил видимо и этот что-то Минхо точно не придётся по душе. — Я тоже хочу стать человеком и жить с тобой на земле. Я решил. — Ох, сука, кто меня за язык тянул? — stulti. Stulti! (Дураки, дураки!) — говорит Комета. — Tace! — уже привычно синхронно бросают два Ли.

✨✨✨

Джисону шестнадцать лет. Он стоит перед зеркалом и сам себя смущается. В комнате его беспорядок, на душе хаос ебучий, а на кровати завал одежды. Теперь он успешный трейни, ему шестнадцать лет и он чертовски умный, крутой и конечно же взрослый! Он взрослый парень уже и даже вон свой стиль офигенейший имеет. Но сегодня приедет Минхо… А перед ним надо показаться очень, ну очень красивым, ну прям крутым и… — сексуальным. Ой, чёрт, пиздец… Отвратительно звучит… — за год в жизни Джисона произошло целое торнадо изменений. Он научился новым словам и вот, стоя перед зеркалом пробовал их произносить. Познакомился с новыми людьми, успел поругатся с парочкой трейни. Ну чисто по-пацански показал им, где их место в JYP и, где место Джисона, да, он же как никак с самим Банчаном работает? Подрался в школе один раз и поклялся больше этого не делать, ибо в компании ему сказали, что в будущем это всё аукнется. А ещё, Джисон теперь умеет дрочить. Раньше вроде знал про это теоритически, но не пробовал никогда, так как не было интересно, а теперь гормоны, теперь всё интересно. Теперь у него порносайты в избранных и тысяча разных паролей, спрятаный дневник в шкафу и чокер вокруг шеи. — как собака. — Джисон чокер снимает и решает опять сменить образ. Рваные Джинсы и футболка с черепом это конечно круто, но кто так спит? Мама будет в шоке, а ругатся с ней сегодня нельзя, вроде как праздник. И без того со всеми родствениками уже пересрался. — Да заебало всё! — розовая пижама выглядит детской, футболки все старые, худи крутые, но в них жарко, прыщь на носу делает лицо уродливым, лицо пухлое. Он вообще-то вес набрал и стал толстым, Боже, какой ужас… Хореографию забыл, которую Минхо показать хотел… Кушать хочется, а он на диете, часы показывают уже двенадцать, через час или два Минхо придёта, а Джисон… — Ты в плачевном состоянии. Дебил. — говорит он в своё отражние. Как же хуёво быть в переходном возрасте.

🏙️🏙️🏙️

— надеюсь он тебя забыл. — десять лет без Хёнджина устрою. — молчу, всё! — stulti… Джисон слышит, как на крышу кто-то приземляется. Поправляет свои волосы, потные ладони вытирает об одежду, проверяет не пахнет ли изо рта. Слышит как кто-то лезет в камин и… — апчи. Кха, кха, сука… — там было пыльно. «Дебил…» Выбирая целую неделю одежду, Джисон забыл о самом важном: почистить камин. Но… Боже. Джисону теперь шестнадцать. Время показывает три часа ночи, а перед ним свозникает Минхо с чёрным от золы носом и пыльной одеждой. Отряхнув немного накидку и штаны, Санта выпряпляется наконец и видит перед собой это маленькое… Оу, вау, уже совсем не маленькое… Даже высокое и симпатичное недоразумение. Джисон стал выше, волосы были уложены в одну сторону, а на нём были серые брюки, чёрная майка, клетчаятая рубашки, ремни, браслеты, серёжки в форме креста, куча цепей? Ёмаё… «Госпади, ну кто спит во всём этом?» — Вижу ты опять не спишь? — Минхо… — изменился, как и ожидалось. Обниматся не бросился, а остался стоять на месте. Хотя покраснел как следует. — Привет. — Минхо делает шаг, думает, а не поменялись ли его чувства. Не передумал ли он и вообще… Прошёл целый год. Тот Джисон был наивным и податливым, а этот более осознанный, взрослый. Что-то поменялось? Нужно выяснить. — Чего стоишь, обнять меня кто будет? Я вообще-то замёрз по дороге. — Ох, а м-можно? — нет. Изменился, но не совсем. Это всё ещё, ждущий свою Санту, Хан Джисон. — Иди сюда, тормоз. — Минхо сам его обнимает. Обнимает крепко и в макушку целует. — Нарядился как подпольный рэпер, чё это такое? — Минхо нащупал шипы на ремнях, Джисон хихикнул и отсранился. — Красиво же? — губу закусил, ждёт одобрения. — Тебе идёт. — Джисон внезапно обнимает его ещё раз и на этот раз крепче и смелее предыдущего. — Я так соскучился, бля… — Я тоже скучал. Поздравляю вас, Хан из 3racha. — Ты всё знаешь? Откуда ты знаешь? — Ну, слежу за кпоп миром с тех пор, как ты сказал в каких компаниях проходишь прослушивания. Апчи… — Прости, сядь, я сейчас, ай… Сука… — Джисон стал неуклюжим. Врезается во всё подряд, матерится, чего раньше не делал, говорит громче, забывая про родителей, а ещё судорожно ищет влажные салфетки, хотя Минхо делает «пуф» и вся его одежда очищается, а Джисон отсается недовольным с салфетками на руках. — Я нафига из искал? — Ну… Это же оставил? — улыбается Минхо и указывает на свой черный нос. Джисон садится на его колено похозяйски и пускается яро вытирать ему нос, а в конце кусает. — Ай! — Так тебе и надо. Плохой ты санта. В чёрный список тебя. — вот оно что? Поврослел, обнаглел и свои слова Минхо возвращает. — А ты, малыш, я вижу офигел совсем? — Конечно, прокатишь меня на санях сегодня? Всегда мечтал об этом. — Его прижимают ближе и целуют в щёчки, что моментально заливаются краской. — Это твоя просьба на новый год? — спрашивает Минхо как змей, но настоящий змей сидит у него на коленках. — Нет? Это моя личная просьба к Ли Минхо. А просьба к Санте будет в конце ночи как всегда. — Джисон скользит ручками ему в шею, поглаживает волосы на затылке и погружает ладонь ему под одежду. — Заигрываешь, детка? — Понятий не имею о чём вы, Санта. — наклоняется к шее и проводит кончиком языка. — Мы ничего не обсудили, Сони. — говорит Минхо с придыханием. — А надо? — кусает кожу и оттягивает. — думаю и так всё ясно? — Хмх… Даа… — глаза Минхо закатываются, когда Джисон слабо царапает ему спину ноготками, а в шею впивается как пиявка, намереваясь оставить багровую метку. — всё и без того ясно… но… — а потом отстраняется. Сейчас кто-то точно проснется и раз он просил покатать на санях, нужно поспешить, пока солнце не вышло. — Что такое, я что-то не то сделал? Прости если… «Я поспешил? Зачем блять я это делал… О чем блять…» — Всё нормально. — говорят ему. — Просто если хочешь покататся, нужно идти сейчас. Джисон про сани просто пошутил, но сейчас всерёз стоит и пялится на десять оленей, которые один краше другого и на огромный мешок с подарками, в который залез ещё и Эльф блондин, бурча под нос что-то о правилах и что его не должен видеть человек. — Перстань прят… — Я не выйду из мешка! Ужасный ты Санта, и не смей называть моё имя! Заканчивай своё дело и верни меня на Северный Полюс! Хм! — Эм… Может не стоило, раз мы правила нарушаем? — Джисон ведь не хочет, чтобы у Минхо потос проблемы были. — Я всё равно уволняюсь завтра, давай, прыгай. — Увольняешься? — перебираясь ногами через перила, Джисон удобно устраивается в сани, как сиденье моментально обездвиживает его, окцтывая ремнями со всех сторон. — Ох, жёско. — Это ради безопасности. — с Минхо происходит тоже самое, а потом. — Погнали, Рудольф! — и всё-таки, тот малыш оленёнок стал лидером его шайки. И всё-таки на вопрос Джисона он не ответил. Джисон крепко держался во время всего полёта, пока Минхо не остановил сани над океаном, чтобы спакойно насладится видом. — Вот это да… Ваааа… — луна казалась как всегда далёкой, но Джисон был в океане из облаков. Вокруг были белые облака, которые проплывалм сквозь сани и Джисон пытался каснутся их руками, поймать и может быть засунуть себе в корман, но ладони раз за разом проходили сквозь словно там было ничто кроме воздуха. — Возьми. — Минхо протянул ему палочку на котором было мороженое в форме облака. — Это что? — Попробуй, потом скажу. — Джисон взял такое интересное мороженое и облизнул. Во рту взорвался маленький феерверк, а потом кислое, сладкое, горькое, солёное и вновь кислое… — Ой, ой ёй ёй, что это? — Понравилось? — Да, очень. — Джисон принялся пожирать своё мороженое, а Минхо объяснил, что такое делают только в Северном Полюсе и называет оно «облачное мороженое». Сани опустились чуть ниж, пройдя сквозь облачный океан, а внизу был настоящий океан «тихий». — Вааа… — Вааа… — повторил за ним Минхо, умиляюсь от такого Джисона. — Опаздываем. — напомнила Комета. — Не мешай им! — вмешался купидон. — Ладно, очаровашка, держись покрепче, нам надо обойти всю землю и раздать всем подарки. — Я вылезать не стану, сам раздашь! — прозвучало из мешка. — Хорошо, ёбаны в рот…

🏙️🏙️🏙️

Джисон наелся магией и вкусняшками Северного Полюса по горло сегодня. Он устал и от еды, и от раздачи подарков и от полёта. Единственное от чего он не устал жто был Минхо, но не смотря на всю усталость, мальчик был невероятно счатлив. Столько всего он сегодня узнал, а самое главное, все его сомнения о том, что Минхо с ним временно заигрывает развеялись. Минхо к нему относился как к снежинке, обхаживал всю ночь и говорил самые магические, тёплые слова. Целовал после каждой страны, которого они объездили, а ближе к концу работы просто усадил его к себе между коленями, сказав, что скучает пока раздает подарки, а во время приземления, увидев, как Джисон засыпает прошептал в ушко: «Люблю». Сон Джисона как рукой сняло и ответ последовал, как всегда, моментально. «И я люблю». — Мы приехали. Поспишь у себя на кровати. — Поспим вместе пожалуйста? — вот всегда он такой. Ставит в конце «пожалуйста», когда очень хочет. — Совсем скоро мы будем спать вместе каждую ночь. Ты только потерпи, ладно? Дождись меня. — А сейчас что? Не отсанешься даже на пол часика? — Джисон достает из шкафа пижаму и садится на кровать. Минхо поворачивается в другую сторону, делая жест рукой «оденься», а потом… — Ну, в принципе подарки я все уже раздал, но… Надо со всеми попрощатся. Я вернусь к тебе, Сони, обещаю. — Я всё. — розовая пижама. Такая милая. Минхо подходит ближе. Пижама приятная и на ощуп: такая пушистая, мягкая. И Джисон приятный: тоже мягкий, пушистый и холодный от долгого полёта. Минхо его укладывает спать — в последний раз. — Что желаешь на новый год? — тоже, в последний раз, как Санта, а не как Минхо. — Чтоб ты пришел ко мне, когда станешь человеком. — Это само собой, дурында, проси что-нибудь другое. — Тогда… — Джисон смотри в губы, Минхо не слепой. — Поцелуй. — Хм… — Санта хмыкает, наклоняется ближе к его лицу, убирает пряди и гладиь кожу, задевает прыщи. Джисон щипит, а Минхо хихикает. Нужно выполнить его желание как Санта. В последний раз. И поцеловать — впервые. — Ну же… — левая рука Хана опускается Минхо на шею, правая сминает его одежду. Глаза слипаются совсем. Такой милый, красивый и желанный. Такого нельзя томить. Такого нужно только любить. Ещё немножко и их носы соприкасаются, а затем… Холодные губы, феерверки, неумелый язык Джисона и смешок Минхо. Вновь губы и поцелуй. Тёплый, лёгкий, а потом глубокий и жарки, укус… — Ах… — Прости, мне так жаль… «Врешь зараза мелкая, тебе вовсе не жаль». Джисон пальчиками касается губы, глаза не открывает, а грудь его работает как мотор, качает кислород, которого так сейчас не хватает и для сердца и для мозга. Для мозга в особенности, когда он притягивает Минхо к себе, повалив того на кровать и обнимает всеми конечностями. — Если бы ты знал, сколько я об этом мечтал, сколько представлял у себя в голове… И снова сладкий шёпот, этого сладкого мальчика. Снова звуки этого невероятного сердцебиения, в которого Минхо влюбился ещё давно. Они украли первые поцелуи друг друга и оба об этом знали… Джисон засыпал, но знал, что поцелуй и прикосновения не сон и запомнит он его навсегда. А Минхо ждал с нетерпением той минуты, когда это вновь повторится. Настанет день, когда он может целовать Хана столько, сколько хочет. Без остановки и когда-угодно.

❤️❤️❤️