Жажда

      Глубокой ночью, когда Луна скрывалась за тёмными облаками вместе со звёздами, Лололошка проснулся. Просто проснулся. Он не знал, от чего именно. В один момент он просто понял, что сон выпустил его из своих сладких объятий, оставив неподвижно лежать в полном недоумении.       Тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем старых часов где-то в другом углу тёмной комнаты, давила на Лололошку; неприятный звон в ушах окончательно убедил его в том, что он точно больше не спит.       Даже через закрытые глаза Лололошка видел мглу, окутывающую постель, комнату, старый замок... всё. Отчего-то ему вдруг стало страшно, некомфортно; холодок побежал по спине, вызвав сотни мурашек на руках.       Сквозь звенящую тишину Лололошка смог услышать тяжёлое дыхание. Прямо над собой. И это пугало его больше бесконечной тьмы, которая встретила его, когда он распахнул глаза.       Лололошка в то же самое мгновение заметил чёрный знакомый силуэт, склонившийся над ним. Хоть тревога и не ушла окончательно, ударившее в голову осознание немного отрезвило его, и страх, что он испытал несколько секунд назад, исчез так же резко, как и появился.       — Джодах?.. — прошептал Лололошка хриплым голосом.       Тот молчал.       — Что такое? — вновь спросил парень, немного беспокоясь. Молчание замершего словно каменная статуя вампира напрягало; Ло даже чувствовал некоторую неловкость.       Тем временем глаза уже успели привыкнуть к темноте, и теперь Лололошка мог различить знакомые черты лица и заглянуть в задумчивые глаза. Встретившись с внимательным, будто прожигающим насквозь взглядом, Лололошка невольно вздрогнул, а прежняя тревога вновь вернулась. Глаза, блестевшие ярким фиолетовым цветом прошлой ночью в серебряном свете луны, сверкнули алым.       — Джодах?.. — вновь неуверенно позвал его по имени Лололошка. — Что с тобой? Ты пугаешь меня этим пристальным взглядом... Что с твоими-...       — Жажда. — Раздался в ответ твёрдый глубокий голос. Лололошка нервно сглотнул.       — Жажда? — переспросил Ло, словно не веря. — То есть ты...       — Я хочу пить, Лололошка. — Джодах вдруг резко склонился к нему, едва касаясь холодным кончиком носом шеи, от которой веяло запахом карамели и теплом. — Мне нужна кровь. Твоя кровь.       Лололошка вздрогнул, однако отталкивать вампира не стал.       — Мне ничего не мешает просто пойти на охоту, — продолжает Джодах, — но я не хочу. Мне не нужны эти жалкие людишки. Не нужна их грешная кровь. Мне нужен лишь ты.       Лололошка отводит взгляд на зашторенные окна, замечая, как они едва заметно покачиваются. Он судорожно вдохнул, почувствовав, как чужие сухие губы касаются его кожи на шее. Легонько, осторожно, словно спрашивая...       Лололошка без лишних слов понял немой вопрос, немую просьбу. Но он колебался.       Он знал, что Джодах ничего не сделает, если он не разрешит. И Ло благодарен ему за это.       Вампир терпеливо ждал ответа. Несмотря на дикую жажду, что мучает его последний час, он сдерживает себя и свои инстинкты, не позволяя им взять вверх. Джодах не хочет вредить.       Стараясь хоть чуть-чуть расслабиться, Лололошка медленно ставит ладони на чужую грудь, но не отталкивает. Лишь приподнимает подбородок, поворачивая голову слегка вбок. Он обнажает свою шею. Молча, ничего не говоря. Это было как безмолвное приглашение, призыв к действию, согласие.       Облизнув свои потрескавшиеся губы, Джодах оставляет благодарный поцелуй на чужом подбородке, прежде чем вонзить белоснежные клыки в плоть.       Лололошка дёрнулся от боли, пронзившей его шею; та была ноющая, тупая, резкая. Но он промолчал. Сдержав вскрик, парень закусил нижнюю губу едва не до крови. Дрожащие пальцы сжали белую ткань шёлковой рубашки на груди вампира...       Лололошка откинул голову назад, зажмурившись и болезненно промычав, несдержанно слегка выгнулся в спине. Он чувствовал, как ладони Джодаха ложатся на его бёдра, одновременно прижимая к кровати, поглаживая и отвлекая от боли.       Ло всё же прокусывает свою нижнюю губу, пока Джодах с наслаждением пьёт его кровь, смакуя каждую каплю. Кровь Лололошки была самым дорогим напитком из всех, что Джодах когда-либо пробовал и знал. Она была роскошью, которую он очень, очень редко мог себе позволить.       Джодах сходит с ума каждый раз, когда его милый позволяет ему испить свою кровь. Ничья, абсолютно ничья кровь не шла ни в какое сравнение с кровью Лололошки.       Джодах обожает это. Теряет голову и обожает. Ни один вампир не посмеет подойти к его мальчику. Ни один. Лололошка принадлежит ему целиком и полностью, его кровь лишь для Джодаха... Только для него и ни для кого более.       Наконец насытившись, вампир отстраняется от бедной шеи, слизывает оставшиеся капли крови со своих уст, а затем осторожно зализывает и рану, безмолвно извиняясь за причинённую боль.       Джодах прильнул к чужим губам, собирая с них кровь языком, затянув Лололошку в нежный поцелуй.       — Спасибо, — говорит тихо Джодах, вновь поцеловав укус.       Лололошка лишь кивнул на это. Его глаза вновь слипались; чертовски хотелось спать, а неожиданная слабость во всём теле лишь усиливала это желание.       Замечая сонное лицо милого, Джодах улыбается и оставляет краткий поцелуй на его губах.       — Я просто без ума от тебя. Всё будет хорошо... В эту ночь я вновь с тобой... Спи спокойно.