Врата: там сражается Красная Линия или Добро пожаловать в Москву.

Генерал-лейтенант Анатолий Павлов направлялся в комнату командования. Достаточно большие помещения, стоит заметить. В руках у него была небольшая, тронутая временем, папка для бумаг. В этой папке находилась вся доступная информация о неизвестном противнике, напавшем на Площадь Революции несколько часов назад. Это папка вскоре попадёт на стол командованию, которое объявило чрезвычайное заседание в связи с внезапным нападением на Красную Линию. Вот показалась красная железная дверь. По бокам стояли два бойца с АК-74М на перевес. Молча козырнув, один из солдат открыл дверь, пропуская Павлова дальше. Генерал ничего не сказав, но также кивнув, прошёл внутрь. Комнате командования встретил Анатолия обычной суетой. Радист с кем-то переговаривался, офицер объяснял двум сталкерам что-то, а пара офицеров рассматривала карту Московского метрополитена, периодически делая пометки. Пройдя дальше по коридору, генерал остановился у почти такой же красной двери, которую также охраняли два солдата. Заметив генерала, один из охранников, с погонами лейтенанта, заговорил: — Товарищ генерал, командование ждёт вас. — Понял, товарищ лейтенант, пропустите, — попросил генерал и вошёл в открытую вторым бойцом дверь. Зал заседания встретил генерала Анатолия Попова сравнительно ярким светом. И этому было объяснение. На станции есть биогенератор, который питался от биологических организмов. А после бойни с неизвестным врагом этого добра было навалом, да так, что энергии хватит на пару месяцев, если не на год. За большим деревянным столом сидели семь человек в военной форме. Все из них были генералами. За столом также сидел Генсек Андрей Москвин, он же Маршал Красной Линии. На самом столе лежали карты и разные важные бумаги. Рядом с каждым офицером стоял стакан с грибным чаем из ВДНХ. Едва Павлов вошёл в комнату все разговоры тут же стихли. Семь пар глаз уставились на генерала. В их взглядах читалось любопытство, вперемешку с лёгким безразличием. — Кхм, кхм… Похоже все в сборе. Товарищ генерал, садитесь, — проговорил низким голосом Андрей Москвин в конце стола и указал на стул рядом со столом, — Раз уж все в сборе, можно начинать заседание. Товарищи, как вы должны знать несколько часов назад на Красную Линию было совершенно подлое нападение. Гарнизон станции смог продержаться до подхода подкреплений, а те в свою очередь отбросили врага от Площади Революции. В данный момент враг ушёл в тоннель. Но мы до сих пор не знаем кто наш враг. Товарищ Павлов, не могли бы вы прочитать доклад о нашем противнике? — Да, конечно, — кивнул генерал Павлов и открыл папку с докладом. Анатолий взял в руки первую страницу, прочистил горло и продолжил, — За двадцать минут до нападения от разведки, что патрулировали туннели, поступило сообщение о некой толпе идущей на Площадь Революции. Старший лейтенант Алёша Попов запросил информацию о том, ожидается ли с Театральной караван. После того как радист ответил, что никаких караванов не ожидается в ближайшее время, дежурный радист запросил информацию о ситуации. Старший лейтенант в свою очередь не ответил. Когда радист попытался выяснить, что происходит, послышалась интенсивная стрельба. Связь с разведкой прервалась. Радист в свою очередь, согласно инструкции, предупредил начальника станции. Когда же, за пятнадцать минут до нападения, Алёша Попов вышел на связь и доложил, что на разведку совершенно нападение, а к самой станции двигаются неизвестные. Площадь Революции была переведена на военное положение и на станцию было совершенно нападение. Атака была отбита. В дальнейшем противник пытался предпринять контратаки, но успеха не имел. В данный момент враг не предпринимает крупных атак. Статус ситуации: стабильная. — Ясно. Стабильность тоже, хорошо, но кто наш враг? — задал вопрос генерал разведки Василий Корбут, брат ныне почившего Вячеслава Корбута. — А вот про это сейчас, — ответил генерал и взял следующий лист бумаги, — Из показаний бойцов, принимавших участие в битве, враг похож на рыцарей. При этом часть солдат указывает, что враг больше похож на легионеров Римской империи. С чем я пожалуй соглашусь. При этом… — Простите, что прерываю вас, товарищ генерал-лейтенант, но рыцари? Римские легионеры? Вы или ваши солдаты случайно ничего не перепутали? Я вас спрашиваю, — не поверил в сказанное Павловым, один из генерал Александр Чуйков. — Я ручаюсь за то, что здесь написано, — ответил ему Анатолий, — Я, как и Генсек, лично были на Площади Революции и видели трупы наших врагов. И да, выглядят они как римские легионеры. Свои слова может подтвердить Андрей Москвин. — Ладно, можете продолжать, — прервал дискуссию Маршал. Ему хотелось узнать о враге куда больше. — Так. На чем я остановился? А, вот. При этом у противника не было замечено огнестрельного оружия. Только холодное. Также стоит отметить, что во время битвы кроме людей, в армии врага был ранее неизвестный вид трехметровых мутантов и лошади. Враг обладает колоссальным численным превосходством по сравнению с нами. На это указывают огромные потери понесённые легионерами и то, что они продолжают атаки. Отдельно стоит выделить вооружение противника. Как говорилось ранее облик нашего противника соответствует легионерам Римской империи или рыцарям средневековья. Это также касается вооружения. У противника, как было сказано ранее полностью отсутствует огнестрельное оружие. Основное вооружение это мечи, копья, булавы и ножи. Есть щиты. Также обнаружены луки в небольшом количестве. Доспехи и щиты сделаны из железа довольно плохого качества. Далее отчёт о потерях: в результате битвы за станцию, Красная Линия потеряла ранеными около десятка солдат. Потери легионеров оцениваются на данный момент в восемьсот человек и три трёхметровых существа. Десяток вражеских солдат взято в плен. Язык у них явно не русский, но врачи, что работали до войны, говорят о том, что это какая-то форма латыни. Сейчас мы пытаемся составить перевод. На этом все, — закончил читать генерал Павлов и обратил внимание на лица сидящих в комнате. Их лица выражали разную степень удивления и неверия. Василий Корбут уже открыл рот, чтобы что-то спросить, но его остановила открывшаяся дверь в комнату заседания. В помещение вошёл человек в военной форме и произнес: — Срочное сообщение! Прошу разрешить доложить. — Разрешаю, продолжайте, — кивнул Генсек. — На Театральную было совершено нападение. Атака отбита. Потери среди личного нет. — Когда? — резко спросил Москвин. Нападение на культурный центр метро сравнимо с предательством. — Как сообщается, нападение произошло спустя час после битвы на Площади Революции. По рассказу жителей, противник представлял собой орду рыцарей, вооруженную холодным оружием. Потери нападавших исчесляются сотнями. На этом все. — Ясно, можешь идти, — спокойно сказал Москвин и вздохнул. Солдат с сообщением молча кивнул и быстро вышел из комнаты. — Это пиздец... Это просто пиздец... — стал выражаться генерал разведки, — Да откуда эти твари римские вообще свалились на нашу голову?! — Не знаю, но скажу одно точно: они не из Москвы или области, — произнёс Павлов. — Ну, что делать будем? — спросил генерал, сидящий справа от Павловна. Все посмотрели на Генсека, чтобы услышать от него приказ. Товарищ Москвин лишь испил грибной чай из своей кружки и сказал: — Плевать откуда эти твари вылезли. Нам нужен план. Посылать отряд из пары сотен человек не вариант, задавят числом. Единственный вариант - пустить газ в тоннель, но у нас его нет, поэтому будем импровизировать. — И что вы предлагаете товарищ Генсек? — спросил Василий Корбут и лицо Москвин а помрачнело. — Что там Лесницкий достал из Д6? — спросил мёртвым голосом Москвин. День спустя. Артём сидел в оружейной и смотрел на свой шлем, где красовалась надпись "SПАРТА". Он предал орден, перешёл на сторону красных, но как бы не так... Тёма посмотрел на свои часы и увидел, что сейчас девять утра. Он человек со временем. На его родной станции ВДНХ и в Д6 находились рабочие часы. На Площади Революции такой роскоши не было, поэтому у каждого человека на станции было свое время. — Эй, Артём, — привлёк внимание Павел, — Ну что, готов к приключениям? Мы отправимся в туннель, где были рыцари. — А туда разве не пустили какую-то хрень? — спросил Артём и прищурился. — Пустили. Она уже выветрилась. А если нет, то у нас есть противогазы, — ответил Павел и Артём лишь вздохнул, — Не грусти, сейчас проверим туннель, посмотрим что там и вернёмся. Делов-то на 20 минут. — Хорошо, — кивнул Артём и надел шлем. — Кстати... — протянул слово Павел и достал из кармана красную ткань, — Раз ты состоишь в Красной Линии, то тебе положено звание. Тебе очень повезло, что есть такие друзья, как я. Держи. Павел передал ткань Артёму и то стал рассматривать полученное. — И... Какое у меня звание? — спросил Артём и Павел лишь только улыбнулся. — Капитан, мушкетёр, капитан. Мне удалось уговорить командующего дать тебе такое звание. Плюс, ты же в Ордене состоял, поэтому все это приравнялось к званию Капитана. Ладно, все, не чеши языком, собирайся. После разговора Павел ушёл, оставив Артёма одного. Товарищ Капитан посмотрел на ткань и положил в карман, чтобы не потерять. Ему после разведки пришьют. Собравшись, Артём вышел из оружейной и направился к гермоворотам, что вели в тот туннель. Пройдя через них Тёмыч увидел свою группу, к которой его и Павла присобачили. В разведгруппе было восемь человек, если не считать Павла и Артёма. Вооружены по первому классу: калаши, дробовики, ручные пулемёты... Для полного счастья не хватает огнемета и Гатлинга. Подойдя к группе, Артём увидел Павла, который уже говорил с кем-то. — ... Как договаривались, дрезина останавливается в паре сотен метров от дислокации врага. Дальше я, Артём и ещё два бойца пойдём дальше. Связываться будем с помощью рации. Усёк? — Так точно товарищ Морозов! — отдал честь солдат. — Ну и хорошо... — произнёс Павел и заметил идущего к ним Артёма, — О! Вот и наш Д'Артаньян. — Ага, рад видеть, — лишь кивнул Артём. — Ну что, раз все в сборе, садимся на дрезины! — дал первый приказ Павел и все его послушно выполнили. Артём сидел рядом с Павлом и проверял свой калаш. — Хе, ну что, Артём, засекай, сколько мы там будем, — с ухмылкой произнёс Павел и Артём лишь закатил глаза. Чёс слово, Павел - второй Ульман. Тем временем... В небольшой комнате Генсек Москвин сидел за столом и пил чай с баранками, при этом слушая довоенную музыку. — Эх... Как же хорошо, спокойно, — тихо произнёс Андрей, как тут его прервал стук в дверь. — Товарищ Москвин! Пришло сообщение из Ордена! — произнёс стучащий и Москвин тут же открыл дверь. Посыльный вошёл в комнату и передал бумагу. Москвин жадно схватил бумажку и стал читать. С каждым прочитанным предложением его улыбка становилась все шире и шире. — Наконец-то ответили, — с широкой улыбкой закончил читать Генсек и посмотрел на посыльного, — Можешь идти. — Есть! Посыльний ушёл, оставив счастливого Москвина. Он никогда раньше так не был счастлив, как сейчас. Орден ответил на его предложение и новой войны в Метро удастся избежать.