Троянский конь

Хотите насмешить судьбу? Расскажите ей о своих планах!

— Ааааах!.. — этот чувак совсем не сдерживается, он громкий и естественный, как гром в грозу. Юнги ляпнул про Гонконг, и был пойман буквально за язык этим красавчиком с розовыми волосами. Или фиолетовыми? Короче, он горячее лапши самъянг и выглядит так же безобидно, пока не попробуешь, а Юнги попробовал. Ох как попробовал, и сейчас на его плечах две самые охуенные ноги, которые он только видел у мужчин, и ему ужасно не хочется, чтобы ночь заканчивалась. Казалось бы, это Юнги первый прилип к нему взглядом, но нет: господин Пак, прибывший на вечеринку, оценил всю толпу сразу и, один раз зацепив взглядом, не выпускал из виду мятную макушку. У Чимина были вполне определённые планы на этот вечер: от души потрахаться и забыться. Уже через два дня начинается учебный год, и нужно будет забыть о том, что у тебя есть член, ведь в университете очень строгие правила. Ректор и так с серьёзным сомнением отнёсся к кандидатуре Пак Чимина (молодой, волосы разноцветные, губы порнушные), поэтому никак нельзя упустить шанс. Вообще никак. Чимин соблазнял Юнги в открытую, честно и дерзко, как умеет только он: облизать губы, коснуться ключиц, посмотреть так, что встанет у мертвого, а Юнги живее всех живых и запал сразу, потому решил: толку юлить? Уже через час от начала этой пати они жарко целовались в сортире, вкусно трогая друг друга через одежду, адреналиново запуская пальцы под неё, и Юнги не выдержал первым: посадил Чимина на угловую высокую раковину, чтобы, распахнув его рубаху, языком повторять контуры татуировки на боку, и пальцами, как бы невзначай, задевать соски, и задыхаться от игры пресса под шёлковой кожей. Он не против начать с минета, это будет честно, пожалуй... В его личный план входило полное покорение прекрасной задницы этого парня, нет, вы вообще её видели?! О, Юнги будет не Юнги, если не сделает этого. Но сначала... — Ааххх!.. Ещё, пожалуйста, да, вот так! Языком, малыш, языком, ты ведь обещал в Гонконг, ох, да!.. — восклицание настолько пошлое, что им даже возмущённо постучали, и тут же раздались голоса, осуждающие, подбадривающие, но Чимину было все равно: сейчас происходил один из лучших минетов в его жизни!.. — Ох, малыш... Это было просто вау... Самодовольная ухмылка, и Юнги жмёт к себе разгорячённого партнёра, намекая на продолжение, но Чимин просит: — Мне нужна минутка, окей? У меня даже есть смазка, но, малыш, дай перевести дух! Он достаёт сигарету, зажигалку, щёлкает, одна блаженная затяжка — и Юнги не успевает ничего сказать: сигнализация срабатывает почти сразу, засыпая все вокруг порошком, вынуждая покинуть помещение, в клубе начинается паника. Спустя пару минут Юнги обнаруживает себя на улице — злого, неудовлетворённого, грязного во всех смыслах и одинокого. Никаких Чиминов рядом нет. Блять.

спустя три дня

Юнги совсем не собирается обзаводиться университетскими интрижками, он вообще не собирается в универе делать что-то такое... Такое. Во-первых, потому что он не верит во все эти штуки. Во-вторых, потому что в университете это не поощряется. В-третьих, потому что он препод. Поэтому после первой же пары (спасибо провидению, не совсем тупые студенты, хотя как посмотреть), несмотря на льстивое внимание студенток и студентов, он методично собирает вещи и отправляется в преподавательскую, решительно заканчивая все коммуникации. Сегодня ещё одна пара, третья, так что у него есть время прийти в себя. Прошло три дня с того "чудесного" происшествия, Юнги почти успокоился, но внутри тлеет неудовлетворённость и злость. На торжественном открытии ничего такого не было, обычное открытие, новые студенты, урааааа... Потом все разбрелись по аудиториям, каждый преподаватель забрал свою группу, и Юнги почти уверен, что где-то мелькал тот самый цвет — цвет волос парня из клуба. Про себя Юнги зовёт его Розовый Кидала. Сука, попадись только!.. Ровно на входе в преподавательскую дверь распахивается, вынуждая Юнги отклониться, и выпускает мужчину: костюм с иголочки, тщательно уложенные волосы, серьга в ухе, самые порнушные в мире губы и выбивающиеся розовые и фиолетовые прядки. Он настолько стремителен, что не видит Юнги вовсе, пролетая по коридору, что-то возмущённо промыкивая. Ошарашенный, Юнги входит в комнату с вопросом: — Что это было, коллеги? Точнее, кто? — Привет, Мин, — старший преподаватель Ли кивает. — Это был Пак Чимин, заноза в заднице ректора и моя главная головная боль... — Мин Юнги? — к нему обращается кто-то из коллег. — Вы новый преподаватель истории? Коллега, есть вопросы общего характера... Юнги затянула стандартная административная кутерьма, как везде — вопросы, формальности, знакомства. Спасибо их ректору: он более чем лоялен к молодым педагогам, их цветным волосам, и даже некоторым татуировкам. Правда, он требовал неукоснительного ношения формы, а также вежливого общения с коллегами и студентами, плюс график и другие формальности. Чего Мин никак не ожидал, так это того, что среди коллег встретит свой незакрытый гештальт — Розоволосого Кидалу, Пак Чимина. Он успел выяснить, что Чимин — преподаватель корейского языка, что обычно он носит тёмную сеточку на волосы, чтобы не привлекать излишнего внимания, что студенты его обожают. Ещё бы... Трудно не обожать такого. Но ничего, Юнги исправит ситуацию, он покажет, какой этот розовый персик на самом деле и как он кидает людей. Ссссссука. Начало учебного года — отличная пора, чтобы сводить счеты, не так ли? Юнги ходил и придумывал всевозможные планы мести. Планы метались от "поймать и побить" до "не замечать и игнорировать", где-то среди них был ещё один уголовно наказуемый "валить и трахать", но всё это было не то. Однажды на паре кто-то из студентов поинтересовался Троянским конём, мол, действительно ли он существовал и используется ли подобное сейчас. — Ну, с уверенностью говорить о том, что это действительно было, что это не легенда и не сказки, я не возьмусь, но есть свидетельства того, что обман сгубил Трою, как и любовь к красивым вещам. Сейчас, разумеется, этот приём активно используется всеми разведывательными управлениями мира. Кроме того, есть манипулятивный прием, который так и называют. Он основывается на неожиданном приятном действии, непрошеном подарке, защите и так далее, после, когда человек расслабится, манипулятор постарается застать его врасплох, оперативно забрать желаемое. И главное — никаких оправданий и извинений! Подход: «Ты сам хотел, ты сам виноват, тебя никто не заставлял». Помните: бойтесь данайцев, дары приносящих! Звонок прервал рассуждения Юнги, но он был даже рад, так как у него появился план.

Месяц спустя

Чимин не отрывается от телефона. Это какой-то подростковый движ, да? Но оторваться реально почти невозможно. Удивительный человек попался в его руки, сети, случайно возник в его ленте. Они переписываются вот уже несколько недель, и поверить в то, что его не было просто невозможно. Новый преподаватель истории его никак не заинтересовал — тихий темноволосый парень, замкнутый и закрытый, почти никогда не улыбается и скупой на слова. Непонятно, за что его полюбили студенты, на сайте университета у него очень высокие оценки. Впрочем, вообще всё равно, что там и куда. August is typing... JM: ты там поэму пишешь? =) August: Не, я не умею. В прозе могу. Как твой день? JM: в прозе я тоже не против... мой день как обычно, все такое же — правописание, орфография, грамматика... студенты вроде ничего на этом наборе, тупых нет. August: Ну, тупые не попали бы в универ. Но ты же понимаешь, что я не про это. JM: *краснеющий смайлик* August: Откуда это смущение, мистер Чимин? Не ты ли прислал мне утром фото, что все сделал, как я просил? JM: я... August: И?.. JM: и он все еще внутри. August: Ох, шикарно... Значит, правильно я не включал управление этой штукой, думал, что ты на паре. Где ты сейчас? JM: в преподавательской. August: Отлично. JM: погоди, ты же не собираешЫАодмия93г!д.жэ August: Собираюсь. Жаль, тебе не видно моей ухмылки. А мне — как ты там дрожишь. И как стоит твой очаровательный член. JM: я же на работе! August: Ну... Она же закончилась? Вот и отличненько. Может быть, отправишься домой, и мы встретимся в кроватках? JM: боже, да! August: Я постараюсь не баловаться с управлением, пока ты в пути. Целую крепко! Чимин оглядывается. Вроде как, никто не заметил ничего. Мистер Ли увлечённо беседует с Мин Юнги про приближающиеся праздники, господин Ким проверяет работы, госпожа Юн разговаривает по телефону. Отлично... Значит, никто не обратил внимания, как его подбросило на стуле от игр Агуста! Впрочем, Чимин сам согласился, грех жаловаться. Грех — это второе имя Агуста, скрывающего пока настоящее. Впрочем, это устраивает Чимина, секстинг увлек его по самое не балуйся. Он даже отправлял фотографии! Конечно, на них нигде нет лица, никто не докажет ничего, да блин, о чем он думает вообще?! Ничего ему не угрожает. Конечно, не угрожает, это же Южная Корея, здесь геев любят, холят и лелеют! Чимин положил ладонь на лоб, пытаясь успокоить мыслепоток. Нужно просто поговорить с Агустом, и всё. Да, надо это сделать. Чимин закрывает глаза, и в этот момент вибро-пуля внутри него снова включается на несколько долгих секунд. Закусив губу, Чимин вылетает из преподавательской и несётся домой.