Её любимые тюльпаны.

Дни пролетали не заметно. Наташе уже не было так скучно, ведь с ней всегда была ее любимая собачка, а Вова пропадал на работе, усердно готовя своих учеников к соревнованием по Краснодарской области. Суворов, конечно был не рад такому событию, ведь дата проведения попадала почти на 40 неделю жены и она могла в любой момент начать рожать, а его не будет рядом. Наташа успокаивала мужчину, говоря, что либо она сможет «продержаться» до его приезда, либо все будет хорошо и роды пройдут успешно. Адидаса не устраивал второй вариант. Вова продолжал задерживаться на работе, а приходя домой, не отходил от Наташи, слушая ее рассказы о том, как прошел день, о новый сериалах по телевизору и о ее прогулках с собакой. Девушка могла часами вести монолог, ведь поговорить ей больше было не с кем. Лишь иногда она звонила своей свекрови от скуки, но та хотела обсуждать только роды, но о них блондинка и слышать не хотела. Наташу разрывало это чувство недосказанности. Ей не кому было выговориться о таких серьезных переживаниях. Но хуже всего ей было смотреть на мужа, который с такой теплотой строит планы на будущее для них троих. Суворова, желая, что бы Вова все таки хоть когда то узнал о ее нынешних чувствах и мыслей, вырвала из записной книжки листок. Взяв ручку, она начала писать: «Дорогой Вова, я тебя очень люблю. Я знаю, тебе сейчас не легко, но я хочу, что бы ты не сдавался. Я надеюсь, что с нашей дочкой все хорошо и вы вместе будете жить точно так же, как и мы с тобой в счастье и в радости. Прости, что я тебе ничего так и не сказала…» Не успев продолжить свою мысль, девушку перебил звук открывающийся двери. -Наташенька, я дома! Блондинка вскочила со стула, сложив листок, и, спрятав в верхней полке шкафа, где лежали старые вещи, которые давно пора было выбросить. Девушка вышла в коридор. -Привет! Как дела? -спросила она. -Да все круто! Всех порвем на соревнованиях, а ты как? -спросил мужчина, подходя к жене. Девушка начала рассказывать уже наизусть выученный текст: -Убралась в зале, потом с Суворовой погулять сходила. Она на собаку в парке наброситься хотела, а та здоровая такая, еле разняли! Потом, когда домой шли, купила в магазине продукты по мелочи. Еще, представляешь… Весь оставшийся вечер Вова непрерывно слушал все то, что придет Наташе на ум. О том, какую красивую кофточку она видела на проходящей мимо женщине, о том, как птичка на заборе сидела, о том, что тесто на блины лучше получаются с тремя стаканами молока, а не двумя. Суворов лишь смотрел на девушку влюбленными глазами, не желая, чтобы она останавливала свою речь, но загруженность на работе дала свое и он отрубился, как только лег на кровать. Наташа укрыла его одеялом и сама хотела провалиться в сон, но эти назойливые мысли не покидали ее голову. Час, второй она просто лежала, смотря то на спящего мужа, то на окно позади него. Девушка аккуратно встала, что бы не разбудить Вову. Достав свое письмо из тайника, он продолжила: «…Я правда думаю, что так будет лучше. Я безумно счастлива, что все эти месяцы я провела с тобой. Спасибо за то, что ты сделал для меня. Я безумно тебя люблю, Вов. Пожалуйста, ради меня, ради нашей дочки продолжай жить и радоваться. Будет тяжело, но ты справлялся со всеми трудностями и проблемами…» На листок бумаги покапали слезы. Наташа уже не могла сдерживать эмоции. «…Моя жизнь перевернулась с ног на голову, когда я встретила табя тебя. Честно, когда мне сказали, что привезли очередного парня, пострадавшего в уличной драке, я даже подумать не могла, что этот хулиган сможет сделать меня самой счастливой девушкой на свете. А когда Марат и еще два парня, Валера и Андрей вроде, украли тебя, я побежала за ними. Помнишь, как ты сказал, что я тебе жизнь спасла? Ты тоже спас мою, Вов. Я люблю тебя.» Наташа поставила жирную точку в конце предложения. Сложив письмо, она тихо пробралась в комнату, убрав его в полку под телевизором, и легла спать.