Её любимые тюльпаны.

Сев в машину скорой помощи, Наташа вновь почувствовала невыносимую боль, от которой она закричала. Диляра всю дорогу держала руку девушки, сама корчась от того, на сколько сильно блондинка ее сжимала. Поездка до сочинского роддома заняла не более полу часа. По приезде Наташу отправили в общую палату с другими роженицами. Другие девушки спокойно ходили или лежали с начинающимися схватками, но у Суворовой все тело ломило от боли. Было ощущение, что каждую ее кость раздрабливают на миллионы осколков. Врачи, которые не могли понять, что с девушкой и почему ей так плохо, вкололи ей эпидуральную анестезию, которая хоть и не на все сто, но улучшили состояние блондинки. Всю ночь и утро она все так же корчилась от боли, переодически постанывая, а ближе к обеду интервалы между схватками уменьшились до двух минут, из за чего Наташу увезли в родовую. Диляра осталась в коридоре по просьбе девушки. В кабинете помимо блондинки находились две акушерки, которые подготавливали все для удачного принятия родов. Женщины были спокойны, пока Наташа в свою очередь извивалась на кресле, переодически крича от боли. -Девочка моя, успокойся, дыши! -говорила одна из акушерок, крутясь вокруг девушки. Наташа не слышала того, что ей говорили женщины. Боль была настолько сильная, что из глаз полились непроизвольные слезы. -Раскрытие 11 сантиметров. Давай, Наташа, тужься! -крикнула акушерка, находясь напротив, между ног девушки. Из родзала на всю больницу разносились крики. Казалось, будто бы там кого то убивают, а не наоборот. Диляра вздрагивала от каждого звука, доносящегося из палаты. Суворова никак не могла собраться. Стоящая рядом с ней акушерка схватила ее за лицо, смотря в глаза, сказала: -Наташа! Наташа! -пытаясь успокоить блондинку, повторяла акушерка. Девушка сосредоточила свой взгляд на женщине: зеленые глаза, белый халат, колпак, через которые просачивались русые пряди. -Дыши! Слышишь меня? -повторяла врач. Наташа едва кивнула головой на вопрос женщины. -Вот, молодец, а теперь тужься! Суворова тут же вспомнила, как она вместе со своей группой в университете, ходили в роддом, присутствуя на родах. Крик той, без пяти минут мамы, Наташа не забудет никогда, хотя и сама сейчас орала, наверное, хуже нее. Наташа, собравшись с оставшимися силами, начала тужится, крича уже не от боли, а от напряжения, которое образовывалось во всем теле. -Вот, еще чуть чуть! -крикнула стоящая впереди женщина. Диляра, едва сдерживая эмоции, решила набрать номер, который ей дал Вова перед уездом в Краснодар. Она не знала, ответит ли ей кто то, ведь возможно, что ее пасынок сейчас на соревнованиях. -Ало? -раздался голос из трубки. -Вов, Наташа рожает! -сказала счастливая женщина. -Что? Как? -удивленно спрашивал Вова. -Ты не переживай, все хорошо. Ты как сам? Соревнования закончились уже? -Да, первое место заняли. Я сейчас же буду выезжать! Как там Наташа? -торопясь, спрашивал мужчина. -Мучается там… - тяжело выдохнув, ответила Диляра. Суворов положил трубку, выбегая из гостиничного номера. Хорошо, что приехал он на своей Волге, а то пришлось бы еще и машину искать. От Краснодара до Сочи часов шесть, не меньше, но, учитывая, с какой скоростью гнал Вова - доехать он мог и за три. Наташа все еще кричала на родильном кресле. Уже часа четыре в этой адской боли. Пот залил все лицо, смешавшись со слезами. Радовало лишь одно - фраза акушерки о том, что показалась голова дочки. Суворова, понимая, что осталось совсем чуть чуть, из последних сил начала тужиться, крича во все горло. Стрелка на спидометре заваливала за 120. Вова обгонял все машины, которые «вставали» ему на пути, вылетая на встречную полосу. Напряженные мужские руки, крепко вцепившиеся в руль, переставали слушаться; ладошки вспотели, от чего соскальзывали и Суворов терял управление. -Наташенька, давай! -выкрикнула акушерка, -Вот… Через несколько минут на всю родовую раздается детский плачь. -Поздравляю, мама! -сказала женщина, кладя ребенка на грудь Суворовой. Наташа изо всех оставшихся сил прижимает частичку себя, тяжело дыша. Она не может поверить, она жива. -Роза.. -с улыбкой прошептала она, гладя крошечную голову. Адидас уже на финишной прямой. Осталось всего жалких 20 километров и он в Сочи. Не замечая ничего вокруг, мужчина вылетает на перекресток. Вспышка. Жуткая боль во всем теле. Чужие голоса. Подъезжающие машины.

***

-Что ж, Наталья, я удивлен. Даже не так, я счастлив, что Вы целы. На нашей практике еще не было, чтобы девушка с таким диагнозом перенесла роды. Как Ваш муж? Я слышал, что там авария была. -говорит мужчина, сидя за рабочим столом. -Врачи говорят, что шанс есть… Наташа, не сдерживая эмоции, начинает плакать, прикрывая лицо руками. -Наталья, у Вас тоже был шанс и Вы смогли, Владимир тоже сможет. -Да…да, Вы правы. -запинаясь, говорит девушка, поднимаясь со стула.

***

-Мам, нам в школе сочинение задали «Мой отец». Расскажи про него что нибудь, а то я не знаю. -Через час с работы придет и он сам тебе все расскажет. -говорит блондинка, переключая каналы на телевизоре.