Извинения

Иван чувствовал себя отвратительно. На тренировке он так увлекся, что повредил Федору ногу. И с одной стороны: что в этом такого? Все получали травмы. Целитель был недалеко, а Федор понял свои ошибки в обороне. С другой ― Ивану была ненавистна мысль, что из-за него Федор пострадал. Где-то в глубине души мелькнула мысль, что стоит прекратить заглядываться на Федора, подавить чувства и вновь относиться к нему, как к остальным. Мелькнула и тут же пропала. Иван быстро шел по коридору с четким намерением извиниться. Оказавшись у комнаты Федора, он замер в нерешительности, но тут заметил, что дверь приоткрыта. Иван толкнул ее и вошел. Федор принимал ванну. Он лежал, расслабленно прикрыв глаза, сверху ванну накрывало плотное полотно, чтобы не растерять тепло. Одежда лежала аккуратно сложенная на кровати. Иван тяжело сглотнул. Наверное, стоило уйти и не мешать, но Федор пошевелился и негромко произнес: ― Поставь на стол. Раздался легкий плеск, видимо, он сделал жест рукой. ― Эм? Федор открыл глаза и уставился на Ивана. ― А… ― он сел ровнее, ― Это ты… Иван не успел спросить, кого ждал Федор. Вошли слуги, один нес самовар, другой блюдо с тарелками. ― Принеси еще один комплект, ― велел Федор слуге, а потом обратился к Ивану: ― Чай? Один слуга ушел, другой расставив тарелки, придвинул к столу два кресла. Затем поклонился и, стараясь не смотреть на Ивана, вышел. Иван чувствовал себя ужасно неловко, хотя и видел лишь лицо Федора. ― Как твоя нога? ― спросил он. ― Лучше, чем когда ты ее сломал. Но хуже, чем до этого. ― Извини. Федор бросил на него взгляд, от которого у Ивана пересохло во рту. Он ожидал удивления, раздражения, может быть, благодарности за извинения. Но Федор смотрел ни то игриво, ни то призывно. ― Да все в порядке, ― сказал он таким голосом, словно приглашал присоединиться к нему в ванне. ― Можешь сам оценить. Он высунул из ванны ногу. Ивану ничего не оставалось кроме как взять его за лодыжку. Иван мало что понимал в целительстве. Тем не менее, он осторожно провел пальцами по стопе, пытаясь понять, целы ли кости. На первый взгляд все казалось действительно в порядке. Однако Ивану не хотелось отпускать ногу Федора. Он начал осторожно массировать ногу. Федор прикрыл глаза и застонал. ― Я планировал провести время наедине с собой, ― пробормотал он. ― Но так намного приятнее. Скрипнула дверь. Иван вздрогнул и выпустил ногу Федора из рук, и тот разочарованно выдохнул. Слуга вернулся с чайным комплектом для Ивана. Федор перевел на него взгляд. Слуга был молод и красив. Иван заметил, как откровенно Федор его разглядывает. ― Будь душкой, принеси еще пряников, ― попросил Федор своим самым соблазнительным тоном. Слуга быстро кивнул и скрылся. Иван же пытался сдержать медленно накрывающую его ярость. Этот откровенный взгляд Федора, его нежный тон. Его слова. Иван взорвался. Он мог бы вылететь из комнаты за секунду, если бы Федор его не поймал. Иван не заметил, когда он успел выбраться из ванны, но судя по всему, сделал это так же быстро, как Иван попытался сбежать. ― Да что случилось? Федор схватил его за руку и развернул к себе лицом. С него стекала вода. Покрывало валялось позади. ― Ты же хотел остаться наедине с собой, ― прорычал Иван. ― Вот и оставайся! Может, он тебе поможет! ― Можно подумать ты не смотришь на красивых мальчиков! ― Только на одного. Злость схлынула, уступая место неловкости и возбуждению. Федор стоял совсем рядом, обнаженный и возбужденный. Иван даже не пытался сделать вид, что не пялится. ― Это старая привычка, ― вдруг сказал Федор. ― Смотреть на красивых мальчиков. Сейчас я редко так делаю. ― Он тяжело сглотнул. ― Потому что постоянно думаю о тебе. Он замолчал, глядя Ивану в глаза. ― «Редко» ― это слишком часто, ― сказал Иван и толкнул его в кресло. ― Нужно «никогда». Он опустился на колени перед Федором и провел ладонями по его бедрам. Федор тяжело задышал, подался навстречу. Иван обхватил его член и направил себе в рот. Он сомкнул губы на головке и медленно начал скользить, с каждым движением забирая все больше и больше. Федор застонал, вцепился пальцами в подлокотники и елозил по кресту. Иван двигался не торопясь, несмотря на то, что сам сгорал от желания. Он старался не спешить, позволяя Федору растянуть удовольствие. Он так увлекся, что не заметил, как вошел слуга. Сначала Иван услышал звук шагов, и лишь потом чужое сердцебиение. Он попытался отстраниться, но Федор опустил ладонь ему на затылок. ― Поставь туда, ― абсолютно спокойным голосом сказал он. ― И нам надо обновить ванну. Примерно через полчаса. Иван не понял, ответил ли что-то слуга, но потом Федор произнес мягким, но в то же время пугающим тоном: ― И мне же не надо объяснять, чтобы ты держал язык за зубами. Иван чувствовал, как бешено бьется сердце слуги, и вместо того, чтобы отругать Федора, ему хотелось расхохотаться. Лишь когда слуга сбежал, Федор позволил Ивану отстраниться. Тот уселся на полу и попытался отдышаться. ― Не стоило этого делать, ― сказал он, вытирая рот. ― Он все равно все видел и понял, ― ответил Федор. Он зябко поежился, затем встал с кресла и накинул халат, разложенный на кровати. ― Мы не закончили, ― заметил Иван. ― Я велел обновить ванну, ― улыбнулся Федор. ― Так что если ты не спешишь, нас ждет чай, потом ванна, а потом и постель. ― Нас, ― повторил Иван, словно пробуя слово на вкус. ― Нас, ― кивнул Федор.