Cat Cafe

Кот был настолько чистым, что казался нарисованным на фоне грязного переулка. Его лапки словно едва дотрагивались до грязного мокрого асфальта, а дождь, скатывающийся с крыши совсем рядом со зверьком, даже не касался его шёрстки. От этой картины Эрвин замер, не донеся ногу до порога. В его зонт били струи воды, льющиеся с неба уже третий день, в рукава и за ворот плаща забирался холодный ветер, но Эрвин не мог отвести взгляд от недовольного кота. Тот смотрел в ответ: недовольно, придирчиво, словно одновременно хотел, чтобы незваный наблюдатель отвязался и пошёл своим путём, и в то же время решал, одарить человека недовольным мявком, или тот этого недостоин. Оценил уложенные светлые волосы, гладко выбритое лицо, тёплый плащ и свежевыглаженные брюки. Затем бросил короткий взгляд на ботинки из искусственной кожи — а после поднял мордочку, глядя своими оранжевыми кошачьими глазами в серо-голубые Эрвина. По итогам этого осмотра кот соизволил дёрнуть усами и принялся вылизывать и без того чистую лапку. Эрвин улыбнулся коту, а затем торопливо принялся открывать дверь пекарни. Несмотря на непогоду, он собирался сегодня открыться вовремя, как и всегда. Как минимум потому что у него был один постоянный клиент, любящий приходить пораньше.

***

Переодетый в рабочую форму, Эрвин раскладывал круассаны с миндалём на витрине, размышляя: придёт ли сегодня тот неразговорчивый молодой человек? Снова закажет только чай или в этот раз всё-таки решит чем-нибудь перекусить? Он знал большинство своих постоянный посетителей, но не меньше был рад и новым гостям. Выпечка была изначально хобби его матери, но сейчас та вместе с отцом отправились в большое путешествие в честь годовщины свадьбы, и Эрвин уже третий месяц занимался пекарней один. За дверью не было никого. На всей улице вряд ли можно было сыскать хотя бы пару прохожих, и тем более никто из них не собирался сидеть в пекарне. Когда Эрвин уже собирался вернуться к оформлению витрины, к двери внезапно кто-то подбежал, затоптавшись напротив и отряхиваясь от дождя. Эрвин замер, ожидая: зайдёт гость или некто просто остановился переждать ливень под козырьком? К его радости, дверь приоткрылась, и внутрь проскользнул тот самый темноволосый юноша, которого с надеждой ждал Эрвин. Его одежда и волосы были мокрыми, но не насквозь, будто он бежал от соседнего квартала. Правда, этого всё равно хватило, чтобы основательно вымокнуть. Эрвин тепло улыбнулся гостю. — Как насчёт тёплого пледа? — предложил он. Юноша поёжился. — И чаю, — произнёс он чуть хрипло. — В конце концов, ради него я и пришёл. Эрвин принёс ему плед и чашку с горячим свежезаваренным чёрным чаем, отмечая, что его гость мелко подрагивает от холода. Он невольно потянулся к тому, закутывая одним слитным движением в плед, как часто делал его отец в детстве. Юноша уставился на него, едва сдержавшись от более резких действий. — Это ещё что? — Извините, — только и смог сказать Эрвин, чувствуя, что перегнул палку. — Просто вы казались очень замёрзшим. Он торопливо нашёл повод сменить тему — ведь он и вправду собирался сделать то, о чём сейчас скажет. — Извините, мне надо покормить кота. — Кота? — его гость прищурился. — Какого кота? Эрвин не считал себя обязанным объясняться, но всё-таки в знак доверия поделился: — Чёрного кота с белой манишкой, который сидит у входа. Вы разве его не видели? Юноша посмотрел на Эрвина с удивлением. — Не видел. Наверное, он уже ушёл куда-нибудь по своим кошачьим делам. — Но я всё равно оставлю ему еды, — решил Эрвин. — Может, он ещё вернётся. — Может быть, — буркнул его гость. Замялся, затем пробормотал: — Меня зовут Леви, кстати. — Очень приятно, а меня Эрвин. — Знаю, у тебя на бейдже написано. Эрвин засмеялся. — Не хочешь перекусить, Леви?

***

Они сидели так где-то пару часов: Леви с аппетитом съел сэндвичи с тунцом, от которых сперва отнекивался, мол, с чего это ты такой добрый, с чего это вдруг бесплатно. Согласиться его заставили только заверения Эрвина, что это в честь знакомства, и что ничего такого не подразумевается. Эрвину же, любившему в тихие дни проводить время с книгой, было на удивление хорошо и спокойно со своим немногословным гостем. Леви оказался удивительно приятным и прямолинейным собеседником, метко задававшим вопросы и внимательно выслушиваюищим ответы, подмечающим детали и ёмко комментирующим их. Удивительно, что при таком ходе беседы Эрвин первый заметил, что ливень поумерился, превратившись в лёгкую морось. — Дождь закончился, — мягко произнёс он. — Выгоняешь? — Леви поднял брови. Эрвин засмеялся. — Нет, лишь забочусь о том, чтобы ты не опоздал. — Куда я опоздаю, — фыркнул Леви. — Были бы дела сегодня — делал бы их, а не болтал тут с тобой. Эрвин решил воспринимать это как комплимент, и заварил новую порцию чая, добавив в этот раз мелиссы и цветков липы.

***

Стоило дождю поутихнуть, как в пекарню зашли ещё несколько посетителей: кое-кто из постоянных и парочка прохожих, решивших выбраться по делам и перекусить. Эрвин занялся ими, поспешно подогревая сделанную утром выпечку и сварив несколько порций кофе. Закончив, он обернулся к столику Леви и увидел лишь аккуратно свёрнутый плед, пустую чашку на столе и купюру и несколько монет рядом с ней.

***

С тех пор Леви стал заходить чаще. Он выбирал часы, когда клиентов почти не было или не было совсем. Они общались, смешивая личные, почти интимные темы с общими и ничего не значащими. Так можно было одновременно узнавать друг друга и в то же время держать дистанцию. Иногда Эрвин видел и того чёрненького кота: тот держался на расстоянии, не подпуская к себе, но предложенную еду соизволил принять. Вскоре стало холоднее: приближалось Рождество. В один из холодных дней, когда уже ударили первые заморозки, в пекарню заглянул Леви. Переступив через порог, он отряхнул чёрное пальто и поёжился. — Чаю? — почти с порога предложил Эрвин. — Спасибо, — искренне поблагодарил Леви, присаживаясь на своё привычное место у окна. Эрвин принёс ему горячий свежий чай, кивнув и поспешив к другим клиентам: парочка студентов-медиков сидела у него в пекарне, делая доклад.

***

Когда Эрвин освободился, Леви сидел носом в планшет, что-то недовольно набирая. — Учёба? — предположил Эрвин, кивая на дисплей. — Работа, — буркнул Леви, не отрываясь. — Прислали проект на проверку, а там халтура на халтуре, ни одна инстанция такое не примет. — Проект? — уточнил Эрвин, ставя на его стол сэндвичи с лососем. — Я старший архитектор в одной конторе, — пояснил Леви. — Только вот кроме меня там полтора человека нормально соображают. Он больше не распространялся, взявшись за сэндвич, и Эрвин не стал допытываться.

***

У Эрвина был свой план на сегодняшнюю беседу, и, выждав момент, он как бы невзначай спросил: — У тебя ведь есть карта клиента, да? — Какая ещё карта клиента? — уставился на него удивлённо Леви. На самом деле Эрвин предлагал её в первые пару визитов, но тогда Леви яростно отказывался, едва не огрызаясь, и Эрвин перестал предлагать, не желая быть назойливым. Теперь же, когда стало ясно, что Леви — постоянный посетитель, Эрвин предпринял ещё одну попытку. Переведя дыхание, Эрвин принялся объяснять, неспешно и обстоятельно: — Когда ты покупаешь что-то, пять процентов от заказа превращаются в кэшбек… На них можно купить у нас что-нибудь, и даже оплатить заказ целиком. Карточка закреплена за тем, кто её оформил, поэтому мне будут нужны твои фамилия, имя и дата рождения. — Дата рождения? — Да, владельцам карты мы делаем подарки на День Рождения, — улыбнулся Эрвин. Леви раздумывал ещё несколько секунд, затем достал из внутреннего кармана пальто водительские права. — Подойдут же? — Подойдут, — кивнул Эрвин, беря документ и бегло пробегаясь взглядом по написанному. — Подожди… У тебя сегодня День Рождения?! — Если сегодня двадцать пятое декабря, то да, — поморщился тот. — Слушай, только не устраивай из этого невесть что. Эрвин послушно замолчал, не желая доставлять Леви неудобство. Вместо этого он пошёл заваривать следующую порцию чая: поздравительную. Немного подумав, Эрвин решил использовать кое-что особенное. Он как раз вчера поставил завариваться на холодной воде китайский белый чай, и сейчас напиток наверняка был готов — пятнадцати часов должно было быть достаточно. Эрвин аккуратно слил получившийся чай в стеклянный чайничек, а заварку залил кипятком — второй пролив тоже стоило распробовать. Благодаря беседам с Леви, Эрвин многое узнал о чае и о том, как его заваривают по-настоящему, и вскоре начал экспериментировать не только с банальными чайными смесями, но и с чистыми сортами чая. — “Белый пион”, — гордо прокомментировал Эрвин, ставя на стол керамическую чашечку и стеклянный чайник с чаем. — Холодной заварки. — Ого, — присвистнул Леви. — Попробуешь со мной? Он кивнул на пустое место напротив себя. — Извини, — неохотно отказался Эрвин. — У меня много работы сегодня. — Я помогу, — неожиданно вызвался Леви. — Считай это благодарностью. Уберу на тех столах справа, а ты загрузи посуду в мойку. Эрвин кивнул, принимая помощь, хотя поначалу собрался было отказаться. Он хотел проверить свою догадку. Судя по тому, как Леви начал делать чужую работу, он не только был отменным чистюлей, но и, похоже, наблюдал за Эрвином. Он прекрасно знал, где что лежит и что в какой последовательности делать. Это было… приятно? В конце концов, это было не скрытым прилипчивым наблюдением, а тем его видом, когда открыто приходишь и… Эрвин едва не подумал “любуешься”, но тут же стыдливо себя одёрнул за подобные мысли. Так и загордиться недолго. После уборки чай показался особенно вкусным, и даже придирчивый Леви похвалил вкус. А Эрвин наслаждался не только чаем, но и компанией, пока его не отвлекли другие клиенты. Но ему однозначно хотелось повторить подобное.

***

В преддверии Нового Года ударили заморозки, и вставать по утрам стало тяжелее, но Эрвин справлялся. Родители присылали фотографии из путешествия, и Эрвин был за них рад — но вставать по утрам зимой был тот ещё вызов. Привычно оставляя еду для кота — тот всегда аккуратно подъедал всё с тарелочки, выставленной в начале смены, — Эрвин задумался о том, что будем с пушистиком. В этом году холода обещали крепкие, и на пользу животному это вряд ли пойдёт. Кот выглядел домашним, будто его кто-то бросил на улице ещё котёнком, и за несколько месяцев он успел вырасти в молодого и красивого кота. Эрвин увидел краем глаза пушистую тень и осторожно отошёл, подпуская кота к еде. Разрозненные мысли в голове устремились к одной уверенной идее. Эрвин подождал, пока кот доест, и решился. Он осторожно сделал шаг — кот замер, с любопытством и опасением глядя на него, но не убежал. Ещё один маленький шажочек, протянутая ладонь — и вот кот-недотрога уже осторожно тыкается носиком в его пальцы, а затем начинает ластиться, гладясь об его руку. В этот момент Эрвин принял решение усыновить бездомного кота.

***

Спустя пару недель, когда Эвин наслаждался рабочей рутиной, в очередной раз заглянул Леви, уселся на своё привычное место и пробормотал: — Чай, что-нибудь на твой вкус. Эрвин, помня о предпочтениях Леви, принёс тому чистый чёрный чай, крепкий, но не слишком. Он уже знал, что в Китае чёрный чай называется красным (спасибо Леви и его образовательным беседам!), и теперь старался это запомнить, но всё ещё по привычке произнёс, ставя чашку перед гостем: — Ваш чёрный чай. Леви слабо дёрнул краями губ, но Эрвин знал: это для него, считай, широкая улыбка и душевная благодарность, поэтому тепло улыбнулся в ответ.

***

На улице было холодно, и, как часто бывало во время визитов Леви, больше никто из клиентов не заходил. Ободрённый тишиной, из своей коробочки выбирался кот, которого Эрвин не решался оставлять одного дома, и оттого брал с собой в пекарню, не пуская на кухню. Леви заметил кота первый. — Что за?!... Эрвин, тут кот! — Да, это мой кот, — выглянул с кухни тот. — Тот, которого я подкармливал. Не волнуйся, он прошёл карантин и все прививки. Закончив с чаем и закусками, Эрвин вернулся к столикам, чтобы увидеть, как Леви старается выглядеть сдержанно, гладя кота. Несмотря на вроде бы хмурое выражение лица, взгляд Леви был мягче обычного, брови не так сильно сведены, а ладонь мягко водила по пушистой кошачьей шёрстке. — Тебе нравятся коты, — восхитился Эрвин. — Выглядите очаровательно. — Ой, заткнись, — буркнул Леви. — Давай сюда сэндвичи, я есть хочу. Эрвин изо всех сил старался не смеяться, но тёплое чувство внутри только росло. Он поставил на стол чайник, чашку и так полюбившиеся Леви сэндвичи с лососем.

***

— Уголёк очень хорошо адаптируется, — рассказывал Эрвин, выпивая свою чашку чая в компании Леви. — Понимает, где его туалет, где лежит еда — я стараюсь всегда насыпать ему полную миску, чтобы он не торопился с кормом, — а ещё прекрасно понимает, что на кухню ему нельзя… Эрвин умолчал о том, что поначалу Уголёк очень испугался перспективы быть домашним котом, и вёл себя совсем иначе. Сейчас-то у них была идиллия! Леви слушал, неспешно потягивая чай, иногда доливая себе из чайника ещё немного, не забывая и про чашку собеседника. — …а сейчас я перевёл его на другой корм, — закончил Эрвин. — И ему нравится, и проблем с желудком нет. — Ты прямо как мамочка, — хмыкнул Леви. — Впрочем, тебе это подходит. — Мамочка? — поднял брови Эрвин. — Ага. — Леви усмехнулся. — Так с ним носишься, как настоящая мамочка. В этот момент кот, ластящийся к Леви, мявкнул коротко, издав звук, похожий на “мярма”. — Кажется, это ты его мамочка, — улыбнулся Эрвин победно. — Заткнитесь вы оба, — буркнул тот. Эрвин засмеялся мягко, но тему закрыл. Пока что.

***

Так прошло ещё несколько недель. Леви приходил почти каждый день, играя с Угольком и оценивая прогресс в чайном деле Эрвина. А затем вдруг исчез и не приходил несколько дней. Эрвин заволновался, да и Угольку явно не хватало его второй “мярмы”. Некоторое время Эрвин размышлял, насколько честно так делать, но в конце концов решил, что Леви, наверное, при всей своей нелюбви к нарушению личного пространства, поймёт. Он позвонил своему лучшему другу Мику, работавшему в полиции, и спросил, может ли тот достать ему один-единственный телефонный номер. — Любому другому бы я отказал, — отозвался на эту просьбу Мик. — Но в тебе я уверен, ты принципиальней самой конституции. Мик предложил и адрес, но это Эрвин счёл слишком наглым, поэтому ограничился лишь набором цифр напротив заветного имени.

***

Через несколько гудков раздался хриплый недовольный голос: — Да? — Извини, что без спросу звоню тебе, — сразу извинился Эрвин. — Но тебя не было больше недели, и я волновался, что с тобой что-то случилось. Ты в порядке? — Нет, блядь, не в порядке. — Словно в подтверждение своих слов Леви оглушительно чихнул. — Я весь в соплях и лекарствах, и это хреново. Ещё вопросы? Эрвин пару секунд помолчал, затем осторожно спросил: — Не хочешь заказать доставку на дом? К его удивлению, Леви согласился. Эрвин постарался упаковать побольше его любимых сэндвичей, залил в термос чай с малиной и брусникой. Леви бы полчаса возмущался, что это не настоящий чай, но сейчас это было хорошим средством от простуды, а не поводом поэстетствовать. У порога Эрвин замялся, но всё-таки нажал на звонок. Леви открыл через несколько секунд, и сложно было удержаться от того, чтобы не пялиться. Впервые Эрвин видел ту сторону Леви, которую тот скрывал от него, и, наверное, ото всех: домашняя пижама с котами, мягкие тапки-акулы и растрёпанные волосы. А ещё покрасневшие глаза и воспалённый нос, поэтому Эрвин не стал терять время и протянул Леви пакеты. — Тут чечевичный суп, сэндвичи с лососем, сэндвичи с тунцом, немного сладкой выпечки и чай, — произнёс он. — Надеюсь, это поможет тебе выздороветь. Леви на секунду улыбнулся, но тут же скривился, шмыгая носом. Он взял пакеты, кивнул и пробормотал: — Спасибо. — Мне записать доставку и на завтра тоже? — Эрвин ответил на его улыбку. — Запиши, — кивнул Леви. — Спасибо тому, кто придумал расплачиваться безналом. Эрвин не стал говорить, что положил чуть больше, чем было оплачено. В конце концов, Леви ему нравился, и... Эрвин замер, глядя, как Леви закрывает дверь, слушая щёлканье замков. Леви. Ему. Нравится. Эрвин шагал обратно в пекарню, забрать Уголька домой, а в голове билась одна и та же мысль. Леви ему нравится, и это, кажется, серьёзно. Да нет, не может быть. Это просто симпатия, ведь Эрвин много с кем из посетителей весьма тепло общался, а с Леви у них замечательная дружба. Очень крепкая, поэтому Эрвин и сделал для него подобный жест. А ещё не было никаких пошлых мыслей, так что… Эрвин застонал про себя. Окей, теперь он подумал об этом. Смысла отрицать больше не было. Боже! Ему же теперь с этим жить и как-то общаться с Леви!

***

Все дни, что Леви болел, Эрвин исправно приносил тому еду и горячий чай, пока тот не стал чувствовать себя лучше. Зато, отлежавшись дома и отдохнув, Леви стал выглядеть не таким утомлённым, даже круги под глазами стали поменьше. Заглянув в пекарню, Леви первым делом погладил выбежавшего к нему с радостным мявканьем Уголька, почесал кошачьи щёчки и только потом поднял взгляд, чтобы поздороваться с Эрвином. — Ну, привет, — произнёс он. — Привет, — широко улыбнулся Эрвин, чувствуя, как теплеет в груди. — Мне как обычно, и спасибо за доставку.

***

С тех пор, как Эрвин осознал своё влечение к Леви, его визиты стали сладостно-невыносимыми, как в презираемых Смитом-старшим низкопробных романах. Общаться, находиться рядом, ловить едва заметную улыбку Леви было счастьем. А вот понимать, что это всё, что позволено — сущим мучением. Эрвин, промучившись так несколько дней, решился признаться. Он выбрал время с утра, когда они с Леви были одни, чтобы никто не смог им помешать, закончил с делами, и теперь сидел напротив поглаживающего Уголька Леви. Кот свернулся клубочком у того на коленях и не собирался уходить. Эрвин прочистил горло и решительно произнёс: — Ты мне нравишься. Леви чуть наклонил голову, прищурившись. — Объясни. — Ты мне нравишься в романтическом смысле, — выпалил Эрвин уже менее решительно. Леви посмотрел на него, словно пытаясь понять, всерьёз это или нет. — Ты не шутишь, — протянул он. — Ладно... Встав из-за стола, Леви достал деньги за еду и положил на стол. — Мне надо подумать, — сказал он напряжённо.

***

Только когда Леви вышел за порог, Эрвин простонал неразборчиво пару ругательств, что было для него редкостью. Ему казалось, что всё кончено: что он поторопился со своими откровениями, ведь их отношения только-только стали доверительными, но ещё даже не начали переходить в стадию чего-то похожего на страсть. А Эрвин, идиот этакий, уже ухитрился влюбиться! И не смог промолчать! Утешать себя оставалось лишь тем, что между ними не будет лжи, и что если Леви решит после этого разойтись, то, значит, им и вправду не суждено стать ближе, чем они были до этого. Может, это было испытание не только для Эрвина, но и для Леви? Думая об этом, Эрвин почти на автомате отработал весь оставшийся день, кое-как подуспокоившись к закрытию.

***

К вечеру пошёл то ли дождь, то ли мокрый снег. Эрвину меньше всего хотелось идти домой по такой погоде, особенно без зонта, но надо было возвращаться домой. Проверив кормушку и туалет Уголька, Эрвин почесал питомца за ушками, а затем нехотя оделся и вышел на улицу. Заслышав шорох за спиной, Эрвин оглянулся, держа ключи в руках. Позади него стоял Леви с зонтом, глядя всё ещё напряжённо, но уже как-то уверенно. — Надо поговорить, — буркнул он. — Только дверь сперва закрой. Кивнув, Эрвин запер дверь, пряча ключи в карман, и подошёл ближе. Леви приподнял зонт, пуская Эрвина под него и защищая от дождя. — Значит, так, — начал Леви быстро, хмурясь сильнее обычного. — Ты мне тоже нравишься, и учти, что если я передумаю, то... — То мы останемся хорошими друзьями? — продолжил за него Эрвин. — Посмотрим, насколько хорошими, — огрызнулся Леви, подходя ближе. — И учти, я не из тех, кто торопится. — Я тоже, — кивнул Эрвин. Спустя пару минут они уже целовались, едва удерживая зонт так, чтобы не попасть под усиливающийся ливень со снегом. В тот вечер они только чудом не простыли — ну или потому, что Леви, проводив Эрвина до дома, остался у него отогреваться и ночевать — только ночевать, ничего больше. Утром, целуя спящего у него на плече Леви в макушку, Эрвин чувствовал себя так, словно это лучшее утро в его жизни. Наверное, так оно и было.