Морфей

На чистой персиковой коже появляется четкая черная линия, выведенная уверенной сильной рукой. У каждого мастера есть свои секреты по усовершенствованию своей работы, не важно в какой сфере, и у парня с уверенным и сосредоточенным взглядом они тоже были. Например, он точно знает, что при помощи левой руки, которая обеспечивает хорошее натяжение кожи, контур получается намного более ровным, без очевидных дрожаний и кривизны. Наблюдать за каждым уверенным штрихом не просто приносит удовольствие, а будто гипнотизирует, заставляя удерживать взгляд лишь на работе… - А ты действительно мастер своего дела, мне даже не больно, - улыбается розоволосый, привлекая тем самым внимание мастера. - Подожди до полной выкраски. Гарантирую, там ты будешь верещать как баба, которая увидела крысу – лишь хмыкает парень, продолжая свою работу. - Вообще то они милые, - хмурится тот, ерзая на кушетке. Молодой человек лежит на спине уже сорок минут, а правая рука давно затекла над головой, но осознание того, что рядом творят волшебство над его телом, заставляет лишь загнать усталость и боль на задний план и только терпеть. - Не двигайся, если не хочешь, чтобы я потом все сводил. - Мне не удобно, – отвечает первый, будто пытаясь позлить собеседника. Но сразу получает ответочку в виде сильно загнанной в кожу иглы, и вот это уже точно принесло клиенту сильный дискомфорт, который невозможно было спрятать. - Ай, блять, ты специально? - Слушай, Чимин, ты знал что ведешь себя как заноза в заднице? - возмущается черноволосый, откидываясь на спинку своего рабочего кресла. - Я беру свои слова назад. Ты - хуевый мастер. И не надо перевирать факты: в твоей заднице я не был. А вот ты в моей, хочу заметить был, и не раз, - ухмыляется клиент, облизывая губы. Повисшая тишина будто режет воздух вокруг. Болезненные воспоминания, которые Чонгук так долго прячет в себе, не давая своим эмоциям взять вверх над разумом, вырываются наружу и как иглы впиваются в кожу. Это то самое чувство, когда единственное, что хочется сделать - спрятаться и закрыть все пути вокруг. Но нет, Чонгук слишком гордый. Он слишком сильный. Он слишком сильно хочет выглядеть спокойным перед своей прошедшей любовью. Или не до конца прошедшей… - Завались, иначе сделаю больно - злится татуировщик, возвращаясь к работе, будто ничего не слышал. - О ты уже сделал мне больно, расставшись со мной. И знаешь, эта боль не сравниться ни с чем из того, что ты можешь сделать сейчас, - упрекает его Чимин, пытаясь сильнее вывести из себя Чона, чтобы просто поговорить. - Перестань, ты ведь прекрасно знаешь почему я так поступил. - Знаю, Чонгук, знаю. *** Они встречались два года. Два года, которые стали настоящей сказкой для обоих, и в конце превратился в кошмар. Незамысловатая история любви между тату-мастером и клиентом, о которой так любят писать во многих фанфиках любленные в своих кумиров фанаты. Только вот в их истории не было никакой славы и восторженных криков вокруг. Лишь счастье на двоих. Лишь встреча на двоих. Тогда Чимин впервые набил себе свое «любимое» число тринадцать на внутренней стороне запястья. И хоть многие считали, что она означает только его день рождения, но маленькие цифры, выбитые на коже, значили намного больше. Смерть брата, пришедшая неожиданно в некогда любимое число парня, стал очень ироничным и символичным знаком. Тогда еще совсем незнакомый Чимину Чонгук, ставший его татуировщиком, оценил идею парня, внимательно выслушав предысторию, но очень аккуратно, и как будто заботливо, спросил: - Не пожалеешь потом о ней? Все-таки первая твоя татуировка… - Почему я должен о ней жалеть? - недоумевал парень - Она ведь будет служить вечным напоминанием о нем., -поглаживая будущее место татуировки, сказал черноволосый, внимательно вглядываясь в эмоции на лице собеседника. - Будет, и я не хочу об этом забывать. Я не хочу веселится в свой день рождения. Больше просто не смогу этого делать. И Чонгук поддержал его, набив несчастливое двузначное число, ставшее началом чего-то нового и волшебного, как они тогда думали. Жаль, что все хорошее когда-то заканчивается… *** - Выглядишь напряженным, - заметил Чимин, рассматривая лицо Чонгука и выйдя из своих воспоминаний о их совместном прошлом. - Я просто сосредоточен на работе, - оправдывается тот, явно не желая продолжать этот разговор. - Не обращай внимание. Но Чимин не верил ему. - Как ты себя чувствуешь? - решил поинтересоваться розоволосый. - Чимин…- подняв голову и тяжело вздохнув, мастер смотрит прямо в глаза напротив - Не начинай. - Да почему? Ты ведь прекрасно знаешь, что я твой единственный близкий человек. И по-твоему, я не могу интересоваться твоим состоянием? - раздраженно объясняет розоволосый, хмуря брови. - Неважно, Чимин, - отвечает Чонгук и смотрит куда-то в другую сторону, лишь бы не на собеседника. – Блять, я чувствую себя неважно. Я просто умираю изнутри, но держусь лишь бы жить дальше. Если это всё еще можно назвать жизнью. Я умерил твою заинтересованность? - Снова твое неважно, - опускает Пак взгляд на свою новую татуировку, понимая, что больше ничего не добьётся. - Закончил? - Да, готово - подтверждает мастер, поднимаясь с рабочего места - Можешь взглянуть на нее. Чимин кряхтя встает с кушетки, разминая затекшую правую руку, и босыми ногами подходит к зеркалу. Там он видит очередной шедевр своего бывшего, который ровным шрифтом выделяется на его светлой коже. Даже и не скажешь, что парню было плохо во время работы, как в прочем и всегда.... - Красиво, - пальцами прикасаясь к коже, произносит Чимин. - Безумец, - качает головой Чонгук, все еще не понимая зачем парень продолжает делать тату, которые когда-то даже не воспринимал. - И что же она означает? - специально спрашивает он, уже заранее зная ответ. - Неважно, Чонгук – все еще смотря в зеркало, передразнивает младшего Пак, а на голом торсе с правой стороны под грудью теперь виднеется надпись, понятная лишь им двоим.