Эйфория сломанных жизней

Намокли души под дождём, на остановке у Судьбы. До счастья пять минут ходьбы, а мы, порой, полжизни ждём. «Добрый вечер, дорогие граждане. Дождливая погода продержится в городе вплоть до следующей недели. На протяжении всего месяца она будет сменяться обычной пасмурной погодой, но а пока-что, мы можем посоветовать вам сидеть дома возле тёплой батареи. Ну, а если нужно срочно выйти на улицу, то не забудьте прихватить с собой зонтик. На этом всё, хорошего вам вечера!» — Раздаётся голос радиоведущего, доносившийся из телефона. А на улице не просто дождь, на улице ливень. Ото всюду слышатся жуткие завывания ветра. Всем, находящимся на улице, хочется быстрее забежать в тёплую квартиру и укутаться в плед, прихватив чашку горячего чая. Всем, кроме Сынмина, которому, будучи стоящем на краю крыши одной из многоэтажек, под этим самым ливнем, на фоне сверкающих молний, уже ничего не хочется. Разве что шагнуть вперёд, приземлиться на землю и, не почувствовав боли, отойти в мир иной. Хочется до невозможности, но решиться сложно, хоть и шёл он сюда с твёрдой целью умереть. Парень оглядывается по сторонам, как-будто ищет мотивацию сделать свой последний шаг. Смотрит вниз, голова идёт кругом, становится жутко. Он покачивается на месте, а на щеках остаются капли дождя, а может быть и его слёзы. Честно, уже всё равно. На улице холодно, парень промок до нитки. Собравшись с мыслями, он наконец-то готовится сделать шаг в пропасть. Прижимает руку ко рту, чтобы не закричать и снова смотрит вниз, в туманную бездну. Всё. Вперёд. — Эй, парень!— Голос сзади заставляет Сынмина резко вздрогнуть и проматериться под нос. — Стой, не прыгай! Ха, ага сейчас. Слушаюсь и повинуюсь.. И он шагает вперёд. Нога, остаётся без опоры и срывается вниз, утягивая его за собой. Сынмин закрывает глаза. Страшно. Сейчас он пролетит несколько секунд и почувствует, как его кости разлетятся в щепки, а голова превратится в плоский блин. Сейчас он испытает самую сильную боль в его жизни, но продлится она всего одно мгновение, после которого наконец-то наступит покой и умиротворение. — Что ты творишь, кусок идиота!?— Разрезает тишину резкий голос сверху, звучащий, как раскаты грома среди ясного неба. Ким резко открывает глаза. Он видит перед собой самый прекрасный вид на огни города, переводит взгляд вниз,  там пропасть. Из-за тумана не видно ничего, поэтому кажется что там действительно сплошная пустота. Он догадывается, почему до сих пор не внизу, и смотрит вверх. Кто-то схватил его за руку и, кажется, сейчас оторвёт её. — Отпусти.— Безразлично просит Сынмин, посмотрев на парня, который лежит на краю крыши. Лицо незнакомца перекашивается и тот начинает злобно пыхтеть, удивляясь такому безрассудству. Он тут помочь ему пытается, а он ещё и отпустить просит! — Чтобы мне потом статью впаяли? Ну уж нет.— Отвечает он, схватив его покрепче.— Сейчас я тебя подниму, и ты всё хорошо обдумаешь ещё раз. Незнакомец начинает затаскивать Сынмина обратно на крышу, поражаясь тому, насколько он лёгкий. Киму хочется кричать, вывернуться из его хватки, перекинуть и потащить за собой вниз, но он просто замирает, позволяя парню вытащить его из пропасти. Что уж поделать, в следующий раз повезёт. Оказавшись на ровной, мокрой поверхности, он ложится на бок, сворачивается в комочек и начинает плакать. Незнакомец оттягивает его подальше, положив рядом с дверью, которая ведёт внутрь здания, на лестничный пролёт, и присаживается рядом с трясущимся от истерики парнем, следя за тем чтобы тот снова не ринулся к краю. Дождь, тем временем, продолжает идти, может быть даже с удвоенной силой, а вдалеке сверкают молнии. — Зачем...Зачем ты это сделал!?—  Кричит Ким, наотмашь пытаясь задеть парня кулаком.— Сволочь...Сука!..— Со злости он случайно разбивает свою руку об стену, так и не попав по незнакомцу, сидящему рядом. Его спаситель тихо цокает. Неужели есть люди, которым настолько не хочется жить. Но по какой причине? — Я видел твою нерешительность, когда ты стоял на краю, и просто не дал тебе совершить этот, не слишком хорошо обдуманный, поступок.— Тихо отвечает незнакомец, Сынмин еле слышит его из-за грома, который раздаётся вокруг. Ким разбивает и второй кулак, теперь уже намеренно стуча им об бетон. Он громко всхлипывает и кричит, наплевав на то, что людям нужен кислород. Может быть хоть в своих слезах задохнуться получится! Потом он собирается разбить ещё и голову об стену от безысходности, но тут уже вмешивается незнакомец, который всё время просто молча смотрел на его страдания. — Угомонись ты уже. — Парень перехватывает его поперёк груди, не давая пошевелиться. Сынмин брыкается, старается вырваться из хватки, даже кусает его за руку, но незнакомец продолжает удерживать парня. Тогда Ким просто замирает, трясясь то ли от холода, то ли от истерики. А может от всего сразу.. Незнакомец, понимая, что парень выдохся и больше не будет вести себя как бешеный, отпускает его. Сынмин ложится посреди крыши лицом вниз, наплевав на то, что вся она мокрая. — Пошли со мной.— Говорит незнакомец, протягивая ему руку.— Тебе нужно согреться. Ким начинает истерически хохотать, перевернувшись на бок. По спине незнакомца пробегает табун мерзких мурашек, и это вызвано явно не морозом. — А может меня радует перспектива сдохнуть от холода! — Резко отвечает Ким, прекращая смеяться и поднимая на него свой яростный взгляд. Парень тяжело вздыхает и поднимает Сынмина, закидывая его на своё плечо. Тот снова возмущается, пинает его ногами, бьёт разбитыми руками, пытается разорвать ему куртку, но незнакомец упорно тащит его вниз по лестничной клетке. Ким случайно замечает на каком-то из этажей девушку, которая ошалело смотрит им в след, и снова начинает смеяться. Совсем истерически, как тяжело больной человек. Незнакомец заметно напрягается и начинает идти быстрее. Он останавливается возле двери, ища ключи в кармане своих промокших чёрных брюк. Звякает металлом и открывает свою квартиру, проходя внутрь. Сынмин до сих пор смеётся, но уже более спокойнее. Парень проносит его в ванную комнату и сажает на ванну. — Ещё и в квартиру меня в свою притащил.— Ухмыляется Ким, смотря через пелену слёз в карие глаза незнакомца.— Насилуй сколько хочешь, мне всё равно.. — Снова смех. — Хоть убей. Я рад буду! — Он поднимает руки,  хватая парня за воротник куртки. — Рад, понимаешь?.. — Заткнись ты уже. — Отвечает незнакомец, отмахиваясь от рук и снимая с парня мокрую на сквозь клетчатую рубашку. — Не собираюсь я тебя насиловать и убивать. Снимай вещи, я сейчас принесу тебе сухую одежду.— Он разворачивается, собираясь быстрее покинуть помещение, но останавливается на пол пути.— Чуть не забыл.— Наклоняется к раковине, забирая бритву и все лезвия вместе с ней. Ну так, на всякий случай. После чего уходит, оставляя Сынмина одного. Вот сволочь. — Думает Ким. — Я и подумать об этом не успел, а он уже перегородил мне довольно хороший способ выпилиться. Ким снимает все свои вещи, решая посмотреть на себя в зеркало. Зря. Ой зря.. Чёрные мешки под глазами от того, что нормально он не спит ещё с самого лета, а сейчас между прочим начало октября. Исхудавшее лицо, потому что питается через день, да и то очень мало. А вишенкой на торте становится отросшая по самый нос чёлка, которая в сочетании с причёской выглядит, как птичье гнездо. — Ну и видок.. Неужели это я сам в такое превратился..— Тихо проговаривает он, снова начиная смеяться. — Своими же руками себя угробил!.. Чёрт бы побрал тебя.. — Он не знает кому адресована эта фраза. Своему отражению, тому придурку, что спас его или тому, из-за кого всё это произошло.. Он смеётся над своим видом, над своей жизнью, и вообще над самим собой. Снова бьёт кулаками по стене рядом, оставляя на ней кровавые следы и садится на ванну, зарываясь пальцами в волосы. Слёзы снова выступают на глазах, и он даже не старается их сдерживать. В помещение возвращается парень, держа в руках вещи. Он что-то тихо бормочет себе под нос, видя состояние Сынмина. — Вот сухая одежда. Возможно, для тебя она будет немного широковата, но больше у меня ничего нет.— Незнакомец кладёт вещи на раковину. Замечая следы на стене, он тяжело вздыхает.— Как закончишь, иди на кухню. Она прямо по коридору.— И уходит, закрывая за собой дверь. Сынмин поднимает голову, смотря на одежду. Серая футболка и чёрные спортивные штаны. Он быстро переодевается, стараясь не встречаться лишний раз со своим отражением в зеркале. Одевшись, он выходит из ванной и направляется на кухню. На ней его "спаситель" уже разливает по кружкам кипяток. — Ты какой чай больше любишь, зелёный или чёрный?— Незнакомец оборачивается к Сынмину, который выдвигает стул и садится на него. Ким отрешённо смотрит в окно, из него открывается вид на реку Хан и мост Мапо, печально известный как мост самоубийц. Сынмин задумывается, как хорошо было бы спрыгнуть с него в реку. Но за этим ведётся строгий контроль, так что маловероятно, что ему удастся совершить задуманное. Он наконец-то вспоминает о том, что ему вроде как задали вопрос, и быстро ищет на него ответ в своей, ничего не соображающей под вечер, голове. — Зелёный.— Коротко и ясно отвечает Ким, сложив руки на стол и положив на них свою голову. Парень кивает и достаёт нужную упаковку. Пока напиток заваривается, незнакомец зашторивает окно на кухне. Ким фыркает. До чего же ты, сука, внимательный!.. Через минуту перед Сынмином ставится чашка чая, а парень садится напротив него, рассматривая узоры на обоях в виде маленьких светлых цветочков и попивая свой напиток. — Спасибо.— Тихо говорит Ким, подняв голову и придвинув кружку к себе. — Пожалуйста.— Незнакомец переводит взгляд на него. — Тебя как зовут то хоть? Ким думает, стоит ли ему придумывать фальшивое имя для себя сейчас или сказать правду. Ай, ладно, скорее всего они видятся первый и последний раз в жизни, почему бы и нет? — Сынмин.. Ким Сынмин.— Отвечает парень, делая первый глоток, сразу же становится теплее. Он ведь даже не заметил, что ему до сих пор холодно. Его спаситель презрительно щурится, пытаясь понять, не повесили ли ему сейчас лапшу на уши, и понимая, что, скорее всего, парень сказал правду,  решает представиться в ответ. — А я Со Чанбин. Теперь будем знакомы.— Он слегка улыбается уголком губ, а Сынмин опускает взгляд вниз. Становится стыдно. Совсем чуть-чуть. — Прости. Я там наговорил тебе всего на крыше, и укусил вроде..— Он снова пытается не засмеяться, осознавая всю абсурдность своих действий тогда. На что он блин надеялся? На то, что его там бросят на крыше из-за того, что он ведёт себя как истеричка? А нихера.. — Ничего. Всё в порядке.— Чанбин ставит свою кружку обратно на стол, допив свой чай. Он достаёт с полки рядом аптечку.— Давай сюда свои руки. Ким смотрит с недоверием, но всё равно протягивает одну руку. Чанбин недовольно цокает смотря на сбитые в кровь костяшки. Он проверяет пальцы на целостность и, убедившись, что всё на своих местах, присутствует к обработке ран. Сынмин недовольно шипит от жжения из-за антисептика. Со дует на ранки, стараясь облегчить боль. Перемотав первую руку бинтом, он принимается за вторую. Закончив, Чанбин кладёт аптечку обратно на полку и садится обратно за стол. В воздухе снова виснет, давящая на уши, тишина. Чанбин смотрит по сторонам, пытаясь найти тему для разговора. Он мельком смотрит на Кима. Младший выглядит очень нездорово. Худой и бледный. — Сладкого хочешь может быть? У меня есть шоколадка с орешками.—  Говорит Со, с надеждой смотря на притихшиго парня. Он выглядит как неживой, и Чанбину даже начинает казаться, что он всё таки не успел его схватить тогда на крыше. Но нет, Ким сидит прямо перед ним, просто выглядит как воскресший труп. Сынмин теребит в руках край футболки, в которую он смог бы завернуться ещё раз, и бездумно смотрит в стену. — Хочу. — Тихо отвечает Ким, опустив голову вниз. Чанбин открывает холодильник, достав от туда сладость, и передаёт её парню. Сынмин кивает в знак благодарности и, распаковав шоколад, начинает его есть. Со молча наблюдает за ним, думая, что же такого серьёзного могло произойти в жизни этого паренька, что он чуть было не сбросился с крыши. Но спрашивать Чанбин пока-что не решается. Сынмин только успокоился. Тем временем Ким уже допивает чай и отодвигает кружку. Та проезжает по столу с противным звуком и останавливается на середине. Обёртка от шоколадки отправляется в мусорное ведро под столом. — Спасибо. — Парень смотрит на Чанбина глазами, полными пустотой. Со от такого взгляда становится жутко, поэтому он встаёт из за стола, проходя в коридор. Он подзывает младшего к себе, выключая свет на кухне. — Пошли за мной. Я постелил тебе в гостиной на диване.— Чанбин заходит в одну из комнат. Сынмин молча идёт за ним. Они оказываются в довольно просторном помещении, выполненном в тёмных тонах. По середине кожаный диван, напротив него большой телевизор, по бокам несколько кресел, а сзади полки с многочисленными книгами и окно напротив двери. Ким проходит к дивану, он слишком устал эмоционально, чтобы что-то ещё делать. Парень ложится, укутываясь в одеяло и прижав к себе маленькую декоративную подушку. Чанбин желает ему спокойной ночи и выходит из комнаты, не желая больше тревожить парня своим присутствием. Сынмин дремлет примерно полчаса после чего встаёт и тихо открывает окно. Холодные капли под действием ветра попадают на него. Ким смотрит вниз. Высоко. Парень уже хочет залезть на подоконник, но не может сдвинуться с места. Всё таки это будет подло по отношению к Чанбину.. Но с другой стороны прыгнуть очень хочется. Сынмин бьёт забинтованной рукой по подоконнику, виня себя за нерешительность. Парень шипит от боли, в глазах появляются капельки яростных слёз. Ким закрывает окно. Он ложится обратно, но соблазн открыть окно снова слишком велик. Поэтому парень выходит из комнаты, пытаясь понять, где находится спальня Чанбина. Он проходит по коридору и замечает нужную дверь. Стучит в неё несколько раз, ради приличия, и заходит внутрь. Со открывает глаза, поднимаясь на локтях. — Сынмин? — Сонно спрашивает парень, смотря на него. Младший мнётся на пороге, видимо пытаясь ногой протереть дыру в полу. — Чанбин, прости что врываюсь так резко, но сейчас я прям пиздец как хочу и одновременно не хочу выпрыгнуть из окна гостиной. — По щекам снова начинают течь слёзы.— Помоги мне, пожалуйста.. Со резко поднимается с кровати, подбегая к парню. Бляя, как он мог так затупить...а если бы он всё-таки выпрыгнул? Ладно, хорошо, что этого не случилось. — Тише, тише. Только не надо снова плакать. — Чанбин слегка придерживает его за плечи. — Пошли, я посижу с тобой. Со отводит парня обратно в комнату, укладывая на кровать. Сынмин шмыгает носом, отворачивается от окна в противоположную сторону и закутывается в тёплое одеяло. Чанбин садится на кресло рядом, включая светильник на тумбочке. — Хочешь, можем просто поговорить. А если прям сильно хочется спать, я могу почитать тебе книжку. — Предлагает Со, закидывая ногу на ногу. — Я спать хочу. Очень сильно хочу, но не могу. — Жалобно отвечает Ким, выглядывая из под отросшей чёлки. — Я заметил. — Говорит Чанбин, судя по младшему, тот нормально не спит уже несколько месяцев. — У меня есть снотворное и успокоительное. Тебе можно это пить? — Да. — Сынмин прикрывает глаза, поправив подушку. — Я буквально на минуту отойду за ними. Пообещай, что ничего не натворишь. — Обещаю. — Тихо отвечает Ким. Чанбин кивает и выходит из комнаты, направляясь на кухню. Там он находит ящик с лекарствами и, взяв нужные, возвращается обратно. — Вот, держи. — Он протягивает лекарства парню вместе с кружкой воды. — Спасибо. — А теперь я могу почитать тебе маленького принца до того, как ты не уснёшь. Идёт? — Идёт. — Доносится голос Сынмина, отвернувшегося к спинке дивана. Сейчас ему хочется уснуть, и хорошо, если навсегда. Ему вообще всё равно, что сейчас он лежит в квартире совершенно незнакомого ему человека и собирается уснуть прямо рядом с ним. Чанбин кивает и открывает книгу на первой странице, начиная читать. Он перечитывал эту историю очень много раз, но она никогда не надоедала ему. История о мальчике, который путешествовал по планетам в космосе, заняла отдельное место в сердце Со. Несмотря на стиль детской сказки в ней затрагиваются темы, над которыми можно долго рассуждать. Сынмину тоже нравится эта книга. Он помнит, как читал эту повесть, когда ещё учился в школе. Она и вправду очень волшебная. Да и страниц там не очень много, а это определённо плюс. Ким не любит книги в которых более четырёхсот страниц, ему быстро надоедает. Когда Чанбин читает главу про Маленького принца и цветок, Сынмин начинает засыпать. Впервые за несколько месяцев он смог расслабиться и уснуть под спокойный голос, читающий ему книгу. Парень сопит, и Со, понимая, что он уже спит, выключает светильник, зашторивает окно и выходит из комнаты, аккуратно прикрыв дверь.