Ужастик

За окном светится яркая луна. Свет от экрана телевизора освещает маленькую комнату с диваном, которая находится где то в крепости Вапира. На телеэкране главный герой идёт по абсолютной темноте, в каком-то лабиринте, где нет выхода. Человек даже не подозревает, что сзади него стоит то, из-за чего его жизнь оборвётся. Монстр. Жаждущий крови монстр. Голден Боунсу нравится такая атмосфера. Тебе ничего неизвестно и думаешь: "Это просто сон, я вот-вот проснусь". Но оказывается, твоя смерть уже за твоей спиной. Только Скалливар получает дискомфорт, чувство тревожности, даже как-то страшно и не по себе стало. Протагонист уже дошёл до последнего тупика. Осознав, что ничего не поможет начинает нервно дышать. Похоже, лирического персонажа скоро убьют и на этом всё закончится. Скалливар, своими холодными, дрожащими руками берёт Боунса за плечи. Сердце бешено стучит, тело дрожит, вздохи становятся всё чаще и чаще. Адмирал увидев такую картину, взял пульт и выключил фильм. Беспокойство настигло слугу, вдруг там, к примеру, паническая атака или что-нибудь другое? — Всё хорошо? — спросил помощник. — Вижу, вам некомфортно. Властелину стало довольно неловко. Прислужник, как маленького ребёнка, утешает грёбаного правителя целого моря?! — Господи, не строй из себя идиота! — воскликнул Скалли. — Данное кино полная чушь! Да и вообще, мне возможно холодно стало, поэтому мурашки по коже... Голдену показались эти слова какими-то странными и подозрительными. Частое дыхание, вибрация, колебание кистей, бьющееся сердце. Разве это похоже на холод? — Повелитель, не нужно скрывать свои переживания. — стал успокаивать, всего на нервах императора, капитан. — Можем посмотреть что-то другое, либо пойти спать. Пальцы золотого прикоснулись к чёрным, длинным волосам. Нежные поглаживания подействовали как убаюкивающая колыбельная. Волнение потихоньку спадает, а глаза закрылись от умиротворения. Ладони владыки уже на талии Боунса, а голова на плече. — Вруби другой фильм, ужасы я не переживу... — попросил хранитель пустоши, чуть ли не засыпая от ласки. Прозвучало тихое хихиканье. — Сладких снов, мой мастер.