Похищение мистера Грэма.

Уилл Грэм проснулся оттого, что сильно стукнулся головой о твердый металл. Глаза не сразу привыкли к темноте, точнее даже сказать было не до конца понятно когда он их открыл, пришлось несколько раз проморгаться чтобы согнать пелену. На мгновение все чувства обострились, когда перед парнем возникло недавнее видение, рогатое существо, которое он видел не раз и не только во снах, оно с силой сжало горло своей когтистой рукой с длинными пальцами, надавив так сильно, что несколько струек крови скатилось к ключицам. Тошнота подступила к горлу, явно желая выплеснуть все, что он сегодня ел вместе со страхом. Но все прекратилось так же быстро, как началось, превратив кровь в капли пота и заставив усомниться в реальности снова. Не до конца осознавая что происходит и что держит его тело в этом месте мужчина попытался осмотреться, было так тесно, что голова не поворачивалось, а дыхание с каждой минутой учащалось, вторя начинающейся панике. Казалось будто со всех сторон его сжимает эта мгла, обволакивая собой так сильно, что кости трескались. Не в силах ей сопротивляться Грэм издал тихий скулеж и ударился головой еще раз, в этот раз намеренно, стараясь взять себя в руки. Служба в ФБР, где ему приходилось вставать на место многих убийц и применять все свое воображение стараясь раскрыть дела, не заботясь о собственной психике, почти полностью ее разрушив, давала о себе знать, очередной раз заставляя мозги работать на износ, стараясь построить логическую цепочку. Виски пульсировали, но мужчина неосознанно начал подбирать всевозможные версии происходящего и даже самые маловероятные тому доказательства. Это причиняло почти физическую боль, но понять что произошло или еще происходит было гораздо важнее, чем дожидаться пока случай сам все ему расскажет. И что-то в области солнечного плетения сбиваясь с шепота на крик предупреждало об опасности. Наконец, когда кислород начал заканчиваться, паника усилием воли исчезла, постепенно уступая место трезвым мыслям. Шум похожий на мотор машины был довольно громким, чего раньше мужчина не замечал, погруженный в пульсацию висков и вязкое чувство страха. Часов на руках нет и обычно не было, ведь Грэм больше их не носил, а это значит что узнать сколько времени он тут находится не удастся. Пара вопросов, которые Уилл задавал себе в экстренных ситуациях по умолчанию, тем самым успокаиваясь, сами по себе начали возникать в пустой, из-за недостатка хоть какой-то информации для предположений, голове. Где он и что с ним - спрашивать бесполезно. Что он может увидеть? Похоже на очень тусклый свет задних фар автомобиля при торможении, источник немного выше его макушки. Ранен? Нет, только немного болит и ноет тело из-за неудобного положения. Но ни в чем сейчас нельзя быть уверенным. Тесно, руки не сильно связаны. Вероятнее всего он в багажнике, похищен. Пора бы вспомнить что было до этого момента, обычно для этого его вводили в транс или вызывали приступы, но сейчас он был один и поэтому должен был справляться самостоятельно. Вновь убедившись что ни руками, ни ногами не пошевелить и он полностью беспомощен, Уилл попытался напрячь разбитый на тысячи осколков разум еще сильнее и наконец сложить все события воедино. Крепко зажмурившись, перед глазами начинали появляться звезды, которые постепенно расплывались, грозясь стать очередными силуэтами его частых видений с самыми разными сюжетами. -Добрый день, Уилл. Что-то случилось или это чисто дружеский визит? - с улыбкой, но как всегда стерильно безразлично отозвался Ганнибал на стук в дверь, открыв ее через пару секунд после того, как слегка дрожащая рука Грэма коснулась звонка, так словно мужчина ждал чужого прихода. Безразличность эта заканчивалась ровно там, где начинались его чувства, которые, как ранее выражалась Беделия - спрятаны за маской, которую психиатр демонстрирует каждому. Но Грэму позволили узнать не только эту, открытую всем, часть, но и заглянуть чуть глубже, отчего он мог различать что в данный момент испытывает Ганнибал. И в этот раз за показанным равнодушием скрывались подогретый приходом парня интерес и странная радость. -Здравствуйте доктор Лектер. Жестом его пригласили войти и гость немного помедлив перешел через порог, не найдя ничего лучше чем повиноваться. Сейчас все сомнения были отброшены, Уилл не путался в мыслях и точно был уверен в своих подозрениях, готовый платить за свою уверенность. Голос, на удивление, не дрожал, а глаза горели, но он старался вести себя предельно спокойно. -Ганнибал. - тихо прочистив горло, парень аккуратно сел в кресло, где обычно сидел на сеансах психотерапии, не сводя глаз с психиатра. Ответом в него тут же вонзился взгляд ореховых радужек, заставив вздрогнуть, потеряв часть заготовленных слов и прежней непоколебимости. Лектер тоже занял свое привычное место. - Я пришел потому что нам нужно кое-что обсудить с вами. - И снова, галантный, медленный взмах рукой - великодушное позволение продолжить, как бы говорил «Обычно это мы и делаем, прошу». Довольно неожиданным оказалось то, что Лектер был сегодня необычно молчалив и на самом деле это было только на руку Грэму. На их сеансах обычно говорил именно старший, объясняя природу страхов парня и незаметно стараясь влиять на его сознание, а сегодня все внимание было предоставлено тому, что собирался сказать гость. Но чертово сердце билось быстрее, с каждым новым словом, заставляя дыхание учащаться, выдавая тем самым чужое беспокойство. -Я знаю кто такой Чесапикский потрошитель, я знаю кто вы. - неожиданно твердо сказал бывший пациент психиатрической больницы для невменяемых в Балтиморе, сжав пальцы на подлокотнике с такой силой, что костяшки стали белыми. Его действия вызвали едва уловимую усмешку на лице Ганнибала и ничего больше. -Не сомневался, что вам по силу его поймать. Почему же вы пришли ко мне, а не к Джеку? Это ведь его вы должны обрадовать, или вас что-то в этом осознании тревожит?- В тоне читалось любопытство и азарт скрытые за холодом и просачивающейся ложью. Атмосфера в офисе медленно, но неотвратимо накалялась, а напряжение росло и волосы от такого едва не вставали дыбом. -Вы должны признаться. Эти слова пересекли очевидную грань и открыли нынешнее положение каждого, Уилл уже утверждал что Чесапикский потрошитель это Ганнибал, находясь в положении при котором ему не хотел верить никто, но на этот раз у него были слишком очевидные доказательства и об этом знал не только Грэм. Вчерашний приступ завел его на обочину дороги, позволив парню стать свидетелем очередного убийства серийного маньяка-каннибала. При свете луны можно было хорошо рассмотреть как отливает пластиковый костюм надетый на Лектора, пока он медленно меняет местами цветы и органы молодого юноши, временами проверяя надежно ли его держат веревки. Его светлые волосы все еще были безупречно уложены, как заметил Уилл по силуэту, хоть стоял не настолько близко, доктор в целом выглядел словно собрался на торжественный вечер, а может был только оттуда. Сделать что-либо прямо сейчас не представлялось возможным, особенно при условии того что Грэм все еще был в боксерах и майке, поэтому он, стараясь не издать ни звука сам не запомнил как оказался на безопасном расстоянии и вернулся к дому, на полицейской машине, где его ждали взволновавшиеся пропажей хозяина собаки. -Я видел как вчера вы убили того человека и превратили его словно в.. букет. - Слова вновь прозвучали спокойно, хотя сам Уилл вспомнив вчерашнюю ночь едва сдерживал дрожь в руках. -Верно, я тоже видел вас. Чудно вышло, правда? - Речь не продолжилась привычными сравнениями с древней Грецией или античностью и Ганнибал вел себя словно тогда они просто пересеклись в кофейне. Он говорил будничным тоном и слегка откинулся в кресле, хотя зрачки его сузились, а губы дрогнули. -Почему вы не решили присоединиться? - Словно продолжая пытку произнес Лектор. -Должен заметить я был обеспокоен вашим видом, стоило выбрать вещи потеплее. Уилл уже не слушал его, лишь наблюдал за тем, как вновь возвращается к психиатру прежняя невозмутимость и даже слабая ухмылка. Тишина продлилась всего минуту и когда Грэм вновь начал говорить, его голос звучал будто в комнате разбилось стекло. -Вам нужно рассказать обо всем Джеку. -Почему? Вас это смущает? -Вы убиваете людей, доктор. - Он почти сорвался на крик. -Это довольно грубое слово, Уилл, но, вероятно так и есть. А вы не слышите моих вопросов. Теперь руки парня охватила заметная дрожь, которая с каждой секундой захватывала новую часть тела, пока осознание медленно застилало разум. Он сам пришел в дом к убийце. В этот момент Ганнибал медленно поднялся со своего места. Напрямую заявил о том, что знает что самый известный на данный момент серийный маньяк в городе это Лектер и на это у него найдутся весомые доказательства. Теперь он является угрозой для репутации психиатра. Шаг наполированных до блеска ботинок по паркетному полу кабинета. Паника постепенно накрывала с головой и казалось что в ней Уилл утонет, не справляясь все с новыми волнами. Доктор встал позади его кресла и наклонился так, чтобы он мог чувствовать дыхание у себя на плече. Свет появившийся слишком неожиданно прервал поток воспоминаний парня, заставив резко открыть глаза. Вокруг стало не так тесно и оказалось что его предположения о багажнике оказались верны, а плечи теперь почти обжигал морозный воздух снаружи. Первым что он увидел был силуэт мужчины в ярком свете фар, Уилл узнал эти очертания сразу, глупо было предполагать будто это кто-то иной. Лектер снова не припомнил ни слова, придерживая рукой открытую дверцу багажника и физически ощутимым взглядом рассматривал Грэма. Молчание обволакивало внутренности, попадая в организм через носовые пазухи, не дав повода начать говорить. Руки Ганнибала без белых означающих опасность перчаток, вытянулись к нему и бережно, с особой осторожностью подняли как ребенка. Теперь парень мог трезво оценить ситуацию: запястья, точно как и лодыжки аккуратно, без лишнего нажима связаны, но рот не заткнут подобием кляпа, все-таки доверие к нему не полное. Сейчас он на руках Чесапикского потрошителя - словно невеста, которую жених собирается перенести через порог. Было совсем не похоже на то, что его собираются жестоко убить, за вчерашнюю оплошность. Максимум похоронят заживо, но и это пугало не меньше. Только теперь Грэм понял, что не смотрел на своего похитителя, уставившись в пустоту или его плечо. Вновь прервав внутренний монолог Уилла его отпустили, посадив на пассажирское сиденье и без хлопка закрыли дверь, он наконец смог рассмотреть во что одет. На нем была прежняя рубашка, довольно теплая, но от холода сейчас бы все равно не спасло, и джинсы, все то в чем он тогда пришел в офис, значит его не переодевали и никак не готовили к этой поездке. И все равно парень почти не дышал, даже кажется был чем-то накачен, возможно именно поэтому был без сознания, а теперь перед глазами плыло. Рядом хлопнула дверь на водительском месте, ее явно закрывали с меньшей осторожностью. Но машина не тронулась, внутри было слышно лишь как Ганнибал медленно набирает полные легкие воздуха и после облегченно выдыхает, отключившиеся рецепторы Грэма как по сигналу уловили запах которым пропах салон. Это был и дорогой парфюм, и, кажется, что-то вроде антисептических средств. Под светом луны, робко повернув голову, взгляд Уилла упал на одежду психиатра, чем оказался выходной костюм, похожий на тот в котором Лектер убил свою последнюю жертву. Это заставило парня вздрогнуть, то насколько он официален даже сейчас, его глаза наткнулись на чужие и этот зрительный контакт пролился слишком долго, казалось вечность, но прошло не больше минуты. Как только Грэм первым отвел взгляд, молчание прекратилось оставив слабый металлический привкус на языке. -Как вы себя чувствуете? - Ганнибал продолжал упорно смотреть на него, не отворачиваясь. Найти в себе силы на ответ кивком или шепотом, Уилл не смог, поэтому просто промолчал, смотря в лобовое стекло перед собой. -Возможно я немного переборщил с дозой. Тошноты не пугайтесь, это может быть из-за хлороформа. Может подать вам воды? Мы едем долго, вас может мучить жажда. После короткого покачивания головой, в знак протеста, вопросы Лектора кончились и остаток пути они провели в тишине. Из-за не до конца выведенного из организма вещества, которым был накачен парень, он не мог трезво мыслить и не запомнил ни пути, ни времени которое они ехали, даже не задался вопросом куда. -Мы на месте. Дойдете сами или мне снова донести вас? - За окнами не было видно ничего и тревога постепенно занимала место странного спокойствия, которое являлось последствием введенного препарата, но работало с перебоями, все же иногда уступая чувствам. -Я останусь здесь. Машину заглушили поворотом ключа и Лектер повернул голову, удивленно приподнимая брови, чего бы едва узнавший его человек не заметил вовсе, но Грэм уловил это боковым зрением. -Искренне не хочу чтобы вы замерзли здесь за ночь. И если вы останетесь, я буду волноваться. Парень только тихо усмехнулся подумав, что Ганнибал похитил его тоже чисто из-за собственных переживаний. -Не хочу портить наши отношения в самом начале, поэтому прошу, ответьте. - Голос, которым говорил психиатр стал грубее и холодное, что слегка настораживало. Потому что либо это очередная попытка Лектера манипулировать Уиллом, либо это Чесапикский потрошитель медленно теряет терпение. -Хорошо, я пойду сам. - Ответом ему последовал лишь молчаливый кивок и Грэм мог поклясться что заметил, как сжались кулаки мужчины, пока он старался вернуть себе прежнюю дружелюбность. -Отлично. Я развяжу вас, но если вы попробуете сбежать, не обещаю что дело обойдется одними веревками. - Теперь кивнул парень, протягивая запястья и наблюдая как острое лезвие ножа, появившееся в руках Ганнибала прошлось близко к коже, не задев ее. Через пару секунд Лектер наклонился чтобы освободить и лодыжки, а слыша тихую благодарность сверху, ровным голосом оправдывал себя лишь тем, что не хотел, чтобы Уилл пнул его. -Хотя я полагал, что вы так делать не станете, но предосторожность никогда не бывает лишней. Место прибытия оказалось не таким мрачным, простой отель у обочины, без всякой вычурности, такие обычно не замечаешь пока едешь по трассе. И будь парень сейчас на месте того, кто расследует побег потрошителя, никогда бы не подумал бы что тот решит остановиться здесь. По сути они бежали, когда их никто не преследовал, возможно психиатр думал, что он все же не первый, кого решил оповестить парень, раскрывший личность Потрошителя. У стойки администрации, Грэм, не в силах подать какой-либо знак о том, что ему нужна помощь просто стоял рядом, думая о том, что возможно ничего страшного с ним не случится, пока он будет рядом с Ганнибалом. В дороге укачало и обещанная тошнота вновь грозила перейти критическую отметку, но Уилл старался бороться с собой как мог, чтобы не утруждать юную девушку после прибирать за ним. К тому моменту, как он уже стоял, чуть наклонив корпус и прикрыв рот рукой, администратор за кассой наконец передала Лектеру ключи и указала рукой в глубь коридора, направляя их к комнатам. Зайдя внутрь, Уилл бегло осмотрел обстановку и заметил только одну кровать, что не успело его смутить, так как стало совсем невыносимо, казалось снова бьет жар, перед глазами плыло, а в горле пересыхало, как тогда, когда он болел энцефалитом. Но это прекратилось довольно быстро, все же Грэма вырвало как только он добежал до ванной. Точнее сказать его доволокли и аккуратно придерживали за плечи, собирая короткие волосы, пока организм старался полностью очистится. Вскоре, когда звон в ушах прекратился, а сильная дрожь пропала, Уилл услышал голос Ганнибала очень спокойный и размеренный как и всегда, доносившийся из-за его спины. Он несколько раз назвал имя первого и только с третьего раза, расплывчатый шум действительно сложился в знакомые звуки, а взгляд парня стал четким, показывая что он в сознании. -Я принесу вам чистой одежды. Не успел забрать ваши вещи, до нашего отъезда, ведь вы пришли ко мне сами, поэтому пока возьмете мои. После я свожу вас куда-нибудь дабы загладить вину. До того, как Лектер вышел из комнаты, его прервал хрип Уилла и поднятая в знак протеста рука. -Вы не можете обращаться со мной так, словно я ваша игрушка. - Он поднялся на ноги, но сил не хватило, из-за чего Грэм упал в объятия своего похитителя, который успел среагировать и мягко подхватить того под плечи. -Полагаю выбор у меня небольшой. Я мог бы убить вас, но предпочел более гуманный вариант. Вы хотите выбрать первый? -Нет. - На выдохе прошипел парень, сжимая пальцы на рукавах дорогого костюма и упираясь лбом в грудь Ганнибала. -Славно. -А мои собаки? - - Вымотанный вид младшего заставил Лектора замолчать, вместо ответа и поджать губы, тихим голосом пообещав что об этом он расскажет после. На чужие возражения лишь только молча качал головой, медленно укладывая Грэма в кровать, предварительно сняв с него обувь. Облегченно вздохнуть мужчина смог только когда убедился что младший уснул и еще пару минут просидел на краю кровати, лишь единожды позволив себе коснуться и убрать прядь с лица Уилла. Утром Уилл нашел себя на кровати, укутанный в одеяло по самые уши, но что-то не прекращало смущать. Откинув край ткани, он заметил что прежней одежды на нем нет, лишь белье и, на вид, ужасно дорогая пижама из белого атласа. Парень сел и облокотился о изголовье, зажав собственную переносицу большим и указательным пальцем, сильно зажмурив глаза. Безмолвие комнаты дало подумать о собственных чувствах и эмоциях, на которые Грэм полностью не обращал внимания весь прошедший вечер, потому что весь мир для него словно стал менее реальным, чем прежде, словно его охватила странная дымка. На душе, почему то было спокойно, хоть к нему относились с предостережением и явно дали понять, что при малейшей попытке бегства невредимым Уилл явно не останется, он не ощущал эту враждебность правдивой. Казалось, скорее, что Лектер лишь пытается показать себя поистине способным навредить парню, но сам в это не верил. Потому что они определенно значили друг для друга что-то и, вероятно, это пугало обоих. Тишина не была враждебной, наоборот, хотелось оставаться в ней дольше и не заботиться о том, что будет дальше, не стараться понять как правильно относится ко всем действиям Ганнибала. Наверное, все было неправильным, ведь боятся мужчины было глупо, но с улыбкой на лице стараться быть как можно ближе, еще хуже. Грэм издал тяжелый вздох, за которым последовал измученный стон и подумал, что ему действительно не стоит сопротивляться, хотя бы первое время. Чтобы заслужить должное доверие, а после попробовать сбежать. Может быть все эти мысли были результатом чужой работы над его разумом, когда он был слишком уязвим, а может они правда различаются не так сильно, как изначально думал младший. Лектер хочет для него всего лучшего и, кажется, готов ради парня сделать все, что тот попросит, лишь бы держать неподалеку от себя, тем самым обеспечив себе безопасность и свободно проявлять симпатию, которую Уилл замечал и раньше. Это казалось странным и было таким на самом деле, нездоровая озабоченность, хотя кто знает что на уме у серийного маньяка, который отлично разбирается в человеческой психологии. От всех этих смешанных чувств вновь разболелась голова и парень впервые за все время почувствовал голод. Ткань новой и явно чужой пижамы приятно прилегала к телу и когда одеяло оказалось отброшено в сторону, а по коже Грэма пробежали приятные мурашки. Шаркающими шагами, не стараясь быть скрытным, он вышел во вторую комнату номера, совсем небольшую кухню, на которой уже расположился Ганнибал, стоя у плиты в повязанном поверх его привычного костюма фартуке. Отпуская себя Уилл прошел дальше и обнял мужчину со спины положив голову на чужое плечо, замечая как тот резко напрягся и почти незаметно повернул голову в его сторону. -Доброе утро. - Мягко сказал Лектор и отставил кастрюлю на неработающую конфорку, закончив приготовление. -Вы снова вкололи мне что-то? - Вместо ответа, спросил парень. -Меньше чем вчера, только для того, чтобы вам не было плохо после прошлой дозы. -Ладно. - Объяснение странной эйфории и поведению Грэма нашлось, он не мог ничего поделать сейчас и, кажется, даже не хотел, поэтому продолжал греться, прильнув к чужой спине. -Суп готов. - Простояв минуту или около того в тишине, сказал Ганнибал. Уилл почти нехотя отстранился и сел за маленький столик на двоих, пока второй раскладывал приборы и тарелки на белоснежную, явно привезенную с собой скатерть. Тишина продлилась пока Ганнибал не опустился на стул напротив. Он взглянул в тарелку парня, намекая что пора есть, на что Грэм охотно согласился и стараясь не думать, что послужило мясом для супа, взял предложенную ему ложку. -Это курица. -Хорошо. -Надеюсь вы мне действительно верите. Я лишь хотел ответить на ваш вопрос о собаках. -Уилл ненадолго оторвался от еды и взглянул в ореховые глаза мужчины. Суп оказался довольно вкусным, ведь по-другому Лектер готовить не умел. -Они в сохранности, я оставил записку Алане. Как только все уляжется мы вернемся за ними. -Мы? -Я и вы, если угодно. -Да, так определенно было лучше, пока что Грэм явно не был готов к этому «мы», отождествлять себя с убийцей не то удовольствие, которого ему хотелось. Через пару минут, теплая вода медленно расслабляла подтянутое тело парня, падая на выставленную шею, когда он откинул голову поправляя кудри двумя руками. Звук падающей в душе воды, достаточно громкий и беспорядочный чтобы походить на белый шум, забирал с собой такие же хаотичные мысли Уилла, отправляя их в водосток. Капли стекали на мускулистую грудь и, огибали слегка напряженный пресс, разбиваясь о плитку в душевой. Грэм обладал довольно выделяющийся на фоне его незначительной худобы мускулатурой, которая появилась сама собой. Этому способствовала служба в ФБР и, частично, его собаки, с которыми справляться было не всегда легко. Он судорожно и глубоко вздохнул, закрыв глаза и слегка разомкнув губы, словив несколько капель языком. Руки под потоком теплой воды начали жить своей жизнью, сначала проведя кончиками пальцев по плечам, а после ногтями с ощутимым нажимом спустились ниже, оставив пару красных полос за собой. Уилл не заметил как в его ладонях оказалась мочалка или что-то напоминавшее ее, а спустя мгновение это уже походило на клубок пышной пены, часть которой упала на плитку. То, что еще оставалось на губке теперь осторожно коснулось обнаженной шеи, заставив коротко вздрогнуть от легкой прохлады и прикусить нижнюю губу. От выделенных ключиц и острого кадыка круговые движения спускались ниже, обводя немного волосатую грудь несколько раз. Длинные ресницы заметно дрогнули, когда ловить ртом горячий и влажный воздух стало почти невыносимо. Парень сделал шаг назад из-под напора воды, начиная проходится мочалкой по предплечьям, одновременно играя пальцами свободной руки и наблюдая за тем, как под кожей перекатываются его сильные мышцы, после чего меняя руки. Мыло стекало по тазовым косточкам, заходя и на пах, когда Грэм начинал водить по лопаткам, ощутимо натирая. Пальцы пустой ладони вплелись в мокрые кудри и слегка оттянули назад, а закрытые глаза немного закатились, чего не было видно под веками, все действия повлекли за собой тихий, гортанный стон. Уилл слишком старался смыть с себя весь вчерашний день и любое о нем напоминание, иногда уж слишком переусердствуя и за движением мочалки следовало аккуратное подглаживание собственной руки. По прессу, бедру или вновь возвращаясь к шее, где ладонь сменяла губку, слегка успокаивая, но при этом и просто не отказывая себе в удовольствии дотронуться до мускулистых конечностей. Через некоторое время он уже весь оказывается в пене, а когда едва не горячая вода вновь соприкоснулась с уже и так распаренным телом, в душевой появился терпкий запах кожи, который явно приятнее чем запах мыла. Вместо мыслей о том, что ему делать в ситуации, в которую сейчас попал Грэм, в голове всплыл взгляд Ганнибала, которым он смотрел на него каждую их сессию или встречу, когда Джек обнаруживает очередной труп. Эти орехового цвета глаза буквально пожирали парня, заставляя тонуть в себе и ощущать легкую опасность исходящую от Лектера. Когда на него смотрели это было почти физически тяжело, словно в этот момент все было под чужим контролем и Уилл не мог этому сопротивляться. Все, что ему оставалось это стараться не пересекаться взглядом с чужим, чтобы окончательно не сойти с ума. Ведь зрительный контакт был едва ли не единственной вещью, которую все воспринимали за обыденность, но Грэму это казалось методом пытки. Вскоре они вновь оказались в машине Ганнибала, которую теперь можно было рассмотреть чуть лучше. Серый, ничем не примечательный, маленький автомобиль, с парой царапин на дверях, номера же были покрыты толстым слоем грязи, будто случайно. Теперь Уилл не был связан и потому развалился на сидении, положив голову на окно, он дышал ровно и старался смотреть вперед чтобы вновь не вызвать вчерашней рвоты. На нем была теплая клетчатая рубашка, поверх которой натянут вязаный свитер, ведь все же целиком одеться в предложенное ему, парень не смог, а низом послужили штаны какого-то костюма, из довольно грубой на ощупь ткани. В салоне было достаточно тепло из-за чего Лектер снял пальто, отложив его на задние сиденья и остался в черной водолазке, что означало что поездка затянется надолго. Так и случилось, выехав утром в машине пришлось провести весь день, временами останавливаясь на заправках или смотровых площадках, дабы размяться и немного проветрить голову. В одну из таких остановок Уилл заметил, что от него вовсе не скрывают то, куда они едут. Хотя конечный пункт все же не был известен, он и сам не спрашивал, не желая отвлекать Ганнибала от дороги и просто разговаривать с ним. Уже проехав пару городов в Италии, названия которых Грэм старался успевать читать, из-за этого оборачиваясь за каждой табличкой, выглядя слегка по-ребячески, будто только что увидел что-то интересное и необъяснимое, стало понятно, почему в ту ночь парень не мог разобрать речь девушки в отеле и слова самого Ганнибала, так как на тот момент, они, кажется, уже проехали границу. Вероятно поэтому его и уложили в багажник, чтобы не привлекать лишнего внимания и не заботиться о документах. Наконец, когда закатное солнце уже скрывалось за холмами, машина остановилась у небольшого, темного дома с сильно заросшей лужайкой, которую явно запустили давно. -Это старый коттедж моей семьи, один из. Родители любезно предоставили его мне, хоть я и предпочел бы не возвращаться сюда. Но вот мы здесь. - Он на удивление глубоко вздохнул прохладный воздух салона, словно мужчине требовалось огромных усилий просто смотреть на это здание, и вышел из автомобиля, подав тем самым пример Уиллу. Через передний дворик пришлось проходить раздвигая руками острые ветки, чтобы не поранить глаза и поцарапать шею. Младшему делать это не пришлось, потому что широкая спина психиатра, защищала его от всей зелени, но для этого нужно было идти как можно ближе. Лектер справлялся с деревьями закрывающими путь один, и вскоре чужому взору открылась неприкрытая ткань водолазки, которую оттянула очередная ветка, шея Ганнибала, покрывшаяся мурашками от его дыхания. Было довольно забавно наблюдать за тем, как старший старается не показать собственного смущения или напряжения из-за этого, стараясь казаться таким же невозмутимым. Тяжелая дверь из цельного дерева медленно открылась, после пары поворотов ржавого ключа, который все это время лежал под ковриком у входа, пропуская в себя первых за долгое время гостей. Все окна были зашторены, а обстановка напоминала интерьер сумасшедшего охотника, на стенах часто висели трофеи пойманных животных, в большинстве своем это были рога оленей, а на полу у камина, рядом с которым стояло два кресла лежала шкура медведя. Слегка абсурдным казалось то, что все это дополнял дорогой сервиз и еще пара элементов мебели, такие как ажурные скатерти на каждом столике и личная библиотека, дверь в которую была открыта, придававшие вид словно здесь должны были проводить балы. Грэм видел как это вымораживает мужчину, который стоял на одном месте словно вкопанный, но при этом не находил себе места, сжимая ладони в кулаки и стараясь разжать напряженные челюсти. Комнаты в доме тоже были расположены не так как обычно их размещают в похожих домах. При входе находилась узкая прихожая, за которой сразу виднелась кухня отделенная лишь барной стойкой. Справа от кухни находился коридор который вел к лестнице на второй этаж, а до нее по разным сторонам находилась еще пара дверей. -Что ж, мне этого здесь не дано, но вы чувствуйте себя как дома.- Сказал Ганнибал проходя внутрь дома и осматривая его на предмет визита кого-нибудь еще кроме них. -Это значит, что я больше не вернусь.- Сейчас скорее подтвердил, чем спросил парень. -А вы этого хотите? Младший не знал, что стоит ответить и что он хотел ответить на самом деле, его потрепанный разум уже совсем перестал чувствовать опасность исходящую от Ганнибала, задумываясь над тем, что возможно ее и не было. Теперь этот человек стал интересном Грэма, к которому последний начал тянуться, сам того не замечая, жаждал познать его мысли и погрузится полностью, утонув в нем. И это казалось вполне логичным исходом всех манипуляций Лектера над больным и изначально нестабильным сознанием. Он молчал, думал что под чужим тяжелым взглядом сможет наконец увидеть всю ситуацию со стороны, все убийства и то недолгое время в тюрьме, куда он тоже попал не по своей вине. Уилл нуждался в единственной здравой мысли, как в глотке свежего воздуха, но не мог дать этого даже сам себе, на мгновение подумав что он действительно не может вдохнуть. На удивление, сейчас сердце билось ровно, а пропавшее дыхание вернулось вновь таким же ровным, каким и было до этого. Больше не хотелось бежать и прятаться, а слова о их схожести не казались таким бредом. Он точно не в себе, как бы не хотел в это верить. -Нет.- Ответ явно был тем, какой желали услышать, об этом говорила мимолетная улыбка Ганнибала и одобрительный кивок, пока они все еще стояли в прихожей. Поздний вечер быстро сменился сумерками и за этот короткий промежуток времени Лектер успел лишь приготовить легкое блюдо из продуктов, которые взял с собой, среди них на этот раз была свинина, а сейчас где-то в одной из комнат на втором этаже, разбирал привезенные вещи и, кажется, убирался. Перед ужином пришлось повозиться с проводкой и плитой, которая не желала включаться, но психиатр, с виду, мог все, даже починить то, что не работало около двадцати лет. Уилл в отличии от старшего сейчас проверял насколько мягкий диван в гостиной, устав после дороги, но перед этим все же слегка размяв затекшую спину, хоть это и почти не помогло. Он успел сменить одежду, одевшись чуть легче, взяв в одной из сумок пижаму, комплект из рубашки и длинных шорт, в мелкую клеточку, от которой рябило в глазах, но тем не менее она была удобнее всего, в чем парень был последние дни. Очередной раз потянувшись и зевнув, почувствовав сонливость, Грэм понял что больше не слышит шума сверху и явно ощутил на себе чужой взгляд. Теперь он не был тяжелым или угрожающим, взгляд Лектера старался остаться на коже особенным следом без возможности остаться без внимания. Перевернувшись и слегка запутавшись в ткани одежды младший увидел стоявшего рядом с изголовьем Ганнибала, который чуть наклонил голову и молча наблюдал, направив взор в, точно так же изучающие его, глаза. На мужчине тоже не было костюма или той необычно свободной одежды, в которой тот был в последнюю поездку, он стоял в легкой белой футболке и длинных серых штанах, в каких на улицу обычно не выходили, и выглядел слишком домашним. Образ дополняло отсутствие укладки на волосах и их легкая небрежность. Это слишком шло Лектеру и притупляло всю настороженность, если бы она оставалась. Но Уилл больше не хотел продолжать эту игру в молчанку и взаимное разглядывание, поэтому сел на диване, борясь со сном, подобрав под себя босые ноги и обхватив ладонями носки. -Я устал. -Приготовил вам спальню на первом этаже, пришлось немного повозиться с пылью и прочим хламом, но теперь там вполне можно поспать. А вам нужно хорошо отдохнуть и выспаться.. -Но Грэм не слушал уже после слов про этаж, чужая речь после этого начала постепенно казаться все тише и тише, пока окончательно не стала похожа на отдаленные разговоры прохожих. Это оказалось тем самым глотком свежего воздуха, который так требовался младшему, сейчас у него есть хоть какие-то силы, прибавлявшиеся с каждой секундой от мыслей о собственной дерзости, и почти полное доверие Ганнибала, которым он может воспользоваться, а значит и шанс сбежать. Именно, вот что ему было нужно, осознать то, что выбраться из этой захлопнувшейся ловушки еще возможно. Нужно было сделать это как можно скорее и больше никогда не стараться связать свою жизнь с расследованиями, убийцами и психиатрами. -Спасибо. Но чтобы осуществить задуманное нужно было вернуться в реальность, вновь заглянуть в ореховые глаза и попросить проводить до выделенной комнаты, чем Уилл и занялся. После обменявшись парой фраз со своим похитителем, пожелал ему спокойной ночи, криво улыбнувшись и стал ждать. Прошло около трех часов по его подсчетам и сломанному циферблату невысоких напольных часов в углу комнаты, а это значилось, что если Лектор собирался ложиться спать сегодня, то скорее всего он уже сделал это. Его отключившееся напрочь чувство страха заставило Грэма выпить с ним адреналин смешанный со странной эйфорией на брудершафт и бегло осмотреть комнату обдумывая лучший план побега. Выбор пал на самое банальное - окно, потому что идя через входную дверь можно было задеть скрипучую половицу и сразу же сдать себя, а остальные подобранные варианты казались слишком уж бредовыми или было понятно что они не сработают. Поэтому приложив немного усилий парень открыл окно, стараясь сделать это как можно тише и замер, вдыхая аромат ночи и стараясь вслушаться не только в звуки светлячков, но и шум на втором этаже. Простояв так пару минут и не уловив даже намека на шаги над собой, Уилл оперся об оконную раму и немного приподнял себя, что позволяли сделать довольно сильные руки. Следом он перекинул одну ногу и аккуратно оказался снаружи, самая нижняя перекладина была на уровне его торса, поэтому все заняло не так много времени и усилий. Это казалось так, до абсурда, легко, что истеричный смешок сам сорвался с немного обкусанных губ, а темно-голубые глаза широко открылись, словно от истерики Грэма отделяла еще секунда, но резкий хруст веток за ним, привел в чувства и заставил подавить в себе эту секундную слабость. Он обернулся, боясь оставлять этот звук незамеченным, так как еще страшнее было осознать, что о том, что он постарается сбежать догадались заранее и изначально не дали никакого шанса, но позади никого не оказалось. Парень аккуратно закрыл окно, вновь не издав ни звука, и теперь глубоко вздохнул отклонив голову и посмотрев на чистое небо усыпанное звездами. Было тепло и в такую погоду можно спокойно всю ночь пролежать где-нибудь на траве наблюдая за луной и другими планетами. Уилл подумал о том, как бы хотел сейчас сделать это, выпустив всех собак, которые бы точно устроились у него под боком, согревая еще сильнее в и без того теплое время. Алана была довольно надежной и поэтому уверенность в том, что все питомцы будут в порядке не покидала, меняя отчаянье на светлую грусть. Выйдя из раздумий, пришлось осмотреться, чтобы решить куда идти, машина не была вариантом, так как младший не знал где лежат ключи, поэтому оставалось только выбрать направление и идти по обочине трассы рядом с небольшим лесом, что Грэм и сделал. Он направился вперед, в том направлении, в котором до этого они ехали, потому что казалось, что укрыться в многолюдном городе легче, чем на одинокой трассе. Шаг был широким и быстрым, так, что через пару минут, хоть Уилл и отошел не так далеко, сил становилось меньше из-за событий последних дней и за неимением возможности хорошо отдохнуть. Каждые пять метров ему казалось, что из леса доносится слабый треск веток или шуршание листвы и первые несколько раз он пытался внушить себе, что это лишь ветер, но уже через пару минут начал часто озираться, проверяя один ли он. Машины не ехали, слышны были только звуки из чащи, которые постепенно начинали пугать, нагонять тревогу и вызывать на коже мурашки, Грэм все еще был в пижаме, не подумав даже переодеться, когда сбегал. Чувство что за ним наблюдали и ощущение будто он совсем не один, теперь текли по венам вместо крови и закручивали неприятный узел страха в самом желудке, без возможности его переварить. Парень остановился когда сзади послышалось шарканье, будто босых ног по гальке или асфальту, теперь он точно был не единственным, кто решил прогуляться в столь поздний час. -Уилл? Его имя в тишине прозвучало так громко, что казалось будто он уже оглох, в висках пульсировало и прежняя уверенность ушла в пятки, оставив коленки дрожать и подкашиваться. В поясницу вонзился острый нож, от того как неожиданно за ним послышалось собственное имя. Нож был лишь метафорой, но Грэм почти чувствовал физическую боль. В следующую секунду, когда из пересохшего рта хотел вырваться беспомощный крик, он почувствовал на себе руку и то, как крепко его прижимают спиной к чужой груди, обхватив поперек торса. На мгновение в глазах начало двоиться и ему показалось будто из леса, напротив, на него осмотрит огромное рогатое животное, быстро слившиеся с ночью. Парень пытался вырваться как только его схватили, но только первые пару минут, потому что от чужой хватки, когда невозможно было пошевелить руками, а пнуть своего похитителя не получилось, он быстро вымотался. Заметив это мужчина явно остался доволен, одобрительно прошептав «Спасибо.» и перехватив жертву чуть удобнее пошел в обратном направлении. -Уилл, я попрошу вас учесть, что если вы вновь попытаетесь сопротивляться сейчас, я применю к вам более радикальные меры. -Под этим подразумевалось лежащий в кармане лектора платок и хлороформ. Грэм лишь только кивнул, получив в ответ «Рад, что вы меня услышали.» и все больше, с каждой секундой, принимая свою учесть. Попытка выпросить поставить себя на ноги, обещая что будет идти рядом, но не получила даже внимания Лектора. Оставшаяся дорога прошла в тишине и гораздо быстрее, чем, как Уилл помнил, его наглая попытка сбежать. Ганнибал оказался гораздо сильнее представлений о нем и ни разу ни ослабил хватку, на чужом, тоже довольно мускульным теле, не дав и шанса попробовать застать себя врасплох. Проезжающих мимо машин тоже не было, а значит и свидетелей, так же как и когда младший хотел уйти. Ему было интересно, что выдало его намерения, но почему-то был уверен, что при первой возможности ему от этом расскажет сам Лектер. Интересно было не только это, но и то, что с ним собираются сделать, ведь сейчас ничто не сможет остановить Потрошителя и как-либо ограничить его действия. А поэтому Уилл целиком и полностью находился в чужой власти, теперь точно без единой надежды поменять исход событий, облегчить свое положение просьбами или напрямую мольбами. Он был уверен, что даже слезам не поверят, ведь сначала похищенный уверил, что останется навсегда и уже принял все, что произошло, а теперь его как куклу волокут по ночной трассе, после неудачной попытки освободится. Дом слегка расплывался в голубых глазах, когда Ганнибал не мог идти ровно, из-за сильно заросшей лужайки. Зайти через входную дверь тоже было проблематично, тогда Грэм чуть не снес головой лампу в прихожей, успев вовремя пригнуться, пока его немного подняли чтобы слегка освободить себе обзор. Наконец младшего занесли на кухню, где любезно и даже бережно усадили на стул, оказавшись на котором голову парня посетила мысль, быть может все не так плохо и ему просто прочитают часовую лекцию о том, что он не мог поступить так после своих слов, приведя при этом не исчисляемое количество цитат и мыслей различных писателей, художников и философов. Но этот слабый намек на надежду обрушился в бесконечную пропасть, когда отошедший к кухонным шкафчикам Ганнибал обернулся, смотря на Уилла с едва заметной ухмылкой и держа в руках веревку вместе с ножом. В горле моментально застрял ком, а грудь начала вздыматься, словно до этого Грэм никогда не дышал, он хотел попытаться встать, но ему не дали, пресекая это действие на корню и ловко связывая запястья за спинкой стула. Стало жарко, желания умирать не было, хоть иногда и желания жить тоже не имелось, но сейчас оно всё же появилось и внушало страх, а так же вызывая необходимость стараться освободиться. Что Уилл и сделал, дернувшись и тут же замерев, чуть откинув голову назад, прижимая ее к плечу мужчины за ним, который заметив чужие брыкания приложил холодное лезвие к шее парня. Капля пота медленно стекла от виска, прямо на кончик ножа, оставшись там. Моментально захотелось сходить в душ, если конечно Грэм выживет и будет в состоянии ходить или что-то вроде того. Вдруг опасная острота прямо под кадыком пропала и Лектер сделал шаг вперед, выходя из-за спины сидящего на стуле, показательно слизывая каплю с кончика лезвия, проводя им так, что оставалось совсем немного, до того чтобы вовсе порезать язык. Его ореховые глаза выглядели едва не озабоченными, а может давно перешли эту грань и Уилл слишком привык к этому взгляду. Напротив же, радужки почти не было видно за расширившимися от предвкушения пугающей боли зрачками, а веки казалось больше никогда не смогут опустится достаточно, чтобы уснуть. Постепенно его начинало трясти, вместе со стулом, от пристального наблюдения. Ганнибал внимательно следил за тем, как томится в страхе собственных переживаний его главное блюдо, он хотел, чтобы оно пропиталось в ожидании достаточно, чтобы после первого же легкого надреза вместо крови полились извинения. -Я полагаю все мы понимаем, что сейчас должно произойти, Уилл. --Он вновь мучительно медленно обошел стул и встав позади, резко потянул на себя, оттаскивая Грэма в центр комнаты и ловя его в последний момент перед падением. Парень отчаянно замотал головой, так как голоса не осталось, казалось что Ганнибал перерезал ему связки даже не коснувшись их лезвием. -Признаться, я почти верил вам. И как же вы мне отплатили? Я сделал вам подарок, сейчас вы можете больше не носится за Джеком Кроуфордом, который едва не убивал вас, своими расследованиями в ФБР. -Мужчина говорил это серьезно, пока все же, так как это почти негласное правило, завязывал найденным на диване куском старой ткани рот младшего.- Я разочарован в вас и сейчас мне нужно чтобы вы слушали. Теперь сталь вновь коснулась горла Грэма и Лектор провел ей, словно собираясь щекотать, но на самом деле просто проводил от ключиц до подбородка, где замер, следя за тем как напрягается тело под ним и как загнанно дышит Уилл, стараясь увернуться от ножа. -Ну, ну, я не убью вас.. -Он сделал небольшую паузу прежде чем продолжить и в этот момент положил вторую руку на нижнюю челюсть парня, придерживая ее в одном положении.- Пока вы не попросите сами. Я лишь хочу добиться взаимности, просто послушайте, вы не представляете как много я могу дать вам. У вас будет свобода, любое ваше желание и мир на ладони. Под тихий смешок острый конец, уже облизанный языком Ганнибала чуть сменил угол нажима и лишь слегка проколол бледную кожу Грэма, который сжал в зубах ткань у его губ и постарался не издать ни звука. -Сейчас мне придется сделать вам больно так же, как больно вы сделали мне, но все закончится быстро, обещаю. И тогда я попрошу вас сказать мне, хотите ли вы того, что я предлагаю или снова повторите свои попытки сбежать. --Лектор продолжал хладнокровно давить и резать, продвигаясь настолько медленно, что Уилл не знал, что так бывает. Боль была почти невыносимой, он хотел задергаться, но понимал, что сделает лишь хуже, поэтому выпустив ткань изо рта парень начал жалобно скулить, стараясь не прервать своего мучителя, чтобы не разозлить еще больше. Старший тем временем продолжал говорить как ни в чем не бывало и наблюдать как от хирургически точных движений на коже почти не выступает кровь, а те росинки, что появлялись ужасно хотелось смести языком и еще долго вспоминать их вкус. Ганнибал был уверен, что не смог бы есть ничего больше, если бы попробовал Уилла, он бы жаждал только его. Этой непокорности, которая так ему нравилась, и в то же время слишком восприимчивую психику, какой можно было внушить что угодно и если сделать это с достаточной точностью, то парень поверит во что угодно. Потрошитель был непередаваемо горд собой, что сам приложил руку к тому, чтобы Грэм был таким и результат не мог его не радовать. Вот его любовь, прямо перед ним, связанная и так старается прокричать мольбу сквозь, оказавшуюся довольно толстой, ткань. Зрелище несомненно лучше всех картин Боттичелли, он с трудом смог продолжить говорить, когда закончил аккуратный надрез, начинающийся под одним ухом и заканчивающийся точно под вторым. -Вам очень идет, а теперь я сниму повязку и буду надеяться услышать ваш ответ. -Продолжением фразы должно было стать «А не крики.», но этого не произошло и легкая недосказанность зависла в воздухе почти прозрачной дымкой. Узел сзади, давящий на основание шеи, сначала ослабился и после развязался, а ткань ловко подхватили, до того как она упала, убирая в свободный карман. Кадык Уилла очередной раз дернулся и он постарался выжать из себя хотя бы звук, что получилось сделать только после, приблизительно, тридцати секунд, Ганнибал ждал очень терпеливо. На то, чтобы произнести слово понадобилась еще минута и только тогда, казалось, что можно было вдохнуть. Потому что до этого воздух был отравлен напряжением. Когда заикания в виде короткого «Я..» прекратились, Грэм кивнул и согласился на всё, обещая остаться с Лектором, сейчас просто желая остаться в живых. Реакции он не увидел, но шрам на его шее был очень тщательно обработан и прикрыт от посторонних глаз. На следующий день ему вернули Эбигейл, она была цела и очень радовалась приходу Уилла, воодушевленно рассказывая, что для нее сделал Ганнибал, под его удовлетворенную улыбку. И тем, что он делал, оказались вовсе не очередные убийства ради званных ужинов, а банальная забота и желание чтобы и девушки было всё хорошо. -Сначала я испугалась, когда все стали обвинять меня в том, что я пошла по стопам отца, или вовсе помогала ему, но доктор Лектер мне помог! Он сказал, что так меня воспринимают только в этом штате и что мне придется уехать. Он отвез меня сюда и пока вы не приехали, за мной ухаживала очень милая девушка! -На этом старший мягко прервал ее называя имя своего психиатра. -Да! Я знала что ты приедешь, Уилл.. -Подойдя ближе она очень крепко обняла сильно опешившего парня, но вскоре тоже почувствовала как ее крепко прижали ближе. В этот момент глаза Уилла были направлены в чужие, ореховые и смотрели ошарашено, едва не сумасшедше, пока другие лишь, напротив, наблюдали за объятьями двух, думавших, что потерявших друг друга, людей. Ганнибал смотрел будто слишком расслабленно, любуясь своим возлюбленным и, теперь, их общей дочерью. -Я вас оставлю, сделаю завтрак. Эбигейл, что бы ты хотела? -Задумавшись, девушка с улыбкой ответила, что не отказалась бы от оладьев с кленовым сиропом и немного отстранилась от объятий Уилла, к которому теперь направилось внимание, Лектер без слов задавал ему тот же вопрос, слегка наклонив голову. -Кофе? Грэм опустил взгляд к глазам Эбигейл и мягко улыбнувшись ей, сказал что не откажется от кофе, а еще стащит парочку оладьев из чужой тарелки. -Эй! Я буду согласна отдать только один! -Я приготовлю на всех, не нужно лезть в чужие тарелки. -Потрошитель выглядел серьезным, словно действительно не понимал зачем Грэму понадобиться забирать завтрак у девушки. Все трое встретились недоумевающими взглядами и тихо захихикали, словно все, что происходило до этого ушло на второй план. Атмосфера перестала казаться враждебной и пугающей, а внутри дома словно стало немного теплее. Ганнибал теперь и правда отправился накрывать стол, куда вскоре поставит завтрак, бесшумно закрыв дверь в комнату. -А что у тебя с шеей? -Уилл не заметил как сильно отвлекся на чужой уход, а Эбигейл уже успела рассмотреть его полностью и найти вчерашний порез. -Случайность, пока ловили нового преступника. -Он соврал, не желая беспокоить ее правдой о старшем. Было заметно как глаза напротив немного сощурились, выдавая подозрение и недоверчивость, но продолжать эту тему не стали. -Я скучала! -С этими словами девушка вновь бросилась обнять своего опекуна. -Я тоже скучал. -Его ладони легли на ровно вздымающуюся спину Эбигейл перед ним и мягко провели по ней, стараясь осознать, что он все-таки не потерял ту, кем очень дорожил. Губы Грэма тронула улыбка, явно решив просто насладиться моментом, не рассказывать, что произошло за время ее «отсутствия». Не уточнять то, как парень боялся, что убил ее сам. Теперь дни проходили приблизительно по одному сценарию, которым все были по своему довольны. С течением времени Уилл открыл себе чувства к Ганнибалу, который теперь был очень отзывчивым и заботливым, иногда даже милым, но сам запрещал называть себя так. Поэтому младший добровольно засыпал с ним в одной кровати в обнимку, закинув на мужчину ногу, тем самым обнимая его, иногда даже позволяя заходить дальше, чем просто объятия или поцелуи. Комнату на первом этаже отдали Эбигейл, которая была очень рада каждый день просыпаться и приходить на кухню, откуда уже доносятся два приятных голоса и вкусный запах еды. Она каждый раз тихо хихикала и восхищалась, каким услужливым стал Лектер, буквально делающий все для возлюбленного. Еще больше ее радовало то, что никто не знал ее истории и не обвинял девушку в убийствах ее отца. В этом доме, в другой стране, для всех они являлись примерной семьей, в которой мирно уживалась целая стая собак. Ганнибал продолжал устраивать грандиозные званные ужины, во время которых стол едва не падал под весом всевозможных блюд, ни единое из которых не было вегетарианским. Грэм теперь помогал ему, прикасаться непосредственно к процессу приготовления, не разрешалось никому кроме главного повара, так как Лектер предпочитал делать это один, но с сервировкой парень справлялся прекрасно. Уилл помогал не только с ужинами, но и приготовлением к ним, теперь отправляясь за новыми жертвами вместе с Ганнибалом. Каждый раз, сняв обувь в прихожей очередного незнакомца, который занимался своими делами даже не предполагая визита гостей, парень чувствовал на себе полный гордости взгляд. А после короткого хруста свернутой шеи очередного «ужина», следовал удовлетворенный смешок, означавший, что все было сделано правильно. Отдельным нездоровым наслаждением было целовать чужие сухие губы, положив окровавленные, после изъятия нужных органов, ладони на щеки мужчины, каждый раз вытирая с них следы рукавами рубашки. Так прошло уже около двух лет, но за временем давно никто не следил, Грэм осознал это, только когда увидел дату на календаре, недавно купленным Ганнибалом. Его глаза открылись, а зрачки расширились, но все моментально вернулось к прежнему, как только плеча Уилла коснулась тяжелая ладонь, а кожу около уха опалило чужое дыхание. -Дорогой. Ужин готов. -Иду.