Побег

***

Гермиона в нерешительности подходила к столу. Её глаза то и дело возвращались к Гарри и Рону. Садиться сейчас с ними совершенно не хотелось, однако других друзей в Хогвартсе у неё не было. Тем более, что единственной, кто сидел в том месте и заметил Гермиону была Браун. Уж в её то сторону Грейнджер никогда бы не пошла. Поэтому она села там, где и остановилась. Рядом раздалось копошение и несмелый голос: — Привет, Гермиона. Грейнджер посмотрела на своего невольного соседа: — Ага... Привет, Невилл... На этом и закончилась их скудная беседа. Аппетита не было. Вся лежавшая перед Гермионой еда, не вызывала ни малейшего интереса, хотя девушка даже не завтракала. И от безделья взгляд начал блуждать по залу. Сначала он окинул гриффиндорский стол, снова цепляясь за Поттера и Уизли, а затем поднялся вверх. Повторяя пасмурную погоду за окном, потолок был полон серых туч и нагонял на девушку ещё большую тоску. Казалось, что его специально заколдовали для отражения её чувст. Стремясь поднять себе настрой, Грейнджер опустила взгляд на гобелены, где висевшие на стенах. Но Гермиону хватило только на вялое проскальзывание по причудливым завиткам. Расфокусированные глаза разом охватили открывающуюся Грейнджер половину зала. То есть столы Гриффиндора и Слизерина, за которым должен был сидеть Малфой. Эта мысль натолкнула Гермиону на поиски Драко. Долго рассматривать учеников с зелёными галстуками не пришлось — светлая макушка достаточно сильно выделялась. Однако это всё, что было видно. Печально вздохнул, ведь Малфой всё-таки успел занять отнюдь не мальенкое место в её мыслях, Гермиона продолжила бесцельно находиться в зале. В этот момент школьные, а порой и личные, совы нарушили всеобщий относительный покой. Каждая стремилась побыстрее избавиться от ношы. С замиранием сердца Гермиона ждала, когда какая-нибудь сова подлетит именно к ней. Мистер и миссис Грейнджер писали своей дочери-волшебнице при любом удобном случае. Пусть в них не было ни капли магии, они прекрасно понимали — их дочь в Хогвартсе своя. Но никто не может без тылов. Девочка, что любила точные науки и познавала один мир, теперь оказалась в совсем другом. Её немаленький багаж знаний оказался совершенно не нужным, а значит она должна начинать всё заново. И она начала, поэтому родители поддерживали её письмами и маггловскими книгами, ведь Гермиона не хотела упускать возможность существовать в обоих мирах. И для самой гриффиндорки эти письма были дороже золота, они отрезвляли её, давая понять, что есть место, где её беззаговорочно любят и ждут. Какой бы провал не постиг её в этом мире, в другом ей всегда нальют чай и выслушают. Эта опора порой давала силы сворачивать горы. Наконец, сова бросила ей письмо и, не дождавшись угощения, улетела. Гермиона оглядела конверт, он был подписан лишь рукой её отца. Это насторожило. Но она не стала медлить и достала само письмо. "Любимая Герми, Ты у нас большая и очень сильная девочка, поэтому я не стану ничего скрывать и приукрашивать. Наша мама сейчас в больнице. Она попала под машину, и теперь ей требуется операция. Прости, я так волновался, что даже не помню какая именно операция. Я уже, кажется, вообще ничего не помню. Джин лежит без сознания вторые сутки. Бедная моя Герми, как же ты одна сейчас читаешь это. Как я жалею, что не могу сейчас находиться рядом и просто обнять тебя. Но что бы не случилось, знай: тебя любят. И мы, и твои друзья. Ты прекрасна, и ничто не сможет сломить тебя, ведь ты у нас леди с настоящим стальным стержнем. Мы справимся, главное верь. Я буду писать о состоянии Джин. До летних каникул ты вряд ли сможешь вырваться из Хогвартса. Но это и не нужно. В июне мы вместе встретим тебя на Кингс-Кросс. Твой очень любящий папа." Гермиона чувствовала, что её опустошенное настроение наконец нашло причину. В носу кололо. Отец не стал бы врать, однако девушке не верилось. Она закусила губу, с каждой секундой осознание становилось всё яснее. В хаосе её мыслей сейчас обитало только желание рвануть из Хогвартса. Но это было не возможно — эксперсс не каждый день ходит. Из вариантов ещё можно было попросить Дамблдора отпустить её, однако кто знает, что он скажет. Его ответы не были чем-то из разряда предсказуемого. Но сначала она напишет ответ. Буквально пару слов, на большее она пока не способна. Поскрипев чуток пером о маленький кусок пергамента, Гермиона выскочила из зала ничего не замечая. А зря. Ведь за своей спиной она оставила Рона и Гарри, вроде как подошедших помириться. Но теперь они(Уизли так точно) были ещё больше обижены, провожая взбешённым взглядом "проигнорировавшую" девушку. Спокойно в след Гермионе смотрели только серые глаза.       

***