Письмами к тебе

«Шура, здравствуй!Как же давно я перестала писать…Вероятно желание возникает, когда на душе погано, а на сердце тяжесть, когда сердце от любви болит, а душа горит. Ну, или найдутся объяснение проще-появление телефона упростило нашу жизнь, сделав ее как будто бы короче. Мы обленились…обленились до глупости, ожесточились до трусости. Сейчас я вновь счастлива и любима. К своим 30 годам,мне кажется, я наконец-то поняла что такое счастье, придя к неизбежному выводу, что оно относительно. Я видела леса в разных уголках страны, видела реки ,огромные озера и даже море, про которое до этого только читала в книжках.  Общалась с разными людьми, работала с разными людьми. Получала опыт-печальный, необходимый, сделавший меня сильнее и выше ко всему и над всем. Трогала цветы, запускала пальцы в песок, любила и была любима. Много плакала и смеялась. Искала себя во всем и везде. И,наверное, нашла. Оно здесь, оно рядом. Я его не замечала, часто выбирая причину для радости, выискивая ее в ком-то конкретно.  Шура,ты бы знал как спокойно стало на душе. После него у меня в груди была такая пустота,кажущейся настоящей бездной. Но Сашка заполнила ее. Имеется смысл жить. И я рада,что есть кто-то,кто во мне нуждается. Рада,что оставлю после себя гораздо большее,чем простую фамилию в уголке черно-белого чертежа. Я наконец-то поборола своих демонов. А, возможно, мне все это кажется и я сама себе пытаюсь внушить то, что так упорно не могла понять долгие-долгие годы.  Мы вновь попробовали быть счастливыми, попробовали любить друг друга, забыв о предательстве прошлых лет. Но, Саша, это же ненормально,да? Ненормально, что я в нем растворилась.  Однако за долгие годы мы просто приросли к друг другу,связали себя незримым кольцом. Мое сердце через край полно им, что я с трудом могу назвать его своим. И знаешь,мне это нравится. Миша моя страсть,моя любовь и боль. Мы как два наркомана глотаем колеса любви, взаимно причиняя боль, словно у нас из раза в раз соревнование-кто уколет побольнее. И ведь он всегда выигрывает.  Абсолютно всегда. Хотя за долгие годы должен был сформироваться иммунитет. Но все равно иногда так больно…» Под колёсами Утром и вечером, ночью и днём По дороге с работы, по пути в гастроном Если ты не кондуктор, если ты не рулевой Тебя догонят колёса, и ты уже никакой… Балу, выключив шумный компьютер, откидывается в кресле. Телефон с часу пролежал в соседней комнате на зарядке, но  никто его не искал. Последние месяцы задавался вопросом о смысле своей жизни. Что это? Кризис 30 с хреном лет? Одиночество и потерянность? Переизбыток прожитых за жизнь эмоций? Он не считал себя старым, но и тем желторотым юнцом, скачущим по гаражам и заброшкам уже тоже. Тогда кто же он? Вечно скитающийся странник, так и не нашедший свое предназначение? А может любимец друзей, борец за справедливость? Не то и не другое. Он устал. Ему все наскучило. Хотелось уехать и забыть хоть на миг, что он хороший добрый парень, готовый помогать, потому что сейчас он не был уверен в своей готовности.  Он читает ее письмо, написанное с месяц назад перед ее уездом в Москву к матери, а в нем красными буквами сквозь строки прослеживается «Шура, он снова за свое, он не изменился, он за старое, но я его люблю, потому что я глупа и слепа…» Как говорится,век живи,век учись,тридцать лет,ума нет,ну и прочая такая история. Конечно, она никогда в этом не признается. Но он слишком хорошо знал свою лучшую подругу. Звонок в дверь. -Лох цепенеет… -Сюрприз!-Сеня не дожидается приглашения от опешившего друга, проходит.  -А…Ты как это здесь? Всмысле откуда?  -Шурочка, для начала люди при встрече обнимаются, а потом закидывают вопросами.-Саша отходит в сторону, берет из ее рук кожанку, вешая на крючок, покорно принимает вишневый пирог и пропускает в глубь квартиры. -Я приехала с неделю-успела переболеть, раскидать  дела по работе и отправить  ребенка в  школу.  -Продуктивно провела остаток своего отпуска. -А как ты? -Конечно, не так насыщенно, но тоже преуспел,-подал ей тапки,- перевез последние Настины вещи, Кирюху в 6 класс проводил, на визу подал документы. -Шур, это все серьезно? -А я похож на шутника? Оба сидели в давящей тишине, не зная с чего бы начать. Сказать хотелось многое, но слова застревали на выходе-рыбы, хватающие воздух. Саша скучал, ему не хватало их бесед за чаем с фильмами, Есения тосковала по их прогулкам и звонкам без предупреждения.  Первый раз, когда Балунов сообщил ей о своем неожиданном желании среди ночи перебраться в другое место, она не особо поверила. Они часто мечтали о далеких далях, о чем-то несбыточном и прекрасном. Это было им свойственно. Это было из детства. Но чем меньше они виделись, тем больше чувствовалась пропасть, а его желание уехать росло. -Зачем? -Я просто устал. Он не знал как выразить ту тоску и пустоту внутри, не дающую нормально жить и радоваться. Дела в группе менялись, интересы каждого смещались, да и взгляды на их творчество становилось иным. Если раньше четко прослеживалось «равноправие», о котором все дружно твердили с самого основания их совместного творчества, то теперь все решалось только Андреем и Мишей, а остальные музыканты были их прилагающим звеном.  -Ты ведь задумывалась хоть раз о своем предназначении?  -Не уходи от темы. -А я и не ухожу, прямо к ней сворачиваю. Быкова тяжело вздыхает, допивает горьковатый чай, но все равно продолжает держаться за чашку. -Переступив порог 30, это стало моим обыденным занятием. Я так сильно зазря накручиваю себя, рассуждая над темой, что обесцениваю свои уже существующие успехи.  -Каждый из нас рано или поздно приходит к таким размышлениям. Я вот сейчас. Хотя раньше считал, что меня это никогда не настигнет.-Саша налил им еще чая из заварника. -Вы, творческие личности, вообще этому подверженны.  -Ты с нами в одной лодке, моя дорогая, и уже давно. -А я себя не причисляю ни к тому, ни к другому. Я вообще не знаю для чего я и для кого. Не хочу успокаивать себя мыслью, что раз  не родилась с предназначением принести что-то миру, используя свой талант, которого, увы, у меня нет, то моя миссия принесение миру  моих детей, у которых обязательно будет этот талант. -Ошибаешься. Все мы здесь для чего-то и для кого-то. Главное вовремя понять, пока вперед ногами не вынесли…Иногда у меня возникает такое чувство, что мы живем в нижней части песочных часов. И наше время как будто уходит. И скоро его не останется вовсе, а нас засыпет песком, причем заживо. А мы так ничего и не успеем. -Эх,Шура, давно мы стали такими пессимистами? -Не мы такие,жизнь такая.-Саша встает из-за стола и подходит к окну.-Знаешь что у общего у Калифорнии с Питером? -Оба стоят на морских побережьях и названы в честь святых?-Смешок, стоивший жизнью-подавилась куском пирога до слез. -Калифорния в дождь-это Питер зимой. Так же грустно и так же прекрасно. И люди там такие же, и асфальт такой же скользкий, и музыка звучит отовсюду. Я хочу туда, понимаешь? -Думаешь, новое место поможет заполнить образовавшуюся дыру?-мягким касанием проводит по груди, где находится сердце. -Не думаю, я уверен. *** Сахар в кофе растаял. Красное солнце уходило за горизонт  розовым  закатом. Слеза скатилась по щеке и упала на лист бумаги, а телефон в очередной раз озвучил автоответчик.  Мишины страхи о быстротечности  их счастья, скрытом  подвохе в конечном итоге стали и ее тоже, потому что у всего есть предел, у каждого были свои границы. Быкову накрыло пеленой ревности и тревоги за их будущее, за него-где и с кем он задерживается после репетиций, что творится в его голове перед сном, о чем думает, когда она его целует, почему его мучают кошмары? Он ничего не говорил и отнекивался. А она ничего не понимала и боялась. Последний их разговор закончился скандалом, очень громким и оскорбительным.  После него Горшенёв практически сразу съехал, а куда, она даже не стала интересоваться, хотя желание обзвонить все больницы и морги, всех друзей и знакомых было велико, однако упрямство и обида были в разы сильнее. Быкова сидела на кухне, пытаясь сосредоточиться на описи рабочей документации по проекту, периодически убегая на балкон покурить и проверить время. Сашка последние летние дни перед школой оставалась  у бабушки с дедушкой, без нее в квартире было слишком тихо.  Где-то далеко за полночь после нескольких неудачных попыток самостоятельно открыть дверь ключом, Горшенёв, словно нашкодивший щенок, скребется в дверь. Есения открывает ее, заранее зная кого увидит на пороге.  -О, Сенька, а ты на верхний замок закрылась,чтоль?-Горшок лыбится, проходит в квартиру, оставляя от берцов комья грязи на коврике. -Дверь была открыта.  Разговор с ним продолжать не хотелось, да и  спиртным от него не пахло. Следовательно опять задержался на студии или у Андрея. -Емое, как надымила..Ты снова куришь?-Проследовал на кухню за ней, помыл руки, не спеша поставил чайник. Тянется за банкой кофе,задвинутой так далеко,что даже он не может достать,но по иронии судьбы баночка выскальзывает из мокрых рук. Миха тихо выругивается «Сука,да как так?!». -А ты считаешь у меня нет повода, чтобы снова начать?-Едко бросает из-за плеча.  -Чтобы гробить свое здоровье, повод не нужен. -По себе судишь? Миша не находится с ответом,понимая, что она права, как всегда, мать ее. Он садится напротив и берет пепельницу, переполненную доверху ее вонючим винстоном. Как она может курить эту дрянь? Достает свою пачку и зажигалку, но трясущейся рукой не получается с первого раза зажечь сигарету. Сеня замечает этот тремор. -Ты что-то принял?-Тяжело определить хоть что-то и в без того черных зрачках. Особенно когда наученный все это дело тщательно скрывать. -С чего решила? Не доверяешь, емое, чтоль?-Даже не напрягается, чешет мизинцем бровь и медленно моргает. Медленнее, чем следует. -Ты под кайфом.-Тыкает ему пальцем в грудь. Утверждает. Удивительно, что не догадалась раньше.-Что принял? -Курил -Блять, Миша, что в сигарете?-Выхватывает из его рук пачку, часть сигарет падает на ковер. -Может, трава… Уже не помню, да и не важно. Просто, чтоб расслабиться.  Емое, все же нормально. Я же сижу перед тобой, а не валяюсь где-то  -Нихрена ненормально! Ты водишь нашу дочь в садик…Господи,ты водил нашу дочь под кайфом? -Сень,это было раз и не под кайфом. Ну с похмелья,да даже не пахло! -Ты сейчас передо мной и я вижу твое состояние  -Я в адеквате… -Уходи!-Не дает ему договорить.-Ночуй в своем наркопритоне или где ты там проводишь время  -Я уйду. А что потом?-Глаза стеклянные. Непонятно-сожалеет обо всем или ему реально наплевать.  -Я..я люблю тебя и потом вероятнее всего прощу,но сейчас…просто уйди. Миша молча надевает куртку и хлопает дверью. Куда он пойдет, уже не ее проблемы. Хотя позже вероятнее всего будет сходить с ума от безызвестности. Он пропадает, но через несколько дней пьяный в стельку появляется вновь. Кто-то из собутыльников в баре довез его до дома и помог подняться. -Сказал, что ваш муж,-мужик стоит, держа под мышкой Горшка,как грязного котенка, найденного на улице, не скрывая желания скорее от него избавиться.  -Не муж он мне.Сожитель.-Быкова скептично оглядывает нетрезвую тушу и отступает назад. -Так а где его оставить?  -Можете отвезти обратно, где подобрали -Ой, нет,дамочка. Он мне весь салон обблевал. И я ему в водители не нанимался.-Мужик прислоняет к стене полуживое тело и уходит. Сеня от обиды заносит ладонь над его лицом, чтобы ударить, но понимает, что это все бесполезно. В очередной раз берет себя в руки и уходит, оставляя его в коридоре. На душе становится гадко, противно. К кому податься, чтоб выплакаться? Она сама избрала такую ношу, поэтому не к кому. Через неделю она не выдержала и начала звонить общим знакомым. Все как один твердили, что Миха с месяц не появлялся. Такого стыда она давно не испытывала. Забрав Сашку со школы и засев с ней за уроками, она позволила отпустить ситуацию хотя бы на мгновение. Уже ночью сквозь сон Есения услышала грохот упавшей тумбы в их спальне. Спросонья подорвалась с дивана, на котором ранее уснула за просмотром какого-то глупого сериала, но увидела его. Он не был пьян, его трясло, а это было гораздо хуже. -Миша, что ты ищешь?-Быкова еще не ожидает масштаба трагедии, которая вот-вот должна на них обрушиться. -А то ты не знаешь,-отвечает грубо, не глядя на нее. -Поверь мне, не знаю. Ты больше месяца не ночуешь дома, я ничего не знаю о твоих делах. -Харе мне выкручивать уши. Никто кроме тебя не мог сюда залезть.-Миша склабится. Худое лицо перекошено от злобы и болей, пронзающих тело. -Куда ты их дела?-Рыскает по полке со своими вещами, выкидывает их, переходит на ее полку.-Где, твою мать, таблетки? -Успокойся. Я сейчас позвоню в больницу,-Сеня набирает цифры на телефоне, но не успевает нажать на зеленую кнопку, Горшенёв откидывает ее телефон. -Нихрена ты не позвонишь! Я спрашиваю где таблетки? Сука, где они?! Он сам не свой. Его трясет, скручивает. Глаза черные и бешеные. Сеня еле сдерживает слезы и пытается придать уверенности, былой суровости в голосе. -Прекрати орать, ненормальный!Тебя услышат соседи. Ты пугаешь Сашу.  -Плевать я на них хотел!-Переворачивает полку с дисками и коробки с безделушками.-Да куда же ты их запрятала?-Срывается в коридор, попутно задевая светильник, который падает и разбивается. Где-то в глубине дома вскрикивает Саша, залезшая под кровать, но от звуков никуда не деться и страх за маму не запрятать. -Ты обещал держаться ради нас,-Быкова кричит, а слезы предательски льются по щекам, выдавая слом внутри, которым легко можно начать манипулировать. А он был умелым манипулятором. -Обещал, обещал… -хищное выражение на схуднувшем лице.-Ну, вот как видишь не сдержался,-бросается на нее, заставляя пятиться и вжиматься от страха.-А как по-другому, когда ты вечно лезешь в мои дела? -Что значит лезешь? -Зачем ты трогала их? Блядь, зачем ты вообще  залезла в мои вещи?-Пинает с ноги дверь в ванную, проламывая ее. Дверь ударяется о раковину, создавая грохот из-за упавших на кафель стеклянных баночек, разлетающихся на сотни осколков. -Заткнись! Успокойся! Ты пугаешь ребенка и меня. -Сеня затыкает уши.-Прислушайся к себе,за тебя говорит наркота. Услышь себя, чтобы не пожалеть о содеянном завтра. -А что мне еще остается делать? Ты меня не узнаешь, боишься?-Миха вновь кидается на нее, но не трогает, он никогда не позволял себе даже пальцем ее тронуть,а просто как зверь-мечется из комнаты в комнату, рыкая и сметая все на своем пути. -Миша, хватит, прошу тебя… -Это ты виновата! Ты! Я сам себя не узнаю. Ненавидишь меня?! Я сам себя ненавижу.-Заглядывает под шкаф и кровать одновременно.-Где они? Куда ты их,нахрен,дела, Есения? Быкова забилась в угол и закрыла лицо руками. -Папа, перестань! Сердце пропускает удар. Он съезжает спиной по стене вниз, не в силах больше кричать и даже сдвинуться с места. Он видит ее слезы и эти слезы из-за него. А он обещал никогда ее не обидеть, никогда. Сделать ее самой счастливой девочкой. Только опять все испортил.  -Я хочу завязать, но не могу. Я больше так не могу…-Тянет руки к дочери, но она отшатывается назад, и это его добивает.-Простите меня,-произносит сквозь рыдания.-Прости меня, малыш, я не хотел тебя напугать. Сеня вскакивает на ноги и бежит в коридор к дочери. -Прости, прости меня,пожалуйста … -Миша,-Есения осторожно опускается рядом с ним на колени и обнимает его содрогающиеся плечи. -Я поеду,-громко шмыгает и икает от слез,-я готов поехать,но мне страшно…Все повторяется. *** -Тук-тук, можно?-Алексей с улыбкой на лице прежде,чем войти, прощупывает почву, проверяя настрой пациента. -Входи раз уж пришел.-Миша безэмоционально смотрит в беленный потолок.  -Как ты, брат?-Леша кладет на тумбу яблоки, апельсиновый сок и контейнеры с едой от мамы. -Ответить честно? -Так вроде так и надо,-Лешка был единственным, кого Миша еще не успел послать. За три с половиной недели, что он проходил лечение, начиная от наркологички и заканчивая стационаром,каждый получил свою порцию говна, поэтому кроме родных больше никто его не навещал, да и те не задерживались дольше пяти минут. -Честность удел пидорасов.-Горшок щерится, складывая руки на груди, на сколько позволяет капельница, и следит за ним с ядовитым любопытством, будто  именно брат виноват, что он здесь оказался.-Соответственно у меня все заебись, как и должно быть. -Заканчивай шута из себя корчить. Сам виноват, что до такого опустился.-Узнавались стальные нотки Юрия Михайловича, не зря же его прозвали диктатором. Миша в удивлении косит глаза. Он то ожидал охи-вздохи, причитания о случившемся и обещания о лучшем будущем. Но они были одного поля ягоды, так что никаких сожалений не будет. -Я был у Есении… -Как она?-Тревожные,вязкие мысли зашевелились в легких,давя на грудь и мешая дышать. -Ответить честно?-Издевается. -Быстро учишься -Было у кого.-Горшенёв младший оглядывает палату. Да, в этот раз условия гораздо лучше-постель чистая, а  не в желтых пятнах, окна целы и без щелей, даже кормят неплохо, судя по тому, что лежало в тарелке рядом. Неплохо устроился братец. -Я поговорить с тобой хотел -Ну, так говори, раз пришел.-Миха откинулся назад, устав держать больную спину. Он всплеснул руками, да так, что закачалась трубка капельницы, ведущая к огромному лиловому синяку.  -Я сейчас скажу тебе, а ты дальше думай  как поступить. Можешь послать меня, что,собственно, ты всегда и делаешь, можешь обозвать и перестать общаться. Но я все же рискну и это будет последнее,что ты от меня услышишь. -Да давай валяй уже,-Миша ноет, не осознавая серьезность предстоящего диалога. -Я очень хочу, чтобы ты взял себя в руки и перестал играть в жизнь без кнопки «сохранить», ожидая какого-то фаталити. Зависимость-это болезнь. Дегенеративная болезнь. А наркоманы больные люди. И они неизлечимы. Многие плюют на таких, считая их слабаками, жестокими дураками и виновниками всего того, во что они превратили свою жизнь. Но оглянись вокруг-ты самый счастливый человек на земле. Спросишь почему? А я тебе отвечу.  В моменты, когда ты страдал, опускал руки и собирал  себя по кускам  с самого  дна своего сознания, мы были рядом. Тебе всегда было куда прийти. И как бы ты не опускался, ты продолжал оставаться для нас близким и дорогим нам человеком.  Посмотри на маму, на отца, который под своей суровостью скрывает страх потерять тебя и плачет в кулак в коридоре больницы, думая что его никто не видит, взгляни на друзей, прибегающих по первому зову и терпящие твои срывы, на Есению… Она вообще могла с легкостью забить , послать и не подпустить к ребенку отца-наркомана. Однако она дает тебе второй шанс, жизнь дает тебе второй шанс. Воспользуйся им. Помоги тебя спасти. Не отворачивайся от нас.  Ты наркоман, не потому что плохой человек, ты плохой, потому что принимаешь. Когда ты родился, со слов мамы, ты был прекрасным, просто немного другим, с перепутанными проводками в твоей шальной голове, но как и все мы желал узнать этот мир и быть понятым.  Не хочу вызвать своими словами к самому себе жалость или поучать, не дай бог,этим должен заниматься ты по отношению ко мне. Просто хочу, чтобы ты понял, что ты не один. Так что завязывай морочить мне голову про «я не смогу бросить, я сдохну, я ничтожество…», возьми себя в руки и обопрись на мои. Мы вместе сможем из этого выйти и попробовать все исправить. -Я тебя услышал.-Миша насупил брови, сжал губы с такой силой, что они побелели. -А понял ли? -Лех, блять,я тебя услышал и понял! Че ты еще от меня хочешь?! -Я хочу, чтобы ты перестал себя гробить и наконец-то правильно расставил приоритеты. Михаил снова погрузился в себя, ясно дав понять, что им больше не о чем говорить. Леша уже собрался уходить, но у двери Миша его окликнул: -Как думаешь, она простит меня? -Ты для начала попробуй искренне раскаяться и  переосмыслить свои ошибки. И перестань себя жалеть.-Леха хитро прищуривается, улыбаясь.-Жалость-удел пидорасов. *** После выписки родители забрали Мишу к себе. Какое-то время он не высовывался, никому не звонил, никуда не ходил-как в школьные годы, когда наказали и лишили всех радостей жизни, только в этот раз он сам избрал это наказание. Придя в себя, стало появляться желание хотя бы нормально есть. К нему заходили Андрей с Шурой, чуть позже и Алексей заезжал с семьей. Единственный человек, кого бы он на самом деле хотел сейчас увидеть, жил в паре шагов от него-выйти в подъезд, собраться с духом и постучать в дверь. Только откроют ли? Даже если откроют, что он скажет и будут его вообще в этот раз слушать? Он долго слонялся по двору, силясь понять что ему делать дальше со своей жизнью, которая трещала по швам, а ему только оставалось латать дыры. Он просил очень много вторых шансов и речь была не только про них с Быковой.  Как-то Балунов завел разговор про Анфису, решил поделиться как и где она. На вопрос зачем, последовал ответ-а вдруг хочешь знать, ведь не чужие были люди. Сказать по правде, он не хотел ничего знать. Звучит эгоистично, но таков уж он был. Да и рассуждая трезво, их отношения не принесли каждому из них ничего хорошего. Поломали, доломали друг друга  и разошлись, как в море корабли. Был прекрасный человек со своими мечтами, неуемной энергией, амбициями, с глубоким хрупким внутренним миром. После встречи с ним хрупкий мир раскололся, энергия иссякла, а амбиции и мечты пришлось засунуть глубоко в себя. Вот также и с Быковой. Он разбередил ей душу, вытрепал все нервы и напрямую завладел ее сердцем, управляя ритмом. Заслуживает она такой жизни? Он ее любит, не сможет без нее,но кому от этого лучше. Не опять, а снова говорил за него его же эгоизм. Телефон прервал его мысли. Звонила Муся, просила вернуться к ужину и не задерживаться, так как отец волнуется. На этот раз он не стал ерничать. Податливо угукнул и скинул.  Вспомнился раз с Алексеем про веру, надежду и высшие силы, направляющие нас на что-то светлое и доброе. А что делать, если он ни во что такое не верит? Значит некому его направлять в это светлое и доброе? Нелогично как-то получается.  -Может, есть какие-то высшие силы, помогающие держаться и не опускать руки? -Какие силы? Ты про Бога? Я больше в него не верю. -В него необязательно верить, главное он верит в тебя. Поэтому ты здесь. Нужно сохранять веру хотя бы во что-то и думать, что есть вещи гораздо сильнее тебя. -Хочешь сказать отец Есении умер, потому что Бог в него не верил?! Поэтому он не здесь? Все это полный бред! Про чье-то предназначение, его выполнение, цели…У него было предназначение-вырастить дочь! Этого для Бога не достаточно?! -Миша, прости…Я не про это -Будешь мне говорить, что все для чего-то и не просто так, я скажу тебе свалить и больше не приходить сюда. И попрошу персонал, чтоб не пускали больше -Я и не хотел говорить этого. Но верить во что-то необходимо, верить во что-то большее, чем ты сам.  -Нужно верить в поэзию, музыку и любовь. Потому что все остальное тебя подведет. Довольно рассуждать о былом. Все уже случилось, а значит в прошлом. Нужно думать о дальнейшем. Вот его еще можно исправить, вернее построить с нуля. Миша пришел к решению, которое далось ему тяжело, но оно было необходимым.  *** -Можно войти?-Есения не хотела открывать, очень не хотела. Но Алексей попросил выслушать брата, только выслушать, а дальше уже дело за ней.  -А надо ли? -Я хочу…Емое, можно мне…Твою мать, я не умею красиво говорить и извиняться нормально не умею,-Миша напряжен, едва ли не гудит от волнения.-Давай попробуем все сначала. Я мудак, я ублюдок, я все снова испортил, но… -Но что? Где гарантии, что все не будет, как было? Я не хочу жить в ожидании и страхе, причем не только за тебя. -Я понимаю ,-взъерошивает пятерней обросшую голову. -Вряд ли… -Блять,ну люблю я тебя,как же ты этого не поймёшь.-Моментально жалеет о своем внезапном порыве. Не о словах, а именно о интонации, с которой он произнес эти слова. Сеня качает головой. -Ты действуешь по принципу "Прощай и люби",но я тоже человек,-она ударяет кулаком в его грудь,так слегка,это и ударом даже не назовешь.-Хоть раз ты спросил меня чего я хочу? -И чего же ты хочешь?-Миша встает в позицию защита и одновременно нападение. -Ты серьезно? Горшенёв либо умело прикидывается, либо и вправду не догоняет. Стоит хлопает своими добрыми глазами, как такого не простить, и разводит руками. -Я…я хочу нормальных отношений,хочу свадьбу,как у людей,хочу жить вместе,а не этими разъездами-переездами,хочу перестать ругаться,словно нам по 10 лет,хочу... -Слишком много хочу,-Горшенев останавливает ее ,прекрасно понимая,что от него требуют. Как и любая женщина,она хотела постоянства и простого счастья.-Но я тебя понял. -И?-Быкова нервно поджала губы и сщурила глаза. -Все будет,дорогая,все будет. -Поживем-увидим,Горшенев,-девушка отворачивается,желая прогнать его из своей жизни и закрыть за ним дверь. Миха притягивает ее к себе,проводит рукой по густым волосам,шее. Стройное тело дрожит от желания. Бедрами прижимается сильнее к мужским. Но в моменте отдергивает себя, буквально отпрыгивает, будто от чумного, без права более к ней прикоснуться. -Есения,пожалуйста,-решается на еще одну попытку,последнюю. -Все,хватит..,-подняла ладонь в протесте. -Скажи прямо, чтобы я ушел,я уйду, - говорил на полном серьезе и так про-сто, будто речь шла о походе за пивом. -Да иди ты куда хочешь, чертов эгоист,-Быкова разозлилась, но это была злость вперемешку с бессилием, потому что надоело, потому что устала.-Захочу прийду, захочу уйду. Ты не думаешь о моих чувствах, ты не знаешь какого мне было все это  время , -Михаил все-таки прошел в квартиру, с опаской, однако девушка ему ничего не ответила, даже не посмотрела в его сторону.-Просто я тебя перестала понимать... Есения на ватных ногах присела на пуфик. Из самодельного пучка выбились короткие осветленные пряди. Под глазами залегли темные круги. Бледное лицо выдает их отчетливо. Бессилие какое-то накатило. А что делать, у кого уточнить, кто бы знал. И выгнать не может -любит, и остаться нельзя, хоть немного гордости имелось у нее или он все уже давно растоптал?  Миша присаживается перед ней на истертые колени, всматривается в знакомые черты лица. Многое изменилось: скулы острее, брови тоньше, даже волосы снова отрезала и выкрасила в блонд, за который всегда ругала Балунова. Он взял ее горячие ладони в свои. Кожа моментально покрылась мурашками. -Сеньк, пожалуйста,-сует ей в руки тоненькое серебряное кольцо с голубым камнем, которое нагрелось в его кулаке.-На этой недели я ездил подшиться. Врачи сказали, что нужно пройти какую-то терапию. Я готов пройти и быть там до самого конца,чтобы доказать тебе,что между тобой и наркотой я выбираю тебя.-Опускает глаза вниз,тяжело вздыхает,первая слеза пробегает по колючей щеке,но он ее быстро утирает ладонью.   -Ты мне не должен ничего доказывать. Впервую очередь докажи самому себе,что в этой жизни есть хоть что-то,способное тебя удержать. Есения возвращает кольцо, словно они сейчас играли в «Колечко, колечко, выйди на крылечко…» Они замолкают. Из открытого окна гудят машины,играют дети на площадке,ветер шумит в листве-жизнь кипит. Жизнь. Что это вообще такое? А как она связана со словом любовь и способно ли второе возродить первое? Михаил поднимает глаза на женщину,сидящую все также неподвижно перед ним. Она снова ушла в свои мысли,смотря в одну точку. Как же они похожи. Он проводит рукой по отросшей щетине. А не стоят ли в его глазах слезы? Есения быстро моргает, чтобы избежать своих же. Ведь если плачет он, заплачет и она, ничего не сможет с собой поделать. Печаль очень заразна.  -Ты самый ужасный человек в моей жизни, ты знаешь об этом? Миха только грустно хмыкает в ответ, шмыгая носом. Она опускается рядом с ним на колени, обнимает его. Выходит неуклюже, он сидит сгорбившись, прижав голову к груди,но результат достигнут. Миша начинает говорить вновь, прижавшись своей мокрой щекой к ее. -Прости меня…Прости вообще за всё. Много хуйни наворотил, а теперь веду себя, как баба,-усмехается.-Тогда пусть оно побудет у тебя,-намекает на кольцо.-Как напоминание того,что меня способно удержать.