Референсы

Холодные капли дождя бьют по маленьким лужам, расширяя их границы, а Феликс в очередной раз ругает себя за то, что не взял зонт. Приходится натянуть капюшон ветровки, чтобы на маленькие механизмы, вставленные в уши, не попала вода, от чего они окончательно перестали бы работать. Музыка помогает спокойнее реагировать на отвратительную погоду. Если бы не пары, парень определённо сидел бы безвылазно дома. Пусть и без отопления, зато сухо. Ли старался ступать аккуратно, обходя большие скопления мутной воды, но все равно почувствовал, что старые кеды начинают намокать. Неприятная влага коснулась кончика носка. Быстрее бы добраться до метро. Толпа людей поглощает его, стоит только пройти через стеклянные двери. И куда они все спешат в такую погоду? Ликс с радостью бы никуда не спешил, но его, в общем-то, никто не спрашивал. Он втискивается в старый вагончик, уже и не надеясь сесть, и прибавляет громкость в наушниках. Внушительных размеров папка на его плече вызывает явное недовольство окружающих, однако Феликс не обращает внимания. Пусть сами попробуют походить с такой несколько лет. Четвёртый курс высасывал последние капли крови, и парень не представлял, что от него останется к последнему году. Вероятно, этой же папкой, можно будет придавить несчастную тушку Ликса, словно надоедливого таракана. На дворе только начало ноября, а он уже мечтал о новогодних праздниках, рассматривая их как возможность выспаться. Хотя, не исключено, что даже с выходными этого не получится сделать. Наверняка нарисуется целая куча срочных дел, из-за которых каникулы пролетят, не успеешь и глазом моргнуть. Механический голос извещает о прибытии на нужную станцую, и Феликс делает пересадку на другую ветку. В новом вагоне не так много людей, даже есть свободные места, однако он остаётся стоять, облокотившись на железный столб и прикрыв глаза. Поезд трогается, кряхтя и пошатываясь. В нём Ли предстоит трястись ещё минут пятнадцать — хватит, чтобы прослушать ровно пять треков. Улица встречает его всё тем же ливнем, и парень вздыхает. Глупо было надеяться, что здесь дождя не будет. Если судить по гугл картам, Москва сейчас представляла собой одну большую грозовую тучу. Сжав сильнее ремень папки, Феликс направляется в сторону любимого университета. Он не ненавидит свою специальность, вовсе нет, просто порядком подзадолбался. Да и вообще встал не с той ноги, поспав всего пару часов. Как тут быть в хорошем расположении духа? Однако парень знал, что стоит ему только взять в руки карандаш или кисть, как все проблемы притупятся и отойдут на второй план. Будучи ребёноком, Феликс пробовал ходить в художественную школу, однако бросил это. Проблема скрывалась в коллективе. Остальные ученики в группе были на пару лет старше Ли, а когда ты ребёнок, разница в возрасте ощущается более остро. Ребята не считали, что общение с маленьким Ликсом стоит их внимания. Они вечно смотрели с высока и старательно игнорировали Феликса, болтая лишь между собой. Проучившись год, мальчик попросил маму забрать оттуда документы. Тогда она была ещё жива…Подумал парень, но быстро отправил все грустные мысли куда подальше. С тех пор Ли развивал свои навыки самостоятельно. Он боготворил Ютуб и онлайн курсы, и даже смог выработать собственный стиль. Казалось, на этом можно было остановиться, но Ликс хотел иметь высшее образование. Неизвестно, было это его желание или матери — как и идти до одиннадцатого класса — однако оно принесло свои плоды. Решение поступить в художественный вуз пришло к нему в десятом классе, когда он окончательно понял, что планирует связать с этим делом жизнь.Феликс потратил не мало нервов вкупе со временем, на подготовку портфолио, а затем и сдачу вступительных. Однако, получив результаты, он был на седьмом небе от счастья. Вот только на первом курсе Ли разбился о скалы собственных фантазий. Розовые очки слетели с глаз ещё до первой сессии. Он конечно слышал, что все не так радужно, как кажется, однако все равно оказался не готов. Учеба в художественном вузе была далеко не такой спокойной и вдохновляющей как он ожидал. Скорее наоборот, когда торчишь в стенах университета до позднего вечера, на вдохновение не остаётся ни капли жизненных сил. Поначалу парень тяжело воспринимал критику, хотя сам не ожидал, что она будет его задевать. Но, со временем, как ни крути, нервы закаляются. Несмотря на все выявившиеся минусы, у него никогда не возникало желания отчислиться. Университет отдавал сыростью. Мокрые следы грязи, с которыми ещё не успела справиться уборщица, и угрюмые студенты. Обходя и тех, и тех, Ликс направился к нужной аудитории. Стоит переступить порог, как тут же чувствуешь не выветривающийся запах масляных красок и скипидара. Кто-то уже начал готовить рабочее место, особо быстрые сидели в ожидании, перешёптываясь о чем-то с одногруппниками. Оглядев всё помещение, Феликс на пару секунд замирает в дверях. В углу, возле стола, стоит молодой человек, обсуждающий что-то с преподавателем. Брюнет, чьи волосы настолько длинные, что касаются плеч — интересно, насколько они мягкие? — одет как с иголочки. Белая рубашка без единой складки и идеально отглаженные черные, как уголь, брюки. Парень стоит в тени, что мешает Феликсу получше рассмотреть черты лица. Тут он наконец понимает, о чём шептались однокурсники. Ли вспомнил — эту же тему они обсуждали на прошлой неделе. Новый натурщик. В институте, где привыкли писать с пожилых людей, столь красивое лицо становится не просто неожиданностью, а чуть ли не самым знаменательным событием. Феликс отмирает и идёт за своим мольбертом, бросая взгляды на незнакомца. Расставляя все необходимое, Ликс думает, что наверное, он все же ошибся. Вероятно, этот парень пришел по другому вопросу и вовсе не является натурщиком. Однако все сомнения отпадают с началом пары и речи преподавателя. — Всем добрый день. Сегодня я хочу познакомить вас с нашим новым натурщиком. Хван Хёнджин, — она указывает на молодого человека рукой, — прошу любить и жаловать. Хван собирается было приветственно поклониться, но одергивает себя. Вместо этого на губах появляется лёгкая улыбка. Наконец Феликс мог рассмотреть его получше. Хван Хёнджин выглядел так, словно вышел из-под кисти лучшего художника. Аристократичными чертами лица он походил на наследного принца сказочного королевства. Азиатский разрез глаз, за который Ликса гнобили всю младшую школу, у Хёнджина выглядел изысканно. Тёмные, как и волосы, зрачки, в которых можно утонуть. Пухлые губы, которые сейчас изогнулись в улыбке. Через одежду удавалось увидеть только очертания фигуры, однако сложно было не заметить крепкое тело, спрятанное под рубашкой. Кисти рук, увешанные браслетами и кольцами, слегка сжались. Из-под белого рукава были видны выделяющиеся вены. Он никак не подходил под обстановку этого заведения со старым ремонтом и отваливающейся штукатуркой. И все же, Феликс поймал себя на том, что не может отвести от него взгляд. — Сегодня я хочу от вас три портрета в графике с разных ракурсов, — голос преподавателя заставляет вынурнуть из собственных мыслей, — надеюсь, вы не успели растерять все свои знания. В школе изобразительного искусства, при написании натюрмортов, преподаватель с умным видом несколько раз говорил Феликсу о том, что у того стакан или, к примеру, яблоко повесились. Ликс надеялся, что хотя бы люди «вешаться» не будут. Он понимал, что сегодняшнее задание лишь разогрев и впереди наверняка будет нечто большее. Вновь погрузившись в собственные мысли, парень принялся за дело. Карандаш быстро и ловко скользил по чистому листу, намечая будущий профиль. Вглядываясь в глаза Хёнджина, он заметил светлые вкрапления на радужке рядом со зрачком. Парень сидел неподвижно и казалось даже не дышал. Словно прекрасная статуя, созданная скульптором несколько веков назад, и не малые года хранившая в себе чужие тайны и истории. Краем уха Ли слышал вздохи и перешёптывания однокурсниц, которые явно были в восторге от нового натурщика. К Феликсу такого внимания никто не проявлял. Хотя оно, наверное, не удивительно. Единственным радужным в этом всем была ориентация парня, о которой он никому не говорил, но все как будто и так догадывались. Или просто привыкли держаться от него стороной. Возможно, это Ли себе сам надумал. В любом случае, обзавестись друзьями так и не получилось, по причине того, что с ним попросту никто не общался. Ну, или почти никто. — Ау, Земля вызывает Феликса, приём, — Ликс возвращается в реальность и понимает, что Мин зовёт его не впервые. Ким Сынмин учился вместе с ними со второго курса. Его родители перебрались в Москву по работе и парню пришлось сменить вуз. Как-то сложилось, что они с Феликсом решили держаться вместе. Теперь, Ли, пожалуй, мог назвать Мина своим единственным другом. — Прости, задумался, — Ликс с виноватым видном поворачивается к другу. — Ты что-то хотел? — Одолжишь клячку? Я умудрился свою забыть дома. Ли отрывает от своей клячки кусок и притягивает ему, а затем возвращается к работе. Остаток пары пролетает для него незаметно. Феликс с головой окунается в работу и весь его мир сосредотачивается в линиях на бумаге. Он не заметил, как остался один в кабинете, кажется, даже не ответил Сынмину, когда тот уходил — нужно будет потом извиниться. Однако Ликс готов поклясться, что это лучшие портреты в его жизни. Парень наносит финальные штрихи, вырисовывая детали серьги в левой мочке. Хван уже не позирует и отошёл куда-то к окну. Закончив, Феликс с довольным видом любуется работой. Он собирается показать преподавателю результат — потому что уверен, что сейчас его точно должны похвалить — однако приостанавливается, слыша слова Хёнджина. — Мышь? Серьёзно? — Хван нахмурил брови, смотря на маленькое создание. Феликс заглянул ему за плечо и тоже увидел мышку. Серенькая, с тёмным пятнышком на голове, кажется, Ликс уже видел ее раньше. Вопрос Хёнджина явно не требовал ответа, вероятно парень даже не знал, что его кто-то услышит, однако Ли ответил: — Ага, домашняя. Хван обернулся, удивившись появившемуся собеседнику. — Что? — Мышь, — Феликс указал на пол, однако животное уже успело скрыться, — домашняя. — Серьёзно? — нахмуренные брови теперь удивлённо приподнялись. Отступать было поздно, и Ликс продолжил гнуть неловкий диалог. — Конечно, редкая порода, выведена специально в стенах нашего университета, — с видом учёного проговорил парень. Секунду, Хван молчал. За это время Ли успел пожалеть о том, что вообще открыл рот, но тут брюнет рассмеялся. Мелодичный звук разнёсся по глухой аудитории, и Ликс подумал, что это самый красивый смех из всех, что ему доводилось слышать. — Прости, я сегодня немного торможу. — Ничего, бывает, — ответил Ли улыбнувшись. Теперь уже тишину нарушил голос преподавателя. — Феликс, ты кажется хотел показать мне работы? Ли ощутил укол сожеления от того, что не удалось поговорить подольше.

***

Оказавшись на улице, Феликс, не без радости, заметил, что дождь уже не идёт. От природного сюрприза сегодняшним утром остались темные окаены-лужи на дорогах. Вот только, на замену холодным каплям, пришёл не менее холодный ветер, сильный порыв которого, заставил парня содрогнуться. Не одно так другое. Подобный денёк все же могло скрасить кое-что. Конкретно — стакан горячего кофе. Идти до метро нужно было налево от университета, однако Ли без замедления свернул в другую сторону. В кофейню, находившуюся близь учебного заведения, не редко заходили как студенты, так и преподаватели. Из-за спроса, владелец завышал цены, но ты не ты когда хочешь кофе. Стоило Феликсу открыть заветную дверь, как он услышал приятный аромат, резко контрастирующий с запахом аудитории, в которой он провёл последние несколько часов. Ликс становится в очередь и достаёт телефон, чтобы, по привычке, проверить мессенджеры. Хотя знал, что никто сейчас не напишет. — Какой кофе здесь самый вкусный? — знакомый голос заставляет Ли оторвать глаза от экрана. Парень, стоящий в очереди перед ним, оборачивается, и это оказывается никто иной как Хван Хёнджин. Феликс удивляется такому совпадению, однако вспоминает что ему задали вопрос и пожимает плечами: — Я обычно беру просто капучино, но вообще здесь неплохой карамельный латте. На самом деле суть заключалась в том, что латте стоил дороже капучино, поэтому выбор Ликса зачастую падал на второе. Только Хёнджину об этом знать не стоило. Хван открыл было рот, чтобы выразить благодарность, однако очередь дошла до него. Феликс решил, что диалог вновь не клеится, поэтому достал наушники. Перед тем, как включить музыку, он услышал, как приветливая девушка бариста произнесла дежурную фразу: — Добрый день, что желаете? Хёнджин вежливо ей улыбнулся: — Два карамельных латте, пожалуйста. Феликс молчаливо кивал в такт музыке и наблюдал за движениями бариста. Куча разноцветных бутылочек с сиропами за её спиной выглядят завораживающе. Ликс готов был пойти работать бариста только ради всей этой атмосферой, хотя не исключал, что и тут видит все через призму розовых очков. Девушка завершает свою работу и вручает Хвану… сразу два стаканчика? Хёнджин благодарит её, а затем протягивает один стаканчик Феликсу: — Держи. Вот только по прежнему грохочущая музыка в наушниках не даёт Ли понять, что говорит натурщик. Он два раза касается пальцем устройства, чтобы прервать песню. — Можешь сказать ещё раз? Вместо ответа Хёнджин берёт его за руку и выводит из кофейни. Феликс успевает отметить, насколько рука парня теплая и больше его собственной. Оказавшись на улице, Хёнджин достает из подстаканника один кофе и вновь протягивает Ликсу. — Держи, — на губах вновь расцвела улыбка. — За что? — спрашивает парень, неуверенно забирая стаканчик из рук Хвана. — Я мог бы сам себе купить. Хёнджин усмехается. В следующую секунду он достает наушник Ли и наклоняется, оказавшись совсем близко. Горячий шепот раздаётся над ухом Ликса. — Считай это моим «спасибо» за рекомендацию. Ли надеялся, что покраснение щек, Хван примет за эффект от холода. Хотя на улице ещё не было таких морозов. — Спасибо, — отвечает Феликс, потому что не может не поблагодарить. В ответ Хёнджин вновь усмехается и протягивает руку. Ли забирает наушник из открытой ладони и убирает в коробочку. — Тебе на метро? — как ни в чем не бывала спрашивает Хван, делая глоток кофе. Какой догадливый. Феликс кивает в ответ, решая тоже попробовать напиток. Приятная сладость растекается теплом по всему телу. В совокупности с эффектом от шёпота Хвана, Ликсу становится жарко. — Я смотрю, ты не многословен. Тут уже Хёнджин не совсем прав. Феликс был многословным. Ещё в школьные времена, когда пытался со всеми найти общий язык. Сейчас от этого качества не удалось избавиться полностью, однако после раздражения окружающих на его общительность, он стал тише. Ликс ничего не ответил, и они продолжили молча идти в сторону метро. Ли не знал, зачем Хван его провожает, однако не решался задать этот вопрос вслух. Уже около стеклянных дверей Хёнджин остановился. — На этом нам придётся разойтись, мне в другую сторону. То есть до этого он провожал Феликса, хотя ему вообще не туда? Ли ещё больше во всем запутался. — До завтра, — произнёс Ликс, решив, что нужно хоть что-то сказать на прощание, и кивнул. Хёнджин кивнул в ответ, а уголки губ его приподнялись в лёгкой улыбке. Феликс поймал себя на том, что вновь задержал взгляд на его губах. Толкнув дверь, парень поспешил вниз по ступенькам, уводящим в подземную суету. Это определённо самая странная ситуация в его жизни.