зима.

Пальцы на руках подрагивают. Он сжимает их в безнадёжной попытке согреть. Всё его тело дрожит от пробирающегося под одежду холода, вынуждая поёжиться и переступить с ноги на ногу. Он не знает, чего ждёт. Просто оглядывается по сторонам, будто выискивая кого-то в белоснежных сугробах, от которых уже в глазах рябит. Просто стоит на морозе, иногда делая несколько неосознанных шагов то вперёд, то назад. Парень выдыхает, потирая свои плечи онемевшими ладонями; изо рта мгновенно вылетел клубок пара, который сразу устремился вверх, исчезая так же быстро, как и появился: его словно никогда и не было. Илья поднимает голову, устремляя взгляд прикрытых подрагивающими ресницами глаз прямо в серое небо. Сегодня обещали снег, что, впрочем, неудивительно. Этой ночью он валил хлопьями, да так, что на утро не пройти и не проехать! Наверное, удивляло парня только то, что тропинки в пустом парке впринципе решили почистить. Здесь вообще никого не было. Уже почти полдень, а не видно ни спешащих куда-то людей, ни стремительно проезжающих мимо машин. Ни единого звука, ни единого шороха, просто — тишина... И Нео собирается в очередной раз тяжело вздохнуть, но вздрагивает, почувствовав прикосновение к своему такому же холодному, как и руки, плечу. Все мысли уходят на второй план, а затем и вовсе исчезают, когда он слышит знакомый, такой родной голос за спиной, что с мягким беспокойством зовёт его по имени: — Илья! — он поворачивается с глупой улыбкой на лице, в то же мгновение поймав взволнованный взгляд изумрудных глаз на себе. — О, Боже... — Невер — его родной, любимый Невер — качает головой, рассматривая румяное от мороза лицо. — Илья, ну что же ты, а?.. А Илья просто тихо смеётся, пока дрожащие пальцы нетерпеливо и даже как-то неуклюже хватают любимого за тёплые, кажущиеся ему горячими, руки, сжимая их. Невер вновь охает, но на этот раз больше от неожиданности и от внезапного холода на запястьях. Парень замечает, как к волнению в глазах партнёра прибавляется ещё и капля злости. Он несдержанно хихикает, а Невер раздражённо выдыхает в ответ, качая головой, хмурясь с каждой секундой всё больше и больше. Нео, сквозь вой ветра, слышит, как расстёгивает молнию па‌рки старший. Он поднимает голову и ойкает, когда его притягивают и прижимают к себе, старательно укутывая в большую теплую куртку. Парень вжимается в Невера, улыбается и утыкается холодным носом в его тёмно-фиолетовый свитер, теперь сжимая его своими озябшими пальцами. Невер обхватывает тело парня, продолжая что-то недовольно шептать по поводу того, какой Илья дурак, что оставил шапку дома и даже не соизволил нормально одеться в такой мороз. Ответом ему служит только тихий, приглушённый смех. — У тебя уже руки синие, — говорит Невер и аккуратно берёт Илью за запястья, приподнимая и осматривая его ладони. — Ну ты посмотри только! Без перчаток, без шапки, нормально не одетый, — ну как так можно, Илья?! — его возмущению не было предела, а парень лишь скромно улыбался на всё то, что он ему говорил. Невер сжимает чужие холодные ладони своими, трёт их, дышит на них, стараясь согреть тёплым дыханием. Илья молча наблюдает за этим, и кажется, будто его щёки алеют ещё сильнее. И он смущён. Слишком смущён тем, насколько его парень — его любимый человек, его дорогой Невер — заботливый, милый и... Чертовски очаровательный. Они встречаются не так давно. Если честно, то Илья всё ещё не может привыкнуть к такому вниманию, не может привыкнуть к такому беспокойству и заботе... Но ему это определённо нравится. Ему нравится чувствовать чужую любовь, нравится ощущать себя нужным, нравится чужое тепло... Наверное, Нео никогда не чувствовал себя настолько счастливым человеком. Ему очень повезло встретить Невера... — У меня ноги замёрзли-и-и... — жалобно протягивает парень, хватаясь за плечи партнёра, когда тот наконец закончил греть его теперь тёплые руки. Невер хмыкает, задумчиво глядя на Нео, что сильнее прижимался к нему, растягивая его бедную па‌рку, стараясь и в неё укутаться посильнее. Невер вздыхает, слабо улыбается, после чего осторожно подхватывает парня на руки. А тот, казалось, даже и не удивился. Он не издал ни единого звука, лишь обвил руками чужую шею, пряча лицо в лавандовом шарфу, пахнущем... Чем-то очень знакомым, чем-то необыкновенно родным и близким... — Горе ты моё луковое, — по-доброму усмехаясь, Невер целует Илью в лоб. Тот блаженно прикрывает глаза, чуть жмурится, чувствуя, как приятно горячие губы касаются почти ледяной кожи, вызывая волну мурашек. — Пошли домой. Будем тебя отогревать... — А какао мне нальёшь? — по-детски интересуется Илья, будто желая как-то пошутить, но его мягкая, искренняя улыбка, полная глупой влюбленности, говорит об обратном. — Налью, налью, — уверяет Невер и тихо смеётся. — Обязательно... Надо же как-то согреть твою душу после такой долгой прогулки на морозе.