Не могу и не хочу

Москва, Россия, январь 2024 года Ты открыла глаза от резкого звона будильника. Противный писк не затыкался, пока ты не ударила по вещице рукой. Благоговейная тишина длилась недолго, из кухни раздался слабый вой. — Дружок, — крикнула ты. Любимый пёс заскулил и прибежал к твоей кровати, — дорогой, я сейчас быстро соберусь и мы обязательно погуляем! — вскакиваешь с кровати и бежишь в ванную. Умываешься, чистишь зубы, находишь возле шкафа чистые вещи, одеваешься. Перекусив двумя бутербродами с сыром, ты наспех натягиваешь на свитер куртку, застегиваешь молнию на джинсах, влезаешь в угги и находишь на тумбочке поводок. — Дружок, ко мне! — пёс, виляя хвостом подбегает к тебе, ты надеваешь на шею любимца поводок. — Пойдём, мой мальчик, пора гулять, — закрывая квартиру, ты спускаешься с собакой по лестнице, толкая подъездную дверь. Морозный воздух летит в лицо, сейчас семь часов утра, но через час ты уже должна была быть на работе. — Давай сейчас быстрая прогулка, а вечером долгая. Хорошо? — ласково обращаешься к Дружку. Собака высовывает язык, обнюхивая какой-то предмет. Ты вздыхаешь и моргаешь несколько раз. На улице холодновато, ты не рассчитывала, что так быстро замёрзнешь. Вдалеке раздаётся странный звук, Дружок навостряет уши и вдруг бросается вперёд. — Стой, подожди! — пытаешься удержать пса, но ваши весовые категории неравные. Бежишь с поводком за собакой, хотя это можно назвать скорее картинкой с анекдота — Дружок тащит тебя, как пакет с кормом. Ты пищишь, пытаясь затормозить. Впереди мелькает незнакомое мужское лицо. — С дороги, — вопит парень. Ты закрываешь лицо руками, врезаясь в незнакомца. Свет меркнет, ты мельком слышишь мат, странный скрежет и удивление, — как ты это сделала? Дура, очнись, ты его активировала! — шум увеличивался, ты попыталась открыть глаза, но ничего не вышло. Картинка пропала, как и звук, всё погрузилось в темноту.

***

Казань, СССР, январь 1989 года Вскрикиваешь, садясь на маленькой кровати. Глаза получается распахнуть и перед лицом мелькают цветастые обои. — Бабушка? — старушка первой приходит на ум. Пейзаж поражает: комната выглядит минималистично, старые обои, оборванные в некоторых местах, обшарпанные стулья и стол, ковёр, прибитый к стене. Холодный пол отрезвляет. Едва ты ставишь ногу на него, вся спина покрывается мурашками. — Эу, — незнакомый голос приветствует. Ты поднимаешь голову, замечая застывшего в дверях паренька. Полностью лысый, высокий, с большими ушами и карими глазами. Парень внимательно коситься на твоё тело, а потом протягивает халат, — слышь, оденься. Не май месяц, — ты подходишь к незнакомцу, забирая халат. Накидываешь его на себя, пока лысый следит за твоими действиями. — Зачем ты меня толкнул? — Чего? Тебе совсем, походу, плохо, — качает головой кареглазый. Ты обхватываешь себя руками, холод бьёт по телу, становится неприятно. — Я чай сделаю, на кухню приходи, — замечаешь, что парень картавит. Кареглазый исчезает в стенах квартиры, ты пораженно пялишься ему вслед. Кто он? Чья это квартира? Что происходит? Где Дружок? Стремясь разобраться в происходящем, ты отправляешься на кухню, которую, к счастью, быстро находишь. Кареглазый сидит на стуле, а напротив него восседает ещё один человек. Яркие зелёные глаза сталкиваются с твоими. Кудрявые тёмные волосы, чёрная рубашка, с несколькими расстегнутыми пуговицами, пара видных татуировок. — Как самочувствие, Алия? — ты переводишь взгляд на картавого. — С тобой говорю, родная, — зеленоглазый хмурится, обращаясь к тебе. — Кто? Ты о ком говоришь? — Зима, что, говоришь, с ней произошло? Головой приложилась? — ты переводишь взгляд на плиту, чайник, на холодильник. Все такое старое, будто вещам лет сорок. Странно. — Да, — отвечает кареглазый, — я её на вокзале встретил, потом мы шли домой и она поскользнулась. Весь день в больнице провели, сотрясение, — Зима коситься на тебя, делая странный жест головой. Ты следишь за его действиями. — Понятно, — вздыхает зеленоглазый, — память — важное дело, Аля. Давай тогда знакомиться, садись, — от приказного тона мужчины веет холодом. Ты решаешь послушаться и присаживается на стул, рядом с говорившим. — Кащей, старший твоего брата, — мужчина протягивает руку. Быстро жмёшь её. — А я… — слова застревают в горле. Два парня в незнакомой тебе квартире, вы непонятно где, ты без любого оружия, абсолютно беззащитная. Что следует сделать? А если они набросятся на себя?.. Решаешь начать играть по их правилам. — Алия, — «представляешься» ты, пожимая руку повторно Кащею. Мужчина одобрительно кивает, а ты чувствуешь на себе взгляд прожигающий Зимы.

***

Кащей уходит, «брат» закрывается за ним. Ты успеваешь найти на кухне небольшой ножичек и спрятать его под халат. С улыбкой смотришь на Зиму, когда он возвращается на кухню. — Кхм, слушай, — кареглазый подходит к плите, — а где он? — Где что? — притворяется дурочкой ты. — Шкаф открыт, уверен, что там нет ножа, — картавый быстро проверяет свою догадку, — верни ей, Аль. Ты одним движением достаешь нож из-под халата. — Только подойти ко мне, — шепчешь, приподнимаясь с места, — не смей меня трогать, слышишь?! Мне нужно домой! — кареглазый поднимает руки вверх, делая вид, что верит тебе. — Да, да, я тебя отпущу, просто положи нож вот сюда. Вот так, — Зима ждёт, что ты исполнишь просьбу. Но у тебя свой план. Размахнувшись, попадаешь по руке кареглазого ножом, тот матерится и кричит, ты несёшься к входной двери, открываешь её и выбегаешь в подъезд. Ступеньки кажутся бесконечными, пока ты преодолеваешь расстояние до улицы. Зимний ветер бьёт в твоё лицо, ты сразу начинаешь дрожать, ведь на тебе только один тонкий халатик, майка и шорты. Оглядываешься по сторонам и замечаешь недалеко пожилого мужчину. Подбегаешь к нему, схватив за локоть. — Помогите мне, пожалуйста! Как вызвать такси или скажите, где метро, — мужик косится на тебя, выдергивая руку. — Метро? — переспрашивает он. Ты интенсивно киваешь, оглядываясь, не бежит ли за тобой долбанутый Зима. Пока никого не видно. — Наркоманка проклятая, — заявляет незнакомец, — здесь метра твоего отродясь не было! Чай богатая, плати десять рублей за твоё такси, а к порядочным людям не приставай, — мужик отталкивает тебя, ты изумлённо смотришь на него, качая головой. — Десять рублей? Вы шутите?! — Проспись, — с недовольством в голосе продолжает мужчина, — хватит пить, молодая слишком для этого говна. В комсомол бы лучше вступила, там бы помогли, на путь верный направили, — мужик поднимает палец вверх. Следишь за его действиями, пока в голове мысли не превращаются в кашу. «Где я? Почему в этом городе нет метро? Из-за чего незнакомец приплёл комсомол?» — все вертится и вертится. Мужик хмыкает и удаляется от тебя на приличное расстояние, ты не замечаешь, как цепкие мужские руки оказываются на твоей талии, разворачивая тебя к себе. — Совсем психованная, — с чувством произносит Кащей, — выперлась в таком виде! — ты пытаешься вырваться, но зеленоглазый не ослабляет хватку. Попытка укусить мужчину за щёку проваливается, ты получаешь звонкую пощечину от зеленоглазого, которая становится отрезвляющей. Замираешь, почувствовав себя тряпичной куклой в руках у Кащея. — Я не понимаю, — мотаешь головой, а слёзы уже капают на твою грудь, стекая по подбородку, — при чём тут копейки, комсомол, почему этот Зима сестрой зовёт, — отчаянно смотришь на зеленоглазого, — что с твоим другом от меня нужно? Надругаться хотите? Кащей ослабляет хватку. В его глазах плескаться удивление. — Ты все забыла, — комментирует он, — сейчас январь, 1989 год. Мы в Казани, ты учишься в университете в Ленинграде, вроде бы. Приехала к своему младшему брату, — мужчина разъясняет тебе ситуацию, а ты, словно маленький ребёнок, тупо киваешь головой и мычишь. Нет. Этого не может быть. Просто не может! Каким образом ты, столкнувшись с хрен знает кем в Москве в 2024 году оказалась в СССР? Чем обусловлено твоё появление тут? Кащей трясёт тебя за плечи, пока ты моргаешь глазами, стремясь избавиться от пелены. — Где Зима? — вопрошает мужчина. — Как ты здесь оказалась то? — ты закусываешь губу. Если то, что говорит этот Кащей правда, ты каким-то образом перенеслась в тело его сестры или просто была очень похожа на неё. Разубедить сейчас двоих мужчин не получится, нужно действовать по ситуации. Но как объяснить то, что ты пырнула Зиму ножом? — Я… Он… — Сука! — голос картавого настигает тебя, сердце уходит в пятки. Сейчас случится что-то непоправимое.