Тихая поступь волчьих лап

Стояла безоблачная ночь. Яркая белая луна освещала поляну волчьего поселения. Помимо нее, на улочках горели факелы. Это по личной просьбе шамана. У волков хорошее ночное зрение, им не требуется лишнего света. Алтан же подобными навыками не обладал, ему требовалось освещение для работы. Алтан занял место под тотемом. Волчьих божеств Алтан не знал и не мог бы к ним обратиться, но шаманские традиции требовали проведение всех ритуалов у подножий идолов. Считалось, что так боги наверняка заметят подданных и будут благосклонны. Алтан в это не особо верил, но решил не отходить от традиций. Волчьи семьи расположились на вытоптанной земле напротив шамана. Каждого ребенка сопровождал хотя бы один родитель. На удивление, дети сидели спокойно подле родителей. Волновались? Скорее всего! Алтан тоже немного волновался, особенно волнение усиливалось при взгляде на матерей. После спасения новорожденных, большинство женщин относились к шаману с уважением, но были и те, кто смотрел хмуро. Вадим вышел вперед и встал рядом с Алтаном, показывая тем самым равенство и значимость шамана. Вожак окинул медленным взглядом состайников, оценивая, все ли пришли. Убедившись, что опоздавших нет, он начал речь: — Сегодня очень важный день для нового поколения. Сегодня, в день летнего луностояния, случится ваше первое превращение. Вы готовы, мои маленькие хищники? Дети отозвались неразборчивым хором. Они совершенно не стеснялись и не боялись отвечать. Алтан с удивлением заметил, что дети любят Вадима и доверяют ему так же, как и родителям. «Вот это воспитание!» Вадим обернулся и спросил Алтана о готовности. Тот слегка удивился, но кивнул. «Мое мнение тоже учитывается?» — Подходим по очереди, не толпимся, — весело сказал Вадим. — Кто первый? Дети не спешили подходить, волновались. Одна из матерей легонько подтолкнула своего ребенка. Мальчик встал и неуверенно подошел к Алтану. Алтан понимал, что нужно как-то поддержать ребенка. Тем более, что он вызвался первым. Первым всегда сложнее. — Не волнуйся, малыш, — мягко сказал Алтан. — Страшно только в первый раз. Я тебе помогу. Мальчик кивнул и снял с себя пончо, оставаясь обнаженным. Как и говорил Вадим, дети сами знают, что делать. Мальчик закрыл глаза, а затем его тело начало с хрустом меняться. Алтан оставался непоколебим, пока кожа лоскутами сползала с мальчика, а суставы его выворачивались. Зрелище и правда не для слабонервных. Внутри Алтана царил настоящий ужас, но он понимал, что для оборотней это нормально. Чтобы удостовериться в своих мыслях, он поднял взгляд и посмотрел на сидящих неподалеку детей. Дети выглядели спокойными, родители тоже. Мать превращающегося ребенка немного волновалась, но не более. Пара десятков секунд, и мальчик превратился в очаровательного коричневого волчонка. Волчонок удивленно таращил желтые глазки, осматриваясь по сторонам. Ушки его крутились в разные стороны. Волчье зрение, слух и нюх работали иначе, чем у людей. Для мальчика мир заиграл совсем другими красками. Изменения не испугали ребенка, наоборот, он заинтересованно смотрел по сторонам и принюхивался. «А теперь моя работа», — спохватился Алтан и протянул волчонку ладонь, которая тут же была с интересом обнюхана. — Ты молодец, ты справился. Все хорошо, — успокаивающе говорил Алтан. — Сейчас мне нужно тебя осмотреть. Не пугайся. Ладонь шамана легла на спину волчонка, тот даже не дрогнул. Убедившись, что ребенок не паникует, Алтан широкими жестами провел ладонями по пушистому тельцу, ощупывая спину и ребра, затем проверил шею, уши, лапы и хвост. «Такой пушистый! Мягонький, — с восторгом думал Алтан, проверяя правильность превращения. — Полный восторг!» Волчонок не сопротивлялся. Возможно, ему не были приятные чужие прикосновения, но он стоически терпел. Алтан мельком взглянул на мать ребенка. Та слегка улыбалась. Она тоже не возражала, и это хорошо. — Превращение прошло успешно, — погромче сказал Алтан, взял кусочек мяса, вымоченного в травах и протянул волчонку. — Оно странно пахнет, я добавил туда травки, чтобы тебе было спокойнее. Съешь, и можешь идти к маме. Волчонок понюхал кусочек мяса, и тут же схватил его зубами, едва не задев Алтана. Радостно жуя, волчонок пошел в сторону матери. Лапы его немного заплетались с непривычки, но дискомфорта он явно не испытывал. Закончив с первым волчонком, Алтан мысленно выдохнул и поднял взгляд на толпу. — Следующий? Теперь уже дети не волновались. Сами подходили, и даже иногда ругались, кто пойдет следующим. Вадим контролировал процессию, пуская детей по очереди. Те подходили, раздевались и превращались. Первые три превращения прошли успешно. Серые и коричневые волчата радостно жевали мясо, довольно облизываясь. А вот четвертый мальчик справился хуже других. Его волчья сущность оказалась слабее и не смогла завершить превращение. Алтану пришлось дать волчонку в зубы палку из специального мягкого дерева, чтобы не повредить клыки, и вправить тазобедренные суставы. Волчонок пищал, но терпел манипуляции шамана. — Умница, — мягко говорил Алтан тяжело дышащему волчонку, вынимая палку из его рта. — Теперь все хорошо, но нужно полежать, не напрягай лапы. Родители волчонка подошли сами унесли волчонка. «Выходит, иногда и правда случаются эксцессы. Не зря я тут сижу». Дело пошло быстрее. Волчата смелели. Успокаивать их приходилось все меньше, но многие дети все равно травмировались. Алтан вправлял лапки и хвостики, кормил и отпускал. Вадим записывал травмированных в список, чтобы Алтан смог их завтра проверить. Одному волчонку пришлось вправлять челюсть. «Жевать мясо ему нельзя, нужно придумать что-то другое…» — Алтан поднял голову и жестом подозвал Вадима. Тот молча подошел. Получив инструкции, Вадим ушел вместе с родителями волчонка поить того обезболивающим отваром из пипетки. Алтан проводил их взглядом. «А Вадим прав. Он был бы хорошим отцом…» — подумал Алтан и обернулся, чтобы позвать следующего. Оказывается, следующий уже подошел. Алтан едва успел заметить его, как кто-то толкнул мальчика в спину и тот, взмахнув руками, полетел вперед. Алтан успел среагировать и подхватил ребенка под руки, не давая упасть. — Эй, осторожней, — спокойно сказал Алтан. — Ты в поряд… Мальчик поднял голову. Алтан замер не договорив. Мальчик, которого он поддерживал, значительно отличался от других детей. Его кожа, волосы, брови, ресницы — все было совершенно белого цвета. Впалые щеки делали красно-голубые глаза еще больше, чем они были. Ребенок выглядел очень худым и изможденным. «Надо же! — подумал Алтан. — Оказывается, среди волков тоже бывают альбиносы? Почему я не видел его раньше?» Мальчик выпрямился, шмыгнул носом и снял одежду. Его одежда была грязной, что нормально для детей. Но выглядела заметно хуже, чем у других. Волосы рваными прядями торчали в стороны, как будто кто-то неаккуратно постриг ребенка. На худом тельце с выпирающими ребрами были заметны синяки и укусы. Подобное Алтан видел и на других детях, но этому явно доставалось больше остальных. — Не бойся, малыш, — проговорил Алтан, стараясь придать своему голосу ободряющие нотки. — Ты справишься. А если что случится, я тебе помогу. — А я не боюсь, — сказал мальчик. Голос его звучал спокойно и уверенно, совсем как у взрослого. Взгляд отличался от обычного детского взгляда. В нем не было озорства, испуга, и даже интереса. Алтан не понимал, что особенного в этих глазах, но что-то в них было. Мальчик, которому на вид не больше трех лет, выглядел спокойней, чем сам Алтан. Кажется, он принимал события, как что-то неизбежное, и потому не волновался. — Тогда чего же ты ждешь? Превращайся. Алтан мельком оглядел толпу, выискивая родителей мальчика. Но среди присутствующих не было одиноких взрослых, все были при детях. «Получается, у кого-то родились двойняшки? И один из них альбинос?» — А как? — вдруг спросил ребенок и немного виновато посмотрел на Алтана. Тот заметно растерялся. «Что значит «как»? Откуда я знаю, как это происходит?» — Тебе не рассказывали? — осторожно спросил Алтан, прощупывая почву. Мальчик отрицательно замотал головой на тонкой шее. — Нет. Рассказывают родители. «Ах, вот оно что… Сиротка, значит…» — Алтану было не по себе. Он и сам не заметил, когда успел стать таким ранимым. В их деревне тоже были сироты, но они не вызывали подобных эмоций. Может потому, что человеческие дети выглядели опрятнее, и о них явно заботились? Ситуация казалась абсурдной. Мальчик и шаман смотрели друг на друга, ожидая реакции. Алтан понимал, что одному ему не справиться, и позвал Вадима. Вадим еще не вернулся, поэтому за ним пришлось послать. Впрочем, вожак не заставил себя долго ждать, явившись по первому зову. — Да, что такое? — спросил Вадим, подходя ближе. Выглядел он немного обеспокоенным. Алтан бы точно не стал его звать без крайней необходимости. Алтан смотрел на Вадима и даже не знал, как обозначить проблему корретнее, чтобы не обидеть мальчика. В итоге он просто указал на ребенка: — Можешь объяснить, как правильно превращаться? Вадим посмотрел на мальчика с легким удивлением и почему-то спросил Алтана: — А он что, не знает? «Черт возьми, Вадим! — мысленно выругался Алтан. — Ну, раз я прошу, не знает, наверное!» Мальчик как-то заметно напрягся. Ему явно не нравилось, что взрослые говорят так, будто его здесь нет. В этот момент Алтан догадался, что именно во взгляде мальчика казалось ему странным — недоверие. Не детское волнение, а именно недоверие. Мальчик смотрел и на него, и на Вадима, как на потенциальных обидчиков. В его фиолетовых глазах не было ни капли восторга и уважения в адрес вожака. Такое среди детей оборотней Алтан видел впервые. И ему это совершенно не нравилось. Вадим быстро понял Алтана, опустился на одно колено рядом с мальчиком и внимательно посмотрел тому в глаза. — Прислушайся к себе, — начал Вадим. — Внутри тебя, где-то в области груди, есть волчья сущность. Ты можешь ощутить ее, как такое покалывание или волнение. Сначала мальчик не особо слушал, продолжая напряженно смотреть на Вадима. Но постепенно взгляд мальчика начал меняться. Он пытался найти эту самую сущность внутри себя, и, кажется, начал понимать, что беспокоило его все последние дни. — Сейчас эта сущность скованна, она не может выбраться из твоей грудной клетки, но очень хочет это сделать. Тебе нужно позволить ей выбраться. Представь, как она становится больше и разрастается на все тело. Только, — Вадим поднял палец, — не на голову. Следи, чтобы она не захватила голову. Мальчик кивнул, закрыл глаза и попытался сосредоточиться на своей сущности. Вадим и Алтан наблюдали за происходящим. Алтан смотрел особенно внимательно. — Когда сущность вырвется наружу, ты почувствуешь, что твое тело меняется, — продолжал подсказывать Вадим. — Это может быть больно, но в целом это нормально. Не нужно бояться. Боль быстро пройдет. Главное не сопротивляйся! Мальчик закричал и начал меняться. Он упал на колени, вставая на четвереньки, лицо его исказилось болью. Метамарфоза выглядела зрелищно и пугающе. Предыдущие дети не сильно менялись в размерах, а этот мальчик рос на глазах. Несколько десятков секунд, и перед ними стоял очень большой худой волчонок, если его можно было назвать таковым. В холке он достигал сантиметров пятьдесят, в то время как остальные были не больше сорока. Длинные тонкие ноги заканчивались несуразно большими лапами. Уши висели, а на морде запечатлелось крайне несчастное выражение. Белая шерсть не топорщилась, как у остальных, а висела соплями вдоль худого тела и тонкого хвоста. Розоватая кожа просвечивала через нее, особенно заметно это было на морде. Вадим и Алтан не контролировали выражения своих лиц, глядя на странного волчонка со смесью удивление, непонимания, и как будто легкого отвращения. Он напоминал скорее козленка, чем волка. Было заметно, что ребенку крайне некомфортно в новом теле, ноги его дрожали, а хвост поджался. Среди других детей послышались насмешки. Волчонок поднял взгляд на мужчин. В глазах читался немой вопрос "Все в порядке? Так и должно быть?". Первым нашелся Вадим, он похлопал в ладони и сам протянул волчонку мясо: — Молодец! Хорошо справился! Волчонок не принюхивался, а сразу схватил мясо. «Какой тощий и слабенький… — думал Вадим наблюдая, как волчонок глотает мясо, не жуя. — Похоже, обижают его. Надо отдать распоряжение, чтобы откармливали. Выглядит очень плохо…» — Да, точно, молодец! Давай посмотрим тебя, — спохватился Алтан и протянул руки. Пальцы дотронулись до мягкой, как вата, шерсти. Волчонок резко обернулся и цапнул его за руку, коротко рыкнув. Алтан отшатнулся, отдергивая руку и прижал ее к себе. Волчонок оскалился, но ту же понял, что сделал, завидев кровь. Выражение его мордочки стало еще более несчастным, а в глазах читалась глубокая вина. Уши прижались к голове, волчонок зажмурился и опустил голову, будто ожидая удара. Алтан открыл рот, собираясь извиниться и сказать что-то ободряющее, но вместо слов к горлу подступила тошнота. Глаза Алтана закатились сами собой. В ушах зазвенело, а в голове возникли образы: Большой белый волк стоит посреди пылающего леса. Зубы его оскалены, пасть в крови. А вокруг трупы, трупы, трупы… Вадим поймал за плечи пошатнувшегося шамана, чтобы тот не упал назад. Навождение прошло, Алтан поморгал, приходя в себя. Белого волка перед глазами больше не было, только испуганный белый волчонок. — Все хорошо? — тихо спросил Вадим, заглядывая в лицо Алтана. — Все нормально, — тот кивнул и добавил потише. — Кажется, у меня только что было видение…