Prince of Bones

      Наблюдать за тем, как команда пытается осуществить то, что показал Сонхва, было... занятно. Очевидно, все они недооценили истинную сложность процесса, и их попытки оказались веселее, чем ожидал Хонджун.       Сам он ещё не пробовал заставить свою тень слиться с ним, оставаясь в стороне вместе с Сонхва, чтобы проследить за остальными, и он ни разу не пожалел об этом.       С чего бы ему начать описывать полный кавардак, который царил на его корабле?       Наверное, с Минги, которого преследовал его двойник, стремившийся проникнуть в него через глубокий поцелуй.       Или с Юнхо, который катался по полу, пытаясь намертво закрыть рот, чтобы из него перестала высовываться рука, пытающаяся выбраться наружу.       А лучше с Сана, которого тень прижала к мачте. И он совсем растворился в удовольствии вместо того, чтобы осваивать новый навык.       Возможно, с тени Уёна, которая всё твердила ему, что он должен съесть её, вместо того, чтобы самой скользнуть внутрь.       Может быть, с Чонхо, который медленно ходил кругами напротив своей тени. Оба были готовы броситься в атаку.       Ну или с Ёсана, у которого получилось тихо-мирно слиться со своим двойником, но теперь он с бледным лицом сидел, прислонившись к перилам, и прижимал руки к груди.       Всё это было очень забавно, и Хонджуну на самом деле хотелось просто остаться на месте и посмеяться над ними, но самодовольный взгляд Сонхва постоянно напоминал ему, что он тоже не справится лучше своей команды. Он будто убеждал его, что в первый раз ничего толкового и у него не выйдет.       Хонджун взглянул на остальных, а затем снова на Сонхва, рядом с которым стояла его тень, выкрикивающая приказы собравшейся перед ним беспорядочной группе пиратов. Капитан до сих пор был под впечатлением от того, что Сонхва открыл и смог освоить эту особую технику. Он хотел показать Сонхва и рассказать о нём, словно о драгоценном камне, которым он так гордился, всем людям за семью морями и океанами.       — Минги, трусливый ты мелкий щенок, мать твою, просто дай ему это сделать!       Хонджун удивлялся уровню пиратского сленга, к которому тень Сонхва уже привыкла, и хотел, чтобы его собственный Сонхва перестал вести себя, как хороший мальчик. Но он бы понял, если бы тот не захотел. Ёсан, например, по-прежнему говорил только обычными словами и без акцента.       — Нет, это холодно, я не хочу!       Рыжеволосый неосторожно перепрыгнул через деревянный ящик. Ухмылка на лице его двойника тревожила даже тех, кто не участвовал в этой погоне.       Хонджун увидел, что Юнхо затих. Он тяжело дышал и лежал на полу, а вокруг него колебался чёрный туман. Хонджун подошёл ближе и опустился на колени рядом, мягко проверяя, всё ли в порядке.       — Юнхо, ты меня слышишь? С кем из вас двоих я сейчас разговариваю?       — Со мной, кэп. Но он... чёрт возьми, как же холодно... Он не сопротивляется, но слишком удобно во мне разместился, —  мужчина тяжело вздохнул, положив руки на грудь, и на его лице застыло серьёзное выражение, пока он выяснял отношения со своей умброй. С этим всё будет хорошо.       Хонджун посмотрел на Сана, который наконец-то тоже стал единым целым со своей тенью и сейчас стоял на дрожащих ногах, как новорождённый жеребёнок, и всё ещё опирался одной рукой о мачту.       — Отлично, давай теперь подойдём и поцелуем Уёна, — тихо сказал он сам себе, и его нога внезапно неуклюже шагнула вперёд. Глаза Сана расширились от ужаса, когда он понял, что потерял контроль над своим телом. Тень Сана легко им управляла и поцеловала тень Уёна, и Сан на самом деле не жаловался, но ворчал, что его обманули.       Им нужно быть осторожными.       Конечно, тени навредили бы и себе, если бы втянули их в настоящие проблемы, но пиратам нужно было удостовериться, что их двойники не станут играть над ними шутки. Очевидно, они не хотели подчиняться полностью и так просто позволять использовать свои силы.       Хонджун наблюдал, как настоящий Чонхо неожиданно вскрикнул и споткнулся о Ёсана, лежащего на полу, когда его тень сильно толкнула его назад. Ёсан, вздрогнув, вышел из транса и перевёл взгляд на их плотника, который растянулся у него на коленях, и его загорелое лицо очаровательно покраснело.       Хонджун удивлённо приподнял бровь, заметив, что Чонхо задержался в таком положении всего на секунду дольше, чем следовало бы, прежде чем попытался встать. Но у него это не получилось, потому что его тень быстро скользнула ему в горло в виде чёрной дымки. Чонхо поперхнулся и закашлялся, снова упав на Ёсана, который успокаивающе принялся поглаживать его по волосам.       Чонхо выглядел так, словно был готов умереть прямо на месте, но, к счастью, тень взяла контроль над его бедным растерянным телом.       А может, и не к счастью.       Хонджун моргнул, когда Чонхо внезапно сел и прижался губами к губам Ёсана в голодном поцелуе.       И они оба запаниковали.       Чонхо, очевидно, всё ещё не подвластны были свои же конечности, и он притянул Ёсана ближе, в то время как тот просто сидел, застыв на месте. Когда он был ошеломлён, то зачастую будто выключался, не шевелясь и ничего не говоря.       Когда Чонхо смог управлять самим собой, он немедленно отпустил штурмана, отскочил в сторону и сердито вытер губы, сквозь зубы прошипев своей тени череду длинных и отборных ругательств. Хонджун легонько похлопал Юнхо по голове, который ослабленно лежал у его ног, наблюдая за происходящим. Оба Чонхо вступили в яростную драку, обвиняюще крича друг на друга и нанося нешуточные удары.       Что он там думал о том, чего они могли бы достичь, объединившись с тенями? Напрасно думал.       Хонджун пригляделся к Ёсану, который смотрел на двоих Чонхо с отсутствующим взглядом, как будто внезапно осознал что-то, чего раньше не замечал. Хонджун многозначительно присвистнул.       Кажется, прямо на его глазах зарождалось всё больше романтических чувств среди членов команды.       Он вздрогнул, когда вдруг чья-то рука легла на его плечо, и Хонджун, невинно улыбаясь, повернулся к Сонхва.       — Я скоро сделаю это, просто сейчас нужно понаблюдать за ними, — он ткнул пальцем в Минги, которого теперь прижимала к лестнице его умбра. Всё его тело дрожало, пока он задыхался от затяжных поцелуев своего доминирующего двойника. Бедняжка потерянно хныкал, и Хонджун пожалел его, прекрасно зная, как двойник Минги любил его дразнить.       — Быстро вставай и переставай тянуть время. Вообще-то, ты должен был быть первым, как пример, — сурово проговорил Сонхва, и Хонджун со вздохом подчинился.       Чёрт бы побрал Сонхва и его симпатичное личико. Никто не мог ему ни в чем отказать, особенно Хонджун.       Он поднялся на ноги, безмолвным жестом приказав своей тени приблизиться. Она ступила вперёд и превратилась в тёмный дым, который скрылся в штанине его брюк и скользнул наверх. Капитан резко зашипел, когда умбра намеренно слишком плотно сжала его чрезвычайно важные органы ниже пояса, чем заставил её двигаться быстрее. Он не мешал происходящему, когда дымок коснулся его губ в застенчивом поцелуе, прося войти.       Господи, как дьявольски холодно это было.       Это было похоже на то, когда долго держишь рукоять меча, чтобы согреть её, но она тут же становится ледяной, если на пару секунд отпустить. Казалось, это что-то должно было быть тёплым, учитывая, что являлось его частью.       Это была та часть их самих, которую они потеряли. Тёмная магия, проклятие, которое будет с ними до последнего вздоха.       Точно так же, как Юнхо, Хонджун схватился за грудь, пытаясь избавиться от ощущения нестерпимого холода вокруг сердца, который казался таким чуждым и неестественным.       Сонхва тихо заворковал, видя, как он борется, и аккуратно подхватил его под руки, помогая удержаться на ногах и не рухнуть на пол.       Не Хонджун повернулся и сразу обнял Сонхва за плечи, прижимая их тела друг к другу. Однако именно Хонджуну захотелось шлёпнуть своего двойника по пальцам за то, что тот посмел прикоснуться к его мужчине.       Сонхва оставался спокойным и прижимал его к себе, пока Хонджун привыкал к окутавшему его слою ледяного холода, заставляющего его дрожать, но который в конечном счёте не согревался, как рукоять меча.       Это было ужасно.       Сейчас он никак не мог общаться со своей тенью, и ему пришлось довериться ей. Она понимала его намерения по тому, как он перемещался, и просто вкладывала в движения больше силы. По сути, это было то же самое, что умбры сделали с вендиго, и у Хонджуна голова шла кругом от полной абсурдности происходящего.       — Как ты себя чувствуешь, всё нормально?       Рука Сонхва нежно поглаживала спину Хонджуна, заставляя пирата слегка выгибаться от мягких прикосновений.       А затем он снова зашевелился, сам того не желая.       Его руки, которые уже так удобно устроились и играли с короткими волосами Сонхва на затылке, притянули мужчину ближе, и их губы плавно встретились.       Сначала всё было хорошо, Сонхва отдался поцелую, не волнуясь о последствиях. Он никогда больше не переживал с тех пор, как начал доверять Хонджуну. Но только пока этот маленький наглец внутри Хонджуна не решил снова злоупотребить своей властью.       Хонджун каким-то образом почувствовал это, ощутил, как тень обвилась вокруг его языка. Это было в точности то же самое, как когда они создали тот нелепый половой орган вендиго. Он был по-своему осязаемым и твёрдым, но всё же не из плоти и крови.       И двойник Хонджуна воспользовался этой техникой, чтобы удлинить его язык на добрых несколько сантиметров и просунуть его в горло Сонхва.       Хонджун почувствовал тёплое горло Сонхва вокруг себя, и хотя это казалось совершенно ненормальным, его внутренности возбуждённо сжались, когда чёрный кончик языка раздвоился, напоминая змеиный, и начал медленно массировать горло Сонхва.       Звук, который он издал, был больше похож на довольный стон, чем на крик ужаса. Его колени подогнулись, когда двойник капитана пользовался его ртом, пока внезапный натиск необычных ощущений не заставил Хонджуна отшатнуться.       Хонджун застыл на месте, ощущая, как тьма, окутывающая язык, исчезает и растворяется в его теле, как будто её никогда и не было.       Когда он наконец пришёл в себя, он сразу приказал своей тени выйти из него, и приблизился к Сонхва, который сидел на корточках с остекленевшими глазами. Хонджун осторожно поднял его на ноги, проверяя, нет ли каких-либо травм у него во рту, и, к счастью, ничего не обнаружил. Лишь широко раскрытые глаза и припухшие губы, которые Сонхва нервно прикусил, выдавали произошедшее.       — Я знаю, о чём ты думаешь, но давай не будем впутывать этих мерзавцев в нашу сексуальную жизнь. Я сыт ими по горло.       Позади них послышалось тихое хихиканье, и Хонджун даже не стал поворачиваться к Сану и Уёну, ему совсем не хотелось знать, чем они там занимались.       Эти двое наверняка вовлекут двойников в свои грязные делишки, но кто бы сомневался.       — Да ладно, кэп, последний раз был не такой уж и плохой. Вам было весело, разве нет? Мы можем составить с тобой пару и заставить Сонхва почувствовать себя так же хорошо, понимаешь? — умбра Хонджуна дразняще обняла его за талию, осмелев настолько, что уместила подбородок на плечо пирата.       Хонджун тут же дёрнул плечом.       — Ни за что. Ты будешь держаться от него подальше. Ты и твоя грёбаная команда и так достаточно насолили моим товарищам.              — Однако, мы – тоже ты и твоя команда, смекаешь?       Хонджун ничего не ответил и отвернулся, чтобы помочь Сонхва стоять более твёрдо, и отвлекал его пустыми вопросами о том, что делали остальные. К этому времени все уже достаточно привыкли к слиянию, двигались самостоятельно и обсуждали друг с другом стратегии ведения боя.       Даже те, кто ссорился, уже сумели успокоиться. И было видно, что Чонхо упорно избегает взглядов Ёсана и разговоров с ним.       Хонджун должен был услышать все сплетни об этом. Казалось, что этот поцелуй был не только в интересах умбры Чонхо, и у капитана росло подозрение, что тень пыталась помочь ему добиться какого-то продвижения в отношениях с Ёсаном.       И это было чертовски потрясающе.