Мия: Отомэ в Наруто

После этого «объявления» родители поболтали еще немного и удалились в спальню, оставив меня наедине с мыслями. «Нужно срочно придумать план». Я мысленно открыла список целей и начала перебирать в памяти сюжет аниме. Мне требовалось точно определить текущий временной период, возраст ключевых персонажей и понять, до кого из них я вообще могу дотянуться своими короткими ручонками. Если мне не изменяет память, Четвертый Хокаге правил около года и погиб в день рождения Наруто. Мне сейчас ровно год. Значит, до инаугурации Минато еще три года. А до нападения Кьюби и рождения главного героя — четыре. Выходит, сейчас эпоха первого правления Третьего. Все мои ровесники из канона — включая будущих одноклассников Наруто, Гаару и Неджи — еще даже не в планах у своих родителей. Хаку с Кимимаро носит где-то по свету, мне их не сыскать. Та же история с Нагато, Дейдарой, Хиданом, Сасори, Суйгецу и Кабуто. Искать их сейчас — искать иголку в стоге сена. Получается, в зоне доступа остаются только двое: Какаши и Итачи. Вроде бы Какаши старше Итачи лет на семь, значит, сейчас ему около девяти. Академию этот гений окончил в пять, в шесть стал чунином. Отец умер, когда ему было пять… Значит, Белый Клык уже мертв, а Какаши выполняет миссии ранга чунина, но в АНБУ еще не попал. Это случится лет через пять. Взвесив всё, я пришла к выводу: следующие четыре года я посвящу «охоте» на Какаши и Итачи. Других вариантов у меня пока просто нет. Но кроме «завоевания» целей, нужно решить, куда расти самой. С моей-то удачей лезть в лобовую атаку — самоубийство. Значит, мой путь — поддержка. А учитывая мою главную миссию — спасти как можно больше людей в грядущей Четвертой Мировой Войне Шиноби, — стезю ирьёнина сам Бог велел выбрать. Кроме медицины, мне жизненно необходимы техники шпионажа и сбора информации. Данных о других целях у меня — кот наплакал. И, конечно, нужно прокачивать эмпатию, контроль эмоций и, разумеется, внешность. Без этого в искусстве обольщения делать нечего. От обилия планов голова пошла кругом. Чувствуя, как мозг начинает закипать, я благоразумно провалилась в царство Морфея.

***

Следующий день начался вполне обыденно. Мы проснулись, позавтракали всей семьёй. В процессе я разбила пару тарелок, порвала пижаму, упала два раза и приговорила к смерти одну вазу. В общем, ничего нового, стабильность — признак мастерства. После завтрака началась суматоха сборов в гости. Меня облачили в голубое платьице, а на голову прицепили бант в тон. Я любовалась своим отражением минут пятнадцать. Всё-таки, какая же я милашка! Глаза голубые, как океан, щёчки розовые, как персики. Просто прелесть. Как вообще можно улучшить такой шедевр природы? Мой сеанс самолюбования бесцеремонно прервала мама, крикнув, что пора выходить. «Ну как Итачи сможет устоять перед такой милотой?» — эта мысль грела мне душу вплоть до ворот кланового квартала. Это был мой первый выход в «большой мир». На улице царило такое оживление, что яблоку негде было упасть. Но, к моему удивлению, толпа не раздражала. В двадцать первом веке суета давила, а здесь она ощущалась иначе. Как-то… уютнее, что ли? Воздух был чистым и свежим — не зря деревню назвали Скрытой в Листве. Раскрыв рот, я вертела головой по сторонам, а когда вдали показалась знаменитая гора с ликами Хокаге, не удержалась от восхищенного вздоха. Родители, глядя на мою реакцию, сияли, демонстрируя все тридцать два зуба. Вскоре показались ворота квартала Учих с узнаваемым веером на гербе. Я заметила, как лица родителей вдруг закаменели. «Волнуются, потому что это территория Учих? С отцом понятно, он чужак, но мама-то своя…» Интуиция кольнула недобрым предчувствием, но я отмахнулась. За воротами пейзаж не изменился: та же улица, те же бегающие дети и окрики взрослых. Но атмосфера стала другой. Я поймала на себе взгляд какой-то старушки и приветливо улыбнулась. Она улыбнулась в ответ, но стоило её глазам скользнуть на маму, как лицо бабули перекосило. Честно говоря, ТАКОЕ презрение я видела только у одного существа в своей прошлой жизни. У моего бывшего начальника, того еще дьявола. «Да что происходит?» Подумать об этом я не успела — мы остановились перед внушительным особняком. «Видимо, дом главы клана. Огромный… Наш тоже не конура, но этот просто подавляет размерами». Навстречу нам вышла прекрасная брюнетка и её суровый супруг. Микото и Фугаку, собственной персоной. «Что ни говори, а пара они красивая». — Приветствую вас. Чувствуйте себя как дома, — произнесла Микото. «Эта женщина мне уже нравится. Голос мягкий, обволакивающий». — Ну что ты, Микото, к чему такая официальность? Мы же семья, — улыбнулась мама. — Не стойте на пороге, проходите, — кивнул Фугаку. «Холоден, как айсберг, но враждебности вроде нет». — С радостью воспользуюсь предложением, — отец, как всегда, не стал церемониться. Мы прошли в гостиную. Я тут же начала сканировать пространство. «Ну и где же Итачи?» Терпение лопалось. Я крутила головой, но маленького гения нигде не было видно. Взрослые уселись за стол. Микото ушла за чаем, а мужчины принялись обсуждать политическую обстановку. Ску-у-учно. Где Итачи? Явись же, мой принц с шаринганом! Мои мольбы остались без ответа. Вернулась Микото, и женщины погрузились в болтовню, плавно перетекающую в сплетни. Видимо, неважно, какой это мир — женские разговоры везде одинаковы. Внезапно в потоке слов я выловила кое-что интересное. — Итачи уже начал тренировки по тайдзюцу. — Уже? Ему же еще и двух нет! — Думаю, у нас растет неслыханный гений. Ага, родительское хвастовство тоже величина постоянная во всех вселенных. Но главное не это — у меня появился шанс Я собрала мысли в кучу и выдавила: — И-илачи? Тьфу ты. Язык заплетается, словно чужой. Нужна практика. — Итачи? Мия, ты хочешь увидеть кузена? Да-да-да! Они меня поняли! Я медленно кивнула, стараясь не выдать слишком уж взрослого осмысления. — Хорошо, хорошо. Я и забыла, что в окружении взрослых детям скучно. Итачи играет у себя, давай я тебя провожу. Микото-сама, вы нравитесь мне всё больше! Меня подхватили на руки. От волнения хотелось пуститься в пляс. Мы поднялись на второй этаж, прошли по коридору, и хозяйка дома остановилась у самой дальней двери. Сейчас. Я. Его. Увижу. Дверь отворилась. Микото-сан поставила меня на пол и позвала сына. Маленькое чудо подбежало к матери и замерло. — Итачи, познакомься, это твоя кузина Мия. Будущий гений с любопытством уставился на меня. Ну привет, самый заботливый брат на свете. — Пливеть. Опять этот предательский язык! — Привет. Я Итачи, — тихо ответил он. Какой милый! Я сейчас умру от передозировки кавайности. От нетерпения я шагнула ему навстречу, совершенно позабыв о своей минусовой удаче. Зацепившись ногой за воздух, я с громким боевым кличем рухнула прямо на это чудо. «Мы с тобой ещё долго будем вместе, так что привыкай мой принц» На крик прибежали Фугаку, отец и мама. И застали живописную картину: одна годовалая девочка распласталась на таком же годовалом мальчике. Уши у Итачи полыхнули алым. «Прости-и-и! Надеюсь, ты сотрешь это воспоминание своим шаринганом в будущем!» Внезапно повисшую тишину разорвал дружный хохот. Смеялись все: мама, отец, Микото. Даже уголки губ Фугаку дрогнули в намёке на улыбку. — Ну, раз контакт налажен, пойдёмте, пусть дети играют, — предложил отец. Спорить никто не стал, и взрослые покинули комнату. Мы остались одни. «Ну, раз уж мы в таком… тесном положении, стоит воспользоваться моментом». Я не спешила вставать, нагло разглядывая его лицо вблизи. М-да, с самооценкой я явно поторопилась. Моя внешность по сравнению с ним — просто фоновый рисунок. Как ребёнок может быть настолько красивым? Это вообще законно? Под моим пристальным взглядом Итачи краснел всё гуще. — И-извини… не могла бы ты встать? Ого, какая чёткая речь! А я тут «пливеть» выдавливаю. В прошлой жизни я в его возрасте, наверное, только пузыри пускать умела. — Плости. Извиниться всё-таки стоило. Я скатилась с бедного Итачи, и мы поднялись на ноги. — Я Мия. Вроде вышло чётко. Язык начал привыкать к артикуляции. — Знаю, мама сказала. А я Итачи. — Тогда я тоже знаю, ты уже пледставился. Парень явно не ожидал такой логической атаки. Обожаю побеждать в спорах. Впрочем, он, кажется, тоже не лыком шит. — А я знаю, что ты знаешь. — А я знаю, что ты знаешь, что я знаю. — А я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь! — А я… — Ладно, хватит! — выдохнули мы почти синхронно. От этого словесного пинг-понга у меня даже речь исправилась. Мы оба дышали, как после марафона, смотрели друг на друга и улыбались до ушей. Отлично. Знакомство вышло скомканным, но лёд тронулся. — Давай будем длузьями? — предложила я. — Нет. Его ответ прозвучал как гром среди ясного неба. Я опешила, но Итачи тут же продолжил с хитрым прищуром: — Мы не можем стать друзьями. Мы уже друзья. А еще мы кузены. Уф, ну и шуточки у гениев. Я облегченно выдохнула и согласилась поиграть. Вот только игры у вундеркиндов оказались специфическими. Не кубики и не прятки. Он предложил поиграть в шиноби. И эта «игра» выматывала похлеще реальной тренировки. «Умоляю, давай лучше в дочки-матери!» — вопил мой внутренний голос, но остался неуслышанным. Мы заигрались так, что потеряли счет времени. Когда родители пришли нас забирать, расставаться не хотелось категорически. Ему — потому что он нашел нового друга, а мне — потому что неизвестно, когда я снова смогу подобраться к цели. Так что мы устроили совместную акцию протеста, слезно умоляя не разлучать нас. — Да вы же не навсегда прощаетесь! Сможете видеться, когда захотите, — рассмеялась мама. — П-плавда? — я сделала максимально жалобные глаза. Миссия выполнена. Разрешение получено. — Правда, правда. — Ну тогда… пока-пока, Итачи. Я забралась к маме на ручки и помахала своему новому другу. — Пока, Мия. Мы поблагодарили хозяев за гостеприимство и вышли на улицу. Всю дорогу до дома спину мне сверлили те же недобрые, липкие взгляды прохожих Учих. Вопрос оставался открытым: «Что, чёрт возьми, происходит?»

***

Дома, после водных процедур, меня сразу отправили в кровать. Я пожелала родителям спокойной ночи и укуталась в одеяло. Самое время разобраться. «Акира, ты знаешь, почему маму так холодно приняли в клане?» Я спросила скорее риторически, не особо надеясь на ответ Системы. Знаю Я аж подскочила на кровати. «Ну так не томи, рассказывай!» Мия, начнём с того, что это… твоя вина «Моя?! Я-то тут при чём?» Это связано с твоей предысторией. Помнишь создание персонажа... И тут Акира вывалил на меня правду. Оказывается, всё дело в моей дурацкой спешке. Когда я прописывала себе биографию, мне хотелось быть поближе к Итачи и Саске, и я, недолго думая, сделала наших матерей сестрами. И совершенно забыла, что в таком случае мои отношения с Итачи станут инцестом. В этом мире инцест — табу, наложенное самой вселенной. Мир просто не пропустил бы такой сценарий. Акира перехватил мою кривую «анкету» и внес правки, чтобы реальность не схлопнулась. Условие было таким: моя мама, Миюки, не кровная сестра Микото. Родители Микото удочерили её, когда той было пять лет. Но настоящий сюрприз крылся глубже. На самом деле Миюки — из клана Сенджу. Учитывая вековую вражду Учих и Сенджу, это был нонсенс. Но родители Микото, будучи старейшинами, смогли продавить это решение вопреки всему. Чтобы защитить приемную дочь, на неё надели специальное ожерелье, маскирующее чакру и делающее внешность похожей на Учих. Но те, кто знал о её происхождении — старшее поколение, — презирали её всей душой. Конечно, в истории оставались дыры: почему Сенджу отдали ребенка? Почему глава Учих позволил? Все нелогичности мир заполнил сам. Это уже свершившийся факт, и докопаться до истины невозможно Вот такая вот подстава. Более того, за вмешательство в ткань реальности Акира получил серьезный урон. «Почему ты сразу не сказал?» Тогда, в пустоте, у меня не было связи. С тобой общалась главная Система. А за то, что я переписал историю, она забрала часть моей силы… и души» Я прикусила губу, чувствуя укол совести. «Из-за моей невнимательности ты пострадал. Прости меня, Акира». Всё в порядке, Мия. Ты не знала об ограничениях «С этого момента обещай рассказывать мне обо всем, ладно? Мы же семья». Не обещаю, но… попробую «Этого достаточно». После разговора с Акирой на душе скребли кошки. Но детский организм взял своё, и усталость утянула меня в темноту сна.