Моя ёлка

В этом году снега за окном было прилично. Он лежал на крышах домов, в сугробах на обочинах дорог, на скамейках и даже на фонарях. На улице были теплые -5 градусов, которые после огромных морозов, казались новогодним чудом. По улицам уже во всю пускали фейерверки, а прохожие желали друг другу счастливого нового года. В руках у некоторых были подарки, у некоторых бутылки. У кого какие были приоритеты. И в этот морозный день, 31 декабря, два парня сидели дома, готовясь встречать новый год. На столе стояли два салата, жареное мясо в белом вине, картофельное пюре и конечно же шампанское, которое уже казалось неотъемлемой частью этого праздника. Елка была давно украшена и ждала лишь своего часа, чтобы исполнить свою роль праздничного атрибута. В комнате был выключен свет. За место него по всей комнате висели гирлянды различных цветов, что создавали в комнате ощущение бара. До нового года оставался час, а его парень всё ещё носился по кухне, прикрикивая на него. – Джонни, мать твою, иди сюда и помоги мне с канапэ! Я тут один не успею всё сделать, – он стоял около столечницы и резал сыр и ветчину. Джонни зашёл на кухню, молясь про себя, что это будет последним его вызовом сюда, коих уже было 15 или более того, он уже со счету сбился. Сев на стул, он стал собирать канапэ одну за другой, параллельно слушая то, как парень ворчит на себя за то, что просто не заказал еды, а решил готовить сам. – Ну хватит уже бурчать. Скоро демона какого-нибудь вызовешь. Вон, полчаса осталось, всё мы успеваем. Я доделал твои канапэ, – он подошёл к парню и обнял его со спины, нежно целуя в щеку.  Парень наконец успокоился, откладывая нож подальше и поворачиваясь к другому. – Ты уверен, что мы успеваем? Если так, то я пойду переодеваться. Отнеси пожалуйста всё на стол, – он быстро поцеловал его в губы и ушёл в другую комнату. Дверь он давно не закрывал, ведь смущения перед другим человеком давно уже не было. Он привык, что тот всегда так делал. – Ромочка, скажи, ну как можно не любоваться твоим телом каждую секунду? – он стоял в дверном проёме, взглядом скользя по чужому телу. Парень на эти слова слегка улыбнулся, скидывая с себя толстовку, чтобы надеть рубашку с глубоким вырезом. Она ему нравилась. Ему тоже она нравилась. – Прекращай меня взглядом пожирать, сам переодеваться не собираешься? – Джонни поматал головой, уходя в зал, словно насытившись другим с головой. Открыв бутылку шампанского, которое теперь разливалось по двум бокалам, Джонни встал из-за стола, говоря тост. – Год был тяжелым, но я рад, что за этот год наши отношения с тобой стали ещё крепче и мы смогли пройти через все трудности. Я очень люблю тебя, Ромочка, и мне очень приятно, что всю эту еду, – он обвел рукой в воздухе весь стол, – приготовил именно ты. С новым годом тебя! – в телевизоре забили куранты и Рома тоже встал из-за стола, чтобы чокнуться бокалами с парнем, после целуя того в губы, медленно и чувственно, загадывая желание в этот момент. Когда часы пробили полночь, парни выпили из своих бокалов шампанское почти залпом и принялись есть, слушая как за окном взрываются салюты, которые было прекрасно видно из окна. – У тебя просто ахуенная еда, – констатировал Джонни, уминая уже второй салат. Рома опустил голову, так как засмущался, продолжая есть канапэ, приготовленное парнем. – У тебя тоже неплохо получилось. – Да брось, я просто их собрал. Это всё твоя заслуга. – К слову, мы же забыли о подарках друг другу, – Рома быстро убежал в коридор, доставая из шкафа свой подарок. Джонни тоже сходил в спальню, беря там коробку с подарком. Оба встали друг напротив друга, отдавая в руки подарки. Первым открыл Джонни, где его ждали большие домашние штаны в клеточку красного цвета и казалось безразмерная белая футболка. А внизу лежал небольшой конвертик, открыв который Джонни прыснул со смеху. – Годовая подписка на мою жопу продлена, – казалось он сейчас сдохнет со смеху прямо в новый год. Рома тоже смеялся, довольный удавшейся шуткой. Открыв свой подарок, Рома засмеялся ещё больше. Там лежала новая игровая мышь в наполнителе из презервативов. Боже, ну что они за извращенцы. – Это ответ на мой конверт? – спросил Рома, на что Джонни ему кивнул, сам удивленный в том, что так совпало. Снова сев за стол, они выпили по второму бокалу шампанского, который теперь действовал на них сильнее. Их шутки про секс теперь как будто материализовывались. – Слушай, – начал Рома, – А вот есть же пословица – Как новый год встретишь, так его и проведешь. – Ну.. – откровенно не понимая к чему это вспомнил Рома, ответил Джонни, наливая им по третьему бокалу. – Мы ж неправильно его встречаем. Мы друг другу пожелали секса весь год, а чтобы исполнилось надо это сделать и в новый год, – последнюю фразу Рома говорил уже будучи с пустым бокалом в руках и пошлым взглядом в глазах. Алкоголь явно открывал всю его извращенную натуру. Джонни повторять дважды не надо, поднявшись из-за стола, он подошёл к Роме, ставя его бокал на стол, смотря прямо в глаза. На лице его парня играла хищная улыбка. Его парень тут же закусил губу, накрывая его губы своими, рукой сдирая с елки мишуру. Они врезались в ближайший шкаф, не отрывая своих губ друг от друга. Джонни схватил руки другого связывая их вместе над головой, после прижимая их своей рукой к шкафу. Рома тихо промычал в поцелуй, кусая губу парня, прижимаясь грудью ещё ближе к другому. Их тяжелое дыхание обжигало кожу друг друга, заставляло бежать мурашки по телу, от шеи к ногам, которые потряхивало. Джонни высунул язык, облизывая губы по кругу, после закусывая ранку, которую ему оставили. Рома опустил связанные руки ему за шею, притягивая его ещё ближе, снова целуя, уже глубже, позволяя чужому языку буквально трахать его рот, без капли стыда вылизывать его, сплетать два языка вместе, заставляя давиться своими стонами, сжимаясь внутри от наслаждения. Разорвав поцелуй, Рома сглотнул, стараясь востановить дыхание, жадно хватая воздух ртом, уже чувствуя на своей шеи горячие губы, которые впивались в его кожу. Откинув голову назад, чтобы открыть больше пространства для другого, Рома тихо простанал, чуть ли не хныча от перевозбуждения. Что с ними творит алкоголь? Или они друг с другом? Джонни тоже тяжело дышал, обжигая горячим дыханием красные следы от укусов, двигаясь всё дальше по шее, специально обводя языком кадык, после дуя на него холодным воздухом, ощущая своими руками, как тело слегка дергается. На лице появляется улыбка, и он расстегивает рубашку на пару пуговиц, ведя языком по прямой меж ребер, оставляя все новые засосы, что краснели на белоснежном теле. Ноги Ромы казались уже ватными, а перед глазами плыло из-за алкоголя. Рваное дыхание теперь больше походило на стоны, которые рвались от любого касания его парня. – Всё, больше не могу стоять.. – Джонни услышал его, обхватывая за талию, чтобы потом аккуратно положить на их мягкий ковёр. Они смотрели друг другу в глаза, ловя это невообразимое возбуждение. У обоих давно уже встал. По другому и быть не могло. Снова поцелуй, во время которого Рома опустил свои руки на пол, позволяя парню раздевать его своими дрожащими пальцами. Снимая сначала рубашку, а после и брюки, которые всё это время казались ему до ужаса узкими. Рома чувствовал кожей холод комнаты, и тепло его парня, который сидел меж его ног, скидывая с себя футболку через голову, чувствуя на себе этот пожирающий взгляд. – Хочу ещё кое-что на тебе, – прошептал Джонни, поворачиваясь к елке, чтобы сорвать с неё декоративные красные бусы. Рома помнил как долго их вещал, но теперь ему было плевать, ведь эти бусы Джонни окольцовывал вокруг его тела, касаясь своими горячими пальцами его сосков, спины которую поддерживал за талию, пока обводил вокруг и специально касался его бедер, обвивая одну из его ног, закрепляя за палец на ноге. Рома не в силах сдерживаться, лишь глухо стонал, прикрывая глаза, чувствуя как высоко ходит его грудная клетка. Боже, сейчас задохнусь. – Моя прекрасная новогодняя ёлка, – прошептал он на ухо парню, поглаживая его по щеке, параллельно обхватывая рукой его член, проводя по нему несколько раз. Парень громко простанал, прикусывая собственные губы. Его тело не слушалось и отзывалось на всё, все мысли исчезли в мгновение. – Только твоя... – он проглатил стон, стараясь не потерять рассудок от движений на его члене. От этой большой теплой ладони, которая так идеально подходила ему, двигаясь вниз вверх, а чужой язык словно издеваясь облизывал его головку, толкаясь в уретру. Бедра поджимались, хотелось что-нибудь внутри. Срочно и побольше. Какие же они блять извращенцы. Джонни обхватил своим ртом член, заглатывая его наполовину, руками обводя бедра другого, специально сжимая кожу крепче. Он втягивал свои щеки, языком обводя все венки на члене, наслаждаясь стонами другого, который давился ими, выкрикивая его имя в произвольном порядке, совершенно не понимая что твориться. Джонни ахуенно сосал. Он двигался то медленно, то резко ускорялся, заставляя парня сжимать ладони в кулаки, а пальцы на ногах поджиматься. Рома ничего уже не понимая, согнул ноги в коленях, а потом разогнул одну, его ноги двигались в совершенно непонятном ему действии, но блять, как же он кайфовал. Излившись в рот другому, он не почувствовал удовлетворения. Мало, это всего лишь минет. Хочу больше. Джонни сплюнул сперму куда-то вбок, наклоняясь к Роме, который жадно хватал вохдух. Они снова слились в поцелуи, чувствуя горечь спермы, с которой теперь смешалась их слюна. Никого это сейчас не волновало. – Трахни меня. Хочу чтобы ты заставил меня кричать ещё сильнее, чувстовать тебя в себе, слышать, как ты рычишь от того, что я сжимаю тебя в себе, – Джонни усмехнулся, явно довольный такой просьбой, поднимаясь с полу, чтобы дойти до шкафчика и взять смазку, вместе с тем из подарка достать один из множества презервативов. Подхватив парня под бедра, он перевернул его на живот, кладя под него подушку. Рома шумно выдохнул, чувствуя как трется его член о подушку. А после почувствовал горячие пальцы в холодной смазке, которые мазали вокруг ануса, издевательски слегка толкаясь в него, а после сразу выходя. Рома кусал кожу на своих руках, когда наконец в нем оказались сразу два пальца. Он бы точно прокусил кожу, если бы не желание втянуть воздух. Джонни по хозяйски двигался в нём, то раздвигая пальцы, надавливая на нежные стенки, то сгибая их, пальцами массируя простату, выбивая из Ромы душу. Он толкался в него пальцами всё дальше и дальше, поглаживая руками по ягодицам, оттягивая и сжимая их, медленно подготавливая его для третьего пальца, который Рома двже не заметил, всё также выгибаясь в спине от стимуляции простаты, громко постанывая. Джонни ухмыльнулся, продолжая расстяжку. – Давай уже.. – простонал Рома, поднимая свои бедра с подушки на дрожащих коленях. Он смотрел на парня с полу, видя как тот заводиться от одного его взгляда сильнее. Эти полукрикрытые глаза, дергающиеся ресницы и алое лицо, которое горело. Минута и Джонни скинул остатки одежды, натягивая презерватив и смазывая его смазкой. Рома уже не смотрел, пряча лицо в руках. Джонни подхватил его за живот, чтобы он не упал, начиная медленно входить в парня полностью. Рома вскрикнул от ощущения заполнотости, чувствуя как его расстягивает всего. Джонни наклонился к нему, целуя его спину и позвоночник. Позвонок за позвонком, ожидая, пока его парень привыкнет, лишь изредка двигаясь на пару сантиметров, прижимая ближе к себе худое тело. Когда же Рома адаптировался, он сам толкнулся на Джонни своими бедрами, насаживаясь на член. Парень понял намёк, хватая за бедра парня, принимаясь двигаться под гортанные стоны другого. Первые медленные толчки Джонни искал угол, под которым попадал по простате. В это время Рома сжимал пальцами свои ладони, утыкаясь ногтями в кожу, кусая свои губы уже чуть ли не до крови, чувствуя мателлический привкус. Наконец нужный угол, который выбил из Ромы душу и остатки сознания, заставляя просто громко простонать любимое имя, с каждым толчком чувствуя как ускоряется темп. И то, как различаются то череда быстрых и маленьких толчков и череда медленных, но глубоких настолько, что перед глазами уже звездочки плывут. Джонни тоже стонал в унисон с парнем, ускоряясь по просьбе другого, толкаясь глубже и задевая простату с каждым новым движением. Рома кончил во второй раз, изливаясь на подушку. Ноги тут же подкосились, не в силах его больше держать, и Джонни сильнее обхватил его тело, удерживая на месте, делая последние толчки, тоже кончая. Оба были потные, волосы липли к лицу, но теперь они валялись на ковре, не в силах и пошевелиться. Рома перевернулся на спину, поворачиваясь лицом к Джонни, который одним движением руки сорвал мишуру с его запястьев. – Мне кажется, мы идеально встретили новый год, – сказал Джонни, чувствуя как его шею обвивают чужие руки. – Лучше некуда. Люблю тебя, – Рома поцеловал его в губы, кладя голову на грудь, чувствуя как его поглаживают по волосам. – Я тоже тебя люблю, моя ёлочка.