Искажённое отражение

***

Я никогда не видел в его глазах столько безразличия, столько ненависти ко мне. Его эмоции не были заметны всем, но ведь я наблюдал только за ним в этот вечер. По моей коже пробегали мурашки каждый раз, когда я ловил его взгляд на себе, и он не был нежен. Я мысленно умолял его отвернуться или же перестать быть таким строгим ко мне, но Тэхён не слышал и не понимал меня. По ясной причине. Я стал его врагом сразу, как только зашёл в эту чёртову комнату. Моментально после того, как он услышал моё имя. Я не заслуживал быть для него ненавистным.

***

Эти монотонные гулы и голоса раздражали с каждой минутой всё больше. Эта заварушка с судом вытягивала последнее святое из Тэхёна. Он считал секунды до конца этого самого неудачного дня в его жизни. Даже не мог осознать, как попал сюда, в кабинет этого дяденьки, не знал причин. Его адвокат ничего толком и объяснить не мог, просил лишь ни с кем не говорить и ждать полноценного разговора с ним после того, как информации станет чуть больше. Киму не давали выйти даже на улицу без сопровождения, утверждая о грозящей опасности. Единственное, что было известно, так только по какой статье проходил парень: совращение несовершеннолетних. Это было для него диким открытием, ведь в его жизни не было маленьких развратников, с которыми бы была тяга нарушить пару законов. Это даже не было по его принципам. — Тэхён, — послышался твёрдый и громкий голос из-за спины, который выбил парня из своих мыслей. Ким устало повернулся к собеседнику, ожидая продолжения. Это был Пак Соджун — так называемый адвокат Тэхёна. Он был достаточно серьёзен. По его виду можно было заметить дикое изнеможение. Сам Тэхён торчал тут уже часа три, в полном одиночестве и без какой-либо информации, поэтому был не то, что бы рад присутствию мужчины, но чувство благодарности присутствовало, — будь добр, присядь. Я кое-что узнал. — Наконец-то, Вы обрадовали меня, Господин Пак. Давайте уж, выкладывайте, что Вам поведано стало. Я очень надеюсь, что это какое-то недоразумение и меня сейчас отпустят, ведь это полный абсурд, — парень легко улыбнулся, таким образом поднимая приветливый настрой, но, не заметив ответной добродушной реакции, опустил взгляд в пол, начиная осознавать происходящее уже в полной мере. Он присел на кресло с мягкой обивкой, зарылся лицом в ладони и недовольно промычал, — не говорите, что мне грозит срок за то, чего я не делал. Тэхён приподнялся, облокотившись о спинку кожаного прохладного кресла, и стал спокойно ожидать ответа от своего собеседника. — Ты прав, обрадовать мне тебя нечем, — мужчина выдохнул, проходя к своему рабочему месту, разочарование чувствовалось от него издалека. Мысли в его голове выражались одним его видом. Он даже не скрывал собственного отчаяния, как это обычно требуется делать по моральным и профессиональным правилам адвоката, — дело очень странное. Есть мальчишка, семнадцать лет ему, то есть, на два года тебя младше. Хороший, симпатичный, ничего вообще не утверждал, никому ничего не говорил и не жаловался. Иск подан кем-то из взрослых: то ли дядей, то ли отцом. Самое главное, что заявитель, похоже, является ярым гомофобом, потому и пришёл тебя за решётку засаживать. — Что, прости? Паренёк? Этого быть не может, меня не тянет на парней. Да и тем более, я помолвлен! Спросите хоть у кого, каждый в моём окружении подтвердит это. — Я понимаю, Тэхён. Но у него есть какие-то супер весомые доказательства, которые он оставляет до суда. Мне очень жаль, но до назначения заседания ничего сделать нельзя. Пока просто тщётно рыть по этой семье. — Соджун, я понял. Но с меня хватит, всё. Можно мне домой? Я тут бесполезен, а если уж мне и грозит отсидеть свою молодость в колонии, то перед этим я хочу насладиться свободой в полной мере. Я правда не знаю, что мне сделать, я чувствую, что грядёт что-то плохое, но при этом я не хочу слишком много об этом думать. Для начала я хочу выспаться. — Конечно, ты можешь идти. Я не могу тебя долго задерживать. Но задам вопрос: ты уверен, что у тебя не было ничего и ни с кем в последнее время? Новые знакомства там какие-нибудь. — Соджун, нет. Я недавно отошёл от своего знаменательного происшествия, а ты говоришь мне о потрахушках, тем более с каким-то боем. Не задавай мне больше таких вопросов, аж противно становится. — Хорошо, я услышал тебя. Пришлю информацию по поводу семейки по смс. А теперь ступай. Ким кивнул в знак прощания, встал и вышел из кабинета своего спасения. Он поймал себя на мысли, что уж сильно бесится по этой теме, когда слышит, что его подозревают в совокупности с каким-то пареньком, хотя гомофобной личностью он не является. Юноша был уж слишком толерантен, он не считал, что люди, отличающие лишь ориентацией, заслуживают унижений и выделения. Он душевно стоял за права людей, но в своем случае раздражался. Это раздражение поступало лишь от того, что какой-то левый тип подал на него в суд, утверждая, что Тэхён гей и совратил кого там, его племянника? или сына? В любом случае это не было радостной вестью. Это тот случай, когда хотелось бы закутаться в огромное одеяло и погрузиться в собственный мир, где сам парень — важная персона и его трогать было бы нельзя. Бессилие занимало всё пространство в голове. Мысли и переживания об этом заявлении давили и утяжеляли голову. Ещё и вызвали Тэхёна поздно вечером, это не учитывая, сколько он там ещё и просидел. В общем, по приезде домой Ким лишь торопливо разулся и прошёл в свою спальную комнату. Уселся на мягкую постель и стал проверять телефон на какие-нибудь новости. Сообщение было от его девушки Лии и от Соджуна. Лия лишь писала, что скучает и переживает, что, по какой-то причине, вовсе не трогает. Соджун же прислал данные о, так скажем, «потерпевшем». Были указаны лишь имя, возраст, основная инфа про место рождения и родителей. Он ничем не отличается от обычных школьников. Звали его Чон Чонгук, семнадцатилетний парнишка. Хорошо учится, ни административки, ни уголовки на него нет. Нигде ни за чем не замечен, в плохих компаниях не состоит. Ну прям паинька., а вот со старшиками трахается, оказывается. Это так называемое «досье» юноше ничего не давало и ничем не помогало, поэтому Тэ вновь вернулся к решению просто улечься спать и не тревожить себя ещё больше за этот день. Он чувствовал дикую обиду за себя. Какой-то левый чудак смеет обвинять его в каком-то лютом дерьме. Бессилие в этой ситуации давило ещё больше, ведь он ничем не мог помочь себе. Он ненавидел себя за это, а также ненавидел причину этой его проблемы. Ебучий Чон Чонгук. Тэхён не знал его, ни разу не видел, но уже чувствовал сильную неприязнь к этому парню. Обычно засыпать с таким ужасным настроем нельзя, но у него это вышло совершенно случайно. Усталость взяла верх.

***

Он проснулся среди ночи, чувствуя сильный жар и невыносимую духоту. Тэхён был абсолютно весь мокрый и раздражённый, у него безумно болела голова. Приподнявшись на кровати, он стал рыскать на прикроватной тумбе свой телефон, время было за три ночи. Уселся посреди кровати и уткнулся лицом в ладони, потирая сонные глаза и виски, чтобы утихомирить сильные головные боли. Такое явление было частым, появилось оно совершенно из неоткуда. Парень обращался к врачам, но никто не мог объяснить причину этому. Обычно в такие моменты была рядом Лия. Она подавала ему стакан воды, приносила прохладное мокрое полотенце и мягко протирала тело Тэхёна. Но сейчас её рядом не было, поэтому юноше всё пришлось сделать самостоятельно. Но как только ноги коснулись пола, парень понял, что чувствует дикую усталость и не осилит даже передвижение по квартире. Если так рассуждать, Тэхён и правда был безумно благодарен этой девушке, все эти три месяца она находилась рядом, она поддерживала его во всём. Ким смотрел на неё и правда мог подтвердить, что она являлась чудесной. Её душа была добра и приветлива, от неё будто бы веяло невинностью. Она являлась олицетворением весны, была безумна красива и умна. Тэ правда любил её, но не так как хотели бы все. Он чувствовал какой-то подвох в их отношениях, чувствовал, что что-то неправильно, будто бы так быть не должно было. Его смущало многое, а её ничего. Глаза Лии каждый раз горели при виде возлюбленного, она ощущала спокойствие рядом с ним, но в какой-то степени она была пуглива. Как будто остерегалась чего-то изо дня в день. Тэхён никогда не говорил, что любит её, а она и не просила, ей хватало лишь того, что он принадлежал ей. Что порой они просыпались в одной кровати, ели за одним столом, вместе готовили. Лия чувствовала себя счастливой девушкой и лучезарно улыбалась, заставляя улыбаться парня в ответ. Слегка повременив, Тэхён всё-таки встал с кровати и пошёл на кухню. Разум его был затуманен, он будто бы был пьян. Такое ощущение было противным, он ненавидел так просыпаться, ненавидел этот холод в доме и жар, проходящий в этот момент по его телу. Он налил себе стакан холодной воды, выпив его залпом. Осмотрел всю свою кухню, думая лишь о том, что по какой-то причине он не мог назвать эту квартиру своим домом. В этом месте царила какая-то очень странная атмосфера, как будто все краски выжали, будто бы отсюда забрали что-то важное, но сколько бы он не осматривал, не переворачивал с ног до головы все полки, все шкафы — все его вещи были на месте, всё, что ему нравилось и то, что он любил. Тэ просидел на кухне до утра, потому что его тело мучило его, не давало расслабиться, сколько бы обезболивающих он не выпил за ту ночь. Часов в десять ему поступило оповещение от его друга Хосока в смс, что тот прибудет буквально через час. Юноша написав короткое «жду», направился в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок, ведь лицо его было опухшим, а под глазами находились огромные синяки. Тэхён всматривался в собственное отражение и не понимал, что забирало из него жизнь, почему имея всё, что у него сейчас есть, он не был счастлив. Закончив со всеми ванными процедурами, он переоделся и, не придумав ничего лучше, налил себе пол стакана соджу для бодрости и стал сидеть в ожидании своего товарища. Ушло на одиночное застолье всего минут двадцать, после этого раздался громкий звонок в дверь. Тэхён сразу же встал, и даже не глядя в глазок, моментально открыл дверь пришедшему. — Ну и видок у тебя, конечно, — Хосок знал об этой проблеме Тэ со сном, но не был из тех людей, которые выражали бы сильное сожаление. Он лишь мягко улыбнулся и прошёл в квартиру друга, сразу ступая на кухню. Его не обрадовало то, что он застал там, но промолчал, посчитав, что если Тэ выпил, значит, на это есть серьёзный повод. — Хо, будь другом, завались, — Тэхён не говорил это со злобой или с каким-либо раздражением. Он легонько улыбнулся, и потрепав себя по голове, уселся за стол, где сидел до этого. — Это некультурно — затыкать меня, бездарь, — ответно улыбнувшись, подчеркнул старший. — Ну рассказывай, что с тобой стряслось, вижу же, что что-то тебя из колеи выбило. — Чон Чонгук, — коротко ответил тёмноволосый, на что Хосок моментально замолчал. По его лицу пробежал сильный испуг, но через пару секунд, оно принял недоумевающий вид, — ты знаешь его? — Нет. — Но ты удивился, когда я назвал его имя, — перебив, ответил Ким. — Значит, ты что-то знаешь. Или знаешь его самого. — Тэ, объясни мне, что произошло, а я скажу всё, что знаю. Я просто не могу понять во что ты вляпался. — Значит, всё-таки что-то знаешь. Хорошо, допустим. Меня прокатывают по статье «совращение несовершеннолетних» и угадай, кто является жертвой этого инцидента? Правильно, чувак, чьё имя я слышу впервые, кого я ни разу в жизни не видел. — Он написал на тебя заявление? — Нет, кто-то другой, то ли отец его, то ли дядя. Я хуй его знает, Хосок. У меня просто не выдерживают нервы. — Если ты с ним не знаком, то нечего бояться. — Ты, блять, издеваешься? Если бы так и было, я бы не парился по этой теме. Но у этого дядьки есть какие-то неопровержимые доказательства против меня, которые нам с моим адвокатом, конечно, не показывают. Я не напивался, никуда не ходил, я ничего не делал. А сейчас отдуваюсь просто ни за что, — Тэхён выплеснул весь этот свой монолог на одном дыхании, а после, сделав глубокий вдох, посмотрел прямо Чону в глаза, — пожалуйста, если ты что-то знаешь — расскажи. Я не хочу просидеть свои оставшиеся года за решёткой. — Ну не оставшиеся, а лет пять, как минимум. — Хосок! Ты невыносим, — на лице Кима появилась мягкая, но печальная улыбка. — У Чонгука влиятельные родители, он обычный школьник, не выделяется среди толпы, не пользуется своим положением. Он славный малый, вы учились в одной школе, но… — Но? Хосок призадумался, опустил глаза буквально на пару секунд, как будто что-то обдумывал. — Вы не общались, Тэ. Вы не знакомы. — Тогда откуда, блять, это всё? С чего вдруг он вообще узнал о моём существовании. Почему он не говорит ничего против меня и за меня. Он будто бы не участвует в этом. Что это за бред вообще. — Я не могу дать тебе ответ на это вопрос, — старший лишь качнул головой, вот тут уже не скрывая своего сожаления. Эта новость уж слишком расстроила близкого друга, он был растерян. — Я могу лишь предложить тебе пройтись и отвлечься. — Я слишком плохо спал, я никуда не пойду. — Хорошо, тогда я позвоню Лие и она… — Нет. Останься сам, но никому не звони и не зови. Я не хочу сейчас видеть лишних людей. Хорошо? — Хо лишь согласно кивнул и пробурчал что-то по типу «сладких снов». После этого Тэхён встал и направился в сторону спальной комнаты. Задёрнул все шторы, приоткрыл окно, чтобы в комнату попадал свежий воздух, и лёг на кровать, чувствуя, как его окутывает сон. Ему хватило примерно трёх минут, чтобы погрузиться в него полностью. Чон же чувствовал себя виновато, ведь он ничем не мог помочь своему близкому другу. Он не знал, как его поддержать, ведь обычные слова были ни к чему, обычные разговоры в стиле психотерапии не уберегут его от заключения. Хосок не работает копом или следователем, он всего лишь учится в университете и ни коим образом не разберется в этой теме. Он чувствовал себя погано, полным ничтожеством. Чон считал себя ужасным другом, ведь многое в этой ситуации зависело от него самого, от его слов и решений, но он твёрдо молчал.

***

На часах было около пяти, Тэхён не понимал сколько он проспал, то ли весь день, то ли одни сутки. Он не чувствовал себя бодро, наоборот — он был вымотан, обессилен, чувствовал лёгкое изнеможение. Аккуратно приподнявшись, он стал прислушиваться к звукам за пределами этой комнаты. Тэ точно помнил, что в его квартире должен быть его друг, но в данный момент было слишком тихо и никаких признаков жизни подано не было. Он взял свой телефон и увидел кучу пропущенных от его девушки, которая, похоже, узнала о той самой новости. Парень не знал, как будет ей объясняться, поверит ли она ему вообще, продолжит ли с ним говорить, но это не являлось его сильным переживанием. Он считал, что как будет, так будет. Он не будет предпринимать каких-либо действий по отношению к Лие. Одно из сообщений было послано неизвестным номером, который гласил, что заседание суда назначено ровно через две недели — вот причина, почему Тэхён поник в ту же минуту, он глубоко вздохнул и всё, о чём он сейчас думал, что этот Чонгук — ебучий мудак. Он по-любому каким-то боком замешан в этом деле, не могло же возникнуть предположение, что Ким поёбывает малолеток, просто так, из воздуха. Возможно, когда-то они поцапались с этим Чоном и тот, воспользовавшись случаем, решил угробить чужую жизнь, но что между ними могло произойти такого, чтобы речь шла о такой серьёзной статье? У юноши кипела голова. Он решил, что за две недели должен полностью доказать собственную невиновность. Тут раздался стук в дверь и из дверного проёма показался улыбающийся Хосок. — О, ты проснулся. — Который сейчас час и какой день? — Ты проспал сутки, сейчас пять утра и мне нужно уехать домой, чтобы собраться в универ. Я понимаю, что ты сильно вымотался, поэтому не стал тебя трогать. Я хотел просто проверить тебя напоследок. — А стучал тогда зачем в такую рань, если думал, что я сплю? — По привычке, и вообще, не доебывайся. Завтрак на плите, обед себе сам приготовишь или закажешь, это уже не моя проблема. Не напиваться, не раскисать. Вроде всё. — Спасибо, мамуль. — Чмоки, чмоки. Как только Тэхён услышал, что входная дверь захлопнулась, залился в улыбке. Он любил Хосока, считал его самым близким другом, доверял ему, точно знал, что это единственный человек, который никогда в жизни не предаст его. Знал, что тот будет стоять до конца на стороне Тэ, что будет желать лишь самого лучшего. От этого становилось лучше, ведь понимание, что ты не единственный против всего мира, что рядом с тобой стоит дорогой тебе человек — высшее на ступени счастья. Тэхён коротко зевнул, потёр глаза и решил окончательно встать, чтобы привести себя в порядок, выйти на пробежку, забрать уже, наконец, Ентана от родителей. Тэ чувствовал, как сильно он соскучился по своему псу, ведь без него дом был пуст. И тишина давила на голову, заставляя чувствовать тревогу, проходящую по каждому миллиметру кожи. Хотелось реветь, уткнуться в колени матери и вывалить всё, что так тревожит. Тэхён и правда был жутко подавлен, его настроение ухудшилось в разы, отбивалось желание жить дальше той красочной жизнью, которая у него была ещё неделю назад. Но собравшись с силами, парень встал с кровати и пошёл в уборную, чтобы принять освежающий душ. Тэ находился лишь в трениках уже вторые сутки, поэтому раздеться ему не составило труда. Зайдя в душевую кабину, он повернул кран в сторону холодной воды и, чутка повременив, будто бы решаясь, открыл его. По телу побежали быстрые ледяные капли, юноша громко ахнул, не ожидая, что вода будет настолько холодной. Его освежал этот порыв, за одно и притуплял гневные мысли, снижал температуру по телу. Но буквально минуты через три поток воды был приостановлен, ведь такой сильный напор мог сказаться негативно на организме Тэхёна. Заболевать в разгар судебных разбирательств по-любому было не лучшей идеей.

***

Свежий воздух и правда был необходим, особенно в такое время. Город только начинал просыпаться, люди неспеша проходили по только освещающимся солнцем улицам, но их было не так уж и много. Тэхён чувствовал какую-то лёгкую свободу, он не любил оставаться наедине с собой, но обычно у него это происходило в душной квартире, в момент, когда обстановка чувствовалась накалённой, когда всё его тело было на грани срыва. Конечно, у него из памяти выбилось то, как он справлялся с такими трудностями ранее, выбилась вообще вся его прошлая жизнь, но его так интриговала каждая секунда прошлого. Обычными ответами друзей на свои вопросы он не довольствовался. После каждого раза в нём оставалось ощущение, будто бы это не всё, что он должен знать. Его жизнь не могла быть настолько скучна, хотя по рассказам она была богата разными моментами. Пробежка отменилась, парню захотелось просто насладиться ранним утром, пропускать через себя этот лёгкий ветер и составить себе самому компанию в прогулке. Он уходил всё дальше от дома, не тревожась о чём-то серьёзном. Решил дойти до той самой его любимой спортплощадки, на которой он проводил большую часть своего времени ранее. Уже подходя к своей временной конечной точке, он заприметил человека на скамье, парня лет восемнадцати примерно. Тот явно был расслаблен, смотрел на небо, в сторону многоэтажек и рассвета, думал о чём-то своём или же просто наслаждался моментом. Тэхён, чуть подумав, аккуратно подошёл, посчитав, что обычно в такое время в таких местах можно встретить как раз таких людей, как сам Тэхён, убегающих от проблем, тех, кто морально вымотан, и ищет успокоение в каких-то обычных природных прелестях. — Привет? — слегка охрипшим от долгого молчания голосом произнёс Тэ, а после, прокашлявшись, когда незнакомец уже во всю испуганно таращился на парнишку, продолжил. — Ох, прости, я не хотел напугать тебя. Я просто проходил мимо своего любимого места, а эта спортплощадка — и есть оно, и… Я просто подумал, что могу… — Садись, — чуть успокоившись, ответил незнакомец. — Да, спасибо. После этого неуверенного благодарства повисла неловкая тишина. Тэхён был слегка смущён, что сморозил какой-то бред, а теперь сидит, не зная. как правильно вести себя. А попутчик его был слегка нервным, постукивал ногой по асфальту, постоянно облизывал губы и смотрел чётко в пол, стараясь не улавливать взгляд Тэ. Всё-таки Тэхён был из той категории людей, которые умели разбалтывать даже мёртвого, поэтому он решил обрубить эту ненужную тишину. — Тяжёлые дни? Он выдал это как-то неуверенно, речь подводила юношу и по неизвестной причине. Несколько секунд после вопроса ответа не поступало, поэтому старший решил для себя: если с ним говорить не хотят, то пускай, люди разные. — Типа того, — едва слышно ответил собеседник. — Да, у меня тоже. — И что же у тебя стряслось? — не решаясь никак посмотреть в сторону Тэхёна, отвечал себе под нос неизвестный. — Это будет звучать безумно. Ну, пару дней назад мне сообщили, что мне светит срок по достаточно серьёзной статье, но суд назначен через две недели, поэтому я пока ещё не за решёткой. — Что за статья? И Тэхён замолчал. Он не знал, как на него будут реагировать окружающие, если вдруг он хоть раз заикнется или проболтается о таком. К педофилии относятся очень критично и это ещё мягко сказано. Он не хотел, чтобы при знакомстве с людьми те его боялись или остерегались. — Я… Не могу сказать. Точнее, это не то о чём я мечтал, чтобы при первой встрече с человеком, он думал обо мне дурно только услышав о том, в чём меня обвиняют. Обвиняют, но доказательств пока должных нет. В любом случае обществу до пизды, виноват ты или нет, главное, что факт на глаза — ты подозреваешься в той или иной хуйне. — Я бы ответил тебе, но ты не поймёшь меня правильно. — Почему? — Я не могу сказать, что у тебя будет всё хорошо. Не могу не согласиться со словами, что окружающие люди особо не зацикливаются на том, какой человек, а лишь обращают внимание на то, какие слухи могут идти о нём. Люди очень часто ошибаются, иногда даже против своей воли. Иногда даже ошибаются не они, но выставляют всё на их удобный счёт… Я просто хочу сказать, что ты справишься. Ты же из тех людей, кто влезает из всякой хуйни, Тэхён. Ты всегда со всем справлялся, — как только парень закончил свой ответ, он тут же встал и направился к выходу с площадки, не оборачиваясь на Тэхёна. А тот сидел в недоумении, его схватил глубокий шок. Откуда этот неизвестный знал его имя, что он вообще только что сказал и к чему. Возможно, слухи так быстро стали разноситься, что обычные соседи знали о проблемах Кима уже всё, знали кто, что и почему. От этой мысли ему стало дурно, он хотел громить всё, что видит на своём пути. И в голове была лишь одна мысль, что виноват в этом всём ебучий Чонгук. Что если бы не он, то и не было бы ничего этого в жизни Тэ. Ненависть поглощала всего парня изнутри, и уже этот летний тёплый воздух казался обжигающим и уже люди вокруг будто бы смотрели косо на юношу. И уже он сам будто бы уничтожался внутри.