I'm coming for you

Пролог

      Щелчок закрывающейся двери был сравним с выстрелом для меня. Мое сердце бешено колотилось, хотя я понимала что я в безопасности.       Максимус никогда меня не обидит.       Он обещал. Обещал моему отцу, маме и брату. Обещал моему кузену Амо, по совместительству его лучшему другу. Обещал мне.       Я знала, что Максимус человек слова.       И все равно чувствовала себя неуютно.       -Ты же знаешь, что этот брак никогда не будет настоящим, - сказала я ему, замерев возле двери в то время как мой теперь уже муж прошел вглубь номера, развязывая на ходу галстук.       -Я знаю, Сара, - сказал он, не поворачиваясь ко мне, бросая галстук на пол.       -И я никогда не буду тебе женой, это просто договоренность, - продолжила я, ощущая что мне нужно сказать это вслух.       -С учетом того, что я ее предложил, то я хорошо помню условия, Сара, - спокойно сказал Максимус, поворачиваясь ко мне.       -И я не собираюсь исполнять супружеский долг, - сказала я тише, мой голос надломился на последних словах.       Мне противна одна лишь мысль, что мужчина может прикоснуться ко мне. Небывалым прогрессом стало для меня то что я спокойно воспринимала присутствие своих родственников мужского пола.       Никто не причинит тебе здесь вреда, Сара, напомнила я сама себе.       -И ты волен искать удовольствие у кого-то другого, - добавила я, не дожидаясь его ответа. Я не вправе ограничивать его. Так мне даже будет спокойней.       На миг Максимус потерял контроль и его холодная маска треснула, он сжал челюсти с такой силой, что заходили желваки.       -Если это то, чего ты хочешь, - сказал он ровным голосом.       -Да, - быстро заверила его я.       -Хорошо, - отрешенно сказал он, не глядя при этом мне в глаза. – В гардеробной есть пуф, на котором я буду спать. Утром я разбужу тебя прежде, чем придут женщины.       Я кивнула не зная как задать вопрос, который меня так волновал.       Ничего не сказав, Максимус скинул покрывало, усыпанное лепестками роз, обнажая белоснежную простынь.       Не так я представляла себя этот момент.       Максимус потянулся к своей кобуре, доставая нож. Проколов себе указательный палец, несколько капель упало на простынь, создавая иллюзию того, чего все ожидали.       Причина по которой мы стали мужем и женой.       Несколько секунд Максимус смотрел на кровать с непонятным для меня взглядом. Сорвав простынь, он кинул ее на пол, поворачиваясь ко мне.       -Комната в твоем распоряжении, Сара. Доброй ночи.       Максимус направился в сторону гардеробной, которая оказалась действительно огромной. Лишь когда он прикрыл дверь я сдвинулась с места, направляясь в ванную.       Включив воду, я наконец-то дала волю слезам.       Не такой я представляла себе свою брачную ночь.       С тех пор как мне исполнилось шестнадцать, я мечтала что все будет романтично с цветами и нежностями. Как меня будут обнимать крепкие родные руки, которые защитят меня от всего мира.       Теперь мне была противна сама мысль объятий.       В этом не было вины Максимуса, он такая же жертва в этом браке, хоть и сам вызвался на это. Он хотел помочь, я знала это.       Он был там.       В день, когда меня сломали без шанса на нормальную жизнь.       Мой жених, с которым я была помолвлена, бросил меня, как только меня выписали из больницы. Шепотки преследовали меня, словно пауки.       Максимус знал и все равно предложил мне выйти за него замуж. Со стороны это было выгодно для него. Сын исполнителя женился на дочке капитана.       Его все еще называли бастардом Фальконе за глаза, хотя это было абсурдом. Его мама была кузиной моего дяди, но жестоким языкам было все равно.       Дрожащими пальцами я надела атласную ночную рубашку, зная что завтра все будут оценивать мой ночной наряд. Все настаивали на традиции простыней чтобы пресечь слухи.       Скрыть правду, что они не будут запачканы моей кровью.       Трое близких к Капо девушек было похищено за последние несколько лет. Его дочь и две племянницы.       Я оказалась в самом невыгодном положении.       Изнасилованная.       Человеком, чье лицо я не могла вспомнить, потому что сильно ударилась головой во время борьбы. Это было своего рода благословением, потому что я не помнила всего что со мной произошло.       Но все равно чувствовала себя сломленной. Грязной.       Дернув плечом, я заставила себя перестать об этом думать. Тихонько приоткрыв дверь ванной я заметила что спальня была пустая. Максимус сдержал свое слово, давая мне уединение.       Укол вины пронзил мое сердце, но я снова отдернула себя. В отличии от меня, его никто не заставлял.       Я легла в кровать, но сна не было ни в одном глазу. У меня даже не было сил плакать снова.       Я уставилась на соседнюю пустую подушку, словно на немой символ моей никчемности.       Я справлюсь. Мы сможем притворяться на людях, будучи при этом просто сожителями.       Взяв вторую подушку, я на носочках подошла к двери гардеробной не зная что делать дальше. Прислушавшись я не услышала ничего. Он спал? У меня не было сил проверить свою теорию.       Максимус прокашлялся, заставляя меня вздрогнуть.       Обронив подушку, я быстро направилась в кровать, укутываясь в одеяло. Меня всю трясло.       У нас есть договоренность. Этот брак – ширма, формальность для нас обоих. И если я не хочу чтобы Максимус пересекал черту, то мне стоит и самой придерживаться условий договора.       Отвернувшись от простыни, которая валялась бесформенной кучей в углу, я закрыла глаза, заставляя себя уснуть.