Прости меня

Одинокая аллея, по которой идёт студент, с мыслями о быстром возвращении домой. Он надеялся, что брат не валяется сейчас от передоза снова, как это бывает всегда. Марат употребляет почти год, наверное, Андрей не знает точно. Адидас младший совсем забил на учёбу, а все деньги, заработанные не самым лучшим способом уходят на наркотики. Васильев правда пытался помочь брату, уговаривал на коленях бросить, но всё без толку. Так что младший в один день просто смыл всё в туалет, но лучше бы не делал этого. Старший тогда избил его, таким злым и раздражённым Андрей никогда его не видел. После этого случая Марат даже не извинился, или он просто ничего не помнит. Васильев помнит ту боль от кулаков брата, что проезжались прямо по лицу. Он помнит, как проснулся в ванной, весь в крови и слезах, с порванной футболкой. Повезло, что Суворова не было дома, поэтому светловолосый быстро привёл себя в порядок и побежал на учёбу. А вечером брат снова был под наркотой, но Андрей всё равно любил его и хотел поскорее вытащить из этого дерьма. Быстро забежав в подъезд, Пальто побежал по ступенькам на 4 этаж. Сердце быстро колотится, потому что страшно за брата и его здоровье. Уже у двери с ключами в руках, Васильев тихо приоткрывает её. В квартире ни единого звука. Бросив рюкзак на пол, светловолосый бежит в их общую комнату. Он надеется, что с старшим всё хорошо, что он не откинулся от передоза, эта тишина слишком пугала его. Тихо зайдя в комнату, младший подошёл к кровати. Марат мирно спал на подушках, укутавшись в тёплый плед. На душе становится спокойно, младший благодарит всё и всех, ведь это лучший исход событий. Он давно не видел такого брата, очень давно. Аккуратно присев на корточки, Андрей посмотрел на эти прикрытые глаза, надутые губы и аккуратный нос, медленными движениями начал поглаживать его по голове. В глазах скапливается влага, потому что рад, впервые за долгое время рад. Сегодня определённо лучший день. Через 5 минут младший попытался встать, но вдруг Суворов взял его за руку и повалил на себя. — Полежи со мной ещё немного, пожалуйста. — не открывая глаз старший наощупь нашёл Пальто и прижал его к себе так сильно и чувственно. Младший почувствовал запах сигарет и алкоголя, осознание мгновенно пришло к нему. — Марат.. Ты пил? — дрожащим голосом спросил он, но в ответ тишина. Андрей поник, ведь с самого начала он думал, что его брат трезв. Неожиданно для самого себя он заплакал, уткнувшись старшему в плечо. Его тело трясло, а руки не слушались. Он отчаянно цеплялся ими за брата, а он всё продолжал спать. Младший ненавидит его, но всё так же любит, даже больше и это страшно осознавать, ведь Марат его брат. Родной брат и это неправильно, так быть не должно. Все его терзания прервали одним действием. Старший провёл носом вдоль шеи, невесомо целуя, совсем трепетно и нежно. У Пальто кажется дыхание спёрло, весь мир остановился в этот момент, он пытался не застонать от такого старшего, осторожного и тёплого. Суворов всё так же продолжал усыпать шею блондина поцелуями, местами кусая и оставляя еле заметные отметины. С шеи он перешёл на лицо, сначала подбородок, потом щёки, лоб, нос. От этих манипуляций младший схватился за его плечи крепкой хваткой, кусая губы, чтобы хоть как-то заглушить вырывающиеся стоны. Они встретились взглядами и старший немедля прижался своими губами к чужим. Всего мгновение, но для них это как вечность. Андрей больше не мог терпеть. — Пожалуйста.. — он скулил, терзая старшего за ткань майки, которая открывала вид на острые ключицы. Васильев хочет укусить их, полизать и оставить отметины, слишком чертовски они манили. — Что? — с ухмылкой спросил Марат. Он явно издевается. А младшему и вправду невтерпёж. Он уселся на бёдра старшего, потираясь о его возбуждение. Марат тихо застонал, располагая свои руки на талии блондина. — Сука.. — старший тоже не мог больше ждать. В следующую секунду руки Суворова залезли под футболку младшего, поглаживая плоский живот, выпирающие рёбра и твёрдые соски. Пальто уже не сдерживался, он во всю стонал и продолжал прижиматься и тереться бёдрами о старшего. Хочется большего, чтобы голая кожа о кожу, до посинения и боли. Поэтому Андрей тянет руки к майке Марата, пытаясь снять её. Старший помогает ему, попутно целуя в губы, кусая их. Светловолосый стонет в поцелуй и наконец снимает эту грёбанную майку с брюнета. Его тело прекрасно, даже слишком. Невесомыми касаниями младший оглаживает его торс, любуясь. Старший ухмыляется на это действие и снова припадает к губам брата. Он целует напористо, сразу проникая языком в рот. Оглаживает ровный ряд зубов и отстраняется с причмокивающим звуком, от чего Андрей еле заметно краснеет. Марат кладёт руки на его талию и помогает двигаться. Его бёдра подрагивали, а младший всё продолжал толкаться, тихо стоная на ухо. Стоны стали громче, а толчки всё быстрее и быстрее, Васильев пытался заглушить свои стоны, кусая плечо напротив, но всё было тщетно. Его звуки очень сильно возбуждали старшего, хотелось остаться в этом мгновении навсегда. Суворов больше не мог сдерживаться, он хочет быстрее, поэтому опрокидывает младшего на подушки, фиксируя его руки за головой. Старший начал толкаться с бешеной скоростью, тяжело дыша в шею. Андрей уже не пытался хоть как-то заглушить себя и стонал под своим братом, с каждым разом задыхаясь от того, как приятно. Они опять целуются, мокро и грубо, кусая губы и зализывая ранки. Марат вдалбливает родного брата в кровать, совершая последние толчки. Блондин кончает с громким стоном, старший последовал за ним. Отходя от оргазма не менее минуты, усталые, но счастливые заваливаются спать. — Прости меня. — последнее, что прошептал Адидас младший, проваливаясь в сон.