Sweet kitten

      Приятный шлейф нежного лотоса окутывал постельное белье, где пару минут назад лежал омега, закидывая ногу на бедро Хенджина, склонив голову к его плечу, досматривая очередную драму, как было принятно в обычный пятничный вечер. Как только побежали титры, он, чмокнув выключавшего фильм альфу, ушел в ванную, пребывая там уже добрый час. Хван уже успел заждаться и хотел спросить, все ли у Енбока в порядке, когда услышал жужжание фена. Еще чуть-чуть и он обнимет его, выцеловывая каждую веснушку. Засыпать без этого просто не хотелось.       Подмечая боковым зрением появившийся в дверном проеме силуэт, Хенджин оторвался от телефона, непонимающе осматривая омегу. За полгода отношений они не заходили дальше поцелуев и невинных поглаживаний, а разговоров о переписке, вроде той, так ни разу и не было, лишь ночью, находясь в разных квартирах, парни могли обменяться интимками, помогая друг другу достигнуть пика наслаждения через экран. Но сейчас Феликс, не делавший прежде намеков на интимную близость, стоял в тех самых кошачьих ушках, белом кружевном топе и короткой юбке. Светлые волосы были наспех высушены, из-за чего имели немного растрепанный вид, но это придавало особый шарм образу. Улыбнувшись замешательству своего альфы, он двинулся в его сторону. Стоило ему перекинуть ноги в тонких чулках с ажурным кантом и оседлать крепкие бедра, широкие ладони опустились на талию, крепко сжимая.       — Что ты задумал? — Джин снизу вверх посмотрел на массирующего его плечи Ли. — М, котенок?       — Стать с тобой единым целым, — потирался пахом о твердеющий член Енбок, рассыпаясь на мельчайшие кусочки от новых ощущений, — полностью твоим, стереть оставшиеся границы между нами… Я чувствую, что ты тоже этого хочешь, Джинни, — томный шепот опалил чужие приоткрытые от желания губы.       — Не представляешь как, — плавился от уверенных действий Хенджин, все еще не до конца веря, что именно Феликс решился на подобный шаг. Он полагал, что сам станет инициатором первого секса, но похоже слишком долго тянул, боясь, что омега еще не готов, что тот сам взял все в свои руки.       Длинные пальцы неспешно оглаживали пояс юбки, отгибая его. Феликс, одной рукой оплетая крепкие плечи, запустил другую в темную шевелюру альфы, прижимаясь к его губам своими, неспешно сминая их. Ни капли пошлости. Хватка на талии усилилась, когда парень начал ерзать на Хване, пытавшемся удержать его. Прорычав, он разорвал поцелуй и, придерживая омегу, наклонился с ним вперед:       — Ты решил поиграть со мной, малыш? — глаза вызывающе сверкнули. От этого пронзительного взгляда внутри все сжалось, а между ног стало влажно. Аромат лотоса усилился. Енбок потек, сам не ожидая от себя такой бурной реакции на пробудившегося в Хенджине зверя. Пробка плохо удерживала сочащуюся смазку, выделявшуюся в таком объеме. — Не терпится насадиться на член? Не переживай, ты его обязательно получишь, — Джин вернулся в прежнее положение и стянул с себя футболку, — но чуть позже.       Тонкая лямка бра спала с плеча, когда Хван снова увлек истинного в поцелуй, такой же чувственный, но более напористый. Феликс, цепляясь за старшего, охотно отвечал на ласки, сталкиваясь с ним языками. Все еще не отпуская талию, альфа скользнул шершавой ладонью по гладкой коже спины, цепляя застежку топа. Под нервный выдох он помог высвободиться из кружева, не прекращая наслаждаться мягкими губами. Горячая кисть прижалась к лопаткам. Запас кислорода неумолимо иссякал, вынуждая отстраниться. Последний раз оттягивая алую губу, Хенджин, не переводя дыхания, принялся обсыпать поцелуями скулу, спускаясь к подбородку и ароматной шее с изящным чокером, на которой он оставил несколько ярких засосов. Запрокинувший от удовольствия голову Енбок сильнее прижал к себе альфу, когда тот укусил ключицу и хотел перейти к груди.       — Ты стесняешься меня? — дошло до Джина, и он, улыбаясь, посмотрел на потерявшего боевой настрой омегу. — Но ведь я уже все видел, Енбока. Ты такой же идеальный...       — Это другое…       — Да, ты прав, — чуть помолчав, согласился Хенджин, — но сейчас ты особенно прекрасен, потому что я могу прикоснуться к тебе, потому что это ты. Ты позволишь мне?..       Омега лишь кивнул, доверяя всего себя Хвану. Тот, смотря на Енбока, обхватил губами аккуратный сосок, играясь с вершиной кончиком языка, и спустя время примкнул к другому, обводя небольшой розовый ареол по кругу. Тонкие пальцы впутались в волосы брюнета, оттягивая их, пока он продолжал выцеловывать чувствительную грудь, которая неожиданно завибрировала, от чего Хенджин изумленно уставился на распахнувшего большие темно-янтарные глаза парня:       — Ты мурлычешь?       — Я случайно, такого раньше не было, — потупил взгляд Ли, устраивая подбородок на плече, лишь бы не чувствовать этот смущающий взгляд. — Не смотри так на меня…       — Ты действительно, оказывается, котенок, — прикусил мочку уха альфа, приподнимая юбку и располагая руки на упругих ягодицах, — крошечный, милый и ласковый, но с острыми коготками, — он сжал задницу, сдвигая ладони ближе к заветной дырочке и нащупывая длинный хвост. Ухмыльнувшись, он взялся за основание, чуть оттягивая игрушку и медленно возвращая ее на место под тихий стон, который омега заглушил, прижимаясь к шее рядом с пахучей железой. При каждом движении сфинктер приятно растягивался вокруг каплевидной пробки, которой Хенджин осторожно трахал младшего.       — Пожалуйста, Джинни, хватит… — прогнулся в спине омега, ощущая твердый стояк под собой и вновь потираясь о него, позорно прося его внутри себя. Феликс бы с удовольствием кончил, но игрушка слабо стимулировала простату, поэтому действия истинного больше походили на изощренную пытку. — Я не могу…       С громким чваком плаг покинул припухшую дырку, но на замену ему пришли узловатые пальцы, размазывающие прозрачную субстанцию по краю и на пару фаланг проскользнувшие внутрь. Узость сводила Хенджина с ума, заставляя желать поскорее заполнить Енбока, услышать молящие двигаться сильнее стоны и довести просящего малыша до пика. Горячее нутро тесно сжимало пальцы, что настойчиво стимулировали чувствительную железу и, вынудив Феликса выгнулся в пояснице от этого, покинули проход. Одним легким движением Хенджин поменялся с парнем местами, перед этим вжикнув молнией белой юбки и избавившись от нее, стягивая через голову, и, оставив быстрый поцелуй на губах, сел у его стоп.       Целуя колени, он медленно разводит длинные ноги, покрывая поцелуями внутреннюю часть аппетитных бедер. Влажное колечко мышц, в приглушенном освещении комнаты поблескивающее от достаточно выделившейся смазки с природным запахом омеги, привлекает внимание альфы. Предварительно лизнув сфинктер, он неглубоко проникает внутрь, ввинчиваясь языком в бархатные стеночки.       — Сладкий котенок, как и предполагал, — облизнулся Джин и снова жадно припал к текущей дырке, желая доставить истинному максимум удовольствия.       Губы Феликса приоткрываются в немом стоне от неизвестных, но чертовски приятных ощущений. Слушая внутренние инстинкты, он шире расставляет ноги, позволяя Хенджину расположиться ближе, по-хозяйски сжимая чужие ляжки в ладонях. С разрезающим тишину хлюпом Хван собирает выделившуюся смазку и скользит языком к мошонке, обхватывая ее пухлыми губами и поочередно втягивая яички в рот, а затем по всей длине небольшого члена, целуя аккуратную головку. Заводя ее за щеку, брюнет замечает, как Енбок блаженно прикрывает глаза и зажимает между пальцами соски. В размеренном темпе альфа с хлюпающими от скопившейся во рту слюны звуками опускается головой на плоть любимого, утыкаясь носом прямо в гладкий лобок, и одной рукой тянется к собственному ноющему от напряжения стояку, сжимая его через спортивки.       Сил тянуть не осталось. Еще раз лизнув текущий сфинктер, Хенджин слез с кровати под требующие продолжения всхлипы, снимая оставшуюся одежду, и полез в ящик прикроватной тумбочки, ища давно завалявшуюся там неначатую упаковку с презервативами. Приподнявшись на локтях, чтобы посмотреть, что делает старший, Ли залип на точеном теле альфы: Хенджину еще далеко было до перекаченных сокурсников, любивших выложить посты из качалок, его нельзя было назвать качком — тело было в меру подтянутое, с ярко выраженными дельтовидной и трехглавой мышцами плеча и торсом. Взгляд медленно спускается с чуть прорисованного пресса к большому возбужденному члену, слегка покачивающемуся из стороны в сторону из-за шевелений Хвана и кажущемуся в живую на расстоянии вытянутой руки еще больше. Это завораживало, но в то же время пугало затаившего дыхание Енбока, ведь он не принимал в себя ничего, кроме игрушки.       — Готов? Если ты передумал… — шуршал фольгированным квадратиком Джин, устраиваясь между ног в кружевных чулках.       — Не передумал. Я хочу тебя, Джинни, просто немного нервничаю, - сконфуженно и так невинно улыбнулся младший.       — Я не сделаю тебе больно, Енбоки, обещаю, — успокаивающе погладил по колену доверчиво смотревшего на него омегу. — Ты веришь мне?       — Да.       Размазав выделившийся предэякулят, Хенджин раскатывает латекс по стволу, чувствуя накрывшее его волнение. Сейчас он несет ответственность за Ликса и его состояние, как моральное, так и физическое, поэтому не имеет права на ошибку. Подставляя бордовую головку к обильно смазанной дырочке, Хенджин неспешно вводит ее, останавливаясь от жалобного мяуканья Феликса, который запаниковал из-за чрезмерного давления на стенки ануса. От этого звука внутри все переворачивается, и Хван спешит наклониться к Енбоку, чтобы утешить его и отвлечь от тягостных ощущений. Член был слишком большим для девственного лона. Чувствуя, как альфа нависает над ним, омега, не открывая глаз, интуитивно находит его губы и размещает ладони на его спине. Какое-то время выждав, Хенджин продолжает вставлять член и разрывает поцелуй лишь для того, чтобы убедиться, что его действия не причиняют дискомфорта. Феликс мило жмурится, и альфа, входя до конца, бережно целует каждую веснушку, чтобы загладить вину за не самые приятные ощущения. Внутри омеги все пульсировало, тесный проход до искр в глазах сдавливал плоть Хвана, который сдерживал себя от дикого порыва резко толкнуться, не желая доставлять боли парню под ним, что доверил ему свое тело. Мысль о том, что он у Ликса первый, теплыми потоками растекалась в груди.       «Первый и последний…»       Привыкнув к заполненности, Ли расслабляется, и альфа медленно наполовину выходит из него, чтобы сделать осторожный толчок, за ним второй, более уверенный третий, параллельно которым он продолжал следить за младшим до тех пор, пока тот не перестал хмуриться и не выпустил звонкий стон. Все еще неспеша двигаясь, Хенджин зарылся в изгиб шеи, вдыхая свежий аромат лотоса, смешавшийся с его собственным феромоном, что так правильно звучали вместе.       Крупная головка задела простату, и Ли дугой выгнулся от пронизывающего наслаждения, что пробежалось по позвоночнику, когда Хван, увеличив темп и амплитуду проникновения, закинул его ноги на свои крепкие плечи. Феликсу казалось, что, спроси у него, как его зовут, он не ответит, забываясь от рельефного широкого члена, приятно растягивающего и ритмично вколачивающегося в него по самое основание. Он закусывает губу от переполняющих его эмоций. Действительность превосходила все его ожидания, и чувства от силиконового фаллоса и рядом не стояли с теми, что он испытывал сейчас.       — Джинни! — высоко простонал Енбок, не выдержав долгой непрерывной стимуляции комочка нервов, начиная поджимать кончики пальцев ног и впиваться ногтями в напряженную взмокшую спину альфы.       — Давай, малыш, кончи для меня, — хрипло выдохнул Хван, довольно рыча от сомкнувшихся вокруг его возбуждения и без того тугих стенок, и, сделав еще несколько толчков в конвульсивно сжимавшееся нутро, кончил в презерватив. Белесая субстанция выстреливает на его живот, а омега закатывает глаза, откидываясь на подушки, теряя связь с реальностью.       Выйдя из него, Хенджин принимает сидячее положение, с трудом сохраняя равновесие, чуть ли не заваливаясь на Енбока, и стягивает использованный латекс, завязывая и откидывая на пол. Так хорошо, как сейчас, ему не было довольно давно, но он уверен, что так теперь будет всегда, пока любимый омега есть в его жизни.       Не поднимаясь с кровати, Джин кое-как дотянулся до ящика прикроватной тумбочки и, вооружившись парой салфеток, стер с себя и загнанно дышащего блондина капельки спермы, после чего на боку устроился рядом с ним, подпер одной рукой голову, а другой обнял Ли поперек равномерно вздымающегося живота.       — Нужно было давно это сделать, — обессиленно перевернулся к Хвану Енбок. — Я так люблю тебя, — он снял с себя ушки и закинул ногу на Джина, который тотчас начал поглаживать ее и в ответ сказал те же заветные три слова, а потом Феликс тихо уточнил сорванным голосом, после недолгого молчания: — У меня скоро течка, ты поможешь мне?       — Любой твой каприз, котенок, но только если ты действительно хочешь, — заправил шелковые потрепанные волосы альфа, придвигаясь ближе, чтобы трепетно поцеловать губы-бантики, что приобрели более яркий оттенок из-за того, что Енбок часто покусывал их.