In the beginning was the note//В начале была записка

Рене должна была подъехать пять минут назад. В полдень. Но пять минут — это слишком мало, чтобы обижаться. — Купишь Рене что-то вкусное? — спросила Бетси, выглядывая на крыльцо. И дополнила, когда Эндрю смерил ее вопросительным взглядом: — От меня. И если она отвезет тебя обратно, то пригласи ее на чай. Я давно с ней не общалась, — Эндрю кивнул и женщина вручила ему купюру. Ожидание долго не продлилось — уже скоро перед домом остановилась белая машина. Эндрю за пару секунд преодолел дорожку от крыльца до дороги и сел рядом с Рене, на переднее сиденье. Подруга улыбнулась. — Привет, Эндрю, — поздоровалась Рене. — Как дела? — Хорошо. У тебя? — Тоже. Ну что, едем в парк? — Эндрю кивнул и машина тронулась с места. — Как ты провел этот год? У меня ничего особенно интересного не произошло, кроме того, что я занималась экси. Сейчас не занимаюсь. Вернулась в библиотеку, — начала девушка. — Ага, — коротко ответил парень. — А у тебя? Что-то интересное произошло? Как дела с Аароном? — Нормально, — сказал Эндрю. — Ничего нового. — Все так же терпеть не можешь свой профиль? Зачем ты вообще туда пошел? — вздохнула Рене. — Сходи на профориентацию, определись с направлением и переводись в другой класс. Естественно-научный сводит с ума. — Легко сказать, — буркнул Эндрю. Он не знал, кем хочет быть. Он проходил тесты в интернете, говорил об этом с Би, со случайным пользователем из игры. Когда надо было выбирать, Эндрю просто пошел за братом. Медицина — интересная наука. Но не для него. — Я думал об этом. Не знаю. Рене сменила профиль в десятом классе, поскольку ее одноклассники были не самыми хорошими людьми. А там, куда она перевелась, были ее друзья — так что все сложилось неплохо. Ее опыт был неплохим, но Эндрю пугал тот факт, что ему придется заводить новые знакомства. — Я думаю, что все получится. Просто попробуй. — Легко сказать, — повторил Эндрю. В машине воцарилась тишина. Провисела она до самого парка, но уже не было так неловко. Рене вела машину, Эндрю разглядывал пролетающие за окном пейзажи. Не сильно интересные пейзажи, на самом-то деле. Обычные дома, магазины и другие здания. Парк был не очень большим и не особенно многолюдным благодаря тому, что находился в относительно непопулярном районе. Если отойти в самую дальнюю его часть, то шанс встретить кого-то из посетителей крайне мал, практически равен нулю. Там без двух шагов лес, отлично слышно шум реки неподалеку, а иногда и пение птиц. Там не хочется говорить громко. Только вполголоса. И никаких неприятных обсуждений, только самое хорошее и позитивное. Эндрю не знал, приятный ли разговор им предстоит. Но Рене, вроде как, знала о позитивной атмосфере этого места и не стала бы вести его сюда для какого-то тяжелого обсуждения. — С кем общаешься сейчас? — поинтересовалась Рене, сойдя с тропинки и облокотившись на дерево. — С Ники, Аароном и мамой. И иногда друзьями Аарона и Эриком, но на постоянной основе — только с родственниками. — То есть почти ни с кем в школе не общаешься? А как же тот парнишка, с которым ты переписывался на нашей доске объявлений? — девушка хитро улыбнулась. — Я не знаю, кто это. Только его класс, — Эндрю пожал плечами и подошел к соседнему от Рене дереву. — Что насчет тебя? Почему ты избегаешь друзей? — О. Я же говорила, что они не знают о том, что я их избегаю? Это началось еще летом, может, даже раньше. Знаешь, что Элисон встречается с Сетом? — Эндрю кивнул. На это жест рассказчица удовлетворенно улыбнулась и продолжила говорить. — Она обращается за помощью ко мне. Всегда. У них нестабильные отношения, они постоянно расходятся, а Элисон обо всем рассказывает мне. Думаю, неправильно радоваться их неудачам, да? А я радуюсь. — Тебе нравится Сет? — прямо спросил Эндрю. Вряд ли Сет. Скорее Элисон. Осознание пришло сразу после высказывания, но поправлять себя Эндрю не стал. Рене усмехнулась и опустила голову на плечо. — Элисон, — подтвердила догадку Рене, — Я не смогу ей сказать, понимаешь? У нее есть парень, а я ее лучшая подруга, — девушка закрыла лицо руками и опустилась на влажную после дождя землю. — Представь, как она меня возненавидит, когда я скажу? — Не возненавидит, — заметил Эндрю. — Она все еще твоя лучшая подруга, и она, скорее всего, волнуется. Ты просто пропала. Думаю, что стоит если не объяснить все как есть, то хотя бы перестать их избегать. — Почему сегодня меня поучаешь ты? Вообще-то, это моя прерогатива. — Потому что ты ведешь себя глупо, — Эндрю осторожно сел рядом с подругой, предварительно положив на землю толстовку. Толстовку жалко не было. Разве что чуть-чуть — она была симпатичной, но принадлежала Аарону, а значит автоматически превращалась в расходный материал. Рене подтянула к себе коленки, зарылась в них лицом и что-то невнятно пробормотала. Потом запрокинула голову и издала крайне недовольный звук. — Это безнадежно. Я безнадежна. И снова замолчала. — Но оставлять своих друзей в неведении — достаточно подло, — заметил Эндрю и тяжело вздохнул. — Поговори с ними. — Поговорю. Спасибо. Хочешь, чего-нибудь поедим? Здесь недалеко есть хорошая пекарня, можем взять кофе и что-то сладкое. — Конечно. Поехали, — ответила Рене, потерла кулаками глаза и подскочила с места. Вечером от Рене пришло сообщение — она написала слова благодарности за то, что Эндрю подтолкнул ее к чему-то, что стоило сделать давно. Это было приятно. Как и осознание того, что Эндрю, вообще-то, снова начал общаться с Рене. Немного неловко и не так активно, как раньше, но ведь начал? Может, скоро они снова станут лучшими друзьями.

***

Это был понедельник. Понедельник — день тяжелый. Особенно, когда ты слишком поздно лег и встал с огромным трудом. Или тогда, когда первый урок — химия. Сдвоенная химия. Аарон, как настоящий… Не настоящий близнец, любил понедельники. Иногда Эндрю стыдился их родства, тем более — в такие моменты. Может быть, где-то была ошибка. И на самом деле Эндрю и Аарон никакие не братья. Хотя какому истинному химбио не нравится сдвоенная химия и факультатив по анатомии после всех уроков? Тоска зеленая. Но сегодня Эндрю героически отсидел все шесть уроков, практически умерев со скуки, получил несколько хороших оценок и пообещал Аарону прийти на их встречу насчет проекта после факультатива. На факультативы Эндрю не ходил, поэтому решил переждать в библиотеке. Как раз можно было проверить наличие новых записок. За последние два учебных дня прошедшей недели произошел всего один обмен — «Н» спросил, о каких подвигах их класса известно Эндрю, а Эндрю их перечислил. Какие же подвиги совершали ученики класса 10-3? Самое безобидное — сообщество, в которое выкладывали фотографии учителей, сделанные исподтишка. Кроме того, что это был класс 10-3 (тогда еще 9-3), ничего выяснить не удалось. Все ученики, как один, признавались в своей вине. Было решено никого не наказывать, а группу удалили. И строго-настрого запретили вытворять что-то подобное. Спустя месяц после удаления группы, в конце прошлой осени, из спортзала пропали все футбольные мячи. А через неделю ученики класса 9-3 пришли в школу с мячами и проходили с ними весь день. После их заставили признать свою вину. Каждый слезливо умолял его простить, дальше всех зашла девочка, которая после еще не раз окажется в центре происходящих в их классе событий. Эта девочка показала все свои навыки актерской игры, упав на колени и выкрикивая извинения. Она сорвала голос и не могла говорить неделю, но стала звездой. Драка едой — наверное, самое нехорошее, что они делали. Это продлилось всего минут пять, максимум — десять, никто особенно не испачкался, но убираться все равно пришлось. Для Эндрю самой лучшей выходкой казалась та, которая произошла почти к концу прошлого учебного года. Ученики пришли в черных плащах, которые полностью закрывали тело и лицо. Кто-то даже надел маску, чтобы его точно было не узнать. Самое интересное, что каждый из них откликался на имя любого из одноклассников. Кого бы ты не позвал, откликнется каждый. Одним из провальных был «день немецкого языка». Для 9-3 иностранным был именно он, поэтому они решили весь день говорить по-немецки. Но не учли тот факт, что действительно внятно из их класса объяснялись всего-то три человека. Не то чтобы Эндрю хорошо их знал, но, вроде как, одним из них был друг Маккензи, девушки Аарона. А Маккензи очень любила рассказывать школьные сплетни. Короче говоря, Эндрю знал, что нечто большее, чем «Hallo» и «We geht es» выдавали только трое. Худо-бедно объяснялась Заки, достаточно бегло говорил Джостен, лучший друг Маккензи и по совместительству член школьной команды по экси. Еще говорил Кирстен Кирстен. Немец, ученик по обмену, чьи родители явно не блистали фантазией. Кирстен Кирстен и был главным выдумщиком их класса. Неплохой потенциал имела еще одна идея — «творческий день». Девятиклассники говорили стихами, а те, кому не удавалось рифмовать, пропевали фразы. Все это выглядело достаточно комично. Представьте — первый собеседник задает нормальный вопрос, а второй — протяжно пропевает ответ. Проделок было куда больше, но самыми запоминающимися (пусть и не совсем удачными) были именно эти. С начала этого учебного года, когда класс 9-3 стал классом 10-3, ничего интересного еще не произошло. Эндрю спросил у «Н» в прошлой записке, почему же так, а теперь шел в библиотеку, чтобы узнать, появился ли ответ. Там было более людно, чем обычно. Ну, в библиотеке. Гораздо более людно. Два из трех огромных круглых столов в центре были заняты, из семи небольших мест для групп по краям только два оставались свободными, а за компьютерными столами собрались очереди. Для сравнения — в обычные дни столы пустовали практически полностью. У пробковой доски в клубном уголке стояла старшеклассница и рассматривала фотографии. Эндрю издалека завидел розовый листочек, который был приклеен кусочком скотча к углу предыдущего, зеленого. В два больших шага преодолев расстояние, он подтянулся и аккуратно открепил обе записки. «Главарь нашей стаи получил травму на тренировке по экси еще на первой неделе. Вернулся в прошлый вторник, ничего не успел придумать. Но мы активно над этим работаем, так что наберись терпения и постарайся не пропустить. P.s.: ты же в естественно-научном? Как продвигается работа над вашим проектом? У вас достаточно простая тема? У нас был выбор между проектом по информатике, физике или математике, мы с моей командой выбрали физику. Тема несложная, про звук, но у нас никак не получается договориться, кто что делает, а проект скоро сдавать. Жду ответа!

Н»

Записка была длиннее, чем обычно. Между абзацами было достаточно пространства, где развернулось настоящее подводное царство. Медуза, несколько рыбок, ракушек, осьминог, морской конек и множество звездочек. Завершали записку две лисьих лапки возле буквы «Н». Эндрю не сразу понял, что уже долго любуется рисунками, поэтому резко одернул себя и осмотрелся в поисках места, где можно заняться написанием ответа. В итоге сел в самом углу. За один из небольших свободных столиков. Быстро отыскав в кармане свою счастливую ручку, а после нее — голубую бумажку для записок, он начал писать ответ. Хотелось, чтобы записка тоже была большой, но слова вообще не лезли в голову. Собрав в кулак остатки своего воображения, Эндрю выдавил из себя что-то подобное: «Жду. Проект с командой почти не делаю, они сами. Тему выбирал не я, вроде что-то про вирусы. Занимаюсь презентацией. Немного. Вроде уже закончили. Сегодня один из немногих дней, когда я собираюсь прийти на собрание. Надеюсь, последний.

Э»

Записка получилась… обычной. Ничего особенно интересного, просто ответы на вопросы. Эндрю недовольно потер счастливую ручку и полез в стеллаж литературного клуба. У них хранилось большое количество канцелярии, так что найти маленький декоративный скотч, который при этом будет смотреться симпатично, не представляло проблемы. Выудив из ящика тот, который понравился больше всего, парень окинул взглядом библиотеку. Вернее, ту ее часть, которую отсюда было видно. Определить на глаз членов клуба, у которых можно спросить разрешения на использование скотча, было достаточно сложно. Даже учитывая то, что Эндрю помнил лица с общей фотографии. По счастливой случайности из-за полок появилась Рене со стопкой книг в руках. Она быстро заметила друга и ласково улыбнулась. Эндрю быстро добрался до нее, поздоровался и уточнил, можно ли воспользоваться скотчем. Рене разрешила. — Бери, конечно! Если что, разрешение я тебе дала. Можешь брать все, что не подписано, это по большей части покупала я. — Спасибо, — поблагодарил парень и уже собирался сбежать. Но его остановили: — Не за что! Ты же не сильно занят? — Эндрю отрицательно покачал головой и Рене растеклась в счастливой улыбке. — Подождешь? Я тебя угощу конфетами и поболтаем. — Хорошо. — Вот и славно! Я отнесу книги и вернусь, главное далеко не уходи. Рене скрылась за очередной полкой, а Эндрю вернулся к столу, аккуратно оторвал кусочек ленты и приклеил листочек в углу пробковой доски. Он не сразу заметил, что в уголке неосознанно нарисовал крохотную лапку. Долго ждать не пришлось — Рене появилась уже через минуту. — Точно не отвлекаю? — уточнила девушка. — До полчетвертого — полностью свободен, — подтвердил Эндрю. — О, тогда замечательно! Давай присядем, у меня осталось немного сладостей после выходных. Рене, по всей видимости, продолжала заниматься благотворительностью. Вместе со Стефани, ее приемной матерью, они часто приезжали в приюты для бездомных, детские дома, церкви. Привозили и еду, и одежду, и деньги. Реже — сладости или игрушки. «После выходных» — значит, что они ездили куда-то, чтобы отдать конфеты. Рюкзак Рене был самым обычным снаружи, но пестрел изнутри обложками тетрадей. Помимо этих самых тетрадей и двух не менее ярких книг там расположился еще и мятый бумажный пакет. Из этого самого пакета Рене, оглянувшись с опаской, выудила две конфеты и вручила Эндрю. — Аманда увидит — век не простит, — пояснила она и спрятала пакет обратно. Конфета была завернута в тонкий слой фольги, а снаружи — в бумажный фантик, которые Рене рисовала самостоятельно. У Стефани было хобби — она готовила самые разные блюда, сладости — от кексов и до мармелада. Рене занималась всем, что касалось упаковки — фантики, обертки, коробки. Все они создавались вручную. Девушка обожала делать что-то своими руками, будь то обложки, коробки, подушки, сумки или игрушки. Обе книги в ее рюкзаке были обернуты в самодельные обложки. Парочка таких обложек была и на любимых книгах Эндрю. За один подход Уокерам удавалось делать достаточно сладостей, чтобы накормить тридцать детей. Иногда больше, но редко — меньше, чтобы досталось всем. А на фантике находилась достаточно милая иллюстрация с котятами. Его было жаль выкидывать, поэтому Эндрю аккуратно разгладил и спрятал бумагу в карман куртки. Они говорили еще некоторое время. Рене сделала первый шаг — поздоровалась со старой компанией и посидела с ними за обедом. Говорили бы и дальше, но их прервал Аарон, появившийся за спиной брата. — С каких это пор ты ходишь по библиотекам? Разве не ты утверждал, что это бесполезное занятие? — Приятно было пообщаться, до завтра, — улыбнулась Рене, кивнула Аарону и быстро удалилась. — Привет, — поздоровался Эндрю. — Где остальные? — Встреча в торговом центре, они, наверное, уже там. Я зашел сдать книги. Что ты делаешь в библиотеке? — Говорил с Рене, — Эндрю пожал плечами. — Пока ты не пришел. Теперь говорю с тобой. — Эндрю, я же серьезно с тобой говорю! — тут же возмутился Аарон. Эндрю пожал плечами, накинул рюкзак на одно плечо и неспешно пошел в сторону выхода. Брат тут же засуетился — стал собирать книги, просить подождать и подбежал к мисс Такер, чтобы по-скорому записать учебники на свое имя. Эндрю подчинился просьбе лишь отчасти. Замедлился перед тем, как выйти из библиотеки, сделал вид, что нужно завязать шнурки. Аарону хватило этого времени и уже скоро они молча шли к автобусной остановке. До ближайшего торгового центра можно было дойти и пешком, это не заняло бы больше получаса. Но едва ли после тяжелого учебного дня кому-то захотелось сэкономить пару долларов и вместо комфортной пятиминутки в автобусе добираться пешком. К тому же было еще тепло, местами даже жарко, а это только усугубляло ситуацию. Но Эндрю бы предпочел полчаса тащиться по улице, если бы знал, чем обернется поездка. Аарон совсем не хотел отставать с этой библиотекой. — Так почему ты там был? — уже в который раз за последние несколько минут спросил близнец. — Говорил с Рене, — уже в который раз за последние несколько минут ответил Эндрю. — Не верю, — возмутился Аарон. — Ты слишком недоверчивый, — сказал Эндрю. — Особенно в последнее время. — Я расскажу Ники, — Аарон пошел на самый подлый ход в его жизни. Ники бы достал с расспросами. — С Рене говорил, — более раздраженно и громко сказал Эндрю. На них обернулись несколько человек, сидящих спереди, и только тогда Аарон замолчал. Пару раз он пытался спросить что-то шепотом, но Эндрю упорно делал вид, что ничего не слышит. Но в молчании долго просидеть не удалось. Автобус приехал к торговому центру и парням пришлось в спешке выгружаться на остановку. Друзья Аарона заняли им столик на фудкорте. Один из них, Джейк, спутал Эндрю с Аароном и хотел приобнять его за плечо, но все понял, когда Аарон перехватил руку друга, пожал ее и сделал вид, что так и задумывалось. «Главный» по проекту, Билл, торжественно заявил, что сегодня последняя встреча насчет проекта. Эндрю был единственным, кто вяло захлопал. Исследования были расписаны на десяти листах, презентация составлена, выступление — отрепетировано (Эндрю листал слайды презентации в такт словам выступающих — то Аарона, то Джейка. Билл, в основном, документировал исследования и был главным по их проведению). Оставалось внести финальные правки, чем группа тут же и занялась. Эндрю отошел заказать еду почти сразу же, как Аарон начал активно объяснять, почему надо добавить больше сведений о бактериофагах. Его попросили взять всем напитки, даже пару раз продиктовали, что и для кого, а Аарон пообещал отправить списком. В этом не было нужды — Эндрю помнил. Встреча длилась почти три часа. Она началась с проверки текста — Билл вычитывал презентацию, а Аарон — текст доклада. Джейк с очень серьезным лицом листал новостную ленту на телефоне. Где-то через час было принято решение сделать перерыв на обед, во время которого Эндрю успел пройтись по нескольким магазинам, а после — опять разбор полетов. На этот раз Билл переключился на доклад, тут же возмутился и стал вносить свои правки. Джейк присоединился к Аарону и они стали активно обсуждать, стоит ли менять размеры заголовков и текстов на слайдах. Эндрю попросили проверить папку с дополнительными материалами, так что без дела не остался и он. К концу почти никто уже не занимался ничем толковым. Джейка отправили за мороженым и приступили к обсуждению дел насущных. Билл и Аарон активно дискутировали насчет сегодняшнего факультатива — им не понравилось, как преподаватель обошелся с ученицей, которая впервые пришла к ним. Когда Эндрю позвонил и попросил Би за ними приехать, было уже за шесть часов вечера, а домой они попали только к семи. Во вторник пробуждение произошло не из-за будильника. На первом этаже послышался грохот. Эндрю проснулся резко и сразу же бросился к коридору. Его опередили — Аарон стоял на лестнице, свесившись через перила, и всматривался в происходящее на кухне. — Ники что-то затеял, — пояснил он, когда Эндрю подошел достаточно близко. — Видимо, устал просыпаться после того, как мы уедем в школу. Идем к нему или досыпать? — Пойдем, — вздохнул Эндрю. Аарон ложился позже, так что и вставал тоже позже, а вот у Эндрю на «досыпание» осталось жалких минут пять. — Ну пойдем, — согласился близнец и побежал вперед. Ники действительно вставал поздно. Иногда к тому времени, когда близнецы уже собирались уходить, но чаще — уже тогда, когда дома никого не оставалось. К вечеру он жаловался, что никто его здесь не ждал, и что о нем вспомнят только тогда, когда он уедет. Сегодня, видимо, решил изменить ситуацию. Пахло чем-то чересчур сладким и слегка подгоревшим. Эндрю мысленно прикинул, насколько безопасно будет это есть. Сложно сказать, что Ники не умел готовить. Что-то самое базовое — вроде каши или яичницы (без бекона, он сгорал) — у него выходило аппетитным на вид и приятным на вкус. Но когда он пытался сделать что-то более сложное… Чаще всего эти эксперименты оборачивались испорченным блюдом. Ники путал ингредиенты, не допекал, сжигал еду. Но сейчас обошлось кучей кастрюль, упавших на пол. И панкейки подгорели совсем немного, это почти не чувствовалось. В школу Миньярды приехали раньше, чем обычно. До начала урока оставалось около двадцати минут, и Эндрю, незаметно для Аарона, сбежал в библиотеку. Не то чтобы он верил, что записка может появиться так рано, но шанс же был. Она открывалась за тридцать минут до начала учебного дня, но очень редко кто-то действительно там сидел. Даже библиотекарши нигде не было. Эндрю прошмыгнул вглубь по уже привычному маршруту, мимо полок с классической литературой. Здесь было темно. Свет включили только при входе. Эндрю пришлось достать телефон и посветить фонариком на пробковую доску, чтобы увидеть ярко-синий листочек бумаги. Складывалась картинка. Эндрю вчера ушел из библиотеки в три с лишним часа. Значит, «Н» оставил записку позже. Обычно допоздна в школе задерживаются те, кто остается на тренировки — они длятся до пяти, иногда шести часов вечера, или те, кто является членами других клубов — эти сидят до четырех часов. Если только «Н» не был сумасшедшим, который торчал в школе без дела. Вчера проходили собрания нескольких клубов — музыкального и компьютерного. А еще тренировки команды по экси и бейсболу. Из класса 10-3 в музыкальный клуб не ходил никто, а в компьютерный — всего пара человек. Больше всего подозрений падало на команду по экси — там было сразу пять человек из их класса. Но Эндрю прервал свои рассуждения. Пусть «Н» не обретает личность — пусть остается все тем же «Н», без имени, лица и истории. «Везет кому-то. Я самый ответственный из команды безответственных, но руки до проекта никак не доходят. Ты любишь читать? Если да, то можешь посоветовать что-то? Если найдется время, то обязательно почитаю.

Н»

Эндрю тут же полез в рюкзак. За счастливой ручкой и блоком разноцветных стикеров. Купил их вчера, пока отходил во время перерыва, чтобы не забирать у Бетси. Выбор пал на фиолетовый — он попался самым первым. «Я не фанат чтения. Только в крайних случаях. Если настаиваешь, то могу спросить у брата, но сомневаюсь, что он читает что-то кроме учебников по биологии. Ты любишь читать?

Э»

Эндрю долго сверлил листок глазами. Он бы продолжил — что-то ему не нравилось, хотелось исправить, добавить, заменить. Но созерцание прервал звонок. Резкий, чем-то похожий на будильник Аарона, звук. Он вырвал Эндрю из размышлений и погнал на урок. Эндрю только и успел закрепить листочек в углу доски, пряча записку от «Н» в карман. Хотя сложно сказать — записку. Настоящее произведение искусства. В очередной раз. Дальше все по привычному расписанию — математика, английский, химия… Эндрю каждые несколько минут неосознанно хватался на карман — на месте ли ручка. Один раз не нашел. Тогда сердце пропустило удар. Эндрю бросился обыскивать все свои вещи и наткнулся на нее в маленьком кармане сумки. Обошлось. После окончания уроков все одноклассники дружно повалили на прогулку. Проект закончила большая часть класса, и им не терпелось это отметить. Пошли действительно почти все, отличились только три человека. И Эндрю хотел быть в их числе. — Я в библиотеку, — перебил он Аарона, который увлеченно что-то рассказывал. — Какую библиотеку? — возмутился близнец. — Что ты там делаешь? — Обычную, — Эндрю закатил глаза и сделал несколько шагов назад. Аарон на секунду обернулся, показал кулак и пошел вслед за одноклассниками. Первой в глаза бросилась салатовая бумажка, прикрепленная сразу под фиолетовым листком Эндрю. Видимо, «Н» успел заскочить на какой-то из перемен. «Ого! Как ты забрел в библиотеку, если не любишь читать? И не напрягай брата! Пусть не мучается, бедненький, раз за тебя проект делает. Я тоже читать особенно не люблю, я больше по активным видам деятельности. Здесь сижу только из-за того, что здесь обычно немноголюдно. Делаю домашку и просто отдыхаю. Видел, какой кошмар происходил на днях? Видимо, все решили доделывать проекты в один день. Почему за компьютерным столом всегда такая очередь? У них нет своих компьютеров? У меня — нет, но у всех моих одноклассников есть… Для меня это действительно загадка. Может знаешь? P.S.: я заскочу после тренировки, так что можешь с утра прийти перед уроками, увидеть ответ.

Н»

Эндрю потер лапку в углу записки и сразу же вытащил из кармана ручку. Мысли быстро сложились в предложения и оказались на бумаге: «Привет. На школьных компьютерах есть доступ к архивам библиотеки и многим платным ресурсам, мой брат оттуда качает учебники. Очереди не такие уж и большие, но многим для подготовки удобнее использовать не интернет-ресурсы, а архивы библиотеки — там легче ориентироваться, больше информации по делу. А наш биолог с ума сходит от счастья, когда в списке использованной информации видит университетские учебники. У тебя нет компьютера? Как так вышло? Нет собственного или вообще в семье? Как ты выживаешь? И чем ты занимаешься? Футбол, волейбол, баскетбол, экси? Я приду с утра.

Э»

После минутного замешательства Эндрю добавил «жду ответа» после «я приду с утра». И нарисовал рядом с первой буквой имени лапку. Сегодня был последний день перед сдачей проекта у одиннадцатого и двенадцатого классов — у девятого и десятого оставалась еще неделя. В основном в библиотеке засиживались именно младшие, но были здесь и те, кто старался уложиться в оставшиеся несколько часов. Домой Эндрю добирался пешком. Бетси сегодня не приехала. Знала, что близнецы планируют гулять после уроков, но не знала, что Эндрю от этой прогулки отказался. Перед тем, как выходить из школы, парень отправил ей сообщение — простая мера предосторожности. Пешеходный маршрут занимал около получаса, но в какой-то момент надо было сделать выбор — идти в обход или дворами. Дворами было быстрее и немного страшнее. В последнее время Эндрю стал беспокойнее, так что не был уверен, что ему стоит идти этим путем. И решил сделать крюк. По городу, где зачастую есть камеры или люди, идти было точно безопаснее. Не то чтобы шансы на то, что в дворах с ним что-то случится, были высоки, но рисковать лишний раз не хотелось. Поэтому дома он оказался достаточно поздно. Позже Аарона, который сбежал с общей прогулки на ее середине. Когда Эндрю вошел в холл, Ники сидел рядом с Аароном и что-то очень увлеченно ему рассказывал. — А вот и книжный червь, — чересчур громко заметил Аарон, увидев близнеца. — Любитель библиотек. Ники тут же возмущенно потребовал: — Рассказывай! Каким образом ты попал в библиотеку и что ты там делаешь? Тебя шантажируют? Платят деньги? — Да почему это всех вас так волнует? Я готовлюсь к экзаменам, — недовольно ответил Эндрю и в несколько быстрых действий (снял толстовку, повесил ее, подхватил кошку) оказался на лестнице. — Еще один такой вопрос, и вам мало не покажется. — На этот раз допрос обошел тебя стороной, но это только потому, что я устал, — кинул вдогонку Ники. — Я все равно все разузнаю! Эндрю вздохнул, устраиваясь поудобнее в кресле-мешке. Сэр потянулась и устроилась у хозяина на груди. — Ну и идиоты, да? — поинтересовался он у кошки. Она в ответ посмотрела на него и положила голову Эндрю на плечо. Он в свою очередь уткнулся носом в ее макушку и выдохнул. Впереди предстояло не самое приятное времяпровождение — домашнее задание по химии, сразу после него — дополнительное по математике. Но когда Эндрю думал о том, что завтра с утра его будет ждать на пробковой доске крохотный листок бумаги, который, казалось бы, не должен ничего значить — на душе становилось легче.