Друг по переписке

— 3 —

      Даже не заметила, как прошла целая неделя. С Аннели, пусть я и не каждый день так мило беседовала, как в тот день, но наши отношения явно стали куда лучше. Я уже без повода не срывалась, всегда улыбалась и благодарила за любезные жесты, когда она приносила мне в комнату покушать или горячий чай, приглашала за стол на прием пищи. Общение с Луизой стало выходить на какой-то новый уровень. Она была радостнее с каждым днем, говоря, что они с любимой начинают общаться все ближе. В общем, мы обе становились счастливее: она приближалась к своей цели, а я пусть и наоборот отдалялась, но зато приобрела что-то лучшее, более важное и приятное.       Всё было бы и дальше прекрасно, если бы внезапно связь с отцом в один день не оборвалась. Раньше хотя бы раз в два дня он выходил на связь со мной или Аннели, всегда по отдельности и рассказывал о своих планах. Если не получалось позвонить, то обязательно отписывался, однако за последние пять день он даже не появился в сети, не читал сообщения, что уж говорить о большем.       Я постоянно поднимала эту тему в разговорах, на что мачеха только пожимала плечами, говоря, что может он занят. Сложилось впечатление, что не особо-то она и волнуется за папу, может просто не показывала внешне, хотя для такого человека как она, это странно. Я точно не знала, где работал отец, поэтому просила Аннели связаться с его работодателем. Она только кивнула, пообещала позвонить, но по итогу никакого ответа я от нее не услышала.       — Аня, — как я её коротко называла, — ты позвонила папе на работу? Уже еще третий день прошел, где больше недели нигде нет! — с возмущением зашла на кухню, где женщина обедала после смены. Взглянув на меня, она свела брови и тут же отвернулась обратно в тарелку.       — Они сказали, что у них тоже нет никаких новостей от Николаса, на связь он тоже не выходит, — задумчиво произнесла женщина и съела полную вилку пюре, прикрывая от усталости глаза и тяжело выдыхая. — Нико должен был поехать куда-то в глубокий лес в деревню, но оттуда выйти на связь еще минимум пару суток назад. Возможно, что-то случилось в деревне и он не может связаться. Точно можно будет сказать через неделю, когда по плану он должен вернуться.       Я села рядом за стол и притянула к себе шоколадную конфету, за что тут же получила на себе укоризненный взгляд.       — Ела, чтобы на сладкое сейчас налегать? — с легкой усмешкой произнесла женщина, чем вызвала у меня улыбку. — Давай наложу тебе пообедать.       Покачала головой и перехватила плечо Аннели, что пыталась подняться. Заставила ее сесть обратно и сама встала, доставая телефон. Замечая непрочитанное от Луизы, я спешно написала ответ и вздрогнула, услышав, как телефон мачехи завибрировал. Оглянувшись, я обратила внимание, как она тут же выключила звук и взглянула на экран.       — С работы пишут, прости, — женщина странно улыбнулась, а я только пожала плечами, написала еще пару сообщений и наложила себе полную порцию еды, садясь рядом с мачехой. — Не хочешь сходить куда-нибудь вместе? — начала она, посмотрев на еще пару раз мигнувший экран с легким смущением. — А то ты все дома сидишь, так и лето пролетит незаметно. Только за компьютером сидишь постоянно и общаешься с кем-то. Или у тебя там подруга… а может парень?       Я смущенно покраснела и покачала головой, начиная есть.       — Просто знакомая… да я бы даже знакомой не назвала. Мы на анонимном сайте общаемся каждый о своих проблемах. С человеком который о тебе ничего не знает гораздо легче делиться накипевшим, — произнесла я, видя, как пристально за мной смотрит Аннели. — Я знаю только имя — Луиза — и приблизительно часть страны, где она живет, на сервере тоже.       Мачеха кивала, а после на секунду как будто застыла и задумалась. Убрав со стола свою пустую тарелку, женщина села обратно.       — И как она тебе, долго беседуете уже? — качаю головой в ответ на её вопрос. — А со мной поделиться стесняешься что ли? Я всегда тебя выслушаю и помогу, котик, — краснею от её слов и даже не отстраняюсь, когда Аннели проводит по моей щеке ладонью. Уже привыкла к этому её жесту. Первые разы слегка пугалась и отстранялась от нее, но теперь только сама сильнее прижимаюсь, прикрывая от удовольствия глаза.       — Чем я могу поделится с тобой, тем делюсь. Но… иногда хочется выговориться зная, что никаких последствий не будет. Я просто куда-то в пустоту пошлю свои мысли, избавившись от них, — тихо выдыхаю и незаметно даже для себя легонько целую всё еще гладившую меня ладонь. Осознав что сделала, я приоткрыла глаза, замечая сначала немного озабоченное лицо мачехи, а после как она расплывается в улыбку.       — Так нравится, когда я тебя глажу? Хотя логично, тебя ведь никто не ласкал так никогда, верно? — только киваю и отстраняюсь, ощущая еще на лице приятное тепло чужих рук. — Иногда настолько хочется затискать твою милую фигурку, — Аннели поднялась и, обойдя меня со спины, крепко обняла. — Вся такая недотрога, но которая хочет, чтобы ее любили и гладили. В следующий раз, когда ляжем смотреть фильм, можешь ко мне на колени лечь, буду тебя тискать постоянно.       Мы вместе посмеялись, а я сильнее прижалась к женщине, что аккуратно поцеловала меня в висок. Почему-то внезапно всё тело накрыло приятное тепло, я ощутила даже будто возбуждение, заставившее меня прикрыть глаза и плотно сомкнуть губы. Заметив мою реакцию, мачеха крепче прижала меня к себе и еще несколько раз поцеловала в голову: щеку, висок, макушку, а после нехотя отстранилась.       — Пойду отдохну. Хочешь, вместе спать ляжем сейчас. Полдень почти, самое жаркое время, а к вечеру, как проснемся, прохладно будет, сходим в парк погулять, — Аннели слегка потянулась до щелчка где-то в теле и выпрямилась, смотря как я медленно ем.       — Давай! Я доем и тоже пойду спать тогда, — улыбаюсь и начинаю быстрее пережевывать. — Разбудишь, если не проснусь вовремя сама?       — Можем вместе лечь, чтобы и проснутся вместе, — предложила она, а я на секунду зависла и, пытаясь осознать сказанное, кивнула. — Вместе? Хорошо, я тебя жду в спальне.       Сама не знаю, что нашло на меня в тот момент. Наша близость и её ласка до этого почему-то разгорячили меня, я посмотрела вслед удаляющейся фигуре и невольно поджала губы, ловя себя на мысли, что мне нравится эта женщине. Сжав зубы, я почувствовала вибрацию телефона, замечая непрочитанные сообщения от Луизы.

От папы никаких новостей?

      Ответила она на прошлые мои сообщения до этого. Посылаю ей отрицательный смайлик, на что она отвечает таким же, но грустным. Вспоминаю про то что меня ждут и начинаю в себя быстрее заталкивать пюре, одновременно печатая. Я сейчас спать уйду с мачехой… странно звучит, но мы решили поспать сейчас в жару, чтобы вечером пойти гулять вдвоём. Сама не знаю, как сейчас на это согласилась. Кажется, она меня загипнотизировала своей лаской и добротой.       В ответ только смеющиеся смайлики.

Неудивительно. Ты может и взрослая, но это не избавляет тебя от необходимости восполнения той ласки и доброты, что ты недополучила ребенком. Получай удовольствие от этого, хуже точно не будет. Сладких снов тебе, милая.

      Только улыбнулась и спешно всё доела. Убравшись за собой, я перешла в спальную родителей. Открыв дверь, застыла и тут же прикрыла её. Аннели, стоя в одних трусах, натягивала на голое тело длинную футболку. От увиденного я вжалась в стену и прикрыла глаза, пытаясь сделать так, чтобы застывшая секунду назад картина пропала. Мачеха выглянула из комнаты и осторожно взяла меня за ладонь.       — Ты чего так побледнела? Заходи. Мы ведь обе девушки, как будто ты никогда грудь не видела. Или ты настолько принципиальная гетеросексуалка, что видеть не можешь других девушек? Была у меня одна такая подруга, — весело пролепетала Аннели и провела меня в комнату, отпустила и села на постель.       Я глянула на мачеху, а после осмотрела всю комнату и ощутила, как тяжело дышу. Сквозь прикрытые жалюзи еле-еле просвечивало летнее теплое солнце, создающее в комнате какой-то романтический полумрак. Из-за приоткрытой щелки окна дул приятный ветерок, слегка охлаждающий от жары даже в доме. Аннели тихо дышала, сидя на постели и наблюдая за мной с улыбкой. Её тонкие ноги, бедра которых еле прикрывались футболкой. Я проскользнула по ним взглядом и покрылась мурашками. В момент я почувствовала, как потею, а после сразу покачала головой, пытаясь отвлечься. Женщина только снова поднялась и коснулась моего плеча, осторожно кладя тонкую ладонь с ухоженными длинными и такими же изящными пальцами.       — Герта, у тебя всё хорошо? Выглядишь, будто нездоровится, — прошептала мачеха и свела взволнованно брови. Я покачала головой и отстранилась, подходя к обратной стороне кровати, садясь на неё. — В одежде хочешь спать?       Я осторожно сняла с себя шорты, кофту, оставаясь, как и она, в белье и футболке. Сложив одежду рядом, я оглянулась на уже лежавшую Аннели, что явно смотрела за мной весь процесс и сейчас казалась мне какой-то раскрасневшейся. Наверное, из-за жары. Осторожно ложась, я заползла под покрывало, заменяющее летом одеяло и прикрыла глаза. Уже засыпая, почувствовала, как меня со спины обняли. Слегка дернувшись, я почувствовала как меня поцеловали в щеку.       — Нравится? Если нет, я перестану, — осторожно шепчет Аннели, заставляя меня лишь сильнее расслабится и покачать головой. — Какая ты все-таки красивая и ласковая, а. Как котеночек. Так и хочется тебя без конца прижимать к себе и целовать в макушечку.       Тихо посмеявшись, я повернулась лицом к женщине, осторожно утыкаясь в грудь, давая гладить меня по спине и голове. Почему-то сейчас, в этих объятиях, мне вспомнилось буквально всё: от раннего детства, подросткового возраста, до нынешнего момента. Все накопившееся плохое где-то на подкорках промелькнуло перед глазами, заставляя спешно набежать слезы. Я пережила волнение за отношения с матерью, всё что чувствовала перед первым экзаменом, но сильнее всего сердце сжала мысль об отце. Где он сейчас, почему нигде нет? Что, если уже нет в живых и лежит посреди леса разорванный зверем. Ощутив, как я задрожала, Аннели слегка отстранилась, мягко за подбородок поднимая мой взгляд на неё.       — Ребёночек мой, ты чего? — тихо шепчет, прикусывая взволнованно губы. — Чего плачешь?       — За папу волнуюсь, — с трудом произнесла через ком в горле и вздохнула. — Я так скучаю по нему. Вот где он сейчас?       Женщина ожидаемо только пожала плечами и снова прижала меня к своему телу и прикрыла глаза, видимо, начав дремать. Я старалась не мешать и плакать как можно тише, а когда меня отпустило, я только вытерла рукавом лицо и сама заснула.

***

      Пробуждение далось мне непросто. Ощущая легкое потрясывание за плечо, приподнялась на локтях, смотря на все еще заспанную и помятую от сна мачеху. Она мило улыбнулась и протерла глаза пальцами, вытягиваясь в своей привычной манере. Её футболка задралась и натянулась, делая видными заметно вставшие соски. Я только тяжело выдохнула и отвернулась, стараясь не думать о том, что чувствую внизу живота легкую тяжесть. Когда женщина вышла из комнаты в туалет, услышала звук уведомлений в телефоне. Луиза о чём-то бурно стала писать. Я оглянулась на комнату, замечая телефон Аннели на столе.

Мы с любимой так чудно провели время. Каждый день бы так она ластилась ко мне, я была на седьмом небе от счастья. А ты как спала с мачехой?

Мне немного неловко перед ней, меня что-то эмоции накрыли, я расплакалась и уткнулась ей в грудь. А она гладила меня по голове, почувствовала себя ребенком маленьким, хотя мне в детстве так никогда не делали. Да и… я странно себя испытываю по отношению к мачехе. Стала так сильно обращать внимание на ее тело. Думаешь, я точно нормальная? Хотя она тоже не лучше, светит передо мной голым телом. Мне кажется, мы не в тех отношениях, чтобы так делать.       Пока что больше Луиза не заходила в сеть, не отвечала и не читала сообщения. Решив, что она отошла, я поднялась и поправила на себе футболку, решив, что мне стоит одеться прямо сейчас, пока Аннели не вернулась, застав меня в весьма необычном положении.       Женщина возвратилась через пару минут, заметно посвежевшая, умывшаяся, причесанная. Заметив, что я уже оделась, она без какого-либо стеснения ухватилась за края одежды, оставаясь передо мной в одних трусах. На момент взглянув на нее, дыхание тут же перехватило. Мачеха с ухмылкой посмотрела на меня, а после и на свое тело.       — Нравится? Если очень хочешь, потрогай, — Аннели посмеялась, проходя от кровати к столу. Глянув на телефон, её лицо стало чуть серьезнее. Она слегка покраснела и подошла к шкафу, закрываясь от моего взгляда створкой. — Иди пока, собирайся, я тоже сейчас оденусь и выйду.       Приведя себя в порядок, я от скуки села на тумбочку в прихожей, доставая телефон. Луиза как раз печатала сообщение. Ну хотя бы поболтаю с ней.

А тебе не нравится, что она делает? Может, она тебя любит, как девушку. Так, конечно, не скажешь сходу, но можно еще за ней понаблюдать. А если у вас взаимная симпатия… почему нет? Ты сама говорила, что разница у вас небольшая в возрасте, а ты одинокая, нуждающаяся в том, что эта женщина может дать. Вкусно покормить, погладить, помочь с каким-то твоими моральными проблемами.

Считаешь нормально, что она вообще так-то с моим отцом? Что мы обе девушки?

Ну, как я могу такое осуждать, когда сама не лучше? :) А насчет отца… ситуация сложная, но если у вас правда окажется взаимно, то, думаю, придумаете что-то вдвоем. Мне со знаниями о твоей ситуации сложно дать совет, я много чего не знаю.

      Лишь прикусываю губу, смотря на ответ собеседницы. Услышав шаги, я глянула на вышедшую Аннели, что поправила на плече сумочку, а после пояс на легком платьице. Её вид вызвал у меня приятную улыбку. Вспоминая только что минувшие сообщения, тут же напряглась и стала пытаться понять, что я чувствую. Может правда влюбилась?       Идти по летнему вечернему парку было до одури приятно. Я шла рядом с Аннели и правда чувствовала, будто мы пара. Женщина что-то мне увлеченно рассказывала о работе, а я пыталась понять себя и её. Мачеха брала меня за руку несколько раз, обнимала, просто поглаживала по талии. Всё казалось мне таким нежным, что сама не заметила, как стала пытаться к ней сильнее приласкаться. Может Луиза права, может у нас взаимная любовь? Просто я еще не осознаю этого, а Аннели боится сильно проявлять это. Даже страшно, как неожиданно поменялось мое отношение.       Уже ближе к ночи стало совсем прохладно. Мачеха в платье стала постепенно мерзнуть, поэтому было решено двинуться домой. В один момент, взглянув вокруг, сердце на секунду застыло: красный закат освещал немноголюдный пруд, зеленые деревья, колышущиеся на ветру, лицо моей спутницы, расплывшееся в улыбке. Я почувствовала такое спокойствие и умиротворение, что забыла обо всем на свете. Словно никого кроме нас двоих не существует. Аннели внезапно остановилась и взяла меня за руку.       — Ты так задумалась что-то? Волнуешься все еще за папу? — от ее вопроса я пришла в себя и покачала головой.       — Я о нем забыла даже как-то, — стыдливо покраснела, чувствуя, как женщина перебирает мои пальцы. — Просто… так хорошо сейчас стало. Очень красиво вокруг и в такой прелестной компании гуляю, — вижу на ней легкий румянец. — Но нам лучше торопиться, на улице все сильнее холодает.       В ответ я лишь увидела кивок и дальше в тишине мы отправились дальше.       До дома дошли без происшествий, а вечером легли в гостиной на диване смотреть кино. Как и обещала раньше, легла Аннели на колени головой, пока она размеренно и ласково не гладила меня по уже ставшим грязными черным коротким волосам, принося в душу невероятное спокойствие.

***

      С утра я проснулась в своей комнате лишь с напоминанием о вчерашней безмятежности. С момента пробуждения меня мучала невероятная тревога, будто предзнаменующая что-то плохое. Аннели ушла на работу и оставила мне на кухне завтрак, однако притронутся к нему я просто не смогла. Ком в горло не лез, только подкатывала тошнота, смешанная с какой-то слабостью. Луиза со вчера не заходила в сеть, поэтому поделится своими переживаниями я не могла. От странного звона в ушах и учащенного сердцебиения нельзя было нигде скрыться. В туалете, в комнате; когда я смотрела телевизор, телефон, решила даже почитать книгу, но ничего не задерживалось в моих руках долго. Хотелось сразу выкинуть всё и просто сидеть, смотря в одну точку, пытаясь понять, что со мной происходит.       Через еще несколько часов мне становилось только хуже. Появилась такая сильная тошнота, что несколько раз я проходила мимо туалета и думала, не вызвать ли мне рвоту специально, чтобы перестать наконец-то мучаться. До прихода Аннели осталась еще почти полдня, но уже сейчас до безумия хотелось снова попасть к ней в объятия. Может, они успокоили бы меня, прекратив эти бесконечные страдания, от которых нельзя было скрыться. От этой беспричинной паники разболелась голова и появилась заметная раздражительность.       Муки ожидания чего-то плохого буквально сводили меня с ума. Это было сравнимо с пыткой или отравлением, когда ты страдаешь-страдаешь, но никак не сможешь быстрее избавиться от этих ужасающих ощущений.       Когда внезапно дверь дома открылась, я почти выбежала в коридор, замечая стоящую Аннели. При виде меня женщина опустилась на тумбочку и, было видно, сильно сжала зубы. Придти она должна была как минимум на пару часов позже. Нахмурившись, я подошла ближе.       — У тебя всё хорошо, ты как-то рано, — говорю тихо, все еще чувствуя подкатывающий ком тошноты. Казалось, мое состояние достигло апогея прямо сейчас. Живот буквально скрутило, что вызвало на моем лице явное недовольство. Мачеха будто застыла, пытаясь что-то переварить в голове.       Тяжело выдохнув и поднявшись, Аннели отвернула голову куда-то в сторону и почти неслышно произнесла:       — Николас умер.