180) Бессонная ночь (МиНаЁн)
21 января 2026 г., 21:31
Бессонница одолела НаЁн. Несмотря на ранний подъем, запланированный на завтра, сон никак не шел. Мысли роились в голове, но одна занимала особое место — мысли о Мине, ее близкой подруге и коллеге по группе.
НаЁн перебирала в памяти забавные моменты, связанные с Миной, вспоминая их совместные годы. Сердце вдруг забилось в непривычном, странном ритме. Мина всегда была для неё кем-то особенным. НаЁн не раз признавалась, что рядом с Миной она обретает спокойствие, а вся ее бурная энергия приходит в норму.
До сегодняшнего дня НаЁн воспринимала Мину исключительно как подругу. Но что-то изменилось. Мина, в шутку, дразнила НаЁн, поднося губы к ее губам, словно собираясь поцеловать. Эта игра в поцелуи, кстати, была отсылкой к тому самому случаю на встрече с фанатами в октябре 2025 года, когда НаЁн и Сана случайно поцеловались, что стало поводом для шуток среди поклонников.
Но сегодня шутка приобрела иной оборот. Мина, увидев баннер на концерте, предложила повторить этот «случайный» поцелуй прямо на сцене. И тут НаЁн охватил страх.
«Почему я так испугалась? Ведь это всего лишь шутка. Почему мое сердце так бешено заколотилось, когда я представила, что целую Мину?» — эти вопросы не давали ей покоя в тишине ночи.
Она закрыла глаза, пытаясь отогнать навязчивые образы, но они лишь становились ярче. В темноте комнаты перед внутренним взором НаЁн возникло лицо Мины — её мягкие черты, чуть припухшие губы, глаза, в которых всегда читалась какая-то особая глубина. И этот взгляд, который Мина иногда бросала на неё, полный нежности и чего-то ещё, что НаЁн раньше списывала на крепкую дружбу.
Теперь же, в свете этих новых, тревожных ощущений, каждый такой взгляд, каждое прикосновение, каждая шутка Мины приобретали совершенно иной смысл. НаЁн вспомнила, как Мина всегда была рядом, когда ей было грустно, как она умела успокоить одним лишь присутствием, как её рука всегда находила руку НаЁн в моменты волнения. Это было так естественно, так привычно, что НаЁн никогда не задумывалась о природе этих чувств.
Но сейчас, когда образ «возможного» поцелуя с Миной на сцене, под светом софитов и взглядами тысяч фанатов, пронзил её сознание, НаЁн почувствовала не только страх, но и что-то ещё — странное, сладкое предвкушение. Предвкушение чего-то запретного, но невероятно притягательного. Она представила, как их губы соприкасаются, как Мина, возможно, притянет её ближе, как этот поцелуй, начавшись как шутка, может превратиться во что-то настоящее, глубокое.
Щеки НаЁн вспыхнули, и она отвернулась к стене, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Это было слишком. Слишком много для одной ночи. Она всегда была уверена в своих чувствах, в своей ориентации, в том, что её мир прост и понятен. А теперь Мина, её Мина, одним невинным жестом перевернула всё с ног на голову.
«Что это значит? Что это за чувства?» — шептала НаЁн в подушку.
Она не могла понять, была ли это просто реакция на неожиданность, на нарушение привычных границ, или же за этим скрывалось нечто большее, нечто, что она так долго игнорировала. Мысль о том, что её чувства к Мине могут быть не просто дружескими, пугала и одновременно завораживала. Она всегда ценила их связь, их уникальную динамику, но теперь эта связь казалась гораздо более сложной, чем она могла себе представить.
НаЁн вспомнила, как однажды Мина, обнимая её после особенно напряженного выступления, прошептала: «Ты моя сила, НаЁн-онни». Тогда это прозвучало как милое признание в дружбе. Теперь же эти слова отозвались в ней новым, глубоким эхом, заставляя задуматься, что именно Мина имела в виду, и что означают эти слова для самой НаЁн. Бессонница продолжала терзать её, но теперь она была наполнена не просто мыслями, а целым вихрем новых, неизведанных эмоций, которые обещали изменить её мир навсегда.
Утро наступило слишком быстро, принеся с собой не долгожданный рассвет и ощущение тяжести в голове. НаЁн открыла глаза, чувствуя себя разбитой. Бессонная ночь оставила свой след, но не только физический. В душе царил хаос, вызванный вчерашними откровениями. Она встала, подошла к окну и посмотрела на город, который только начинал просыпаться. Сердце по-прежнему отбивало странный ритм, напоминая о Мине.
Сегодняшний день обещал быть долгим и насыщенным, но НаЁн понимала, что ей будет трудно сосредоточиться. Образ Мины, её улыбка, её глаза, её губы — всё это навязчиво преследовало её. Она попыталась отмахнуться от этих мыслей, сосредоточиться на предстоящем графике, но это было бесполезно. Каждая деталь, каждая мелочь напоминала о Мине.
НаЁн отправилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Глядя на своё отражение в зеркале, она заметила лёгкий румянец на щеках. Это было странно, ведь она была одна. Но она знала причину — Мина. Мысли о ней вызывали эту реакцию, этот внутренний жар. Она провела рукой по лицу, пытаясь стереть этот румянец, но он лишь становился ярче.
Завтрак прошёл в молчании, хотя в это время она любила поиграть со своей собакой и поговорить с ней по «душам». Но сегодня НаЁн была полностью погружена в свои мысли. По какой-то причине она чувствовала себя виновато, словно совершила что-то неправильное.
Но что именно? Разве можно винить себя за чувства, которые возникают помимо твоей воли?
Она всегда считала себя открытой и честной, но теперь ей казалось, что она скрывает что-то важное даже от самой себя.
Когда пришло время отправляться на студию звукозаписи (частницы готовились к новому выходу альбома, о котором тщательно скрывали от Once), НаЁн почувствовала лёгкое волнение. Она знала, что скоро увидит Мину. Как она будет вести себя? Сможет ли она смотреть ей в глаза, как раньше? Сможет ли она притворяться, что ничего не произошло, что её мир не перевернулся с ног на голову?
В студии уже собрались остальные участницы. НаЁн поздоровалась со всеми, стараясь выглядеть как обычно. Но когда её взгляд встретился с взглядом Мины, сердце снова забилось быстрее. Мина улыбнулась ей своей обычной, мягкой улыбкой, и НаЁн почувствовала, как её щёки снова вспыхнули. Она быстро отвела взгляд, боясь, что Мина заметит её смущение.
Репетиция началась. НаЁн старалась сосредоточиться на движениях, на музыке, но её мысли постоянно возвращались к Мине. Она ловила себя на том, что ищет её взглядом, следит за каждым её движением. Когда Мина проходила мимо, НаЁн чувствовала её тепло, её запах, и это вызывало в ней странное, необъяснимое волнение.
Во время перерыва Мина подошла к НаЁн.
-Ты выглядишь уставшей, онни. Плохо спала? — спросила она с беспокойством в голосе.
НаЁн почувствовала, как её сердце сжалось. Она хотела рассказать Мине обо всём, что происходило в её душе, но не могла. Слова застряли в горле.
— Поздно легла спать, не переживай, сейчас всё нормально, — ответила НаЁн, стараясь звучать как можно более непринуждённо. Мина кивнула, но её взгляд оставался проницательным, словно она что-то чувствовала. Она протянула НаЁн бутылку воды.
— Держи, выпей. Тебе нужно восстановить силы.
НаЁн взяла воду, их пальцы случайно соприкоснулись, и по телу НаЁн пробежала лёгкая дрожь. Она быстро отдёрнула руку, боясь, что Мина заметит её реакцию. Мина лишь улыбнулась, но в её глазах НаЁн увидела что-то, что заставило её сердце забиться ещё быстрее. Это был тот самый взгляд, полный нежности и чего-то ещё, что НаЁн раньше списывала на крепкую дружбу.
Теперь же, в свете этих новых, тревожных ощущений, каждый такой взгляд, каждое прикосновение, каждая шутка Мины приобретали совершенно иной смысл. НаЁн понимала, что она больше не может игнорировать то, что происходит внутри неё.
— Если тебя что-то беспокоит, ты же знаешь, что всегда можешь рассчитывать на мои уши и на мои крепкие объятья — пошутила Мина, тепло улыбаясь НаЁн.
— Конечно, как всегда — кивнула НаЁн, принимая заботу от подруги, ощущая, как от её слов сердце защемило от нежности.
Как бы она хотела признать здесь и сейчас, но, увы, сегодня день не был посвящён в её признание.
Репетиция, запись нового альбома, изучения новой хореографии, разные индивидуальные планы.
Нет, не сегодня, может быть и не завтра, но когда-нибудь, когда наберусь смелости, я поведаю тебе о моей бессонной ночи, тревожных мыслей и о странном биение сердца.
