Ты старше

      Ковалёв иногда казался до безумия упрямым. Если сказал, что так будет, то его не переспоришь, как не старайся. Вот и сейчас.       Антон сказал, что пока они в центре, они будут вести себе как тренер и ребенок, которого он тренирует. Филиппу это очень не нравилось. А что делать если он захочет его обнять? Поцеловать? Терпеть до вечера, пока они не вернутся домой? И то если Фил вообще пойдет к Ковалёву.       Парень всем своим видом показывал старшему, что эта идея ему не нравится. Это как оковы которые не дают сделать ему то движение, которое он хочет. Было максимально неприятно.        Иногда проблем в этом центре набиралось столько, что просто хотелось сдохнуть. Ну а чтоб этого не случилось, нужно это чем-то заменить. На замену идеально подходят тактильные ощущения с Антоном, которые он хочет запретить.       — Фил! В центре ни каких знаков внимания. Я-тренер. Ты-трудный подросток. Ясно выразился?—смотря прям в глаза, повторял в сотый раз мужчина.       Белов и не хотел его слушать. Он не собирался подчиняться этому правилу. Раз они теперь встречаются, то встречаются они не только на определённых территориях, а на всех.       Он не хочет возвращаться к тому времени, когда он не мог к нему подойти, обнять или сделать еще что-то. Когда любые действия были только в его влажных фантазиях. Когда при любой тренировке, у Фила мог встать, от одного вида тренера. Он признавался не для того, чтоб остаться на том же месте.       — Да-да-да, понял я, можешь перестать это повторять, и мы уже поедем в центр?— закатыв глаза, парень двинулся в сторону двери.       Не то чтобы он уж очень хотел пойти на учебу, просто пропусков он больше не хочет, как и продолжать этот разговор. Не думал он, что от этих отношений, будет столько проблем. Вроде всё легко. Но только одна разница в возрасте чего стоит. Пока одному шестнадцать, другому двадцать шесть. Десять лет разницы. И ладно было бы Филу хотя бы восемнадцать, но он то несовершеннолетний. А Антону почти тридцатка.       — Хорошо, поехали.— Антон уже стоял рядом с парнем натягивая спортивные кроссовки на ноги. Он был очень раздражён поведением младшего, бедные шнурки кроссовок, резко оттягивали, да и стойкой силой, что еще чу-чуть и они порвутся.—Когда вообще тебя учеба стала волновать...?—спросил он поднимая голову на Филиппа, оставляя бедные шнурки в покое.       Тот предпочел не отвечать на этот вопрос, а просто заткнуть мужчину поцелуем. Таким лёгким и нежным. До безумия приятным. Не таким как в постели, нет. Он был просто по тому что ему захотелось его поцеловать. Он был просто проявлением любви, а не страсти.       — Белов, блять!— крикнул Ковалёв, когда младший залез в его карман штанов, забирая от туда пачку сигарет. Ну а может и не просто хотел поцеловать...— Сученыш,— шипит он, получая еще одни, уже благодарственный поцелуй.       Молодой парень скрылся за дверью. Антон проверив все ли он выключил, взял ключи, щелкнул выключателем в коридоре, и тоже покинул квартиру, запирая ее на замок.       Выйдя на улицу, он увидел как Фил уже стоит возле машины, куря спизженную сигарету. Ковалев подошёл поближе, открывая машину.       — Садись, так боялся опоздать же— подкалывает старший, садясь на водительское сиденье, включая какую-то музыку, сразу сбавляя громкость до минимума.       Белов кивая, отбрасывает бычок куда-то в сторону, занимая второе сидение, возле мужчины.       Едут в тишине. Никто ничего не хочет говорить. Фил протестует против дурацкого правила, а Антон пытается его наставить на правильный путь, и вбить в эту тупую бошку, хоть грамм здравого смысла. Что нельзя пускать всё на самотёк, а нужно хоть немного задумываться о последствиях, и об своем окружении. Хотя что там. У Белова всё его окружение такие же дегенераты как и он. Хоть что-то в мире не изменено, так это его группа «б».       Приехав в центр, они разбрелись каждый по своим делам. Филипп отправился к своим друзьям, а Антон к свои занятиям, и делам как тренер.       —Привет- Белов присел на ступеньку рядом с Максом, который что-то листал в телефоне.       —Привет, ты что с Ковалевым приехал?— спрашивает друг, отрываясь от телефона.       Фил подзавис. Что ему ответить? Он наверняка видел, как тот выходил из его машины. Но он же просто подвёз его, верно? Значит ничего страшного.       — Ага, теперь следит за мной, чтоб не прогуливал.—усмехается Филипп, поглядывая на друга.       Тот тоже улыбнулся, опять пошутив что-то на счет того, что Антон пиписькович как курица наседка, следит за ними, дабы они не попали в какую-то жопу, из которой ему опять придется их вытаскивать, уже в который раз. Парень не особо слушал его, просто согласно кивал, улыбаясь для приличия.       Не сказать, что ему эти шутки не нравятся. Иногда даже смешно выходит. Но сейчас не хотелось такое слушать, да и не смешно было. Антон и вправду старается. Забивает на свою жизнь, и помогает подросткам, которые даже к нему никакого отношения не имеют. Постоянно готов сорваться хоть ночью, и вытащить их из какой-либо заварушки. Сколько раз он откручивал их? Сколько раз помогал с прогулами? Сколько раз денег давал, дабы долги закрыть? А сколько ему прилетало за их проступки? Это просто несчесть. Нужно проявить хоть каплю благодарности. Хотя Фил отлично все отрабатывает...       — Ты на тренировку пойдёшь? Мы подумали, может прогуляем? Он вроде сейчас не злой, вдруг и пропуск не влепит—усмехнулся Макс, убирая телефон в карман, вставая со ступень.       — Пойду, нифига он не добрый, пропуск точно влепит.— фыркнул парень, тоже поднимая жопу с места.       Он то как никто другой знает настроение тренера. Сегодня всё утро с ним провел. Злой как собака. Так еще и это правило его тупое. Пропуск влепит и не пожалеет, а потом еще и пиздюлей всей ораве накинет.       — Да ёп твою мать... А мы уже планы построили. Все в пизду!—возмущался Максим, направляясь в сторону раздевалки.       — А где вообще остальные?— интересуется Фил. Обычно они все собираются вместе, а потом идут на уроки. А тут только они вдвоём.       — Они уже в раздевалке сидят, а я тебя ждал.— объясняет друг, дергая ручку двери, за которой по его словам, сидели остальные.       Зайдя в раздевалку и вправду увидели там парней. Филипп со всеми поздоровался, и присел на скамейку.       — Короче, Фил сказал, что прогулять не получится,— в комнате послышались недовольные цоканья и вздохи.— Ковалёв сегодня не в духе, пропуск влепит сто пудов       — Да блять... Я думал свалить — сказал, Платон надевая спортивную футболку.       — Да что ты? А мы думаешь хотели тут остаться?— грубо произнес Даня, кидая в шкафчик одежду.       Парни продолжали возмущаться, а фил просто спокойно переоделся, и под шумок свалил из раздевалки, направившись в тренерскую, где он хотел найти Антона.       Зайдя в нее, там как и ожидалось находился мужчина. Антон, что-то писал на листе бумаги. Он был так занят делом, что не заметил парня который прошел внутрь.       Только лишь когда Белов обвил его талию сзади своим руками, мужчина оторвался от дела.       — Фил, отлепись от меня.—серьезно сказал Ковалев. Хотя ему сейчас и очень хотелось растворится в парнишке, просто обнять его, посидеть вместе. Вся эта работа, вечные погони, ментовки из которых приходится вытаскивать ребят, постепенно надоедают, но он не за что не променяет это ни на что.       — Неа- улыбнулся Филипп, ещё сильнее зажимая его руками.       Постояв так немного, младший решил, что пора отпустить его, но не на долго.       Он распустил объятия. Антон сразу отодвинулся от него, поворачиваясь к тому лицом, желая, что-то сказать. Ему как обычно не дали это сделать. Парень набросился к нему с поцелуями. Ковалёв спиной прижался к столу, руками пытаясь отодвинуть парня.       — Фил, Фил, Фил, Фил — тароторил его имя старший, пытаясь достучаться.       Тот свои действия не прекращал, а лишь сильнее вжимается в родные губы. Затыкать его таким способом было лучшее ощущение на свете. Антон перестал сопротивляться, полностью отдаваясь процессу, перенося инициативу в свои руки.       Он развернул младшего спиной к столу, и откинув бумаги, усадил его. Руки тренера уже оказались на его бедрах, прижимая ближе к себе. Фил обвил ногами талию мужчины, цепляясь за того руками.       Поцелуи были жаркими. Пока Филипп пытался отдышаться, запрокинув голову назад, хватая ртом свежий воздух. Ковалёв времени не теряя, приступил истязать, теперь доступную часть тела подростка. Он окуратко подцеплял зубами тонкую кожу, оттягивая, оставляя укусы. Сейчас было абсолютно наплевать будет ли их видно, что подумаю парни, да и кто-либо другой. Сейчас они полностью погружены в удовольствие.       Фил, залез своими холодными руками, старшему под футболку, поглаживая выпирающий пресс подушечками пальцев, на что тот идиотски улыбается.       Они даже не замечали сколько проходит время. Хотя за ним нужно было бы последить, так как тренировка началась десять минут назад.       Подростки направились на поиски тренера, да и куда же они могли еще заглянуть как не в его тренерскую, где он постоянно сидел.       Распахнув дверь, и увидев, как фил сидит на столе, зажимая ногами Ковалёва, который целует его в засос, у них появилось масса вопросов.       — Это че за нахуй?— первым очнулся Макс.       Пара сразу обратила внимание на чей-то голос, поворачивая головы на дверной проем, где теперь стояла толпа ребят.       — Нихуя, Фил, ты теперь за пропуски тренеру сосёшь?—улыбается Даня, проходя в глубь комнаты, откидываясь на стену.       Белов оттолкнул старшего, слезая со стола. Он был весь красный. Его застукали в таком положении, да еще с Ковалёвым. Какой позор его ждет. Он не может и глаз поднять.       — Да че ты! Нам же неважно гей ты или нет—пытается приободрить его Платон.       — Ага, а еще нам абсолютно похуй с кем ты трахаешся— соглашается Женя, и толкает дрочера в плечо. Тот явно хотел сказать, что-то не очень умное.       —Надеюсь на наши с вами отношения это не повлияет,— подаёт голос Ковалёв, смотря на подростков.       Те улыбаются, и хором говорят, что то по типу «нет, конечно!».       Филипп лишь стоит и смотрит в пол, это как еще одно усложнение его жизни. Хотя усложнение ли? Может всё будет хорошо, и отношение с друзьями, и с Антоном только укрепятся? Как знать.       В толпе происходил спор. Они уже делились на две команды. Кто-то говорил, что Ковалёв сверху, а кто-то что Фил. Спор никак ни утихал       — Да замолчити вы а!? Не нужно лезть в нашу постель!— возмутился Белов, сгорая от стыда и злости.       Ему бы не хотелось, чтоб его друзья, знали, что он ложится под Ковалёва. Это было бы очень стыдно.       — Прекратили!— орет старший, сильно топая ногой по деревянным доскам. Фил уже подумал, что вот его спасение! Сейчас он скажет им всем заткнуться, и не лезть в это дело. Может даже, он стал здраво мыслить, а не искать способ для самоутверждения.— Конечно я сверху!— восклицает тот, переходя на смех.       А нет. Показалось.