Глава 1. Двое могут сохранить секрет...
19 марта 2024 г., 22:16
Дискотеки в Дворце культуры всегда были одинаковыми: громкая музыка и круги из ребят, которые ещё толком не успели повзрослеть, но уже пришились к группировкам. Стали, так сказать, «пацанами». Не по своей воле, конечно, но кого это волновало? Хочешь жить умей вертеться. Они танцевали и пели, хотя пением это было сложно назвать, скорее они кричали, кричали до боли в горле, стараясь быть громче вражеской группировки:
«Богатырская наша сила —
Сила духа и сила воли…»
Пацаны широко улыбались, повторяя однотипные движения. Кто-то не попадал в такт, кто-то задыхался, ведь воздуха в Дворце культуры катастрофически не хватало, но всё же продолжал петь, а скорлупа путалась то в ногах, то в руках, старшие тихо посмеивались над младшими и давали подзатыльники, если те наступали им на ноги. Даже удивительно. Почему же старшие спускали с рук подобное? Будь то улица, скорлупа одним подзатыльником бы не отделалась…
Но на танцполе всё было как-то… Проще, что ли…
Турбо нравилась эта атмосфера. Дворец культуры был одним из немногих мест, где не надо использовать кулаки. Нет, группировки, конечно, приходили сюда для того, чтобы устроить кровавое месиво в конце дискотеки, но, к счастью, так заканчивалось не всегда, и парень хотел верить, что этот вечер будет одним из таких, ведь «Киноплёнки» — пацаны, крышующие завод «Тасма», который выпускал кино- и аудиоплёнку — нигде не было видно. Наверное, танцуют в другом Дворце культуры. Кажется, уже никто и не вспомнит, с чего началась война между группировками — в какой-то момент это просто стало казаться нормой. Да и к чему ворошить прошлое? Ни одна из сторон не собиралась останавливать эту вражду.
Но вернёмся к танцполу.
Было в этом что-то завораживающее, казалась бы, обычная дискотека, одна из многих, которые ничем не отличались. Но пару лет назад Турбо полюбил эти глупые танцы, тогда в его жизни будто бы снова появился смысл, и на удивление заключался он не в драках, а в карих глазах, что всегда следили за ним и взглядом могли залезть в самую душу, вывернув её наизнанку…
Музыка притихла, и вдруг диджей объявил, что сейчас будет белый танец. Турбо тяжело вздохнул и обернулся в поисках своей партнёрши. Его «баба» стояла возле стенки в другом конце танцпола и непринуждённо рассматривала свежий маникюр, болтая о чем-то с подругами.
Вера Сабирова — она была красива, даже очень. Раньше состояла в бабской конторе, хоть и была самая младшая, но мозгами шевелить умела, этим и заслужила положение старших. Даже в смотрящих своего возраста была. Поговаривали, что авторша рассматривала её, как преемницу. Конторы той давно уже нет, Вере чудом удалось спастись от утопления, но знающие девчонки уважение к ней проявляли по сей день и даже часто обращались за советом. Она всегда делала вид, что ей совершенно не интересны эти танцы, и стояла где-то в сторонке, но все прекрасно знали: девушка молча наблюдает за бабами и в случае чего решает возникающие конфликты, будь то скандал из-за одинаковых платьев или неожиданно пришедшая вафлерша.
Многим новеньким она не нравилась, считали, что Вера больно умная и слишком много на себя взяла, а теперь просто выпендривается этим и воротит нос от простых баб.
«Бред. Этим дурам поучиться бы у неё», — думал Турбо. Он её уважал. Вера была хорошей девчонкой, поэтому он и предложил ей встречаться в своё время. Валера направился к ней, натягивая парадную улыбку. Он схватил девушку за вытянутую ладонь, несильно сжал пальцы и, потянув, развернул к себе.
— Подарит ли такая красотка медленный танец такому простому пацану, как я? — театрально спросил Турбо.
— Только если такому, как ты… — Вера тихо усмехнулась и приблизилась. Они прошли на танцпол. Девушка закинула руки на плечи парня, а тот аккуратно уместил свои на её талии.
Ребята начали двигаться в такт мелодии. Вскоре кучка тел заполонила всё пространство танцпола. Турбо оглядел свою скорлупу, песня ещё толком не началась, а те уже во всю целовались со своими девчонками. И что только они так тщательно выискивают в чужих ртах? Наверное, парень никогда этого не поймёт.
Валера покачал головой и повернулся назад к Вере. Девушка тоже осмотрела танцпол, а после парня встретил спокойный рассудительный взгляд, который в обычное время источал только холод и уверенность, лишь один раз Турбо увидел в них тепло, но адресовано оно было не ему…
Парень и не особо нуждался в этом тепле… Точнее нуждался, но не от Веры…
«Я пытался уйти от любви…»
Тёмно-серые глаза девушки, безусловно, были прекрасны, но они уступали его любимым карим, которые Турбо пытался отыскать на этом треклятом танцполе. Валера почти не держал девушку за талию, он смотрел по сторонам в попытках найти Его. Человека, на которого он всегда устремлял свой взгляд.
«Я брал острую бритву
И правил себя…»
Где же его любимая лысая макушка? Было слишком темно, ещё этот противный мигающий свет от диско-шара и чёртова скорлупа, которая так и лезла под ноги, закрывая обзор. Всё вокруг будто мешало поискам. Чем этих детей вообще кормят? Откуда они такие здоровые взялись-то? Или, может, это он уже утоптался?
Парень ослабил хватку на талии Веры, чтобы обернуться, но быстро опомнился и немного сократил расстояние между ними. Турбо решил проверить девушку, но столкнулся лишь с безразличием с её стороны, казалось, что она тоже что-то высматривает в толпе. Наверное, очередная ссора баб. Валеру это мало интересовало. Где же всё-таки спрятался его любимый человек?
«Я хочу быть с тобой…»
Стоило только дяде Бутусову затянуть эту строчку, как парень заметил в противоположном углу танцпола пристальный взгляд, жадно впивающийся в него.
Вот они, эти карие, почти черные глаза, которые излучали уют и тепло, в них хотелось спрятаться. На свету они становились желтоватыми и были похожи на ириски «Кис-кис», которые так противно склеивали зубы, но были слишком вкусными, чтобы отказаться от них. Эти глаза, подобно сладостям, привлекали к своему владельцу внимание — стоило только взглядам столкнуться, как ты намертво прилипал.
Турбо не сдержался и улыбнулся широко, искренне, так, как улыбался только Ему. Зима усмехнулся и вдруг пропел одними губами:
«Я хочу быть с тобой…»
Валера мог поклясться всем, что у него было, что в этот момент, несмотря на шум вокруг и расстояние, он услышал. Услышал голос парня прямо рядом с собой. Может, это прозвучало в его сердце? Нет, слишком слащаво для «пацанов». Они застыли, как истуканы, но лишь на мгновение, ведь нужно было продолжать танец.
Как же им не хотелось отворачиваться друг от друга.
Взгляд невольно скользнул вниз, и Валера опешил, столкнувшись с нескрываемым любопытством со стороны бабы Зимы. Миля смотрела в его сторону, глаза были узкими, как две щёлочки, девушка явно была раздражена. Один лишь чёрт знает, что творится в её голове.
Эмилия Хайруллина была лучшей подругой Веры, а также её полной противоположностью. Если одна была спокойной, то другая была бомбой замедленного действия: с кучей эмоций, спонтанно сменяющие друг друга; кучерявыми волосами, которые придавали лицу ребяческий вид, и яркой улыбкой, такой, что могла растопить даже самое холодное сердце. Турбо вспомнил, как впервые познакомился с Милей, тогда она вела себя довольно тихо и кротко, а Вера, как сторожевая собака, возвышалась над девушкой, не давая другим лишний раз взглянуть на неё. Теперь же Валера думал, что девушка тогда скорее защищала других от Эмилии. Как говорится в тихом омуте…
Миля приподняла голову и дёрнулась, а после в спешке отвернулась и притянула Зиму ближе, заставляя их взгляды пересечься. Вскоре ребята и вовсе, мило болтая, отвернулись от Турбо и Веры.
Отчего-то резко кольнуло в груди. Неприятно. Даже очень. Хотелось подойти к ним, скинуть кукольные женские ручки с чужих плеч и положить свои мужские, грубые. Валера был уверен, что Зиме понравиться это намного больше. Хотелось просто закричать, обматерить всех и вся вместе взятое, заявить свои права на парня, чтобы никто больше не смог трогать его без разрешения Турбо. Почему они обязаны скрывать свои чувства? Почему Валера не мог пригласить своего любимого человека на медленный танец? Неужели он и правда так много просит?
Его лицо словно окатило жаром, как от звонкой пощёчины, стоило только столкнуться с ледяным взором Адидаса. Ну конечно же… Турбо прекрасно знал ответы на эти вопросы, они были до боли очевидны.
«Я резал эти пальца за то, что они
Не могут прикоснуться к тебе…»
Валера старался держать себя в руках.
Он с трудом, но смог принять тот факт, что является «пидорасом», одним из тех, которых батя материл в пьяном угаре, услышав об очередной вспышке ВИЧ, тех, которых гнобили даже чушпаны, тех, над которыми измывались «пацаны». Если бы только всё это заканчивалось оскорблениями и избиением. К сожалению, он не понаслышке знал об этих чёртовых вылазках группировок… Наверное, ему и всей жизни не хватит, чтобы раскаяться в своих поступках.
Может, поэтому парень и стал одним из «них». Своеобразная шутка судьбы, или скорее плевок в душу… Хотя если плевок выглядит, как Зима, то Турбо был не против.
Валера проигнорировал взгляд друга и наконец-то одарил вниманием девушку перед собой, они переглянулись. На лице Веры появилась приторно-сладкая улыбка. Слишком наигранно и неестественно. Турбо ответил своей рабочей. Ребята обнялись, избавляясь от расстояния между ними, Вера спрятала своё лицо в груди парня, а Валера уткнулся в плечо девушки.
Турбо не мог поверить в то, что этот медляк наконец-то закончился.
И снова заиграла знакомая мелодия. Неужели артисты не выпускают новых песен? Обязательно по кругу запускать одни и те же? Присутствующие разбежались каждый по своим углам, снова формируя круги, Турбо стоял в стороне, пытаясь отыскать Зиму, чтобы незаметно подкрасться к нему, стоило первому куплету закончится, и все как один загорланили:
«И снова седая ночь,
И только ей доверяю я…»
Неожиданно сзади парня тихо прозвучало:
«Знаешь седая ночь,
Ты все мои тайны…»
Турбо дёрнулся и резко обернулся.
— Специально выбрал строчки, в которых нет «р», да? — саркастично спросил Валера, передразнивая картавость парня.
Тот лишь усмехнулся уголком губ, его уже давно не выводят из себя такие детские колкости. Турбо перевёл взгляд за спину парня, там стояли пацаны из другой группировки. Вахит всё понял без слов, в следующее мгновение Валера почувствовал весомый, но беззлобный удар в плечо. Зима знал, куда бить, чтобы не задеть ссадины от последней драки.
— Я сейчас тебе зубы выбью и будем ходить вдвоём: шепелявый и картавый. Идёт, да? — парни посмеялись. — Пошли курить. Угощаю, — Зима осторожно посвятил из кармана красной пачкой «Астра», которую конфисковал у скорлупы. Довольно дешёвые, но сейчас все радовались и таким.
— Курить! — негромко выкрикнул Валера, выставив перед собой кулаки, и направился вслед за парнем.
Пацаны вышли на улицу, их лица сразу охватил мороз, неприятно щипая щеки и окрашивая румянцем. Парни принялись искать максимально уединённое место, чтоб без лишних ушей, но тем не менее такое, где бы они оставались на виду, во избежание лишних вопросов. Турбо тяжело выдохнул, изо рта пошёл пар, он украдкой оглядел пацанов за спиной Зимы. «Разъезд». Типы, конечно, противные, но ничего особенного.
Зима достал пачку, внутри которой помимо сигарет оказался кусок ваты. «Умные чертята», — мысленно то ли похвалил, то ли пожурил Турбо скорлупу. Вахит, как настоящий джентльмен, заткнул одну часть сигареты ватой, имитируя фильтр, как в дорогих аналогах, и чтобы табак случайно не высыпался в рот, а после протянул другу. Тот кивнул и принял её. Свою же сигарету парень взял в зубы и подошёл ближе к Валере, максимально допустимо сокращая расстояние между ними.
Парень зажёг спичку, Турбо рефлекторно приблизился и накрыл слабый огонёк рукой, чтобы тот случайно не потух. Он прикурил и вопросительно поднял взгляд на Зиму, который продолжал стоять с сигаретой. Вдруг Вахит нагнулся и прикурил от сигареты во рту Турбо, смотря прямо ему в глаза. Слишком сексуально. Повезло, что рука Валеры прикрывала обзор. Зима прекрасно знал, что это смущает парня: тот сравнивал прикуривание сигареты от сигареты с непрямым поцелуем, поэтому он никому не позволял так делать. Никому, кроме Вахита.
Теперь стало непонятно: был ли румянец Турбо из-за мороза или всё же из-за парня, стоящего перед ним. Валера дёрнулся и отвернулся, стараясь спрятать лицо, он услышал тихий смешок. Парень мягко улыбнулся и затянулся, дым горечью наполнил лёгкие, Зима тихо стоял в сторонке, осматривая его…
— Ты слишком напряжен, — сделал вывод Вахит, от него трудно было что-то скрыть.
— Меня напрягает Вова… Он будто всё знает, — честно признался парень, выдыхая дым.
— Забудь. Он какой-то дёрганый в последнее время, вот то и косится на всех, как бешеная шавка, — отмахнулся парень. — Сложно быть паханом.
— Это да… — протянул Валера. Неожиданно пошёл снег, ветер подхватывал крупные хлопья и кружил в воздухе. Завораживающий вид. — Я бы не хотел оказаться на его месте, — Вахит лишь кивнул.
— А чего бы ты хотел?
— Надо подумать, — он задумчиво поднял голову, смотря на небо. Звёзд, не было видно, не удивительно, они редкие гости в городе.
Так чего же хотел парень? Глупый вопрос. Ему хотелось сбежать с Вахитом, далеко от всех, от ужасных родителей, от группировок, от людей в целом. Жить бы в маленькой хижине в лесу, собирать ягоды и грибы, летом работать на огороде и разводить кур, колоть дрова или что ещё делают в таких местах? Неважно. Главное каждую ночь сидеть на лавочке перед хижиной, обниматься и смотреть на звёзды. И откуда только у него взялись такие мысли? Он же не баба, ну, правда…
— Хочу бутерброд с маслом и сладкий чай!
— Значит сегодня ко мне? — усмехнувшись, уточнил Зима. Турбо лишь широко улыбнулся и размашисто кивнул.
— Пошли назад, а то я уже окоченел, — парень быстро докурил сигарету и выбросил импровизированный фильтр. Вахит же загадочно улыбнулся.
— Хочешь, чтобы я тебя согрел?
Валера вздрогнул, представляя каким образом тот хотел сделать это. Нельзя терять самообладание.
— Дома, всё дома… — нервно бросил он и облизнул губы, прикусив нижнюю. Наверное, обветрились на морозе.
Зайдя в Дворец культуры, парни удивились, услышав очередной медляк. Неужели так долго простояли на улице? А выкурили всего-то по одной сигарете. Тяжело вздохнув, они разделились и принялись осматривать танцпол, чтобы найти своих «спутниц». Песня уже близилась к концу, но девушек нигде не было видно. Парни снова пересеклись. Турбо волновался. Не похоже, что девушки танцуют с кем-то другим, да и не стали бы они так поступать. Может, они ушли? Хотя, даже не предупредив? Не попросив проводить? Всё-таки ночь на дворе. Не могли же Турбо с Зимой обидеть их? Нет, Вера "бой баба", подошла бы и всё в лицо высказала, не стала бы просто пропадать. Парни подошли к женскому туалету и спросили у вышедшей девушки, не видела ли она там их баб, та лишь покачала головой.
— Давай разделимся, — предложил Зима. Турбо кивнул. — Я ещё раз всё осмотрю внизу и на улице, а ты поднимайся на второй этаж. Позже встретимся здесь. И ещё… — Вахит осмотрелся, а после похлопал парня по плечу. — Не переживай.
— Хорошо.
Парни разошлись. Валера поднялся по лестнице на второй этаж, продолжая думать, куда же могли пропасть девушки. Он осмотрел балконы, поспрашивал встречных пацанов, но панику просил не поднимать. Девушек не решался спрашивать, ещё растрепят на весь Дворец культуры, ему не нужен лишний шум. Валера ходил взад и вперёд, пока не набрёл на тупик, тут он вышел из размышлений и наконец-то заметил, что забрёл в какой-то тёмный коридор. Мебель кругом была накрыта тканью, на полу был слой строительной пыли, а стены местами были потрескавшиеся и облезлые. Турбо побрёл вперёд, он не помнил, как пришёл сюда, поэтому ему на пути то и дело попадались тупики.
— Какие-то катакомбы, ей Богу…
Валера остановился, услышав странные звуки, прислушавшись парень смог отличить голоса. Знакомые голоса. Он пошёл на звук. Тот привёл его к приоткрытой двери, парень не решился зайти. Мало ли застукает кого за чем-нибудь непристойным? Неудобно получилось бы. Может, у человека сейчас всё случиться в первый раз, а тут он помешает. Не дело. Парень тихо присел и, заглянув в щель, начал прислушиваться.
Комнату освещал тусклый свет фонаря за окном, как только глаза привыкли к мраку, парень увидел двух девушек, сидевших на диване. Та, что поменьше, прильнула к своей подруге, обнимая за талию.
— Почему же у меня такое чувство, что ты злишься? — тишина. Девушка взглянула на подругу. — Мими, будешь так хмуриться — морщины появятся, — она тыкнула подругу в лоб.
«Вот и наши потеряшки», — подумал Турбо. — «Что это за атмосфера такая? Я понимаю, подруги, но как-то слишком близко, что ли…»
— Ничего такого… — пробурчала Миля.
— Но? — настаивала Вера.
— Да просто Турбо… — девушка потихоньку начала сдаваться.
Парень уже было хотел вмешаться и раскрыть себя, но, услышав свою кличку, решил повременить. Некрасиво, конечно, подслушивать подруг, тем более, когда одна из них твоя девушка. Но когда ещё ему выпадет шанс узнать, почему Миля так странно смотрит на него, верно?
— Что с ним? — в голосе слышалась привычная сталь. По спине парня пробежали мурашки. Неужели они так сильно его ненавидят?
— Бесит он меня, вот что! — вспылила девушка. Брови Валеры подскочили, и что это за клуб «Ненавистниц Турбо» тут собрался? — Чего он тебя лапает-то постоянно? Танцевать нормально не умеет? Говорила тебе, лучше бы с Зимой была, тот поскромнее будет. Он вообще во мне не заинтересован. А у этого ещё и улыбка такая…
— Какая? — голос Веры потеплел, теперь в нем слышался смешок, добрый, но не насмешливый.
— Дурацкая! — заключила девушка. — Он так обнимает тебя…
— Как?
— Неправильно! — всё не унималась Миля. — Никто не смеет прикасаться к моей любимой так, никто, кроме меня! — пропищала она. — И почему он может подарить тебе белый танец, а я нет?!
Турбо почувствовал, как сердце неприятно кольнуло. Понимал же. Сам несколько минут назад волком смотрел на Эмилию и представлял, как скидывает с Зимы её руки, как накрывает парня своими. Эти чёртовы медляки, никому от них нет покоя.
— От чего же не можешь?
— Шутишь? — грустно спросила девушка. — Ты же лучше меня об этом знаешь… Я не такая смелая, как ты… Да и остальные…
Турбо грустно усмехнулся, прислоняясь к стене. Ошибка. Большая ошибка. Он не рассчитал расстояние, из-за чего ударился головой, коридор же подхватил и эхом разнёс тихий стук. Парень прикрыл рот рукой, но это не осталось без внимания.
— Ты слышала? — испуганно спросила Миля, прижимаясь к девушке. Валера задержал дыхание. Вера прислушалась.
— Наверное, снова богатырскую силу включили. И чего они вечно орут, как придурки? Аж до сюда слышно, — цокнула девушка, и повернулась на подругу. — Не боись, никто не заходит в это крыло, оно на ремонте уже как год. — Валера кивнул, так вот почему здесь так пусто. — Вернёмся к танцу. Тебе обязательно нужно танцевать на танцполе?
— Что ты имеешь в виду?
— Родителей снова в командировку послали, на пару дней, — издалека начала Вера. — Дома так пусто и одиноко, — она поправила прядь волос за ухо. — Мы могли бы прийти ко мне, выпить чаю с твоими любимыми конфетами, — девушка медленно приближалась к Миле, смотря прямо в глаза. Турбо мог поклясться, что видит, как у последней краснеют уши. — Поставим пластинку и будем танцевать хоть всю ночь на пролёт, — она поцеловала девушку в лоб, — только если ты хочешь этого.
Вот ничему парень не учился, на этот раз он вздохнул от умиления.
— Ну вот опять!
— Наверное, крыса.
Парень почесал нос, похоже, наконец-то проснулся стыд, всё же Вера была недалека от истины.
— Тут есть крысы! — Миля из последних сил старалась не закричать. Вера по-доброму усмехнулась и погладила девушку по голове.
— Ну что ты, глупышка, боишься, я же здесь с тобой. Я смогу защитить тебя, в отличие от всех этих бестолочей внизу, которые кличут себя «пацанами». — Эмилия лишь обижено надула губы и блеснула своими большими глазками. — Что мне сделать, чтобы ты перестала бояться?
— Поцелуй меня, — настойчиво попросила Миля и закрыв глаза выставила губа бантиком.
— Как пожелаешь, Мими.
Турбо заёрзал, стыд с головой накрыл его. Может, уйти? А если кто-то другой увидит их? Нужно сделать вид, что он только что подошёл. Да. Сейчас парень тихо встанет и громко потопает, якобы идёт по коридору.
План-то был хороший, вот только исполнение хромало, всё же Турбо не был шпионом. Парень попытался встать, как вдруг поскользнулся на каком-то куске ткани и толкнул дверь, которая со скрипом распахнулась, открывая обзор на двух целующихся девушек, сидящих на пыльном диване. Миля первая заметила парня, она замерла, как олень перед машиной. Вера же разорвала поцелуй и, раздражено цокнув, повернулась. Она закрыла девушку собой. В комнате повисла неловкая тишина. Никто не знал, с чего начать.
— Я тут, этого самого… — язык предательски заплетался, а слова всё никак не хотели строится в предложения.
— А мы тут тоже этого, знаешь… — неуклюже подхватила Миля. — Целоваться учились, вот что! — неожиданно выпалила она. И не придерёшься же ведь, Турбо не в первые слышал о такой практике среди девчонок. — Так что не придумывай себе там ничего лишнего!
— Так вот оно что! — парень виновато отвёл взгляд. — А мы с Зимой вас потеряли, там медляк был, переживали, где вы…
— А-а-а, потеряли значит…
— Да…
Интересно, могла ли ситуация стать ещё более неловкой, если бы в разговор не влезла Вера.
— Знала же, что это плохая идея, — быстро прошептала она. — И с какого момента ты подслушивал? — парень хотел было открыть рот, но Вера его осекла. — Не устраивай тут цирк, просто скажи.
— Не то, чтобы я специально… — сразу же сдался Турбо.
— С какого?
— У меня дурацкая улыбка? — он чесал затылок, смотря куда угодно, только бы не пересечься с глазами девушек.
И без того большие глаза Мили расширились и вновь заблестели, а руки предательски задрожали, Вера накрыла их своими, большими и тёплыми.
— Чего же не бежишь рассказывать всем?
— Я не собираюсь рассказывать, — парень покачал головой.
— Врёшь, — с каждым словом голос становился строже, холоднее, от недавнего тепла не осталось и намёка, — ты же трепло, это всем известно. Давно слухов не было? Поэтому увязался за нами? — она сорвалась, больше не могла сдерживать в себе весь этот гнев. — Все вы «пацаны» одинаковые, придумали себе принципы и ходите с высоко поднятой головой, будто святые. Скажи мне, чем вы лучше других? Просто тупая шайка отбросов!
— Вер… — тихо позвала Эмилия.
— Что, Вер? Я хочу услышать от него ответы! Что дальше? Изобьёте нас? Может, сразу убьёте? Ах нет, вы же сначала любите поиздеваться. Этим вы постоянно занимаетесь? Шакалите и убиваете обычных людей! Ставите себя выше зеков, презирая их, но поступаете хуже, чем они…
— Вера, прекрати! — не выдержала Миля, она дёрнула девушку за руку. Горячие слезы потекли вниз, размазывая тушь, тело предательски дрожало. Вера будто очнулась. Поняла, что пересекла черту.
— Прости… — Она вытерла щеки девушки и накрыла её своей олимпийкой.
— Я не расскажу, — девушки недоверчиво оглянулись на него. — Просто поверьте мне, один раз…
Неожиданно в коридоре эхом раздался топот. Вера хотела что-то ответить, но в миг замолчала, ближе прижимая к себе подругу.
— Турбо! Где ты, чёрт тебя подери, — знакомый картавый голос, парень улыбнулся.
— Чертей-то не трогай! Здесь мы!
Вдруг комнату наполнил яркий свет от фонарика, а в проёме показалась любимая лысая макушка, только вот следом за ней выскочило ещё пару голов. Улыбка в момент пропала с лица Турбо.
— Придурок, — заключил Вахит, улыбаясь. — Чем вы тут заняты были?
— Че решили на троих сообразить, да? — конечно же, Маратик не смог воздержаться от своих глупых комментариев — после возвращения брата он сильно смелым стал, но Зиме было плевать на Адидаса старшего, он все ещё был супером, а значит старше, поэтому с громким хлопком дал подзатыльник парню, тяжёлый и увесистый, не такой, каким он бил Турбо. И правильно, нечего скорлупу распускать!
— Мы тут… — Валера оглянулся на девушек, которые опасливо косились на него. Вера нахмурилась, намереваясь что-то сказать, хоть и знала, что по сравнению со словами «пацана» её будут лишь пустым звуком, тем более после истории с бабской конторой. Турбо не дал ей сказать. — Милю бегали искали, — девушки удивились. — Она крысу увидела, во-о-от такую здоровенную, — парень развёл руками в воздухе, прикидывая размер той самой «крысы», а мог ведь просто на себя показать. — И убежала в неизвестном направлении. Я пока искал их забрёл непонятно куда, а в одном из тупиков с Верой столкнулся, мы вместе и начали Милю искать. Ходили, бродили и услышали, как она тут сидит, всхлипывает и трясётся от страха.
Пацаны дослушали рассказ Турбо и переглянулись.
— Ну бабы, ну дуры! — подытожил один.
— Крыса-то небось больше Мили испугалась! — подхватил другой.
— Она же маленькая, а ты вон дылда какая! — в коридоре послышался смех.
— А ну-ка позатыкали рты! Смелыми себя почувствовали? — рявкнул на них Турбо. — Всё же про наших девок говорите! — скорлупа притихла в момент, он перевёл взгляд на Зиму. — Не обессудь, что не предупредил.
— Да ладно, хорошо, что нашлись, — отмахнулся Вахит и повернулся к младшим. — Ну, раз вы все такие умные, то строимся в кружок, будем дам назад провожать, и чтобы ни одна крыса, жучок или паучок к ним не подошли. А если хоть один испугается, то со всего возраста спрашивать буду! Понятно?
— Да… — вяло вскрикнула скорлупа.
Девушки, не отрываясь, смотрели на Турбо. Когда парень повернулся к ним, Миля слабо улыбнулась, а Вера просто отвернулась, но больше она не источала холод, а лишь привычное безразличие. Уже что-то. Валера подмигнул им обоими глазами и кивнул.
— Поторапливайтесь, а то мало ли наткнёмся на крысиного короля. — усмехнулся Турбо выставляя руку вперёд и пропуская девушек в коридор.
— А что тут и такое есть? — нервно спросил один из скорлупы.
— А что, у кого-то уже поджилки затряслись? — усмехнулся Валера. — А над девушками-то как ржали!
— Пацаны ничего не бояться! — пискляво выдал один.
— Да-да! — подхватили все.
— Всё, пошли быстрее! Хочу ещё потанцевать успеть.
Малышня мигом окружила девушек и быстро направилась по коридору, освещая путь фонариками, из-за чего Вера с Милей прекрасно видели, как тряслись их коленки. Настоящие «пацаны», что сказать.
Турбо и Зима плелись следом за ними. Вахит поймал взгляд парня и вопросительно кивнул, вздёрнув бровями, но тот лишь отмахнулся. Потом. Они шли, периодически переглядываясь и улыбаясь друг другу.
***
Дискотека потихоньку подходила к концу, к счастью, никто даже не подрался, Турбо был рад этому. Наконец-то он вздохнул с облегчением. Сейчас он, как кот, растянулся на диване в гостях у Зимы. Хотя последний всё время исправляет его, говорит, что это их семейное ложе и никакой он не гость, а полноправный хозяин. Парень смотрел в потолок и прокручивал прошедший вечер, ожидая свои обещанные бутерброды с чаем. Он уже успел позвонить домой и предупредить, что не вернётся сегодня, чтобы мама не волновалась. Вахит наконец-то пришёл с кухни, он поставил стаканы на табурет и осмотрел парня, а после вернулся на кухню за бутербродами. Накрыв импровизированный стол, Зима уселся рядом с Турбо и запустил пятерню в его непослушные кудрявые волосы, они всё ещё были влажными после душа. Как же он был рад, когда они вновь отрасли, после их вступления в группировку. И кто вообще придумывает эти дурацкие принципы и правила? Зима помнил, в каком шоке он был, когда увидел лысого Турбо, у него будто забрали частичку мира, а тот, как обычно, широко улыбаясь, ответил: да ладно тебе, не зубы же — ещё отрастут. — Что же произошло на самом деле? — Зима опустил руку, поглаживая уже щеку парня, от его пристального взгляда невозможно было что-то скрыть. — Они встречаются… — кротко ответил он, парень многозначительно промычал. Турбо оглядел его из-под полуопущенных век. — Ты не выглядишь удивлённым. — Нет, я, правда, удивился, просто теперь кажется, что это было довольно очевидно. Ну знаешь… Их поведение, разговоры и всё в этом духе. Со стороны девушек это не выглядит так подозрительно. — Наверное? — небрежно пожал плечами парень. — Так каким образом ты узнал это? Не думаю, что они просто взяли и рассказали. — Если рассказывать с самого начала, то, когда мы разделились, я обошёл весь второй этаж, а потом задумался и нечаянно забрёл в какой-то тёмный коридор… — он в подробностях пересказал парню события вечера: тупик, странный разговор девушек и его неудачную попытку подслушать. — Ну, а дальше пришли вы, и мы не успели ничего толком обсудить. Как-то так. В комнате на мгновение повисла тишина. — Н-да, шпион из тебя такой себе, — сделал заключение Зима, из-за чего получил лёгкий шлепок по ноге. — Ну, будет тебе… А вот с Милей я не соглашусь, — Турбо изогнул бровь. — Твоя улыбка очаровательна. Валера засмущался и отвернулся к спинке дивана, пряча своё лицо в ладонях. — Тебя только это волнует? — невнятно сказал он. — Нет, — вдруг серьёзно ответил Вахит и отпил чай. — Глупые они. Не ожидал я такой беспечности, не от Веры…— Валера тяжело вздохнул и сел, парень протянул ему стакан. — Горячий. — Это да… — протянул Турбо, аккуратно забрав чай и уткнувшись лбом в чужое плечо. — Надо поговорить с ними. — Он покрутил стакан, грея руки. — Что сказать, чтобы они поверили, что я не разболтаю их секрет? — Разве ты не уже сделал это? — по-дружески пожурил парня Вахит, за что получил очередной шлепок. — Ай! Даже не знаю, расскажи, что мы встречаемся, а лучше скажи, что я встречаюсь с парнем, чтобы тебя не… — Нет, — резко перебил Турбо, подняв голову и смотря парню прямо в глаза. — Знаю, просто шучу, — Зима понимал, тот ни за что не позволит их секрету распространиться. Жизнь им была важнее, чем одобрение и понимание общества. Но он всё равно решил подшутить, чтобы разбавить атмосферу. Ужасно получилось. — Прости, — он протянул другу бутерброд в знак примирения. — Пацаны не извиняются, — передразнил Адидаса Турбо, парни засмеялись. — Всё нормально, — отмахнулся он. — Дело даже не в этом, просто понимаешь… — он откусил бутерброд и облокотился на спинку дивана, в очередной раз уставившись в потолок. — А что, если они не встречаются? Может это просто проверка, на поимку предателя или что хуже, может они отлавливают пидоров? Я не собираюсь тебя подставлять. — Лер… — мягко позвал Зима, а после погладил парня по голове. Только он имел право так по девчачьи называть Турбо, почему-то из его уст это звучало до боли ласково и как-то по родному, что ли. Да и вообще Вахиту очень многое позволялось. Разбаловал его Валера. — У тебя уже паранойя началась. Если это было проверкой, то ты её уже завалил. В тот момент, когда решил скрыть правду. — И то верно… Ну, посмотрим завтра, набьют мне морду или нет, — усмехнулся парень. — Не смешно, — Вахит поцеловал его в висок. — Так что планируешь говорить им? — Не знаю, посмотрю по ходу дела, — парень доел бутерброд и облизнул большой палец. — Вот не пойму, как они могут быть такими неосторожными? Зима загадочно улыбнулся, смотря на пальцы Турбо. Он забрал стакан из чужих рук и переставил на стол, а после навис над парнем, укладывая на лопатки. — Главное, что мы с тобой осторожные. — Вахит потянул ладонь парня к своему лицу и облизал с пальцев остатки масла с сахаром. Турбо что-то невнятно промычал в ответ и, томно выдохнув, прикусил губу в ожидании продолжения. Зима улыбнулся, увидев покрасневшие уши парня, он опустил взгляд, и, облизнувшись, заключил их губы в поцелуе, постепенно углубляя его. Валера по-хозяйски уложил руки на шее Вахита, притягивая того ближе к себе. Он весь вечер мечтал об этом. Не в таком контексте, конечно, но так даже лучше. Тяжёлые вздохи раздались по комнате, в ночной тишине они казались оглушительно громкими. Весь мир будто остановился, здесь и сейчас, позволяя парням насладиться моментом, насладиться друг другом. Зима был до жути жадным, когда дело касалось Турбо, вот как сейчас. Он резко отстранился, разорвав поцелуй, и размашисто провёл языком по шее, затем прикусил острые ключицы, попутно оглаживая чужие бока, спускаясь к манящим бёдрам. Он перешёл к паху, накрыв рукой, парень несильно сжал его, через ткань спортивок отчётливо был виден выступающий бугорок. Вахит на миг нахмурился, что-то смутило его, но он быстро отвлёкся, услышав, сдавленное мычание Турбо. Он продолжал дразняще сжимать и поглаживать член парня, а после аккуратно развязал бантик на штанах и проник под их резинку. Так вот в чем дело. Валера тяжело вздохнул от прикосновения прохладной ладони к его горячей плоти. — Я точно уверен, что в шкафу лежало пару твоих трусов, вместе с остальной одеждой, — парень обхватил чужой член, приостановив движения. — Так почему же ты их не надел? — прошептал он на ухо. — Разве? Я их не нашёл, — пожал плечами Турбо. — Мог взять мои, — не унимался он. — Как-то не догадался, — парень слабо подрагивал от нарастающего возбуждения. — Да что-ты… О, Зима любил издеваться над ним. Он вытащил руку из штанов, на этот раз проводя по животу вверх, и задрал футболку, поднимая её край ко рту парня, заставляя прикусить, а после губами припал к затвердевшим соскам. Турбо невольно закинул голову наверх, выгибаясь в спине, тем самым ещё больше оголяясь. Вахит спустил руки обратно к паху. — Приподними бедра, — скомандовал он своим низким голосом, Турбо тут же повиновался. Валера мельком опустил взгляд и увидел, как член парня неприлично выпирал, тот тоже был на пределе, но, как обычно, забыл о себе, заботясь только об удовольствии своего партнёра. Что же с ним таким заботливым делать-то? Повезло, что Турбо был внимательным другом, и, пока Зима был занят мешающей одеждой, он, не раздумывая, потянулся к его члену. Вахит согнулся от неожиданности и томно вздохнул, горячий воздух вызвал табун мурашек на прохладной коже. — Сними, — прошептал Валера, это прозвучало забавно из-за ткани в его рту. Вахита не нужно было просить дважды, он стянул свои штаны вместе с боксерами и кинул их куда-то в глубь комнаты. Парень вернулся к своему занятию, он обхватил член Валеры и принялся медленно вводить рукой. Больше дразня, нежели стимулируя. Он провёл вверх и притормозил, оглаживая головку большим пальцем, несильно давя на уретру. Зима так же не забывал о груди парня, облизывая и посасывая её. Турбо устал получать удовольствие один, он протянул руку и тоже принялся стимулировать член парня. В комнате слышались тихие стоны. Становилось жарче. Поза была до ужаса неудобной, хоть и открывала прекрасный вид на бёдра парня. Зима всё же отстранился и убрал чужое запястье со своего члена, а после, облокотившись на спинку дивана, потянул парня за руку, усаживая себе на колени. Это смущённое выражение лица Турбо возбуждало его в разы сильнее, чем странная порнушка из видеосалона. Вахит положил руку Валеры на оба их члена и, накрыв своей ладонью, сжал в кулак. Турбо глубоко вздохнул, из-за чего футболка было упала, но Зима вовремя подхватил её и снова потянул ко рту парня. — Не отпускай, — очередной приказ. — Ты же в курсе, какие тут тонкие стены. — Вахит усмехнулся, конечно же Турбо был в курсе. Зима принялся резкими толчками стимулировать их члены, Турбо изо всех сил сомкнул губы, стараясь приглушить стоны и не выронить футболку, которая уже порядком намокла из-за слюны. Вахит прикрыл глаза на мгновение, чувствуя приближающуюся разрядку. Неужели он закончит первым? Нет, так дело не пойдёт. Он посмотрел прямо в глаза Валере, усыпляя бдительность, а в это время свободной рукой провёл по спине приближаясь к его макушке. Зарывшись в мягкие кудряшки, Вахит помассировал затылок, а после резким движением потянул волосы вниз. От неожиданности парень было открыл рот, но его быстро заткнули поцелуем. Турбо кончил. Ему хотелось завалиться на бок, глаза уже предательски слипались, но он, тяжело дыша, посмотрел вниз. Парень продолжил надрачивать член Зимы. Валера хитро улыбнулся и, наклонившись к чужой шее, облизнул её. Стоило только ему провести языком по мочке уха и прикусить, как послышался хриплый стон. А после он почувствовал, как сперма растеклась по их животам, смешиваясь. Движения постепенно сбавляли темп, пока полностью не прекратились. Парни ещё какое-то время просидели так, обнимая друг друга, в полной тишине. Стоило только Турбо засопеть, как Зима чистой рукой погладил его по голове. — Не спи, — прошептал он на ухо. — Надо сходить в ванную. — Опять? — недовольно промямлил парень. — Не хочу! — Нам надо хотя бы вытереть это. — Вахит провёл по своему животу вытирая каплю спермы, растирая её между пальцами. Турбо недовольно отстранился, полузакрытыми глазами смотря на него. — Тебя отнести? — тот кивнул. — Хорошо быстро закончим с этим и ляжем спать. — Спать! — тихо воскликнул Валера, обнимая парня, тот мягко поцеловал его и понёс в ванную. Завтра, когда они проснутся, их снова будут ждать ненавистная учёба, чёртовы группировки и драки за асфальт, но сейчас им просто хотелось выключить свет, улечься на старый скрипучий диван, накрыться колючим одеялом, крепко обняться и просто уснуть. Оставив весь мир за пределами их маленького рая.***
Дым большим облаком поднимался в небо. Турбо стоял у ворот школы, и курил украденные у Зимы сигареты. А что? Тот сам постоянно говорил ему, что у них нет ничего «твоего» и «моего», есть только «наше». Даже вон трусы свои предлагал вчера. «Коммунист недоделанный», — усмехнувшись, подумал парень. Валера вспомнил спящее лицо Вахита и еле заметно улыбнулся. Ему пришлось постараться, чтобы выбраться из крепких объятий, оставшись незамеченным: нужно было уйти не свет ни заря, дабы застать Веру во время первого урока, потому что потом у них с Зимой начнутся пары в университете. Парень прекрасно знал, что невыспавшийся Вахит — непродуктивный Вахит, поэтому он изо всех сил попытался не разбудить его. После поступления Турбо и Зимы в университет пацаны какое-то время косо смотрели на них. С одной стороны, они были рады за парней, но с другой стороны, не понимали — а для чего это? Зачем так стараться, если в итоге всё равно пойдёшь на завод. Как хорошо, что им было плевать на чужое мнение, желание получить образование и свалить из этого чёртового города было сильнее страха насмешек. Парень снова затянулся, как вдруг периферийным зрением увидел знакомую рыжую мохнатую шапку. И казалось бы, такие сейчас на каждом шагу, у любой модницы можно найти, да и что скрывать у большинства мужчин она тоже была. Многие считали наличие такой шапки чуть ли не делом чести, хоть и цена на неё была кусачей, зато служила годами и грела даже в самые лютые морозы. Главное, чтобы не украли. Эту же шапку парень мог узнать из тысячи похожих, вот ни с чем не мог перепутать. Валера тут же потушил сигарету и спрятал в карман. Докурит потом. — Эх, Туркин-Туркин, опять свою цигарку смокчешь? У женщины был странный говор, хотя так ли странно это было для приезжей? Их сейчас много в городе развелось, правда, большинство было из деревень. Сначала люди приезжали на заработки, а по итогу перевозили всю семью. Турбо улыбнулся, вспомнив, как впервые нечаянно подслушал разговор учителей, где женщина использовала странные слова, а после доставал её бесконечными вопросами: а что это у вас за диалект? Не похож ни на один из наших. А вы откуда приехали? А это далеко от нас? Учительница же помучила парня немного, но в конце концов объяснила, что вообще она говорит на суржике, приехала с небольшого города на окраине страны, а из-за работы учителем ей приходится подавлять такие словечки, чтобы дети её понимали. Турбо тогда удивился: и как же её занесло к ним? — Ты бы лучше с таким усердием учился, с каким скуриваешь пачку, — покачала головой женщина. — Ну что вы, Галина Ильинична, это ж просто пар… — возразил парень. — Холодрыга какая на улице, — он для виду скрестил руки на груди и вздрогнул, а после широко улыбнулся и быстро подошёл к женщине. — И ты это пытаешься доказать мне? — усмехнулась женщина. — Ох, Туркин-Туркин. — Ну ладно, подловили, — парень почесал затылок. Турбо любил эту женщину. Галина Ильинична была у них в школе завучем и по совместительству учителем физики, но она не одна из тех злобных старух. Да, была строгой, но вполне справедливой, и материал могла преподнести так, что понятно будет даже ребёнку. В общем, она любила свою работу, и в некотором роде именно благодаря ей Валера снова нашёл в себе мотивацию учиться. Галину Ильиничну направили к ним, когда Турбо был в шестом классе, учителей не хватало, поэтому её перевели из другой школы. На тот момент парень уже два года как был членом группировки, он полностью забил на учёбу, убегая на сборы и тусуясь с «пацанами». Первый раз, когда Галина Ильинична позвала его к себе в кабинет на «ковёр» стал для него роковым. Она не кричала и не ругала, как прошлый завуч, женщина просто налила ему чай и спокойно поговорила, прося посещать школу, хотя бы половину уроков для начала. Турбо согласился на этот компромисс, а после он полюбил физику всей душой. Женщина заметила его потенциал и тягу к знаниям, поэтому решила заступиться за парня и всеми силами пыталась помочь. Взяла его под своё крыло, так сказать. Потом она узнала о семейном положении парня и ужаснулась. Кажется, с того момента он и стал для неё родным человеком. Галина Ильинична заменила Турбо бабушку после смерти, а он в свою очередь заменил ей ребёнка, которого у неё никогда не было. Как-то раз, когда Валера был уже старшеклассником, у них зашёл душевный разговор за кружкой чая, и женщина рассказала, почему решила так далеко уехать. Она росла в любящей семье, отец простой рабочий, мать учительница начальных классов, трое детей. Всё было прекрасно, но вот когда женщина закончила учёбу, в колледж поступил запрос из другого города, там как раз не хватало физиков. Декан порекомендовал Галину Ильиничну, одну из лучших выпускниц, отказывать было стыдно, да и без работы сидеть тоже не хотелось. Она испугалась, как так? Чужой город, без семьи и друзей. А тут как раз был молодой человек, который всячески ухаживал за ней. Ну они решили сыграть свадьбу, чтобы женщина осталась в своём городе. Спустя полгода ей всё-таки удалось найти работу. На этом бы история должна была закончится, да вот только муж оказался последним уродом. До свадьбы он держался, но после стал пить, уходил в страшные запои и даже несколько раз пытался напасть на женщину с ножом. Просто запугивал, но никогда не доводил до конца. Она долго терпела это ведь ни один раз слышала похожие истории от подруг. «Все так живут, ничего страшного, протрезвеет — извинится! Он даже не ударил. Не разрушать же семью из-за пустяка? Да и какой позор, ты представь!». Женщина долго с этим мирилась, но стоило только мужу сорваться и ударить её, как та твёрдо решила — с неё хватит. Пусть хоть из партии выгоняют, она подаст на развод. И она добилась развода, суд всеми силами пытался их примирить, но женщина была непоколебима, Галина Ильинична даже поссорилась с родными из-за этого. Больше её ничего не держало в том городе, поэтому она собрала чемодан и, мысленно простившись со всеми, уехала куда глаза глядят. Стала жить для себя, что было редкостью, она не искала отношений. Детей, конечно, хотелось, но она переживала, что не сможет обеспечить их, тем более с такой ситуацией в стране. Легче быть одной, чем эгоистично рожать ребёнка, а после упрекать во всех грехах. Услышав эту историю Турбо вдохновился, он захотел взять с неё пример. Собрать бы чемоданчик и, захватив Зиму под мышку, просто уехать, неважно куда, главное подальше от этого города. Именно благодаря Галине Ильиничне парень смог поступить в Инженерно-строительный институт. У него были небольшие проблемы со вступительным экзаменом по математике, она разобралась с этим. Парень до сих пор не знает, как она договорилась, но он был ей благодарен, за всё, что она сделала. Женщина подарила ему надежду, а в ответ он делал, как ему кажется, меньшее, что мог: отгонял от неё разных уличных хулиганов, чтобы не получилось, как у Марата. Все в городе знали — тронешь её, Турбо лично придёт за тобой, а там не известно: оставит он тебя в живых или нет. — Пары прогуливаешь небось? — прищурилась Галина Ильинична. — Никак нет! Они у нас с двух часов сегодня, и вообще я тут по важному делу! — гордо заявил Валера. — Давайте помогу! Тяжело, наверное, носить гранит науки, — он забрал из её рук пакеты с тетрадками и учебниками. — Вот морда хитрая, тяжело, конечно. Но на будущее, обычно говорят «грызть гранит науки», — по-доброму пожурила женщина. — Колись, чего хочешь? — У вас же сейчас урок у одиннадцатого «А»? — начал он издалека. — Шо, опять Верку хочешь на свидание позвать? А цветы где? — Так зима на дворе, негде сорвать-то. — Ох и бестолочь ты, — прыснула со смеху женщина. — Иди свою пачку сигарет на ромашку обменяй. — Да она уже начатая, кто ж возьмёт? — возмущено пожал плечами Валера. — Вы поглядите как он за эти цигарки держится! Ужас какой-то! И Родину за них продаст! — Ну, Галина Ильинична, — обижено было начал парень, как вдруг на его лице сверкнула хитрая улыбка. — Галина Ильинична, у вас в кабинете такой красивый цветок стоял… — Ишь чего удумал, Туркин, увижу — голову оторву! — Да пошутил я! — возмущённо вскрикнул парень. Женщина засмеялась, и Турбо подхватил. Так они зашли в школу, где манерная вахтерша с ярко голубыми тенями на глазах и красными губами лениво оторвала взгляд от газеты и посмотрела на них поверх очков. Валера сморщился, не любил он её, самая противная была из всех, вечно гоняла парня и вешала на него разные косяки, но с приходом Галины Ильиничны поуспокоилась. — Галина Ильинична, доброе утро. Вы проходите-проходите, но этого я дальше не пущу. — Доброе-доброе, Марья Петровна, да будет вам, он мне сумки помогает донести, я сегодня такую кипу тетрадок принесла, чуть Богу душу не оставила по пути, — отмахнулась женщина. — Он мне поможет сегодня оборудование перетащить, а то я физрука уже третий день жду. Марья Петровна растянула уголки рта в недовольной гримасе и, цокнув, тяжело вздохнула. Она прекрасно понимала, что Галина Ильинична второй раз по-хорошему просить не будет, поэтому женщина ещё помолчала некоторое время, а потом вернулась к газете. — Пусть проходит, но ненадолго! — Спасибо, Марья Петровна, — выдавив из себя улыбку, процедил Турбо. Парень прошёл за Галиной Ильиничной на второй этаж, в коридоре он нагнулся к ней и еле слышно сказал: — Эта старая карга вообще не меняется. — Да что ты, — женщина схватила парня за ухо. — А может, она не меняется как раз из-за того, что ты постоянно над ней издевался? — Да вы что, я? Да никогда. Враки это всё. Галина Ильинична потрепала его кудрявую голову и вздохнула. — Как там твой друг поживает? — Зима? — женщина выразительно посмотрела на него. — Ну, то есть Вахит, у него всё хорошо, дрыхнет ещё небось. Всё так же ошибается в задачах по электродинамике, да и вообще он немного рассеян в последнее время, поэтому постоянно совершает какие-то мелкие ошибки, то запятую пропустит, то не ту букву в формуле напишет. Я всегда помогаю ему с этим, — в голосе слышалось хвастовство, парень выпрямился, расправил грудь, ну точно гордился этим. — Да что ты? — саркастично спросила Галина Ильинична. — Ишь как нос задрал. А как у тебя с математикой дела? Сколько будет один делёный на два? — Ноль целых пять десятых! — обиженно сказал парень. — Вы мне теперь до конца жизни будете припоминать это? — сейчас-то он знал ответ, а вот на вступительном экзамене из-за нервов написал лишний ноль, что стоило ему пары баллов. — У нас с Зимой взаимовыгодная сделка — он проверяет мои работы по математике, а я его по физике. Наконец-то они дошли до кабинета. Из-за двери уже слышался шум, одноклассники Веры опять занимались какой-то ерундой, кидали бумажный мячик друг в друга. А казалось бы, взрослые люди! Галина Ильинична тяжело вздохнула, настраиваясь на урок морально, она повернулась к парню. — Сейчас зайдём в лаборантскую, я расскажу, что надо сделать, потом пошлю к тебе Веру, но учти, только на пять минут! — женщина пригрозила пальцем. Турбо улыбнулся и кивнул. — И если я не досчитаюсь хоть одного цветка… — Ну, Галина Ильинична, я же пошутил… — Знаю я твои шутки! Женщина открыла дверь лаборантской. Парень почувствовал знакомый запах спирта и металла. Он частенько прятался здесь от скучных уроков, решал задачи и проводил свои опыты, тут женщина дополнительно его готовила к вступительным экзаменам, и тут же они пили чай и просто болтали обо всем на свете. Парень вспомнил как нечаянно, во время очередного эксперимента, уронил одно из оборудований на горшок с цветком, тот понятное дело разбился и из него посыпалась земля. Парень не на шутку испугался, он со слезами на глазах пытался собрать его в кучу, женщина же, услышав странный звук, вошла в лаборантскую и застала эту картину. Стоило ей подойти ближе и потянуться к парню, как тот резко дёрнулся, закрыл голову руками и чуть ли не плача крикнул: «простите меня пожалуйста, я не специально!». Женщина опешила от такой реакции, тогда она спокойно погладила его по лысой макушке и сказала: «всё хорошо, главное, чтобы ты не поранился, давай я сама все уберу, ладно?». Вроде бы в тот день парень и рассказал ей о проблемах дома. — Ну шо ты, как не родной встал? — поинтересовалась Галина Ильинична, вырвав парня из воспоминаний. Валера осмотрел лицо женщины, с того момента на нём добавилось пару морщин, но улыбка всё ещё оставалась яркой и тёплой. И как время так быстро пролетело? — Проходи, — она устало махнула ему, парень прошёл в кабинет и оставил пакет с тетрадками на стуле. Женщина тем временем сняла пальто и повесила на вешалку, Турбо сделал также. Галина Ильинична достала из-под стола балетки и наконец-то сняла свои сапожки. — Ну так-то лучше, не в том я возрасте, чтобы на таких каблучках бегать. Была бы моя воля, вообще бы ходила в пушистых тапочках! — Да будет вам причитать, вы ещё женщина вон в полном соку! Вам бы ещё больше каблучок-то! — женщина рассмеялась. — Ну Туркин, ну как ляпнешь, хоть стой, хоть падай. — Галина Ильинична подошла к парню и взъерошила его волосы. — Так ближе к делу, нам новое оборудование завезли, оно на складе лежит в спорт зале, пойдёшь с Верой, чтобы она в учительской ключ попросила и сказала всем, что ты этим займёшься, а то ты же знаешь, как учителя на тебя смотрят. — Как на красивого эрудированного юношу? — улыбнулся парень. — Госпади, и откуда же ты слов таких понабрался? Как на чертёнка во плоти, — Турбо надул губы. — Ну ладно, хватит, как будете выходит из лаборантской закроете её на ключ, чтобы никакая детвора не зашла, вон он на столе лежит. — Она указала на дальний стол возле двери. — И, если время останется, проверишь контрольную работу седьмых классов? Там всего лишь пару задач, мозги хоть освежишь… — лукаво протянула учительница. — Пару задач говорите… — парень отвёл взгляд, прикидывая сколько у него осталось времени до пар. — Шучу, лентяй, тест у них был, просто проверь, совпадают буковки или нет. — Чего сразу лентяй-то! Я просто прикидывал, сколько у меня времени до пар! А буковки проверить так это я запросто! — Тогда договорились. Если что чайник знаешь где, там же и чай с печеньем. — плутовато сказала Галина Ильинична. И к чему это? Вот любит она загадочности себе добавлять! Турбо невнятно кивнул, а женщина устало цокнула. — Веру-то угостить не забудь… — А! — наконец-то понял он. — Спасибо большое, Галина Ильинична, я в следующий раз вас тоже угощу, обязательно! — Вот когда работать будешь, тогда и угостишь, ты же знаешь, краденое не возьму, — пожурила женщина парня, грозя пальцем. Прозвенел звонок. Галина Ильинична тяжело вздохнула и улыбнулась, подходя к двери между лаборантской и классом, она открыла её и прошла внутрь. Тут же повисла тишина. Турбо взял из тайника женщины печенье, сел за стол и, смотря в окно, стал прислушиваться. Женщина крикнула, чтобы все разбежались по своим местам, она поздоровалась, и все встали. — Садитесь-садитесь, сейчас будем ваши двойки разбирать по контрольной работе. Я, конечно, не учитель русского языка, но написать "кáнтрольная работа", через «а», в одиннадцам-то классе, это уметь надо. Про задачи вообще отдельный разговор. — Турбо тихо посмеялся, пытаясь не мешать уроку. Женщина открыла журнал и оглянула класс. — Так, Сабинова на месте? — Я тут, Галина Ильинична, — девушка подняла руку. — Верочка, у тебя пятёрка стоит за контрольную, там был маленький недочёт, но это после урока расскажу, а сейчас могу попросить тебя сходить с одним добровольцем, взять ключ у уборщиц от кладовой в спортивном зале и проводить его. Он нам оборудование обещал перетаскать, а то я Петра Фёдоровича уже третий день дождаться не могу. И предупреди всех, пожалуйста, что он со мной, чтобы его не выгнали. — Хорошо, Галина Ильинична, — девушка нахмурилась и оглянулась на Милю, та грустно улыбнулась, уже ждала свою очередную тройку, хотя Вера ей всячески пыталась помочь на контрольной. Она верила, что у той будет хорошая оценка. — Отлично, он тебя в лаборантской ждёт, можешь идти. А теперь, — женщина повернулась к классу — кто хочет раздать тетрадки? Вера прошла в лаборантскую и застала там Турбо, поедающего печенье. Парень выглядел как хомяк. Девушка оглянулась и аккуратно прикрыла за собой дверь, она подошла ближе к нему, скрестив руки на груди. — Что ты тут забыл? — тихо спросила она, голос был строгим, но не холодным. Всё же Турбо в прошлый раз сдержал своё слово, промолчал. Хотя девушка ему всё ещё не доверяла. — Разве Галина Ильинична не сказала? Я пришёл с оборудованием помочь. — Вера прищурилась. — Ну ладно, вообще я хотел выловить тебя и Милю на разговор, не на улице же это обсуждать. — Ты прав, — на удивление быстро согласилась девушка. — Ты же слышал, что мои родители уехали в командировку, мы с Милей будем ждать тебя сегодня в пять часов. — В пять говоришь?.. — Турбо быстро прикинул время, вроде бы должен успеть. — Хорошо, договорились, как только у меня закончатся пары, прибегу к вам, — парень заметил, как плечи девушки опустились. Оказывается, она всё это время была напряженна. — Я и не думала, что ты… — тихо начала девушка. — Что я? — Что ты ешь как крыса, — одёрнула себя Вера. — Хватит крошить тут, пошли за ключом. — Так точно! — ответил парень и подошёл к девушке, он протянул ей печенье на салфетке. — Возьми, — Вера посмотрела на него, и уже собиралась отказаться, но парень насильно впихнул ей пару штук в руки. — Вижу же, что хочешь! Хватит выпендриваться, а если и правда не хочешь, то Милю угости. Она же любитель поесть во время уроков. — он подмигнул ей, а Вера слабо улыбнулась. На мгновение Турбо показалось, что это было даже искренне. — Легко делиться, когда не своё отдаёшь, — сразу же отшутилась Вера, задрав голову. Валера лишь надул губы. — Хоть не украл и на том спасибо. — Вера спрятала лакомство в карман формы. — Ладно, пошли за ключом. Парень вышел вперёд и открыл Вере дверь, девушка лишь закатила на это глаза. Они закрыли лаборантскую и направились к уборщицам. Ребята по пути подшучивали друг над другом, хотя скорее Вера издевалась над Валерой, но по-доброму. Она рассказывала, что произошло в школе нового. Парень был приятно удивлён, хотя в тоже время ему это было странно, девушка улыбалась и шутила, но Валера чувствовал, что-то изменилось в её поведении, казалось, что от старого холода и отстранённости почти не осталось ни следа. Будто всё пришло в норму, и этой чёртовой дискотеки никогда и не было. Хотя Турбо прекрасно понимал, что вечером их втроём ждёт серьёзный разговор, а он ведь ещё даже не придумал, что сказать! Вера довела парня до кладовой, а сама ушла в лаборантскую, чтобы Турбо не пришлось каждый раз закрывать и открывать дверь, а ещё она забирала оборудование из его рук на входе и аккуратно расставляла по местам. Ребята управились довольно быстро, после чего Вера напомнила парню, что они будут ждать его в пять часов, и вернулась в класс, где её ждала Миля с широкой улыбкой: представляешь всё-таки четвёрка! Вера нежно улыбнулась и потрепала подругу по голове, она не сомневалась в ней. Турбо сел за стол и принялся разбирать пакет с тетрадками, там он нашёл стопку тетрадей седьмого «А», «Б» и «В» классов. Парень тяжело вздохнул. К счастью, внутри оказался сборник контрольных работ, в который был вложен листик с ответами. Ему оставалось всего три тетрадки, как вдруг прозвенел звонок. В кабинете стало шумно. Галина Ильинична повысила голос, пытаясь продиктовать домашнее задание, а после она уставшая ввалилась в лаборантскую. — Только первый урок, а я уже хочу, чтобы меня пристрелили. — Да будет вам, вы же любите свою работу, — улыбнулся Турбо. — Люблю, — согласилась женщина. — Только когда нас не заваливают кипой ненужных бумажек и документов. Тихий ужас, честное слово. — Галина Ильинична осмотрела парня за столом. — Ну что ты там? Все получается? — Да, тут парочка осталось, проверьте потом по вариантам, чтобы друг у друга не списали. — Конечно-конечно, — отмахнулась женщина и повернулась к кабинету, вроде бы её кто-то позвал. — Валер, подожди секунду, я сейчас вернусь. Женщина ушла обратно в класс, Турбо нахмурился, а после пожал плечами и продолжил проверять тетрадки. Это был какой-то ад. Как же хорошо, что он не пошёл на учителя. Через пару минут парень закончил, и тут Галина Ильинична вошла в кабинет, держа руки за спиной. — Ну что ты пчёлка-трудяга? Закончил все дела? — лукаво протянула женщина. — Принимай работу хозяйка. — парень развёл руками показывая на стол. Он на мгновение почувствовал знакомый запах, но одёрнул себя. Наверное причудилось. — Верю-верю. — улыбнулась Галина Ильинична. — Ну раз ты помог, то вот, угощайся. — женщина протянула пакет с сочными перемячиками. И всё же нос Турбо никогда не подводил. Он широко улыбнулся и набросился на пакет. — Друга своего угостить не забудь, а то небось и не завтракаете толком. — Перемячики! Ух ты! А откуда они у вас? Вы же не любите эти «жирные пирожки с мясом», — передразнил манеру женщины парень. — Да увязался тут за мной один чёрт, всё покою не даёт. Носит разные вкусности. Печенье, кстати, тоже от него. — отмахнулась женщина. — Чёрт говорите… — Турбо призадумался. — А не Пётр Федорович это случаем? — женщина вскинула брови. — А не смотрите так на меня, он на вас давно поглядывал. — вдруг парень серьёзным тоном продолжил. — Не отвечайте ему, а если не отвяжется меня зовите, мы с ребятами ему популярно объясним, что нельзя женщин преследовать. — Преследовать? — удивилась Галина Ильинична. — Ага, была у нас одна хорошая учительница, так он ей проходу не давал, вот и уволилась. Испугалась. — Ужас какой-то… — женщина подпёрла щеку рукой. — И как таких уродов земля носит? Не переживай, ты же меня знаешь, я развода добилась, если он начнёт меня преследовать, то я с директором поговорю, он мне за одно дело задолжал как раз. Этот Пётр Федорович вылетит со школы, как пробка от шампанского. — И правильно. — закивал парень. — Так значит, это не он к вам пристаёт? — женщина отрицательно покачала головой. — Хорошо. Ну вы всё равно аккуратнее, если что сразу зовите меня, мы этому черту рога-то пообломаем, — парень перевёл взгляд на часы. — Ох, мне уже бежать пора, рад был с вами повидаться! — он подошёл к вешалке, наспех надел куртку и выбежал из лаборантской. — Туркин, а ну остановись, — еле успела крикнуть ему Галина Ильинична, выскакивая из кабинета. — Пирожки свои забыл. — Спасибо большое! —парень подбежал к учительнице, забрал пакет и обнял её. — Я ещё заскочу к вам на днях. — Буду ждать, —женщина потрепала его кудри, а после разорвала объятия. — Ну беги, чего встал-то. Парень, сверкая улыбкой на всех порах помчался к Вахиту, чтобы разбудить и вместе с ним поехать в университет. Он выбежал из школы, мороз покалывал щеки, а солнце ярко светило прямо в лицо. Парень ненароком вспомнил Александра Сергеевича: «Мороз и солнце; день чудесный! Ещё ты дремлешь, друг прелестный…» Прав был дедушка Пушкин и мороз с солнцем, и день чудесный и даже друг прелестный, который дремал и ждал Турбо! Парень надеялся, что и вечер у него будет чудесный.***
Турбо очень не любил опаздывать. Это привилось к нему после вступления в группировку, не хочешь подставить возраст, приходи пораньше. Валера не считал себя порядочным. Он был далёк от этого. Но всё же парень старался посещать все пары, помогал, когда просили преподаватели, и оставался после занятий если требовалось. Вот как сегодня. Ему не повезло, после пары по высшей математике преподаватель попросил его задержаться, чтобы разобрать одну задачу, с которой у парня возникли трудности. Роберт Маркович был мужчиной придирчивым и вредным, он противно шепелявил, из-за чего студентам сложно было разобрать, что он диктует. Если бы не Галина Ильинична, тот бы вообще отказался помогать кому-либо. Валера на миг задумался, может он перепутал, может это Роберт Маркович был тем чёртом, что ухаживал за женщиной? Он бы с радостью собрал пацанов, чтобы избить его. Парень попросил по-хорошему, предупредил, что спешит и что ему надо уже уходить, на что преподаватель надулся, как индюк, и отчитал его, сказав что-то вроде: молодой человек, я тоже был в вашем возрасте и понимаю, как одно проблемное место может затуманить сознание, но математика это основная основ, на первом месте учёба, а, как поётся в песне «Первым делом самолёты», девушки потом. Этот усатый гад нарочно тянул время, из-за чего парень теперь опаздывал на полчаса! Ему пришлось скинуть рюкзак Зиме, сказав, что вечером на сборе заберёт. Сейчас парень на всех порах мчался по указанному адресу, повезло ещё, что это было относительно недалеко: пару остановок на автобусе, в который Турбо в последний момент успел заскочить, помахав водителю. Парень, скрючившись стоял перед дверью, пытаясь отдышаться. Хоть в чем-то Адидас оказался прав, пора бросать курить. Турбо постучал в дверь, вышло громче чем он планировал, послышался глухой стук, будто что-то упало на пол и тихий писк. Через пару секунд дверь открылась, но не полностью. Вера осторожно выглянула в подъезд. — Ты один? — неуверенно спросила она, оглядевшись. — Да, — удивлённо ответил парень. Ему было в какой-то степени забавно от такой конспирации. Вроде бы и правильно, что они осторожничают, вот только раньше нужно было об этом думать. — Простите, правда, меня этот мудак усатый задержал после пары. По-человечески его просил, а он… — Ясно всё с тобой, — перебила девушка, тяжело выдохнув, она распахнула дверь пропуская парня внутрь. — Заходи давай, Миля уже сума сходит. Как в подтверждение её слов Турбо, войдя в коридор, наткнулся на пару глаз, которые любопытно оглядывали его из-за угла. Миля осторожно выглядывала из гостиной. — Ты один? — Турбо кивнул, девушка облегчённо выдохнула, Вера закрыла дверь на ключ. — Я уже подумала, что ты приведёшь с собой кого-нибудь. — Я же вам обещал. — Да кто вас «пацанов» знает, вы сначала говорите одно, а потом делаете по-другому, — раздражено проговорила Вера. — Не могу отрицать этого, — парень разделся и прошёл за Верой в комнату, где на небольшом столике стояли два стакана с чаем и тарелка с печеньем. — Мы начали без тебя. Подожди секунду, я тебе тоже налью, — сказала Вера. — Да не надо… — попытался парень. — Всё же ты мой гость, да и тем более утром угощал. — Кстати, спасибо большое, — сказала Миля. — Печенье было очень вкусным. — Да это Галину Ильиничну благодарить надо, — Валера почесал затылок. — Да, Вера сказала, — Миля отвернулась. Девушка осматривала ковёр на стене, книги на полках, игрушки на диване — ей всё ещё было неловко в присутствии парня. — Как день прошёл? Как там Зима? Турбо тоже чувствовал себя некомфортно, поэтому охотно поддержал разговор Мили. Вскоре в комнату вернулась девушка с двумя стаканами чая. Она поставила один парню, а другой подруге. Та прошептала, что не стоило, на что Вера ответила лишь: «я знаю, что ты хочешь ещё». Наконец-то ребята уселись, они смотрели друг на друга в полной тишине. Постепенно неловкость нарастала, Вера первая прервала тишину. — Как мы можем верить тебе? — как говорится: не в бровь, а в глаз. Вера была известна тем, что не любила ходить вокруг да около. — Честно? Никак, — девушки напряглись, но парень не собирался врать. — Просто выслушайте меня, а дальше решайте сами. — Вера с Милей переглянулись, а после кивнули. — Я сохраню ваш секрет. Дело в том, что… — Валера тяжело вздохнул, сейчас или никогда. — Я устал. Эти группировки с их принципами и понятиями… Раньше мне казалось, что всё вокруг просто большая игра, у которой есть негласные правила. Дерись за асфальт, не бей ногами, не нападай на парня, который идёт с девушкой и всё такое. Мы отличались от блатных, мы создавали не столько группировку, сколько семью. Место, где пацанята могли укрыться от проблем и от непутёвых родителей. — Турбо смотрел на стакан перед собой, не отрывая взгляд. — Теперь же даже лежачего добивают, на обмен все забили, не дай Бог зайти на чужую территорию — отпиздят, а твою маму в любой момент могут ограбить… — он вспомнил случай с матерью Пальто, некрасиво получилось всё-таки, если бы чужие ограбили, а тут свои же. Раньше такого бы не случилось. — Херня какая-то, одним словом. — Это мы и без тебя видим, — а ведь и вправду, Вере, как никому, было известно, о том, как поменялась Казань в последнее время, парень только сейчас понял, что давно уже не слышал о женских группировках. Вроде «киноплёночные» всё ещё держали при себе женскую контору, но это было на уровне слухов и не более. — В общем, не расскажу я никому о вас… — Но? — спросила Вера. — Что «но»? — переспросил парень. — Не коси под дурочка, обычно после такого должно следовать «но», — пояснила Вера. — Я не верю, что у тебя нет никаких условий. Что мы должны сделать? И учти, если это что-то отвратительное, я… — Мне ничего не надо! — перебил Валера, выставляя перед собой руки, он задумался. — А хотя… Мы же можем продолжить делать вид, что встречаемся? — Зачем тебе это? — наконец-то в разговор влезла Миля. — Я не понимаю, разве ты не влюблён в Веру? Ты же понимаешь, что она не будет больше спать с тобой? — Вера и Турбо переглянулись и неловко отвели взгляд друг от друга. — Мими… — Вера потянулась к чужой руке. — Вер, — грубо отдёрнула руку девушка. — Узнать, что твой любимый человек на самом деле водил тебя за нос, это должно быть больно, ну, как минимум, ты должен быть огорчён, а, как максимум, зол… — Ты права, — подытожил Турбо. — Если бы мой любимый человек так поступил со мной, я был бы в бешенстве… — было заметно, как что-то щёлкнуло в голове у Мили, и выражение её лица поменялось. — И кто же она? — Она не связана с группировками, — сразу «сдался» парень. — Она из комсомола, не хочу, чтобы люди знали, что мы общаемся… Вы же сами понимаете, — парень опустил голову. Стыд новой волной накрыл парня. А как иначе? И правду сказать не может, и врать сильно не хочет, надеется, что девушки примут такой расплывчатый рассказ и не станут дальше допрашивать. Мало ли сейчас захотят секрет на секрет поменять. И что парню делать? — Как благородно и иронично, — горько усмехнулась Миля. — Вер, прости меня, если сможешь, — продолжил парень. — Ты правда мне очень сильно нравилась, но я тоже не дурак, ты боишься мне лишний раз улыбнуться. Поэтому я и нашёл другую, у нас с ней тоже есть некоторые ограничения, но я хотя бы чувствую, что меня любят, искренне, — он поднял взгляд. — Врать не буду, мне очень стыдно перед тобой, и я местами даже очень рад, что всё так вышло. Я же знаю, что будет, если мы с тобой расстанемся. Отвратительно, что девушкам приходиться страдать от этих долбанных понятий… На мгновение в комнате повисла тишина, девушки пытались переварить услышанное, а Турбо старался им не мешать. — Так вот оно что… — протянула Вера, она не выглядела удивлённой. — Зима думает так же, как и ты? — спросила Миля. — Ну… — Турбо немного опешил от такого вопроса, он бы вообще не хотел упоминать парня в сегодняшнем разговоре. — Вроде как. Пацанов кто думает так же, к сожалению, чертовски мало, от всех банд, может быть, наберётся процентов пять, и то я не уверен. До меня доносились всякие слухи про Жёлтого из «Дом быта», он сейчас очень строго наказывает за изнасилование. Но из остальных, никто не решиться в открытую высказывать свою позицию. — И то верно, — кивнула Эмилия. — Значит, сохранишь наш секрет? — Слово пацана! — вылетело быстрее, чем Турбо успел подумать, он неловко почесал затылок и отвёл взгляд. — Если оно ещё хоть что-то значит… — Твоё значит! — широко улыбнувшись сказала Миля. Вера, поймав на себе взгляд парня, кротко кивнула, вроде бы у неё на лице даже проскочила улыбка. Мимолётная. Но парню этого хватило. Турбо был приятно удивлён, он весь день ходил, как на иголках, обдумывая, что сказать и как правильно донести до девушек свою мысль, даже Зиму несколько раз дёргал. Парень просто не мог поверить в то, что их встреча закончилась на такой приятной ноте. И все же день сегодня был по истине чудесный!***
Даже ночное небо сегодня было прекрасным, ни облачка, из-за чего было видно звёзды, такие яркие и большие. Парню казалось, что если он протянет руку, то сможет схватить одну из них. Турбо уговорил Зиму залезть на их родную крышу, это было самое высокое здание на районе, поэтому они могли там делать всё что угодно и не переживать, что их кто-то увидит. Парни лежали на старом покрывале, которое они припрятали специально для таких вечеров. Валера прокручивал в голове прошедший сбор. Вова позвал парней поговорить о будущем банды, он был в бешенстве от того, что они проиграли последнюю драку. Поэтому Адидас решил серьёзно взяться за их физическую подготовку, на следующем собрании он объявит это остальным, и в этот же день проведёт хомутки. Турбо грустно усмехнулся. Ужасная подготовка? Да он в этом зале почти каждый день Богу душу отдаёт на пару с Вахитом, а в итоге что? Стоило только столкнуться с «Грязью», как молодые убежали прочь. А ведь это была даже не «Киноплёнка»! Скорлупа и то собралась в один большой круг и бежала вперёд. Скорлупа! Пацанята, которые должны от силы на пиках стоять и ничего больше. Супера и остаток молодых старались защитить малых, но куда там. Проиграли. Спасибо красным, вовремя разогнали всех, а то дело уже шло до поножовщины. Валера раздражено цокнул. Вахит, будто читая мысли парня, протянул сигарету из своего рта, тот, не раздумывая взял её и закурил. — Что у нас на следующей неделе? — выдыхая дым спросил Турбо. — Да как обычно, строй мат, инженерная графика, физика твоя любимая… — начал перечислять Зима. — Да не… — усмехнулся парень. — На улице у нас чего? — А-а-а. Да по мелочи. Загасить молодых, которые сломились, и пошакалить двоих на следующей неделе. Вроде Ералаш подвёл, но после последних событий Адидас решил им проверку сделать. — Логично, нам не нужны очередные лошки, — кивнул он, соглашаясь. — Они в отмах должны стать или… — Надеюсь красноречивыми окажутся, так впадлу драться, у меня ещё прошлые синяки не сошли. — Ноешь, как девчонка, — подколол Турбо. Зима изогнул бровь, а после надавил парню на ребро. Попал прямо в ссадину. Знает гад, куда нажимать. Парень зашипел от боли и чуть не выронил сигарету. Вахит забрал её себе и затянулся, не прекращая давить на рану. — Понял-понял, прекрати, — Валера шлёпнул друга по руке. — Ералаш, говоришь, подвёл? Если сам смотритель за них ручается, то ребята должны быть дельными. Главное, чтобы не получилось, как у Маратика. — Это точно, — посмеялся Вахит. — Я никогда не забуду его испуганное лицо, когда ты спросил, ручается он за Пальто или нет, это было нечто. — А ты бы как поступил? Что если на сбор придёт какой-то чушпан, которого ты знаешь, допустим, товарищ по школе, неважно короче, — отмахнулся парень, — вот придёт и скажет, что пришиться хочет и что ты за него ручаешься. — Если я в нём не буду уверен, то и не стану соглашаться, скажу, что это какой-то местный сумасшедший, — пожал плечами парень, задумываясь. — Хотя я уже однажды пытался, не получилось… — Турбо нахмурился. Когда это такое было? — А что, не помнишь? Я ведь предупреждал всех, что ты сумасшедший, так не послушал никто. Всё равно пришился за мной следом… — Турбо резко ударил его по бедру под тихий смех. — Это кто за кем пришился ещё? Ходил за мной хвостиком постоянно. — Да-да, конечно, если ты веришь в это… — парни рассмеялись. — Повезло Маратику, что пацан толковый оказался. — Это да… — Кстати, а Вова что-то говорил о нашем переходе? — спросил Турбо, Зима нахмурился. — Мы больше не можем сидеть в суперах, переросли уже. — Он что-то вскользь упоминал о том, что летом хочет провести. Как никак среди скорлупы Маратик. Вова решил в поход сгонять, сосиски пожарить и всё такое. Это своего рода и физическая подготовка будет, поэтому у нас сборы немного увеличились. Поднакопить хочет. — Армейские штучки на нас опробовать решил, да? Интересно, — парень забрал сигарету, в последний раз затянулся и потушил об крышу. — Твоё мнение, приживётся традиция или нет? — Я думаю, никуда не пойдём, мы либо на первом километре сдохнем, либо переругаемся, либо же просто денег не соберём. — И то верно! — посмеялся Турбо. — Лучше засядем на каком-нибудь пустыре, разожжём костёр, как раньше, и песни под гитару петь будем. — Жаль пианино тяжёлое, а то Пальто бы нам устроил концерт. Смех постепенно начал сходить на нет, между парнями повисла тишина. Ветер начал усиливаться, замораживая их. Турбо повернулся к Зиме и вздрогнул, тот уже какое-то время рассматривал его. Лицо Валеры залилось краской. Вахит довольно усмехнулся и потянул руку к чужим щекам, он погладил их, пытаясь согреть, после чего медленно приблизился и поцеловал парня. И это они ещё возмущались, как Вера с Милей могут быть такими неаккуратными? Турбо осторожно разорвал поцелуй, уткнувшись своим лбом в чужой. — Зим, — прошептал он. — Может… в армейку свалим? — Это ещё зачем? — со смехом спросил парень. — Чтобы на покой уйти. — На вечный, что ли? — Вахит постарался сгладить углы. Ужасно вышло. Он отстранился и посмотрел Валере в глаза, они блестели в свете фонарей. Чёрт. — У меня больше нет сил этим заниматься. Я не могу… — парень поджал губы. — Лер… — Зима потянулся к кучерявой макушке. — Что «Лер»? — уставши спросил Турбо. — Зим, ты же лучше меня видишь, как всё вокруг меняется. Раньше мы приходили на сборы, и я чувствовал себя, как дома. Будто я там, где должен быть. Помнишь наши посиделки у костра? Когда мы были скорлупой? Зима грустно улыбнулся. А как же не помнить? То было прекрасное время. Тогда ценили и заботились о младших, ведь это было будущее группировки. Они бегали за старшими, которые казались героями, старались подражать им, ходили на разные задания, стояли на пиках, и помогали в драках. Хотя супера всегда оттаскивали их подальше, ведь драться это дело молодых, а они пока не доросли. А вечером все собирались возле костра, где старшие начинали нахваливать их: «— Вон Турбо опять в драку полез и в этот раз даже вырубил одного, представляете! — начал один, трепля Валеру по лысей макушке. — А Зима как вовремя подскочил, я уже думал всё, не встану. — подхватил второй, активно жестикулируя руками для пущего эффекта. — Вот молодцы какие! — Мороз тоже вылез, как чёрт из табакерки, и чужих, и своих напугал. Со всех сторон раздался смех и начались крики: а Кот, а вот Куян… Скорлупа сидела, широко улыбаясь и хихикая. Приятно было, что старшие заметили их старания, да ещё и похвалили на общем сборе! О чем ещё и мечтать можно? — Какая у нас скорлупа отважная! — заключил пахан. — И не побоялись же! Младшие решили не отставать и начали нахваливать старших, какие у них удары быстрые и чёткие, как красиво они уложили противников, и вообще их старшие самые крутые в городе, да что там в городе, в стране, нет, во всем мире!». Конечно, не всегда было всё так радужно. Хоть к скорлупе и относились с заботой, временами молодые или супера могли, конечно, и отпиздить, но это было редко и то за дело! — Как же не помнить? — А я о чем! Мы стояли друг за друга горой, наш старенький спортзал был для меня всем миром, такой родной и такой любимый… — парень одёрнул себя. Как-то слишком слащаво вышло. — Старшие сделали из него наш приют, где нам всегда были рады. А сейчас что? Это просто сырой подвал. Понятия покатились по одному месту, люди вокруг неадекватные, злые. Не в такую банду я приходил… — Турбо повернулся на спину и прикрыл глаза. — Я так понимаю, ты сегодня встретился с Верой и Милей. — Откуда знаешь? — А как не знать-то? Ушёл ни свет ни заря, на парах сидел как амёба, а после убежал куда-то. За весь день и слова не сказал, а теперь ещё и в апатию впал. — Валера кивнул, его в очередной раз прочитали, как открытую книгу. — Значит, я тебя всё же разбудил утром? Прости. — Не страшно, суть вообще не в этом, — отмахнулся парень. — Как всё прошло? — Всё прошло хорошо… — Турбо пересказал Вахиту всё, начиная с Галины Ильиничны и её чертах, которые не дают проходу женщине. Он вспомнил о том, что в его рюкзаке в переднем кармане так и остались лежать перемячики, парень достал их и угостил друга, они уже были холодными, но всё равно остались невероятно вкусными. Потом Валера рассказал о Вере и Миле, и об их разговоре. — Я сказал, что влюблён в одну комсомолку, красавицу, спортсменку, и что не скажу, кто она, потому что не хочу создавать ей проблем, а потом извинился и пообещал, что сохраню их секрет. — Понятно… — Вахит посмотрел на звёзды, задумываясь. — Я похож на комсомолку-красавицу? — Скорее на спортсменку. Ветер эхом разнёс смех парней. Время уже было позднее, и по-хорошему ребятам пора было расходиться по домам, но они до последнего оттягивали этот момент, наслаждаясь компанией друг друга.
