зажигать.

— лу гуан! лу гуан, вставай! что же ты такой засоня-то... — лу гуана разбудил беснующийся комок, кажется, бесконечной, энергии. ну и кто кроме чэна сяоши это мог быть? очень скоро лу гуан понял, что его планы отоспаться во время отпуска покатились коту под хвост. тяжело вздохнул и сел на кровати. и стукнулся обо что-то лбом. и решил, что всё-таки надо бы не просто встать, но и открыть глаза. прямо перед собой, он увидел два горящих янтарем и азартом гла́за, которые спустя секунду резко отдалились от него. чэн сяоши нервно усмехнулся, но прощения просить не стал. — давай же, лу гуан, наконец-то выпал снег, вот уж настоящее новогоднее чудо, пойдем гулять! чэн сяоши всегда был... громким. всегда занимал очень много места, а его присутствие всегда было заметно в помещении. и вы не подумайте, это не не нравилось лу гуану, просто... он удивлялся. постоянно удивлялся, как он все еще терпит такого соседа. а потом сяоши всколыхнул что-то в душе непонятное. лу ухватился за эту тонкую ниточку чувств, он ведь ненавидел что-то не понимать, всегда пытался разобраться во всем до конца. разобрался. результат... удивил. и долго проходил множественные перепроверки. ну не верилось лу гуану, что он может так глупо и безоговорочно влюбиться в своего соседа. друга. доскональный и рациональный, непредвзятый анализ своих чувств говорил о другом, что ж, пришлось смириться. лу гуан думал, что скоро все уйдет, но куда там. и вот они сейчас здесь. чэн сяоши без стеснения сидит на его бедрах, а лу гуан без раздумий запускает свои руки под его футболку, оглаживает поясницу. и получает очаровательно покрасневшего и надувшегося чэна, который бьет его по рукам и отводит взгляд. смотрит на него с притворным раздражением: "ну куда ты лезешь... я тебя гулять вытащить хочу! на улице погода такая прекрасная!" лу гуан лишь улыбается чуть заметно (он знает, что чэн сяоши замечает. знает, как у того каждый раз при виде такой улыбки перехватывает дыхание, но поделать с собой ничего не может, не хочет. у лу не в характере смеяться, а такие улыбки... чэн сяоши слишком хороший, чтоб всегда держать лицо рядом с ним). "так уж и быть, идем. надень шапку, уши отморозишь, я не буду тебя отогревать, тем более сидеть потом с больным". они оба знают, что лу гуан нагло врет. он может и час, и два простоять на морозе в одном позе, держа в руках лицо сяоши, отогревая его красные уши. он будет ворчать, но закутает в плед, каждый час будет заставлять сяоши мерить температуру, варить ему чаи, кормить таблетками и следить, чтоб тот мозги телефоном сильно не напрягал. сделает что угодно, чтобы вылечить. *** в итоге они быстро закинули в рот что-то из холодильника, кажется, это были сырки, и выскочили на улицу. чэн сяоши сразу же стал метаться по всей улице, прятаться за машинами и обстреливать лу гуана снежками. лу сначала просто лениво уворачивался, но после понял, что просто так от него не отстанут, и сам стал отвечать тем же. они устали где-то через минут сорок ожесточенной перестрелки. чэн сяоши выкатился из-за машинки на какой-то детской площадке (никто из них даже не пытался понимать, в какую сторону от дома они идут), он смеялся и плевался снегом, прилипшим к губам. лу гуан замер, будучи не в состоянии оторвать от него глаз. а тот будто и не замечал такого замешательства, машет руками и кричит просьбы не бросать в него снег, кричит, что устал и больше не может. и обычно лу тихо вздохнул бы про себя и начал ему выговаривать, что нечего так орать, что он всех людей в округе перебудит. но сейчас... сейчас лу ничего такого ему не сказал. подошел лишь, протянул руку, подняться помог. отряхнул от снега и позвал поесть в кафе. чэн сяоши радостно согласился, сетуя, что уже успел проголодаться. а потом застыл резко. лу гуан оглянулся на него, но увидел лишь озорные искорки в глазах. и уже через секунду почувствовал теплое прикосновение чужих губ к своему носу. и услышал звонкий смех. снова. лу гуан давно уже привык. давно перестал смущаться. ведь весь чэн сяоши и состоял из такого: маленькие моменты бесшабашности, непредсказуемые поступки, непреложная веселость. это даже не самое главное, и полюбил лу гуан его, наверное, не за это совсем, но это настолько срослось с более глубокими и, наверное, важными аспектами личности сяоши, что казалось не менее значимым. звонкий смех сяоши вытянул лу из состояния полутранса, снова вызывая эту мимолетную полуулыбку на губах, а после сам сяоши потянул за собой лу гуана вперед по улице, вертя головой и высматривая вывеску с кафе. *** они завалились в помещение красные, замерзшие, но счастливые. чэн сяоши настоял, что под новый год блюда должны быть соответствующими, так что они заказали глинтвейн (безалкогольный!), какой-то огромный кекс с белой глазурью и ёлочками из мастики. а потом еще кучу имбирного печенья. чэн сяоши постоянно что-то рассказывал, что-то такое неважное, такое глупое, но лу гуан был не против. ему просто нравилось слушать. если это был чэн сяоши, не важно, что именно он говорил. лу не слышал слова, не понимал их смысл, он просто смотрел, как чэн сяоши жестикулирует (пару раз он чуть не уронил свою чашку), как сменяются эмоции на его лице, как он ненадолго замирает, вспоминая, что хотел только что сказать. это было так приятно. просто наблюдать за человеком, которого любишь. они хотели просто быстренько подкрепиться в кафе, а в итоге остались там на пару часов. ушли только потому, что чэн сяоши спохватился, что скоро начнет темнеть, а они ведь ещё не сделали снеговика! лу гуан лишь тяжело вздохнул. выходить из теплого кафе на мороз желания не было абсолютно. но ничего не поделаешь, чэн сяоши захотел — не отстанет. он хотел огромного снеговика, но на всех площадках дети уже успели утоптать весь снег. пришлось довольствоваться малым: чэн, недовольно бурча себе под нос что-то про уважение к старшим, возился на газоне с остатками снега. лу гуан, конечно, мог бы ему помочь. но не хотел. гораздо интереснее было наблюдать, как сяоши сам носится туда-сюда в попытках прилепить к шарику в руках побольше снега. снеговичок получился размером чуть побольше головы лу, из двух шариков. чэн сяоши заявил, что, раз уж он такой маленький, надо его хотя бы интересным сделать, и еще несколько минут корпел, вылепливая кошачьи ушки. естественно, пока он возился, успело стемнеть. но надо сказать, результат того стоил. лу гуан даже считал его миленьким, пока чэн сяоши не выдал, что получившийся снеговик похож на лу гуана. тот лишь закатил глаза и сказал, что он устал, так что они идут домой. (внутри он готов был разорваться от переполняющих его эмоций, но показывать это? ну уж нет, не в этой жизни). чэн сяоши лишь рассмеялся, поставил снеговичка под какое-то большое дерево, помахал ему на прощание и направился вслед за лу. *** дома они моментально укутались в огромный плед, ранний подарок цяо лин на новый год, и включили вторую часть гарри поттера. не так давно оказалось, что оба зачитывались этими книгами лет этак в тринадцать. в одиннадцать вечера чэна сяоши пришлось будить, потому что под размеренный бубнеж он, устав и набегавшись, быстро уснул, даже фильм до конца не досмотрел. пока он спал, лу заказал пиццы. вчера они обсуждали новогоднее меню и узнали, что салаты никто из них не хочет видеть. чэн сяоши за свою жизнь заманался помогать цяо лин нарезать их, а лу гуану многочисленные родственники, приезжавшие на праздники, о существовании которых он даже не знал, постоянно накладывали всего в огромных количествах, а потом не отпускали из-за стола, пока не съест все. мать смотрела с сочувствием, но сделать ничего не могла, сколько ни пыталась. лу искренне посочувствовал курьеру, который привез ему пиццу. работать тридцать первого декабря, это ж могло так не повезти человеку... а потом пошел расталкивать сяоши. тот подскочил с дивана, запутался в пледе и упал. — я не проспал!? — донеслось откуда-то с пола из непонятного комка ткани и тела. — не проспал, еще почти час. я же знаю, что ты мне весь мозг вынесешь, если не дай бог не сожжешь над шампанским бумажку с желанием. чэн сяоши наконец высунул свою голову из пледа, вдохнул свежего воздуха и лучисто улыбнулся. выпутался полностью, и тут же схватил лу гуана за руку, таща к двери на улицу. — чего тебе надо, сам же ныть потом будешь... — а вот и не буду! я знаю, что делаю, просто доверься мне. претензий у лу больше не осталось. еще до выхода он, по требованию сяоши, закрыл глаза. чэн прошуршал чем-то, потом подхватил лу гуана под руку и аккуратно вывел из дома. снова пошуршал и гордо сказал: — открывай глаза. лу скептично уставился на чэна, но потом его взгляд опустился к рукам того, и... дыхание у гуана перехватило. в руках сяоши держал незажженные бенгальские огни. как-то вечером, давно еще, может в апреле, может в феврале вообще, лу гуан рассказывал о своем детстве. чэн слушал завороженно, казалось, даже моргать перестал, глядел гуану в рот. и вот, оказывается. запомнил. лу долго тупо пялил в одну точку, на ноготь указательного пальца сяоши. когда тот уже стал выглядеть так, словно начинает волноваться, гуан отмер. шагнул навстречу. и притянул к себе, обнимая. некрепко, поглаживая по спине, иначе он не умел. спрятал лицо сяоши у себя в плече, прижал к себе, чтоб не дай бог тот не понял, сколько такой простой поступок для лу гуана значит. — сяоши, — прошептал лу гуан. — да? — также тихо ответил чэн. — я тебя люблю. сяоши дернулся как-то и тут же притих в его руках. лу всегда казалось, что слова "я тебя люблю" очень глупые. раз любишь, это показывать надо, а не бросаться громкими фразами. но сейчас решил, что не сказать эту фразу нельзя. потому что это именно то, что лу на данный момент ощущал острее всего. они простояли так долго. может, десять минут, может, все двадцать. прервал их будильник на телефоне лу, установленный на 23:58. поздравление президента они слушать и не собирались, так что лу решил удостовериться, что они не заговорятся и не проворонят полночь. чэн резко отпрянул, глаза у него были покрасневшие. то ли от холода, то ли он сам слишком расчувствовался от простых объятий. или слов. дурашка. сяоши быстро спохватился. стал шарить по карманам в поисках зажигалки, нашел наконец. всучил одну палочку лу гуану, поджег ее, потом и свою. из открытого окна соседей донёсся бой курантов, видимо, прибавили у телевизора громкости. лу смотрел как заворожённый на освещенное искрами бенгальских огней лицо сяоши. не особо задумываясь, что делает, он просто подался вперед и стал целовать его. сяоши явно такого не ожидал, даже сверкающую палочку выронил. растерялся сначала, но почти сразу же сориентировался и вцепился лу в плечи, притягивая ближе, утягивая в более глубокий поцелуй. им не нужно было загадывать желание. все, что они хотели, они могли получить, поговорив друг с другом.