Двадцать свиданий

Свидание первое.

      — Да ладно, серьёзно?! Когда ты написал, что ты — Антон Шастун, я подумала, ты рофлишь, — напротив Антона сидит довольно милая на вид девушка с розовой прядкой в тёмных волосах. Она, не стесняясь, пялится на него во все глаза, прямо как многие из его фанаток. Становится неприятно. Антон любит внимание к себе, он всё-таки Лев по асценденту, но личную свободу, границы и уважение любит больше.       Именно поэтому встреча заканчивается через десять минут, ведь спутница переходит допустимые социальные нормы и начинает снимать его в сторис.

Провалено.

☆☆☆

      — Ну, не повезло в этот раз, Антох, бывает, — Позов расслабленно располагается в кресле в перерыве между съёмками «Импровизаторов» и потягивает кофе через трубочку, — у тебя впереди ещё девятнадцать, так что шанс на нормальную точно есть.       — А я думаю, что это полная ебала́, Поз! — С нотками разочарования восклицает Шастун, активно взмахивая руками.       — Это было понятно ещё с первого Серёжиного слова, — Дима усмехается и оставляет бокал.       — Чё вам там понятно было? — Матвиенко появляется на пороге гримёрной.       — То, что ты крыса, а не друг.       — А нечего было мне проигрывать, — Серёжа весело хмыкает и падает на диван, — игра есть игра, Шаст, ничего личного, — он даже на долю не выглядит сочувствующим.       — Да тут всё личное, Серёж! — Продолжает возмущаться Антон, — ты же понимаешь, что найти ту, кто согласится на второе свидание со мной чисто из-за чувств — это нереально. Никто, блять, не влюбляется на первом свидании.       — Так в этом и смысл, — Матвиенко нагло усмехается, — проигрыш несёт за собой страдания, а не кайф, так что ничем помочь не могу и не собираюсь.       — Мудак, — напоследок почти безобидно бросает Шастун и, показав ему средний палец, уходит на тест звука.

☆☆☆

Свидание второе.

      После первой неудачи Антон решает перестраховаться и назначает встречу не в кафе, а в кино с девушкой, с которой до этого пару дней попереписывался в интернете. Приходит он теперь тоже не в красном, вопреки советам Олеси, а в тотал блэк и с маской на лице. Пусть она лучше думает, что он маньяк, чем на весь кинотеатр разоблачит его личность.       Около получаса всё идёт довольно хорошо. Антон, как истинный джентльмен, покупает ей попкорн и сок, интересуется её увлечениями и делает всё, что раньше делал на свиданиях — кадрит.       Как ни странно, Полина ведётся на его подкаты, мило смеётся, заигрывает, и на какую-то долю секунды Антон думает, что вот он, конец его наказания от Серёжи, ведь уговор был прекратить чреду свиданий, как только хоть одна из кандидаток согласится на вторую встречу (да, по любви, но это уже лирика). Однако облом подкрадывается незаметно.       — С тобой было весело провести время, — вежливо улыбнувшись, произносит девушка, — прости, что сразу не сказала, вообще-то у меня уже есть парень.       Антону кажется, что весь ахуй отлично читается на его лице даже сквозь маску.       — Извини, правда! Мне очень нужно было заставить его ревновать, — Полина выглядит действительно сожалеющей, и если бы у Шастуна было хоть немного самоуважения, он бы так просто это не оставил. Но он слишком добрый, и если на него смотрят щенячьими глазами, то он не может не простить.       — Блин, ну, ладно. Хорошо, что сейчас сказала, а не в ЗАГСе — усмехается он, внутренне ощущая странное безразличие к происходящему. Его вроде как обманули, подставили, да и девушка ему тоже, вроде как, понравилась. Но ничего, кроме лёгкой обиды за впустую потраченное время, он не испытывает.       — Спасибо тебе! Ты классный, честно! Думаю, с лёгкостью найдёшь подходящую тебе пару, — этот комплимент Антон принимает искренне. Также искренне благодарит Полину за встречу, и они мирно расходятся по домам, удалив номера друг друга.

Провалено.

☆☆☆

      — Серёж, может, ну его нахуй это всё, а? — Антон предпринимает очередную попытку призвать Матвиенко к человечности после того, как терпит пятую или уже десятую неудачу в поиске подходящих кандидаток. Одни ему неинтересны от слова «совсем», другие — очевидные участницы Импрофд, а третьи вообще какие-то маньячки: то у них фетиши на рост, то им только секс нужен. Если бы не этот проигрыш, Шастун и знать бы не знал, насколько сильно изменились ценности у современных девушек.       — Да без проблем, Шаст, — Серёжа плюхается рядом с ним на диван, пока Арсений высказывает своё мнение по поводу очередной игры ТейблТайм на камеру, — если тебе проще заплатить мне пол ляма, то я не против.       Ах да, как Антон мог забыть про это условие.       — Ну не по-дружески как-то, Серёж.       — Так мы с тобой и не друзья, — Матвиенко откровенно ржёт над ним, и наверное, Антон даже рад этому факту. С такими друзьями врагов не надо.       — Ты мне мстишь за что-то, да?       — Я тебе, можно сказать, такой подарок подогнал, а ты ещё и недоволен чем-то. Скажи спасибо, что я категории не установил, а то встречался бы сейчас только с готками, эмо или ещё какими-нибудь нефорками.       — За это реально спасибо.       — Вот и не ной.       — Чё вы тут трындите? Иди быстрей на исповедь, уже два часа ночи, — Арсений, вернувшийся от камеры, спихивает Серёжу с дивана и садится настолько близко к Антону, что понятие «личное пространство» исчезает, не успев появиться.       Шастун даже не пытается двинуться или как-то подобраться. Почему-то между ним и Поповым это какое-то негласное правило — занимать собой всё место рядом без каких-либо объяснений.       — Арс, может ты его уговоришь перестать быть таким козлом и простить мне тот проигрыш? Вы всё-таки прям друзья, — чуть повернув голову влево, Антон неожиданно осознаёт, что между ними расстояния не более двадцати сантиметров. Арсений отрывается от телефона и тоже поднимает голову.       — Ты же знаешь Серёгу, если ему дорогу перейти, то это всё, пока не успокоится, — в приглушённом свете глаза Арсения кажутся гораздо темнее и глубже, чем обычно. Антон залипает на долгие секунды, уже так привычно, что сам не замечает этого. Но замечает Арсений, — чего? Я что могу сделать? Не сверли меня взглядом, не поможет, — Попов мягко рассмеивается, и этот звук возвращает Антона в реальность. Он быстро отворачивается, судорожно занимает руки стаканом с кофе, мысленно ругая себя за эту вольность. Ведь столько раз ему присылали эти гифки, где он пялится на Арса с открытым ртом, и столько же раз он говорил себе следить за своей мимикой, но почему-то именно с ним это не поддаётся никакому контролю.       — Нахер он вообще придумал такое, — вздыхает Шастун, в один глоток допив уже остывший эспрессо.       — Переживает, наверное, за твою личную жизнь, — больше для проформы бросает Арсений, но Антон знает его слишком долго, чтобы не услышать сучливо-колючие нотки в его тоне.       — За свою бы переживал, — хмыкает он, украдкой косясь на лицо Попова, пытаясь распознать ещё какие-нибудь признаки того, что его тоже бесит вся эта ситуация. Но тот же актёр — эмоции в ноль. Да и почему его вообще должна волновать проблема Антона? А отсюда вырисовывается и новая — почему Антон хочет, чтобы его, Арсения, волновала эта проблема?       Кажется, пора обратно к психологу.       — Так, я успел поспать, пока вы тут пиздели, — в комнате появляется помятый, но довольный Позов, — чья щас игра?       — Моя.       — О-о, опять лото!       Под всеобщий смех парни поднимаются со своих мест и возвращаются за стол. Камера, мотор, очередная серия ТТ.

☆☆☆

Свидание третье.

      Предотвратить попадание на занятых девушек у Антона, к сожалению, способности нет, но теперь он выбирает тактику осторожности на максимум. Помимо ВК знакомств и Дайвинчика (а где ещё сейчас кого-то найти после ухода Тиндера?), он проверяет всевозможные аккаунты у предполагаемых спутниц на вечер. На днях он даже получил консультацию от Лизы, как наверняка распознать, не фейк ли перед ним и не использует ли его дама в своих целях.       До сегодняшнего дня Антон этот лайфхак не тестил. Час настал.       — Привет, ты в жизни ещё красивее, чем на фотках, — стандартно улыбается он Алине — менеджерке из какого-то банка, если верить переписке.       — Привет, приятно знать, — девушка вежливо улыбается в ответ, кокетливо поправляя прядь за ухо. Она довольно высокого роста, у неё спортивная фигура и симпатичная внешность.       — Я достал нам два билета на балет, ты писала, что хотела сходить, — Антон на этот раз действительно подготовился. Он эти билеты выкупил у коллег по площадке. Между прочим за высокую цену — согласие сняться у них в новом шоу.       — Ух ты, классно, что ты запомнил, — Алина чуть-чуть нагловато берёт Антона под руку, и тот ведёт её внутрь театра.       Пока они спокойно направляются в зал, Шастун ловит несколько флэшбэков в один из самых потрясающих моментов его жизни — серия ЧДКИ в Уфе.       В голове невольно вспоминаются яркие, радостные глаза Арса. Антон тогда не ожидал подобного эффекта от своей локации. Он знал, что попадёт конкретно в Попова (и где-то в глубине души даже признаётся себе, что на это и был расчёт), однако тот в очередной раз его удивил. Антон впервые видел Арсения таким. Его искренняя улыбка, блестящие глаза и его энтузиазм во время спектакля поразили не на шутку. После этого Арсений очень долго и часто упоминал тот поход в театр, что каждый раз отдавалось в груди Антона теплом, ведь это была его идея.       — Кх-кхм, какие у нас места?       — А? Прости, задумался, — Шастун выныривает из воспоминаний, выбрасывает из головы Арсения и его глаза и достаёт билеты, — девятнадцатое и двадцатое, — как их с Арсом дни рождения.       Да чтоб его.       Вместе с девушкой они устраиваются в мягких креслах и ещё немного переговариваются перед началом. Антон узнаёт, что Алина недавно переехала в Москву и сейчас живёт на съёмной квартире (зачем ему об этом знать на первом свидании, он не понимает) и рассказывает чуть-чуть о своей жизни. Ровно столько, сколько допустимо в его случае, а это почти что голое ничего. Этому он у Арса научился.       Блять.       Балет, наконец, начинается и первые минуты даже увлекает Антона. Он смотрит с интересом ради получения нового опыта и знаний для будущих импровизаций. Вдруг ему в «Историях» нужно будет балерину изобразить. Нюансы знать не будет лишним.       Однако спустя полчаса танец (да простят его все хореографы и танцовщики) начинает казаться однообразным и скучным. Антон не умаляет значимости и ценности такого искусства, но признаёт, что это не его тема.       Он краем глаза смотрит на свою спутницу и удивляется, когда видит, с каким искренним сопереживанием та наблюдает за сценой. Ей будто плевать, кто находится рядом, она сюда пришла только ради этих пачек и пуантов.       Спустя ещё полчаса Шастун не может сдержать свою юмористическую натуру и находит, где накинуть прикол. Девушка же смеряет его недоумённым, презрительным взглядом.       — Не шути так больше, — ещё и добивает словестный гвоздь в табличку «это наша последняя встреча».       Антон кое-как досиживает до конца и уже у выхода, особо не церемонясь, прощается с Алиной и её интересами, сказав, что ему с ней, к сожалению, не по пути. К счастью, та оказывается такого же мнения, и этот душный вечер заканчивается.

Провалено.

☆☆☆

      — Ты б там ещё миниатюру показал, — Стас, который стал непрошеным слушателем краткого пересказа Антона о его третьей попытке, приваливается плечом к дверному косяку в одном из помещений офиса, — «случай в балете»: пришла одна пара…       — Да всё, завали, — с усмешкой останавливает его Шастун.       — Ну реально, Антох, нашёл, чем удивлять на свидании в театре, — продюсер полностью проходит в офис и теперь садится на диван напротив, к Серёжке, — тебе вон Арсений скажет, что так себя там не ведут. Да, Арсений? — Антон с трудом сдерживает себя, чтобы не закатить демонстративно глаза, и поворачивает голову к Попову. Тот полулежит на кресле-мешке.       — М? — И очень профессионально делает вид, что не слушал этот разговор. Пиздун.       — Кстати, правда, чего ты к Арсу не обратился за советом? Уж он-то знает, как произвести впечатление в театре, — Шеминов продолжает свою никому ненужную речь, а Антон читает в глазах Попова смешливое: «он ебанутый?». И, к слову, отвечает ему молчаливым утвердительным: «он ебанутый».       — А что за шутка хоть была? — Со своего угла подаёт голос Дима, — смешная?       — Хореограф балета напился и вызвал не путан, а… — Антон замирает в комично-ожидающей позе. Все присутствующие смотрят на него, как на дурака.       — Пуанты? — На лице Позова можно прочесть наигранное разочарование, — Антош, ну, что сказать, с такими шутками девушек ты рядом с собой вряд ли увидишь.       Антон хмыкает, бросает что-то вроде «да вы не понимаете», но затем справа от себя слышит тихий хихик от Арсения, и день становится чуточку лучше. Да и расстройство по поводу неудачного свидания как-то рассеивается.

☆☆☆

Свидание четвёртое.

      К этой встрече Антону никак не удаётся подготовиться, потому что ситуация настигает его сама. Как в самых банальных мелодрамах, он сталкивается с симпатичной брюнеткой в коридоре торгового центра и опрокидывает на неё свой стакан с соком. После сотни извинений и предложения купить ей новую блузку девушка оттаивает и даже соглашается. Антону вообще не принципиально, какая она: меркантильная, ш-общительная. Не-а, не волнует. Если она согласится на второе свидание, то это уже будет его победа.       — Не думала, что такие люди, как ты, ходят по таким обычным местам, — перебирая уже который наряд, произносит Мария.       — А я что, не обычный человек?       — Звезда не может быть обычным человеком.       — Сомнительно, но окей. Почему нет?       — Ну, если бы я была на таком уровне популярности, я бы даже близко к ГУМу не подошла, — уже тут Антону многое становится понятно о её личности, — я бы закупалась только в Европе и в элитных бутиках.       — Думаешь, у нас настолько много денег? — Антон, конечно, лукавит. Денег у них (у него, по крайней мере) более, чем достаточно, чтобы ездить в Европу каждые выходные, но вопрос задаёт больше из праздного интереса, как «обычные люди» видят их зарплаты.       — Хочешь сказать, у тебя их нет? Да миллионы получаешь же. Причём, я вообще не понимаю, за что, — о, а вот тут можно и разойтись. Антон терпеть не может, когда затрагивается вопрос значимости их проектов.       — Ты выбрала что-нибудь? — Он довольно резко прикрывает тему, и девушка переключается на одежду. Указав на пару костюмов, она относит их на кассу и внаглую кивает Антону «плати». Шастун глубоко поражается такому поведению, но ему легче выкинуть пару десятков тыщ, чем потом найти столько же статей о себе, какой он мерзкий, зазвездившийся урод, облил девушку и даже не извинился. Ему-то на такие байки плевать, но фанаты есть неустойчивые, да и репутацию портить не хочется.       Именно по этой причине Антон проглатывает все возмущения и нелицеприятные слова в адрес этой «жертвы» и оплачивает её покупки. После чего забывает о ней, как о трёх предыдущих претенденках.

Провалено.

☆☆☆

Свидания пятое — пятнадцатое.

      К концу месяца Антон откровенно заёбывается искать девчонок по всевозможным ресурсам, в жизни и по друзьям-знакомым. До этого периода он бы никогда не узнал, что может быть настолько разборчивым в выборе партнёра. А ведь вопрос-то всего лишь во втором свидании, а не в долго и счастливо на всю оставшуюся.       Однако Антону всё и все не так. Либо судьба с ним так играет и подсовывает в дамах все те черты, которые он на дух не переносит, либо он действительно зажрался и ждёт какую-то непонятную принцессу из замка.

Провалены.

☆☆☆

      — Я уже забыть успел про твой проигрыш, Шаст, а ты до сих пор девчонку нормальную не найдёшь, — усмехается Матвиенко, не отрываясь от телефона. Антон сам зачем-то опять затеял этот разговор при нём.       — Погоди, ты до сих пор по свиданиям мотаешься? — К теме проявляет интерес Арсений, который до этой секунды записывал кружок в Телеграм. Обычно его сложно чем-то отвлечь.       — Да это пиздец, пацаны, — абсолютно искренне признаётся Антон, поднимая на них грустные глаза.       Во взгляде Арсения на секунду мелькает какая-то сочувствующая и даже умилённая эмоция, но он очень быстро её скрывает.       — В чём проблема-то? — Серёжа даже опускает свой телефон, показывая причастность.       — Я за этот месяц как будто встретился со всеми своими ночными кошмарами, — волна дружного смешка прокатывается по всем присутствующим, — щас модно называть это, как там, «рэд флаг». Вот, в каждой нахожу, они как будто на подбор все.       Антон тяжело вздыхает и видит, как остальные импровизаторы многозначительно переглядываются между собой.       — Что? — Он не выдерживает этого странного напряжения.       — Да вот думаем, сказать тебе сейчас или подождать ещё, — усмехается Позов. Вот от него Антон меньше всех ожидал подставы.       — Сказать что?       — Димон, ты свои догадки при себе оставь, ладно? — Почему Арсений вступается за него, Антону непонятно. Но на душе становится теплее. Хоть кто-то в этом мужланском сообществе его поддерживает.       — Понял, молчу, — Дима возвращается к своим делам (к лежанию на диване и покачиванию ногой под бит негромко играющей музыки), а Серёжа закатывает глаза на всё происходящее. Шастун его позицию даже разделяет — уже заебло всё вкрай.       — У вас есть какие-нибудь знакомые нормальные девушки? Серёж, ты же со многими общаешься, может хоть одну посоветуешь, — уровень отчаяния пробивает дно.       — Не, Шаст, я — автор этого задания, поэтому помогать не буду, сорян.       — Козёл.       — А какая в твоём понимании «нормальная»? — Позов как всегда оправдывает звание самого адекватного из их четвёрки, — задаёт действительно логичный вопрос.       — Ну, не фанатка наша точно, — Антон начинает перечислять, — не хейтерша тоже, потому что попалась мне одна «а за что вам платят вообще?». Короче, если даже знает нас, то нормально относится, без фанатизма и ненависти.       — Пока это описание какой-нибудь дамы за сорок, — на этот комментарий от Попова смеются все, включая Антона.       — Не, по возрасту вообще не особо важно, но не бабка, конечно. В общем, чтоб интересная была, поговорить можно было б с ней о чём-то.       — А внешность?       — Поз, вот поверишь, на внешность уже прям похуй.       — Не-а, так не пойдёт, — Матвиенко возмущённо протестует, — красотка должна быть, потому что какая-нибудь замухрыжка из села на чё угодно по незнанию согласится, а это нечестно будет.       — Вот умеешь же ты доебаться до херни, Серёж, — Антон злобно стреляет в него глазами, но машет рукой, — хуй с тобой, пусть красивая будет.       — Слуш, — Дима даже садится, чтобы озвучить свою мысль, — на СТС в стаффе много девчонок и женщин работает, которые вполне себе ничего. И нас они знают, нормально относятся.       — А это неплохая мысль, Поз, — Антон словно начинает светиться от перспективы всё-таки не проиграть спор и сохранить свои пол миллиона.       — Ага, а если что-то пойдёт не так или, наоборот, всё получится, то как вы потом работать будете вместе? — Арсений прислоняется спиной к шкафу и складывает руки на груди. Его защитная поза немного напрягает Антона. Он его неосознанно разглядывает и не может понять, почему поддержка с его стороны сменилась на враждебность. Хотя. Это же Арсений. Он и логика всю жизнь идут параллельно и никогда не пересекаются.       — Нормально будем работать, Арс. Начнём с того, что я сомневаюсь, что среди наших помощниц найду любовь всей жизни, — Шастун фыркает и встаёт с кресла.       — Никогда не знаешь, как бывает, — философски замечает Попов, и есть что-то в его тоне и лице такое, что заставляет Антона замедлиться, ещё раз посмотреть на него, в его глаза. Сквозь них он, конечно же, не увидит его бесконечную Вселенную с кучей нейронных связей, но хотя бы может попробовать прочитать что-то во взгляде.       И это что-то читается явно на языке Арсения, не на общечеловеческом, потому что Антон читает, но понять не может.       — Ладно, я пойду попытаю счастья среди команды, но если и тут провалюсь, то мне уже реально будет проще тебе бабки отдать, Серёж, чем свою гордость уронить ещё несколько раз.       — Я только «за», — гаденько хихикает Матвиенко, и Антон выходит из помещения, зачем-то продолжая обдумывать, что же такого он увидел в глазах Арсения, от чего ему до сих пор не по себе.

☆☆☆

Свидание шестнадцатое.

      Карина — интернет-маркетолог СТС — после короткого разговора и честного признания Антона, что он проиграл спор, согласилась прийти на одну встречу, после которой должна решить, будет ли вторая.       Но не пришла.       Антон честно ждал час, два, три. Несколько раз написал ей в тг, пару раз даже звонил, но девушка проигнорировала его абсолютно везде и только в двенадцатом часу ночи удосужились сообщить, что передумала и тратить своё время на пацанские споры не собирается.

Провалено.

☆☆☆

Свидание семнадцатое.

      С Дашей такого косяка Антон уже не допустил. Он заранее убедился, что та серьёзно настроена, и повёл её в любимую кофейню. В её любимую кофейню.       По мере общения выяснилось, что Даша настроена действительно серьёзно. Очень. Для Антона — слишком. У неё есть пятилетний сын, и ей нужен муж, а такой муж, как Антон ей подходит.       Нужно ли говорить, как быстро Антон уносил оттуда ноги и как долго потом думал, как теперь смотреть в глаза Даше на работе? И Арсению. Блять. А ведь он единственный предупреждал.       В общем и целом,

Провалено.

☆☆☆

Свидание восемнадцатое.

      К этой встрече Антон подходит крайне подготовленно. Он убеждается, что у Фатимы нет мужей, детей и прочих отягощающих факторов. Девушка она спокойная, красивая, работает помощницей режиссёра на новостной рубрике. Всё складывается как нельзя хорошо.       — Добрый вечер, Антон, — в кино она приходит в красивом национальном платье. Шастун не разбирается, какой именно страны, но ему не принципиально. Главное, чтобы встреча, наконец, прошла успешно.       — Привет, в такси хорошо доехала? Я на съёмках в другой части города был, никак не смог забрать, извини.       — О, всё хорошо, ты что! Спасибо, что вызвал водителя, мы побеседовали по дороге, он, представляешь, из моих краёв.       Антон деланно удивляется, но не уточняет, из каких именно, чтобы не показаться тупым.       — О чём разговаривали? — Из вежливости спрашивает он, пока они направляются в зал.       — О детстве, о традициях наших, как у нас принято было раньше девочек замуж выдавать, — на этой фразе Шастун судорожно сглатывает. Вот только национальной свадьбы ему ещё не хватает для полной картины под названием «восемнадцать свиданий или как разочароваться в себе и в девушках».       — Это здорово, — привычно одними губами улыбается он, не видя здесь ничего забавного, и приглашает Фатиму занять место.       — Да, я когда в Россию переехала, долго привыкала к вашим нормам. У нас многое не принято, — она садится в кресло и продолжает вещать о разнице в нациях. Антону эта тема, если честно, вообще неинтересна. Они как-то с пацанами обсуждали разные народы, искали информацию для импровизаций, тогда было забавно. Особенно, когда Арс начинал изображать кавказский акцент. Ужасно было, но смешно. Кстати, Арсений тогда реально много всего рассказал, у них в учебной группе на актёрском было много студентов разных национальностей. Он, можно сказать, из личного опыта всё узнал. Вот это было интересно, он отыгрывал тех своих знакомых, местами шутил, вбрасывал каламбуры. Классный был вечер.       — Прости, не совсем поняла, какой вечер? — О, чёрт, Антон произнёс это вслух.       — А? Я сказал «был»? Я имею в виду, сейчас. Классный вечер. Сейчас, да, — он быстро выкручивается, и девушка мягко улыбается, списав это на его волнение рядом с ней. Ха-ха три раза. Сто́ит опять вспомнить Арсения на свидании, как всё идёт по пизде.       Через некоторое время фильм начинается, и Шастун проникается сюжетом, хотя обычно скучает в кинотеатрах. Он почти не обращает внимания на то, что происходит вокруг и в какой-то момент даже забывает, что пришёл не один.       К концу сеанса Антон понимает, что с Фатимой он бы не захотел больше встретиться, потому что её гиперфикс на национальном ему некомфортен, однако это в обычной жизни, где он просто так бы пригласил её на свидание из-за симпатии, а не из-за спора. Сейчас у него нет выбора.       — Фатима, спасибо тебе за сегодня, было классно, — он старается искренне улыбнуться и надеется, что не выглядит, как откровенный лгун.       — И тебе спасибо, Антон, мне тоже понравилась твоя компания.       Шастун заставляет себя проглотить шутку про нефтяную или газовую и решается.       — Когда мы сможем с тобой ещё увидеться?       Если бы девушка ему нравилась по-настоящему, он спросил бы иначе, без права на отступление и вежливый отказ.       — Надеюсь, очень скоро, — Фатима снова улыбается и открывает дверь такси, — я напишу тебе.       Это… Победа?       — Буду ждать, хорошей дороги, — Антон провожает машину взглядом и пока старается не радоваться, потому что она может и не написать. Или написать, но по работе, например.       Отбросив эти мысли и всё же надеясь на положительный исход, Шастун направляется на парковку.       До его Тахо остаётся всего пара метров, как неожиданно кто-то сзади хватает его за плечо и одним движением впечатывает спиной в бетонную стену.       — Ай, блять! — Вырывается у Антона от боли, и он быстро фокусируется, чтобы начать обороняться.       Но вид четырёх здоровенных кавказцев мгновенно усмиряют его пыл.       — Так, ребят, мы же с вами цивилизованные люди, верно? Зачем нам эти драки и грабёж из девяностых, я неплохо зарабатываю, скажите, сколько нужно, переведу, — ну, а что бы вы делали в такой ситуации? Антон физически проигрывает в четыре раза.       — Чё ты марасишь, э? Мы тебе гопники какие-то, что ли?       «Если честно, то да».       — Мага, вразуми человечка, — Антон слегка вздрагивает, когда тот самый Мага делает шаг вперёд и наклоняется к нему непозволительно близко.       — Ты кто такой, а? — Шастун уже хочет начать отвечать, но ему не дают сказать ни слова, — ты кто такой, чтобы нашу сэстричку, нашу дэвочку в кино звать, э? Ты себя видэл? Это позор на наш семья. Ты спросил у нас, можно ей там позвонить, туда-сюда? Нэ спросил, ваай!       И тут-то Антон понимает, откуда ветер подул. Эти четыре рыцаря — братья Фатимы. Правило спрашивать разрешения у братьев Антон помнит ещё из «Баклажана» от Тимати.       — Чтоб ты и твой нога больше рядом нэ стояли с нашэй принцессой, понял, да?       Вот вам и победа.       — Хорошо, без проблем, — Антон расслабленно пожимает плечами, мысленно радуясь, что его не побьют, и деньги тоже остаются при нём.       — Ля, сообразитэльный, э! Маладэс, бывай, брат, — великолепная четвёрка забивается в чёрную Приору и уматывает в закат.

Провалено.

☆☆☆

      Антон ещё пару минут приходит в себя от сегодняшнего вечера, потирает ноющую спину и, усевшись в свой автомобиль, достаёт телефон.

Вы, 22:45

Прикинь, меня чуть не избили 4 кавказца. Кстати, разговаривают они реально так, как ты показывал. А мы ещё ржали над тобой.

Арс 🧩, 22:46 Вот это вброс на ночь. Спасибо, что признал мои способности пародиста, но ты как? Что случилось? Помощь нужна?

Вы, 22:46

Я ж написал, «чуть». Всё норм, с Фатимой будь поосторожнее, если встретишь её.

Арс 🧩, 22:46 😂 вот оно что. Она была 18-я? У тебя всего 2 попытки, получается.       Антон молча кивает экрану и прислоняется лбом к рулю. Всего две попытки. И пятьсот тысяч на кону.

Вы, 22:47

Осталась только Ира.

Арс 🧩, 22:47 Ира? Это которая…

Вы, 22:48

Нет! Другая, на СТС дизайнером работает.

Двадцатую я пока не нашёл. Если с Ирой тоже не срастётся, то только чудо поможет выполнить этот ебучий спор.

Арс 🧩, 22:48 Только чудо.       Антон несколько раз перечитывает ответ, который буквально никак не отвечает на его реплику, и снова не понимает. Арсения не понимает. И себя.       Какого чёрта он вообще написал ему? Почему не Димке, тот просто поржал бы и всё. Почему не Серёже (ладно, сомнительно, но тоже было бы проще)? Почему в такой стрессовой ситуации первым человеком, которому захотелось сказать о случившемся, для него стал Арс?!       Да и вообще. У Антона уже устойчивое ощущение, что Арсений ни на секунду не покидает его голову. Даже будучи в компании объективно привлекательных девушек, он всё равно вспоминает про Арсения. Это что за рефлекс собаки Павлова! Арс 🧩, 22:49 [Фотография]       Поток мыслей останавливается одним уведомлением из лички. Антон открывает фото и…       — Арс, ты, пиздец, дурак, — улыбка растягивается максимально, и вот сейчас она настоящая, искренняя. Антон не может её ни сдержать, ни стереть.

Вы, 22:50

— Ты дурак!

      В голосовом, смеясь, повторяет он, продолжая смотреть на фотку. Всё-таки, видимо, Арсений — единственный, кто способен его, Антона, полностью понять и поддержать в любой момент. Антону нужно научиться тому же в обратную сторону.

☆☆☆

Свидание девятнадцатое.

      На предпоследнюю попытку сохранить полмиллиона рублей (ака предпоследнее свидание из двадцати) Антон даёт право выбора Ирине, куда им пойти. Поскольку перед знакомыми девушками он играть и врать не хочет, то она в курсе происходящего.       И её выбор падает на каток. А вслед за выбором на этот же каток падает и Антон. Раз сорок, не меньше.       — Ириш, если я убьюсь тут, Матвиенко не отдавай деньги, ладно? Найми юриста там хорошего, чтобы он договор составил с каким-нибудь пунктом, типа «в случае летального исхода второй стороны, получившей смертельные травмы в процессе выполнения задания, финансовая компенсация первой стороне отменяется», — Шастун изо всех сил держится за бортик, стараясь не смотреть на этот злоебучий лёд. Ира смеётся с его слов, легко кружась вокруг.       — Хорошо, только давай без летальных исходов, — она подкатывает к нему большую игрушку-медведя с ручками, с помощью которого взрослые учатся стоять на коньках, и Антон дрожащими руками хватается теперь за него, — почему ты сразу мне не сказал, что не умеешь кататься? Я бы тебя так не мучила, — девушка заботливо поддерживает его за плечо, и Шастун, наконец, немного расслабляется, чувствуя опору в виде громадного медведя.       — Да я вроде в детстве катался, подумал, что само как-нибудь вспомнится, — медленно переступая на лезвиях, он движется к выходу, — давай я тебя там, на трибунах подожду? — Ира немного меняется в лице. Конечно же, ей становится грустно. Ну, приехали.       — Это тогда никакое не свидание, — дуется она. И да, она права. Это не свидание, это борьба Антона за жизнь.       — Ты со мной сейчас тупо провозишься час, и уже время проката истечёт, — Антону, если честно, в этот момент абсолютно плевать, как закончится эта встреча и будет ли вторая. Ему важнее выйти отсюда с целыми ногами и руками.       — Ладно, пойдём в ресторан тогда, что ли, — Антон облегчённо и радостно выдыхает. Он готов потратить хоть сотку в ресторане, если это спасёт его от коварного льда.

Свидание девятнадцатое. Часть 2.

      — Я очень давно не была в таких местах, — Ирина с интересом рассматривает дизайн одного из самых престижных ресторанов Москвы, пока они ждут свой заказ. Антон с ней соглашается, рассказывает немного о том, как решился в первый раз сходить в такое элитное заведение и как позорился, пытаясь открыть устриц. Ира тоже делится своим опытом посещения подобных мест, и вечер становится гораздо приятнее и спокойнее.       В процессе общения и дегустации блюд местного шеф-повара, Антон ловит себя на мысли, что второе свидание вполне может состояться. И, на его удивление, даже может быть вполне хорошим. Ира, как девушка, красивая, умная, с ней действительно интересно поговорить, у неё есть на всё своё мнение, и она не боится его высказывать. Шастун даже не знал, что она такая. Когда они пересекались на площадке, он совершенно её не замечал, как и остальных девчонок из стаффа. Наверное, зря.       — О, попробуй вот это, — она указывает на фуагра, — необычный вкус, отдаёт яблоком, — Антон следует её совету.       — Да, прикольно.       — Слушай, Антош, — такое обращение за весь день звучит от девушки впервые. Антону даётся с трудом не скривить лицо. Так себя называть он позволяет только одному человеку — маме.       — М? — Но он всё ещё помнит, что находится в проигрышной позиции, поэтому поправлять не спешит.       — Мы, конечно, здорово проводим время, но вообще-то… это же не просто обычная встреча?       — Ну, да, — Антон пока не понимает, к чему она клонит.       — И какое там условие? Второе свидание из-за чувств, так?       — Типа да.       — Мы же взрослые, адекватные люди, мы понимаем, что это невозможно, так?       — Конечно.       — Я готова сыграть перед твоими друзьями эти чувства для второго свидания, — пауза, — но. При одном условии.       Антон ощущает, как его глаза заинтересованно расширяются. Такой деловой подход к его спору он видит впервые.       — Так-так-так. Ну-ка. Какое условие?       Ирина зачем-то оглядывается по сторонам, будто их могут подслушивать, и наклоняется слегка вперёд.       — Я соглашусь на второе свидание с тобой, — она зачем-то подчёркивает обращение, — в том случае, если ты устроишь мне первое, но с Арсением.       Звуки исчезают. Краски тоже. Мгновение как будто останавливается. Антон смотрит девушке в лицо, но видит пустоту. В его ушах внезапно слышится только гул. Мозг отказывается обрабатывать полученную информацию. Это ведь шутка? Она же несерьёзно?       — Прости, что?! — Свой голос Антон почти не узнаёт, он падает на пару тонов и звучит грубее, чем задумывалось. Ира неловко опускает глаза, сглатывает и зачем-то повторяет ещё раз:       — Я соглашусь на второе свидание с тобой, если ты устроишь мне первую встречу с вашим Арсением.       Антон и в первый раз услышал этот бред, ей необязательно было нести его снова.       Как среагировать и как ответить, он не знает. Вот тут действительно пригодился бы совет от Арсения. Он же почему-то у них знаток, как вести себя в неловких ситуациях с девушками. Ловелас хренов. Даже заочно увёл у него потенциально выигрышную пару. Но не во всех смыслах, слава Богу.       — Ну, что? Идёт? Ты завис, Антон.       Антон в курсе, что он не двигается уже несколько минут. Но он и не может, ведь на осознание условия требуется вечность. В голову почему-то приходит мысль о том, что попроси она свидание с Матвиенко, Шастун согласился бы, не задумываясь. А тут…       — Так, погоди, — он встряхивает головой, отодвигается назад и пытается собрать мысли в кучу, — ты хочешь, чтобы я как-то подбил Арса пригласить тебя на свидание? — Произносить нечто подобное выше Антоновых сил. Он не собирается это представлять ни в какой системе кардиган.       — Да нет же! Он не согласится никогда, не такой человек, — с этим не поспорить, Арсений послал бы Антона после первой же фразы о чём-то подобном, — я хочу, чтобы он не знал, что придёт на свидание со мной, — Антон охуевает. Нет, серьёзно. Это уже какой-то несмешной рофл. Они в турецком сериале или где?       — В смысле?       — Смотри, ты сейчас должен позвать его за определённый столик, он придёт, но увидит за этим столиком не тебя, а меня, удивится, но ему некуда будет деться, поэтому сядет, а дальше я уже сама.       — Пиздец, я ещё и сейчас это должен сделать? — Антону даже не стыдно, что он произносит это вслух. Потому, что правды не стыдятся, — Ир, вот честно, это полная хуйня. Он раскусит нас за три секунды, нагрубит тебе, втащит мне, и на этом всё, — ну, Антон, конечно, преувеличивает — Арсений так никогда не делал и не сделает, но подставлять его так он не хочет. И дело не в том, что им всем как-то дальше нужно будет работать вместе. А в том, что Арсений ему дорог. А с дорогими для себя людьми никто так не поступает.       — Смотри сам, на кону пятьсот тысяч и у тебя всего одна попытка, разве нет? — Вот теперь Антон жалеет, что рассказал всё сразу.       — А, то есть, ты мне согласилась помочь только ради него?       — Ну, да.       Так Антона ещё никогда не обламывали. Стоило ему только подумать, что девушка классная, можно с ней продолжать общаться, а ей, оказывается, Арсений нужен. Красота.       Но с другой стороны.       Антон откидывается на спинку мягкого кресла и достаёт телефон.       — Дай мне подумать пять минут.       На эти пять минут Антон отключает чувства и включает холодный расчёт. Ирина — красивая, спортивная, забавная, умная, самодостаточная. Она умеет кататься на коньках, умеет шутить, знает кучу фактов про разные вещи, разбирается в еде и не цинична. Она идеальная пара для Арса. Возможно, несколько встреч не навредят никому из них. А если их отношения перерастут во что-то большее, то… «Это будет конец».       Конец чему, Антон додумывать не собирается. Он снимает блокировку с экрана и печатает сухое сообщение Арсению с просьбой приехать в ресторан, даже не осознавая, что им в этот момент движут злость и зависть. И кое-что ещё, что он давным-давно запретил себе испытывать. Не вообще, но к определённому человеку.       — Он будет через десять минут, — оповещает Шастун, читая ответное сообщение Арсения, и девушка благодарно улыбается.       — Спасибо! Я пересяду за вон тот свободный стол, а ты можешь ехать домой. После того, как наша встреча закончится, я тебе напишу, и договоримся о втором фиктивном свидании с тобой, — Антон усмехается, слыша в голове фразу голосом Арсения: «И рыбку съесть и на хуй сесть». Но ему грех жаловаться в такой ситуации, ведь на кону действительно большие деньги и собственная честь.       Хотя какая там честь, если он так запросто подставляет друга.       Ирина в этот момент забирает свою сумочку, уходит в дамскую комнату и возвращается через несколько минут. Когда она устраивается за свободным столиком рядом со входом, Антон тоже пересаживается, но так, чтобы его не было видно с их стороны, однако всё было видно ему. Конечно, он не собирается уезжать домой. Ему просто необходимо лично убедиться хоть в чём-то: либо в том, что эти двое действительно подходящая пара, либо в том, что вся эта затея — полная хуйня.       Смотря в ночной город за окном, Антон грустно усмехается своим мыслям. Он вроде бы уже не ребёнок, ему тридцать с лишним лет, а он всё ещё ввязывается в дурацкие споры на слабо и ведётся на поводу у азарта. А ещё не думает о последствиях. Это поведение совсем не взрослого мужчины. Вот стал бы так делать Арсений на его месте? Конечно, нет. Потому, что он бы даже не оказался в этой точке. Он проиграл бы сразу же. Он принял бы поражение в бою, чтобы выиграть битву. Ведь выигрыш в данном случае не сохранение баланса на карте, а сохранение своего достоинства. Получается, Антон всё ещё не взрослый мужчина. Ну или отказывается себя таковым воспринимать.       К психологу нужно точно.       Входная дверь ресторана открывается ровно через десять минут после самокопания Антона, из которого тот выныривает, как из болота. С его позиции ему видно, как уверенно входит Арсений, как он почему-то сияет, и как начинает осматриваться в поисках его, Антона. Но не находит. Замечает Ирину. Удивляется, его брови всего на какую-то секунду взлетают вверх, а затем опускаются ниже. Ниже, чем были до этого. На его лице Антон читает абсолютное понимание ситуации. Арсений слишком умён для этого мира.       Его выражение лица становится нейтральным, то предвкушение и та яркость куда-то исчезают, и он с идеально ровной модельной осанкой направляется к столику, за которым сидит Ира.       Антон позволяет себе вольность скользнуть глазами сверху вниз и обратно, чтобы рассмотреть его образ, его подтянутые ноги в этих штанах-лосинах, как они их называют, хотя это обычные чёрные скинни-джинсы, и его стройное тело. Глаза спотыкаются о глубокий вырез на рубашке, и Антон судорожно облизывается и отводит взгляд.       Надолго его не хватает, поэтому уже через несколько секунд он снова упирается глазами в противоположную сторону ресторана. Мимика Арсения не выдаёт его истинных эмоций ни на секунду. Он выглядит скептичным и отстранённым. Антон делает вывод, что на эту минуту он к Ирине положительно не настроен. И чёрт бы побрал его собственное сердце, которое, сука, радуется этому факту.       Ещё какое-то время Арсений молча слушает что-то, что ему вещает девушка, а затем неожиданно улыбается ей.       Антон замирает. Да, это он заварил эту кашу (вообще Матвиенко, но в данной ситуации — он), да, это он повёлся на поводу у эмоций снова. Но ему совсем не хочется такого исхода. Пусть лучше Арс тысячу раз на него наорёт, обматерит или даже реально ударит, — это будет заслуженно — чем будет улыбаться ей.       Очень эгоистичные и абсурдные мысли, но Антон не может их прогнать. Не сейчас, когда тот, от кого его сердце порой норовит пробить грудную клетку и умчать в закат, сидит напротив изворотливой девицы и дарит ей свою потрясающе красивую улыбку. Шастун сам загнал себя в ловушку. Это карма, не иначе.       Сделав глубокий вдох, Антон уже настраивается на то, что сейчас встанет и пойдёт туда во всём признаться. Ну, как во всём… Пока только в сегодняшнем обмане, чтобы прекратить этот цирк. Но когда он поднимает взгляд, то видит, что Арсений встаёт со своего места. Ира поднимается следом и выглядит очень злой. Взбешённой.       Это очень плохо.       Хуже становится только когда она поднимает руку и наотмашь влепляет Арсению пощёчину.       Антон подскакивает со своего кресла и делает шаг вперёд, но останавливается, поскольку девушка рывком хватает свои сумку и пальто, и почти убегает из ресторана. Арсений усмехается и поднимает глаза. Антон тонет в них без надежды на спасение, осознавая, что эти голубые омуты смотрят прямо на него.       Вот это действительно конец.       Конец этого грёбаного девятнадцатого свидания.

Провалено.

      — Арс, — не дожидаясь вопросов, начинает Антон, когда Попов так же грациозно, как до этого, теперь подходит к нему. Он не выглядит разозлённым или обиженным, он абсолютно спокоен и ему как будто весело от всей этой ситуации, — Арс, я знаю, что это ебланский поступок, прости, правда, я не хотел тебя подставлять.       — Знаю, — этот спокойный тон и уверенный взгляд действуют на Антона как обезболивающее, — у тебя почти не было выбора, а я в целом был готов к чему-то подобному.       — В смысле? Почему?       — Расскажу, если заплатишь за ужин, — Арсений улыбается (теперь Антону и только ему), и садится в кресло напротив. Антон тоже усаживается обратно.       — Конечно заплачу, заказывай. И рассказывай, — Антон старается не подавать вида, но это чертовски странно. Они впервые сидят с Арсением в ресторане. Вдвоём. Друг напротив друга. Как на свидании. Как на настоящем свидании.       И это вроде бы не должно вызывать какие-то чувства, они же коллеги, друзья и т.д. и т.п., однако это вызывает у Антона бурю эмоций внутри. Арсений напротив такой… такой красивый, потрясающий, такой изящный и сексуальный в этой бесстыжей рубашке.       — Ты пялишься.       — Ага. Что?! — Антон краснеет ушами, видя тот самый взгляд Арсения, когда он знает больше, чем показывает.       — Расслабься, — Арсений мягко смеётся, даже нет, хихикает, как обычно на съёмках, но что-то отличается. Что-то в этом смехе и в его поведении немного отличается. Антон не может перестать смотреть. Он чувствует себя сейчас словно заключённый, который пробыл в тюрьме сотни лет, и наконец вышел на свободу. Только в его случае тюрьмой был запрет от Стаса и его самого смотреть на Арсения дольше пяти секунд, а свободой стали этот день и эта атмосфера, и теперь оторвать глаза просто невозможно.       — Ты безумно красивый, Арс, — слова вылетают сами по себе вслед за мыслями. Они не весят ничего, в отличие от всей той сотни комплиментов, которые он раздавал в течение этого месяца. Те весили тонны, и чтобы их произнести приходилось делать усилие над собой.       — Чт-что? — Арсений едва не давится водой. Вот сейчас он действительно удивлён. И это так сильно подкупает Антона и включает ему зелёный сигнал.       — Я говорил это раньше: ты прекрасен, — реакция не заставляет себя ждать: лицо Арсения приобретает розоватый оттенок, он начинает нервничать и метаться глазами по столу.       — Ты понимаешь, как это звучит? — Антон улыбается. Он ожидал чего угодно, говоря это, но волнение говорит за Попова громче слов.       — Конечно, понимаю. Это звучит искренне и правдиво. Давно хотел тебе это сказать, — Антон смелеет и осторожно касается пальцами запястья Арсения. Тот вздрагивает и уставляется на него восхищённо-ошарашенными глазами, — прости ещё раз за сегодня, я поступил, как мудак, но… Ты здесь, и это на самом деле всё, чего я хотел.       Это самые честные слова, которые Антон произнёс в своей жизни. Он неожиданно осознаёт, что этот порыв злости и зависти к этой девушке был вызваны только нестерпимым желанием увидеть Арсения напротив себя. Не очередную попытку и потенциальную партнёршу, а Арсения. Только его.       — Шаст… Антон, это… Ты сейчас серьёзно? — Арсений насторожен, и Антон его более чем понимает. Он бы тоже не поверил в такое.       — Арс, это полный пиздец, но да. На каждом из этих ебучих свиданий я думал о тебе. Не в смысле, что представлял, что это ты, а просто вспоминал о тебе. Постоянно. Рядом со мной были разные девушки, но все красивые, стройные, умные, что ещё нужно? А я вспоминал про тебя.       — Шаст-       — Не-а, Арс, молчи, — Антон переворачивает его руку и перехватывает пальцы, — прости, что я был таким тупым и слепым. Ты же знаешь меня, мне нужно время, чтобы понять. И я понял. Вот сейчас мне откровенно похуй, отдам я эти пятьсот тысяч Матвиенко или нет, для меня важно только одно: согласишься ли ты на свидание со мной прямо сейчас?       Арсений молчит долгую секунду, а затем тихо смеётся.       — Хуй Матвиенко, а не пятьсот тыщ, я буду твоим двадцатым, — его смех становится громче, Антон тоже начинает смеяться от всего происходящего, но его руку не выпускает.

Свидание двадцатое.

      Отсмеявшись, он аккуратно поглаживает пальцами верхнюю сторону руки Арсения.       — Супер, если не ты, то никто. Только условие же не в этом было, — замечает он тихо.       — Ага, а в чём?       — Выиграю, если кто-то согласится на второе свидание со мной из-за чувств.       — Ну, тогда ты уже выиграл, — лукавая улыбка Арсения притягивает взгляд Антона, но он не до конца понимает.       — То есть?       — Потому, что кое-кто из-за чувств к тебе согласился уже на первое.       — Блять, Арс, я тебя тоже, — Антон спорит с собой буквально доли секунд, а затем решительно встаёт и тянет Арсения за собой на зашторенный от лишних глаз балкон.       — Ты чего? — Арсений не пугается, скорее обескуражен импульсивным действием. Но Антону ещё есть, чем его удивить.       Он закрывает стеклянную дверь, убедившись, что синие шторы надёжно скрыли их от посетителей ресторана, и поворачивается к Арсению. Тот заметно сглатывает, и на его губах расплывается ухмылка. Её-то Антон и сцеловывает. Одним движением он притягивает Арсения за затылок к себе и мягко прикасается к его губам своими. Сначала на пробу неторопливо чувственно целует, а затем постепенно углубляет поцелуй, изучая его губы. Так, как мечтал всё это время, как запрещал себе всё это время.       Но это уже неважно, Арсений здесь, в его руках, и он охотно подаётся навстречу, обнимает за спину и учащённо дышит, а значит всё остальное неважно.

Успешно выполнено.

☆☆☆

      — Ты так и не рассказал, что у вас с Ирой произошло. Какого чёрта она вообще тебя ударила? — Уже лёжа в обнимку на диване в квартире Арсения несколькими часами позднее, интересуется Антон.       Пальцы Арсения медленно перебирают его волосы, и это самое приятное чувство в мире.       — Она давно на меня запала, ещё года два назад, — Антон удивлённо вскидывает брови, — мне кто-то из гримёрш рассказал, уже не помню, кто. Я тогда попросил их передать, что личное — это личное, оно за пределами площадки и касаться её никогда не будет.       — А я? Я же тоже на площадке? — Антон не может удержаться от этого вопроса. Взгляд Арсения скользит по его лицу, а пальцы второй его руки мягко касаются виска Антона.       — Я хоть когда-нибудь открыто показывал на съёмках, что тащусь по тебе? — Арсений усмехается, но Шастун зеркалит его усмешку.       — Пересмотри ГВ и ТейблТайм.       — Я старался играть твоего друга и коллегу, не более.       — А отыграл бесконечно влюблённый взгляд.       — Антош, ещё слово-       — Всё-всё, продолжай, — Антон тихо посмеивается с этого так любимого им сучьего выражения лица Арсения, и обращение поправлять даже не собирается. Из его уст оно звучит правильно.       — Короче она пару раз подсовывала мне записки, но потом успокоилась. А когда ты сказал, что идёшь с ней, то я сразу подумал, что без меня тут вряд ли обойдётся. И вот ты приглашаешь меня в десять вечера в ресторан. Это было не просто странно, это было пиздец, как странно.       — Прости ещё раз, правда, Арс.       — Шаст, прекрати. Ты не сделал ничего такого. Я знал, что иду не к тебе. То есть, я надеялся, что иду к тебе, потому что ты сам всё осознал после девятнадцатой неудачной попытки, но надежда была тонкая. В общем, когда она чистосердечно призналась мне в чувствах, я сказал ей только одно: если хочешь знать мои чувства, они у меня есть. К одному человеку, который находится здесь, и это не ты. Это никогда не будешь ты.       — Жоско.       — Видимо, её это сильно задело, и она решила оставить свой след на моём лице.       Антон протягивает левую руку и начинает поглаживать пальцами его щёку.       Вот так в тишине, без лишних слов они проводят ещё некоторое время, пока Антон не решается сказать то, что вертится на языке.       — Спасибо, что ты такой.       — Какой?       — Такой ты.       Арсений смеётся и, наклонившись, оставляет лёгкий поцелуй на губах Антона.       — Тебе спасибо, что мотивируешь меня быть мной.       Антон не сразу понимает смысл его слов. Ни сейчас, ни через несколько часов.       Истинный смысл этой фразы раскрывается для него спустя несколько лет их гармоничных и здоровых отношений и такой же, как и раньше, продуктивной и любимой работы вместе. Они — мотивация друг для друга не раствориться в образах и оставаться всегда собой, стремясь к совместному росту и развитию.