Streit führt nicht zu guten Dingen

Ночь проникала через открытие оконные рамы. Ветер задевал серые занавески, заставляя их подрываться от паркета, да развеиваться на том же самом ветру. Черноволосый юноша сидел на кухонным столом, мирно попивая чай, при сием переворачивая страницы книги. Звук открывающейся двери заставил вздрогнуть от неожиданности, и развернуться лицом к дверному проему. -Вечер добрый.- как всегда бодрым голосом молвив Дазай, подойдя ближе к своему парню, да оставил короткий поцелуй на макушке. -К сожалению не добрый. Тебя не было дома весь день, где ты пропадал?-задал вопрос, проводя взглядом фигуру шатена. -Гулял.- коротко ответил на вопрос. -С кем?- тон равнодушия Осаму начинал раздражать, именно поэтому Достоевский сжал книгу в пальцах с новой силой. -С Куникидой. Ты чего такой напряженный? Случилось что?- обеспокоено посмотрел на фигуру за столом. -Я хочу, чтобы ты был только моим.- спокойно ответил он, да потер переносицу. -Запри меня дома, если ль ревнуешь.- отложил книгу на край стола, и посмотрел на парня. -У меня есть более хорошая идея.- снова ухмылка расцвела на его губах, да он приподнялся со стула, беря руку шатена в свою. Осаму ничего не ответил, лишь прошел в след за Федора, ложась на кровать. Он пару секунд наблюдал за действиями партнера, как тот снимал рубашку, оставаясь в одних кожаных штанах. Кареглазый не мог не подметить красоту тела его парня, посему продолжал завороженно наблюдать за худощавой фигурой во мраке комнаты. Достоевский на пару минут вышел из спальни, и вернулся со свечами в руках, поджигая их по очереди. -Создаю романтическую атмосферу.- прокомментировал свои действия, коротко ловля взгляд Осаму. -Мне уже начинать раздеваться?- задал вопрос, привставая на локтях. -Ну разумеется.- улыбнулся он, ставя последнюю свечку возле тумбы. Дазай ничего не ответил, начиная раздеваться. Как итог, остался лишь в одних трусах, продолжая наблюдать за аметистовоглазым. Он же в свою очередь, наконец-то снял штаны, аналогично оставаясь в нижнем белье. -У меня есть маленький подарок для тебя.- вновь выйдя из комнаты, он за пару минут вернулся с плеткой в руках, да встал на колени перед шатеном.-Снимай трусы, мой дорогой мальчик. -Может мне еще с себя кожу снять?- хмыкнул он, глядя в самые очи. -Я сниму с тебя кожу, не волнуйся.- злобно ухмыльнулся.-Не заставляй меня ждать, раздевайся, любимый. Осаму покорно снял с себя нижнее белье, расковано ложась на кровать «звездой». Достоевский в ту же секунду навис над ним, все также держа плетку в руках, да жадно впился в губы напротив. Он проник языком, начиная поглаживать член Осаму холодными пальцами, надавливая на головку. Шатен хрипло простонал от касания органа, хватая партнера за шею, прижимая ближе к себе, начиная покусывать его губы. Металический привкус будоражил Федора, от чего он невольно начал тереться бедрами о почти вставший член Дазая. Достоевский разорвал поцелуй, от чего шатена неудовлетворенно простонал, но черноволосый сразу же перешел на шею, начиная оставлять там засосы и укусы, иногда оттягивая кожу на ключице, кусая за самую косточку. Пальцы на головке перешли к колечку мышц, томно поглаживая, а язык прошелся по левому соску, делая круговые движения, от чего кареглазый громко вдохнул, хватая Федора на волосы на затылке, подтягивая у своему лицу, дабы впиться в губы, но аметистовоглазый не исполнил желание партнера, лишь оставив короткий поцелуй на подбородке оного. Он проложил дорожку влажных поцелуев от подбородка до правого соска, начиная покусывать его, а свободной рукой выкручивал левый сосок, зажав его между указательным и большим пальцем. Подметив реакцию шатена, Фёдор, начал водить рукой по органу с новой силой, сжимая его. Дазай прикрыл рот рукой, сдерживая стон. Достоевский резко остановился, посмотрев в глаза напротив. -Не смей сдерживаться, я хочу слышать тебя.- улыбнулся он. Осаму ничего не сказал, но покорно убрал руку от губ, и уже в открытую простонал. -Ну же, скажи мое имя. Скажи, кому ты принадлежишь.- молвив Фёдор, надавливая большим пальцем на головку члена. -Ах, Фёдор. Прошу, пожалуйста…- он извивался под ним, сжимая руками одеяло. -Что? Что ты просишь? Я тебе не слышу.- хмыкнул, удовлетворенно наблюдая за реакцией партнера, продолжая водить пальцами по стволу, из-за чего его руки намокли от естественной смазки. -Дай мне закончить…- простонал он. -Ох, ты уже на грани? Ложись животом ко мне на колени, мой мальчик.- сел на край кровати, похлопав себя по колену. Дазай покорно лег животом на колени Достоевского, упираясь членом в одеяло. -Хороший мальчик.- погладил покудрявым волосам, нежно пропуская их через пальцы. Фёдор начал водить краем плетки по спине, иногда ударяя, и спустился на ягодицы. Он сначала мягко водил по проходу, затем резко ударил. Осаму лишь вскрикнул то ль от боли, то ль от удовольствия, но продолжал покорно лежать на коленях. Достоевский с новой силой наносил удары, иногда даже виднелись кровавые полосы на бледных, худых ягодицах. -Хватит, прошу.- через слёзы молил шатен. -Я прекращу, если ты скажешь, кому ты принадлежишь.- спокойно усмехнулся он. -Тебе. Я только твой.- шепотом молвил он. -Громче, я не слышу.- новый удар, оставивший за собой кровавый след. -Ах…Твой, я только твой.- все таки выдавил через стоны Осаму. Черноволосый лишь усмехнулся, кидая плетку на пол, усаживая шатена к себе на бедра. Он спустил резинку трусов, подставляя свой член к члену Осаму, начиная поглаживать их. Дазай смущенно отвел взгляд, но Фёдор схватил его за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Он снова жадно впился в губы, начиная х покусывать. Дазай начал ускоряться, вжимаясь в бедра черноволосого, и тот начал стонать в губы напротив. Достоевский окончательно утратил контроль, начиная водить пальцами еще быстрее, не в силах противиться желанию закончить. И вот, момент кульминации, он упал спиной на одеяло, притягивая шатена за собой, и обнял его. -Ты только мой.