Taking off mask | Снимая маски

(Пятница) Сонхва ненавидит утро. Ненавидит по многим причинам : потому что нужно рано вставать на учёбу, принять душ, переодеться, позавтракать, собраться и после этого ещё топать до места учёба. Все эти действия отнимают слишком много энергии, но не идти парень не может, потому что своим отсутствием он вызовет вопросы и не получит по предметам хорошие оценки, которые являются одним из немногих пунктов для "идеального парня", коим Пак на самом деле не является. Молодой человек идеален лишь для университета и людей внутри него, а вне стен учебного заведения и у себя дома - он тот, кем является на самом деле. Тот, кем сделал его отец. Хулиган. Это притворство, впрочем, тоже очень утомляет его, хотя иначе не может. Поднявшись со своей большой удобной кровати, тёмноволосый, закинув на плечо полотенце и достав из шкафа чистое нижнее бельё, лениво плетётся в ванную, которая располагалась на первом этаже их "шикарного" дома. На первом этаже строения располагалась просторная кухня, на которой отец часто проводит вне рабочие встречи, и большая ванная комната с подсобкой, где мачеха Сонхва поставила машинки для стирки и сушки, а так же ещё несколько корзин под грязное бельё. Пак младший практически никогда не кидает свои вещи в эти корзины, оставляя их на раскладной сушилке, чтобы побесить супругу своего отца. Собственное, в этот раз он сделал так же : зайдя в ванную комнату, парень закрывает дверь на замок и, сняв трусы, подло кидает их прямо на сушилку, наблюдая, как они некрасиво свисают с железных прутьев. Злобно усмехнувшись, Сонхва вальяжно заходит внутрь душевой кабинки, которая стоит по правую сторону от двери. Молодой человек принимает душ совсем недолго, минут 5-10 где-то, чисто для того, чтобы освежиться, после чего поднимается обратно в свою спальню, не потрудившись даже вытереться взятым полотенцем, оставляя на полу, вдоль всего пола до самой комнаты, мокрые пятна, на которых отец и его жена могут случайно подскользнуться. Правда, на это Паку младшему совсем плевать, ведь молодая жена его отца быстренько всё приберёт и даже слова против не скажет. Зайдя в свою комнату, громко хлопнув дверью, из-за чего по стенам прошлась мелкая дрожь, парень заваливается на диван, стоявший по правую сторону от его кровати и входной двери. Иногда на этом диване спят оболтусы Чхве Сан и Кан Ёсан, но Сонхва и сам порой позволяет себе поспать на нём, с чего-то считая диван более привлекательным, нежели большую мягкую кровать. Что ж, у богатых свои причуды. Немного повалявшись на диване и позалипав в телефон, тёмноволосый наконец находит в себе силы, чтобы переодеться. Сегодня его образ идеального парня и студента состоит из тёмно-голубых джинс, белой майки-безрукавки и чёрной кожанки, на которую чуть позже он ещё накинул кремовое зимнее пальто. После минутки любования, парень, захватив телефон, сумку и ключи от личной машины, спускается на кухню, где излюбленная мачеха уже накрывала на стол, приветствуя парня лёгкой улыбкой, когда тот заходит внутрь. - Милый, доброе утро! Хорошо сегодня спал? - молодая девушка, по имени Им Мина, которая старше Хва всего года на два, аккуратно похлопывает ладошкой по месту, на котором парень обычно сидит. - Нормально. - хмуро отвечает Хва, присаживаясь за стол. Первым делом он делает глоток свежесваренного кофе, разбавленный каким-то дешёвым молоком. Недовольно скорчив лицо из-за горечи напитка, Пак прямо на глазах девушки добавляет в чашку три ложки сахара, слыша с её стороны уставший вздох. Она каждый раз добавляет сахара больше, чем кладёт обычно, но Сонхва никогда не нравится. - Снова горький сварила. Не умеешь нормальный кофе делать, тогда купи магазинный и не усложняй всем жизнь. - Хва говорит это даже не подумав, но девушка, являясь мачехой Пака младшего уже четыре года, привыкла к этой грубости. - Хорошо, милый. Попробуй тогда завтрак. В этот раз я приложила много усилий, чтобы сделать всё красиво и вкусно! - вместо этого Мина улыбается парню и ласково целует его в щёчку, что явно не совсем уместно. - Твой отец ещё не вышел из комнаты? - Как видишь, нет. - грубит парень, ковыряя вилкой завтрак. Насадив на вилку небольшие кусочки мяса, парень отправляет их в рот, быстро пережёвывая. Что ж, на этот раз она и правда неплохо постаралась, но не более того. - Кстати, ты сегодня вечером сильно занят? - спрашивает Мина, похлопав на Пака своими большими глазами. Её накладные ресницы слишком бросаются в глаза и лично у Хва не вызывают никакого интереса, хотя его отца, кажется, вполне устраивает. - А к чему спрашиваешь? - без всякого энтузиазма в ответ спрашивает Пак, продолжая жевать ужасный завтрак мачехи. - Ну... - оглянувшись назад, убедившись, что дверь закрыта и супруг точно сейчас не зайдёт, девушка плавно льнёт к младшему, сексуально закусывая губу, скользя рукой от плеча к предплечью. - Я думала, что мы сегодня могли бы развлечься. Я сказала твоему отцу, что у меня будет встреча с подругами и сняла для нас хороший мотель, где не выдают личности своих клиентов~ Сонхва усмехается, откладывая вилку в сторону. Ему правда смешно с того, насколько жена его отца шлюха. А ведь его любимый папаша даже не знает, что его молодая и красивая жена, больше похожая на куклу, нежели на женщину, трахается с родным сыном. Искренне смешно с того, что он в месяц тратит на Им Мина миллионы, пока та ночью сосёт член Пака младшего, желая ублажить именно его. Наверное, будь Сонхва хорошим сыном, то рассказал бы родителю обо всём ещё в самом начале, но Сонхва плохой сын, собственно, как Пак Тайсун плохой отец. Если Тайсун однажды узнает о том, что его благоверная не сохранила ему верность, то точно забьёт её до смерти. Не зря же, в конце концов, он один из лучших боксёров в прошлом. - Хорошо. - отвечает младший, подняв голову к девушке. Он улыбается ей, хотя про себя дико ржёт от того, какая же она мерзкая. Сонхва очень уважает женский пол и признает всё их заслуги, только вот Им Мина не девушка, а самая натуральная шлюха. Иными словами её положение не обозначить. - Я свободен вечером, поэтому давай встретимся. - Правда? Отлично! Тогда я заеду за тобой! - весело хлопнув в ладоши, Им довольная уходит к кухонному столу, уже сейчас предвкушая хороший секс, после которого она ещё несколько часов не сможет стоять на ногах. Только вот Хва противно от неё. Он согласился потрахаться, но лишь для того, чтобы удовлетворить свои личные потребности, после чего он вновь кинет её. - Доброе утро. - всего через мгновение в дверях появляется Пак Тайсун, который треплет сына по голове, будто тому двенадцать или тринадцать лет. - Как твоё утро, Сонхва? - Нормально. - сухо отвечает тёмноволосый, бросив взгляд на свой мобильник. Время ещё раннее и он мог бы спокойно позавтракать, но беседовать с отцом, который снова начнёт закидывать его вопросами, ему совсем не хочется. - Я договорился с Саном и Ёсаном пораньше встретиться, так что пойду. Спасибо за завтрак, Мина. - Не за что, милый. Удачного дня~ Мина машет Паку вслед, а тот по пути сдерживает рвотный позыв, чтобы не блевануть от этих "Спасибо за завтрак". Без отца он никогда не говорит девушке этих слов, кидая простые "Я пошёл", но в присутствии отца он всегда вынужден быть с ней милым и добрым, дабы тот не начал орать на него за неуважение к мачехе. По правде говоря, Сонхва ненавидит своего отца. Ненавидит его и его чёртову жену шлюху, с которыми он вынужден жить каждый Божий день ради того, чтобы однажды снять свою квартиру и жить отдельно. Один испортил ему жизнь в детстве, превратив в похожего на себя тирана, а другая изо всех сил пытается угодить ему, как какая-то жалкая рабыня. Пак младший правда ненавидит этих людей, но за одно он им благодарен точно - терпение. Благодаря им Хва сумел накопить в себе терпение. Сев в машину и заведя её, молодой человек вжимает педаль газа в пол, на большой скорости срываясь с места. В автошколе его учили водить аккуратно и ни в коем случае не гонять, ведь это может привести к проблемам, на которые Паку, в общем-то, плевать, ведь его любимый папаша, в случае чего, быстро всё уладит, дабы не ставить свою репутацию под удар. Скорее всего, если бы Хва случайно разбился на дороге, то отец с большой охотой нашёл бы ему скорее место на кладбище, нежели отвалил денег, чтобы лучшие врачи города подняли его на ноги. Тайсун в детстве всегда твердил, что только из-за сына у него появляются проблемы и именно из-за сына ушла его любимая первая жена, для которой он не был грозным и опасным боксёром. Времени с тех лет прошло много, но Сонхва до сих пор помнит каждое слово отца, когда тот бил его. Помнит даже сейчас, поэтому и ненавидит. Спустя пятнадцать минут дороги молодой человек заезжает на университетскую стоянку, оставляя машину подальше от ворот, ведь вечером за ним должна заехать его "любимая" мачеха, а две машины им явно ни к чему. Закинув ключи от автомобиля в карман пальто, Хва быстрым шагом направляется внутрь университета, желая выкурить, как минимум, две сигареты, но, к счастью, у него хватает силы воли, чтобы не сделать этого. Но, увы, не хватает силы воли, чтобы пройти мимо Ким Хонджуна, которого он видит впереди себя. Младший неторопливым шагом шёл вперёд, спиной к нему, очевидно, направляясь на первую пару, и Пак, решив воспользоваться этим, тихонько подбегает к нему, тяжело укладывая руки на плечи. Парень испуганно вздрагивает, резко поворачиваясь лицом к тому, кто посмел его потревожить. И как же сильно сердце Сонхва радуется, когда на чужом прекрасном личике вновь появляется недовольство. - Снова ты. Ты решил меня и вправду всю жизнь преследовать? - ворчит Ким, неуверенно поглядывая на самодовольную ухмылочку старшего. Странно как-то это всё. - Возможно! - Пак младший довольно хмурит нос, так и не убрав одну руку с плеча парня. Тот, чувствуя тяжесть в области конечности, бросает презрительный взгляд на руку Пака, но последний совершенно никак не реагирует. - Может уберёшь? - А если не хочу? - Хонджун готов поклясться, что сделал бы всё, чтобы оставить на этой нахальной роже несколько синяков, однако университет - не то место, где они могут драться. - Тогда я буду вынужден настойчиво просить тебя. Некомфортно, знаешь ли. - Пригласишь на чашку чая? Если пригласишь, то уберу. Или, может, на рамёнчик. Я давно не ел всякой вредной еды! - Рамён со своими друзьями есть будешь, а чая ты и вчера напился. - сделав глубокий вдох, светловолосый всё же скидывает чужую руку, чувствуя заметное облегчение. А рука у Пак Сонхва довольно тяжёлая. Это даже пугает... - Не преследуй меня больше, а то люди подумают ещё, что ты влюбился в меня. - Хонджун, не собираясь слушать ответ старшего, разворачивается спиной, продолжая свой путь, только вот Хва идёт следом за ним, не отставая ни на шаг. - Ты такой жестокий, Хонджуни. Тебе стоит быть чуточку добрее с теми, кто проявляет к тебе доброту, иначе однажды можешь столкнуться с чьим-то гневом. - С чьим же? Твоим? - усмехается Ким, совершенно не испуганный словами Пака. Тот, шумно вздохнув, пробегается языком по губам, резко толкая парня к стене. Он с грохотом упирается одной рукой по правую сторону от чужой головы, приближаясь к лицу так близко, что Хонджун мог почувствовать всё его недовольно и опасность. - Да хоть с моим. - практически шёпотом говорит Хва. Он, словно разъярённый бык, тяжело выдыхает, смотря то в глаза младшего, насквозь прожигая всё его нутро, то на его губы, на которые Ким нанёс сегодня клубничный бальзам. - Я ведь не шутки шучу, Ким Хонджун. Твоя глупая смелость уже откровенно начинает бесить, не говоря уже про то, что ты слишком много говоришь. - А что такое? Ударить хочешь? Или, может, вещи мои испортить? - в глазах напротив зажигаются яркие огни, а черти радостно пляшут около костра, от чего Сонхва кажется, что перед ним точно сумасшедший. - Давай, не трусь. Мы как раз стоим под одной из камер. Ударишь разок, а я потом покажу эту запись всему университету. Что скажешь? Нравится? Пак, положив руку на живот парня, тем самым не дав ему сбежать, поднимает голову к потолку, замечая ту самую камеру. Он смеётся от милой глупости и наивности младшего, ведь стоит Сонхва только создать какую-то проблему, даже если малейшую, то её тут же уберёт его отец. Порой полезно иметь богатого папашу за спиной - это в миг решает все трудности. - Хонджуни, Хонджуни~ Ты такой глупый котёнок. - старший переводит взгляд обратно на парня, а того дрожь пробивает от этого самого взгляда и триггерных для него "котёнок". - Думаешь, тебе кто-то поможет? - шепчет чуть ли не в самые губы Пак, сильнее надавив на живот младшего. Тому не больно, однако из-за неприятных ощущений он сжимает челюсти, шумно сглатывая ком в горле. - Не стоит мне угрожать, красивый котёнок, иначе потом пожалеешь. - Отпусти. - сквозь зубы проговаривает парень, чувствуя, как Пак давит рукой на живот всё сильнее и сильнее. - Отпусти, мне больно. Пак Сонхва, чёрт тебя побери! - кричит Хонджун старшему в лицо. - В следующий раз, Ким Хонджун, - яростно шипит Пак на ухо младшему, сжав рукой его бок. - тебе следует быть со мной более приветливым, если не хочешь, чтобы я выебал тебя до потери пульса где-то в подворотне. Когда я говорю, что не стоит играть с моим терпением - это значит, что не нужно меня злить. Мне нравится твоя дерзость и агрессивность, но есть моменты, когда следует фильтровать свою речь, понял? - Опусти меня, козёл сраный, если не хочешь, чтобы я лицо тебе расцарапал! - в ответ шипит Ким, впиваясь ногтями в руку старшего. Тому, кажется, совсем не больно из-за этого. - Ну ты же такой хорошенький, к чему эта смелость? - тон Сонхва становится более мягким, только вот его тяжеленная рука по-прежнему покоится на талии Хонджуна. - Я ведь совсем не хочу делать тебе больно. Давай просто будем приветливыми друг с другом? Мне будет намного приятнее, если ты будешь вести себя хорошо~ - А мне будет приятно, если ты уберёшь свои поганые лапы от меня и свалишь в закат! Мне так жаль, что люди не видят твоё настоящее "Я". Уверен, узнай они - возненавидели бы! - Конечно, конечно~ Как скажешь! Я с тобой ещё свяжусь, лапуля, а пока до встречи. Надеюсь, в следующий раз ты не будешь выбрасывать из своего красивого ротика столь ужасные слова~ - противно коснувшись большим пальцем губ младшего, тёмноволосый быстренько уходит прочь, оставляя Хонджуна стоять одного. Младший облегчённо выдыхает и сгибается пополам, чувствуя себя униженным. В голове снова мелькают "Котёнок" и "хорошенький", от чего по всему телу парня проходит дрожь, а сам он быстро-быстро тянется к сумке, чтобы достать из неё успокоительные. Психолог как-то рекомендовал парню пить по одной таблетке через каждые три-четыре часа, но Ким закидывается сразу двумя в надежде, что это успокоит его тревожность и сдержит слёзы. Может его смелость и правда глупа? Может ему и правда нужно вести себя иначе, чтобы не наживать проблем? Только вот... Подчинись он словам Пак Сонхва и тут же погрязнет в собственной слабости, из которой и так выбрался с большим трудом. Ну уж нет. Просто так он слушаться этого придурка не будет. Не в этой жизни.