До встречи, Каплан

Хоть Даша и выпила также много для её организма, но из-за стресса она не могла ещё очень долго уснуть. Она разглядывала девушку, которую до безумия любила. Она это осознавала, но по-прежнему не принимала и думала о себе в этот момент в первую очередь. Думала о том, что разойтись после окончания реабилитации всё равно лучший вариант, даже видя состояние обеих. Одна в усмерть пьяная во сне проклинает мир, другая захлебывается слезами, наблюдая за этим бредом. Ближе к утру она уснула на кресле, так как ложиться рядом было бы очень глупо в этой ситуации, да и сама она не ожидала, что уснёт. Сна не было ни в одном глазу, мысли держали её и не хотели отпускать. Поспать так и не удалось нормально, но сильно удивило, что проснулась она не от раздражающего звонка из колонки над дверью, а от громкого и напористого стука. Подскочив, она потерла глаза и открыла. – «Виолетта здесь?» – возле двери стояла главная ответственная пансионата, а сзади два вчерашних охранника. Выглядело, будто их обеих сейчас свяжут и отправят в рехаб. – «Нет, а в чем проблема?» – «Я же знаю, что ты врешь» – «С чего бы мне врать?» – «Мы смотрели записи с камер, она здесь» – «Тогда зачем задавать глупые вопросы?» – сама с себя удивлялась, что понабралась наглости от Малышенко и научилась хамить. – «Позови её сюда» – «Она спит» – «Если я сама стою здесь и жду её, не говорит о том, что дело серьёзное к вам есть?» – «Вы такой же человек, как и все. Виолетта спит и будить её я не намерена» – девушка достаёт из сумки два билета и грубо пихает их Даше. – «Собирайтесь» – блондинка от такого напора даже назад пошатнулась, не осознавая что происходит. Куда собирайтесь? Закрыв дверь и сев обратно в кресло, она вздохнув кинула билеты на стол рядом и откинулась на спинку. Билеты домой сегодняшней датой. Даша сразу поняла о чем с ней хотели поговорить, но не подавала виду. Вчера они все грязные и мокрые пришли еле стоя на ногах. Очевидно, что и родителей оповестили, что было совсем не хорошей новостью. Дома снова будут ждать нотации и зачитывание моралей. Но это было не главной проблемой. Главная проблема сейчас лежала и видела десятый сон и сопела в подушку. Она рассчитывала, что они спокойно поговорят и концу их прибывания здесь также спокойно распрощаются. Но не всегда все идёт по плану. Просидев ещё около получаса в этих угнетающих мыслях ей не пришло в голову ничего лучше, чем просто молча, тихо собраться и уйти ничего не объясняя. Если бы так поступили с ней, она бы впала в тяжелейшую депрессию, но думать сейчас о ком-то другом она была не в силах, хоть и любила сильно. Сев за косметический стол, она вырвала листок из своего ежедневника и решила написать то, что хотела бы сказать в живую, но силы воли не хватило. “Дорогая, Виолетта, заранее прости меня пожалуйста. И за этот поступок и за всё, что я сделала плохого за эти два месяца. Я очень благодарна, что ты была рядом и очень много мне помогала. Помнишь в первые дни ты мне тыкала в то, что я влюблюсь в тебя? У тебя получилось, я и вправду тебя полюбила. Полюбила так, как никогда никого не любила. Это что-то новое для меня, как непротоптанная тропинка. Но к сожалению я не имею никакой индивидуальности и выбираю идти уже по готовой, прочищенной дороге. Я никогда бы не приняла свои чувства, поэтому и сбегаю, не оставляя о себе никакого следа. На счёт секса, ты думала, что только он мне и нужен, но ты глубоко ошибалась, любимая. Единственное, что я скажу, ты была моя первая во всем, что в постели, что в любви. Скорее всего ты и правда моя первая настоящая искренняя любовь. А секс - это то, когда я могла чувствовать себя твоей на все сто процентов. Я люблю тебя, Малышенко. Надеюсь ты встретишь кого-то сильнее и достойнее меня. Почему я тебе это пишу сейчас? За вчерашний дебош нас выгоняют и сегодня нам нужно уехать. Я слишком жалкая и слабая, что сбегаю, но так будет лучше. Береги себя прошу и не губи себя. Даже если ты где-то увидишь меня в интернете, прошу, не нужно тревожить то, что должно зажить. Твоя Каплан.” Конечно же без эмоций здесь не обошлось, слезы градом текли с щёк Даши, но звука издать она не могла. Она затыкала рот рукой, чтоб не издать ни единого всхлипа, лишь бы не разбудить Малышенко и не портить то, что казалось уже не испортить. Заранее она накрасила губы красной помадой и оставила след от губ на уголке листа. Но и не заметив, она оставила по всему письму следы от слез, который позже незначительно размыли пасту ручки. Тихо встав, она достала из шкафа свой чемодан. Осмотрела комнату и по тихоньку собирала аккуратно свои вещи на пол, чтобы потом сразу поместить их во внутрь. Около получаса это все заняло и сев на колени, чтобы приняться все складывать, она нащупала на дне чемодана что-то странное. Достав, она ещё сильнее разревелась. Со дна она достала тот самый квадратик из искусственной кожи, который Виолетта не хотела ей показывать на первом уроке тату-мастерства и теперь стало ясно почему. На ней было написано «До встречи, Каплан» Даша уже не могла сдерживать и разлеглась на полу, задыхаясь от боли. Виолетта сейчас так рядом, но так далеко, что разрывало на самые мелкие частицы, которые нельзя было собрать. Разве принципы и воспитание выше своего счастья? Для кого-то видимо да. И это не исправить. Но хватило одного шороха со стороны кровати, чтобы хотя-бы немного успокоиться. Она молилась всем богам, чтобы та не проснулась. Даша приподняла голову и облегчённо выдохнула, поняв, что та просто перевернулась и также крепко спит. Решив не медлить, она запихала все свои вещи хаотично в чемодан и поставила его у выхода. Уже хотела выйти, но нога порог переступить не давала, не посмотрев в последний раз на Виолетту. На носочках дошла до кровати и села на корточки перед кроватью. Вот она. Лежит. Любовь её. Любимые губы, которые она привыкла целовать. Любимые щеки, которые она привыкла держать в руках. Любимые волосы, с которыми она привычно играла и аккуратно поправляла. Привычные глаза, в которые она так и не посмотрит перед уходом. Рассмотрев все лицо, будто сканером проходясь, чтобы запомнить каждый миллиметр, она легонько коснулась губами её лба и встала, выходя из комнаты, аккуратно закрывая дверь. Пройдя по коридору она постучала в дверь той самой женщины, что грубо ей пихнула билеты. – «Я могу забрать свой телефон?» – беспордонно заходит в кабинет, не спрашивая разрешения и видит два гаджета на столе и умиляется, когда понимает, что у Виолетты под чехлом фото её собаки. – «Где Малышенко?» – «Не знаю, спит ещё наверное» – «Вы слишком глупо покидаете пансионат, даже не пытаясь оправдаться? Вы уходите без единого сертификата и не скажете ничего?» – на что Даша обернулась и посмотрела на неё с ехидной ухмылкой. – «Как не скажу, скажу. Сделайте сразу двуспальные кровати, на двух соединенных трахаться не удобно» – подмигнула и скрылась за дверью, не желая даже видеть реакцию этой закомплексованной женщины, зная, что ту сейчас разорвёт на атомы от злости. Выйдя из здания её встретил мужчина, который как кажется должен был её проводить на поезд. Ебать сервис, а нельзя было и сюда лично привезти, а не бросать на произвол судьбы. Сев в машину, она разблокировала телефон и увидела кучу сообщений и уведомлений. Зайдя в телеграм она увидела, что многие подписчики начали переживать, что её так долго нет, а её крайнее видео залетело в чарты и она вирусилась уже на глобальном ютубе. Странные ощущения ей овладели, вроде бы она должна радоваться, но состояние было вообще не подходящие. Одним счастьем большое горе не заткнешь. В поезде все прошло тихо, она ехала с семейной парой и ребёнком, которые иногда её спрашивали как дела, но та просто лежала в наушниках и залипала в потолок, игнорируя вообще окружающий её мир. Мысли были разные. Она уже начинала жалеть, что уехала молча, но и гордилась одновременно тому, что ей хватило силы духа не поддаваться эмоциям. Она пыталась загасить абсолютно все мысли о этих двух месяцах, чтобы начать уже думать о будущем и что она будет делать по прибытию домой. Она даже уснуть не смогла, не говоря уже о еде, которую ей её соседи всячески пытались впихнуть. Услышав только объявление своей станции ночью она удивилась, ведь по ощущениям прошло около часа. Забрав чемодан и выйдя с вагона поезда, его сразу же забрал отчим, а мать лишь с разочарованием в глазах смотрела на дочь. – «Ты туда развлекаться поехала?» – женщина прожигает взглядом, скрещивая руки на груди. – «Вспомни, что я туда не по своему желанию поехала» – проходит мимо в сторону машины. – «Я заплатила нехилые деньги, а ты там с какой-то наркоманкой связалась?» – хватает за локоть и разворачивает. – «Ещё хоть одно такое слово в её сторону и ты больше меня не увидишь» – «Ты кем стала там? Забыла кем я тебе являюсь?» – «Тираном, которому все равно на моё мнение» – «Я твоя мать, неблагодарная» – тычет пальцем в плечо блондинки – «и дальше я тебя слушать не буду, ты в этом году поступаешь в универ, а мнение твоё не учитывается» – «Чего блять? Ты совсем уже ебнулась, тебе мало этой тюрьмы было?» – повышает голос. – «Я тебе дома рот с мылом помою, тварь, ты ещё пожалеешь, что имеешь право со мной так разговаривать» – толкает девушку в машину и шумно захлопывает дверь. Ехали они молча, так как Даша больше не хотела нарываться, мать уже все сказала, а отчим и лезть даже не хотел, ведь знал, что также получит от матери, ебанный подкаблучник. Как только машина тронулась, Даша выбежала из машины и быстро забежала в дом, так как даже секунды больше не выдержит в компании этих двух "родителей". Зайдя в свою родную комнату, она упала на кровать и снова начала захлебываться в слезах. Она не понимала, что правильно и как правильно. Она не понимала, что она делает в этой жизни не так. Что ей нужно быть, чтобы просто в её жизни стало все хорошо, как и у обычных людей. Ей хочется просто жить так, как хочет она, а не как ей навязывает мать или же общество. Как же она заебалась жить не свою жизнь. Проревев так всю ночь, она все же не смогла уснуть, хоть и за плечами была бессонная ночь и очень много потерянных нервов. Она лежала уже без единой мысли о чем угодно. В голове было пусто. Внутри было пусто. Из этой тишины её отвлекла лишь вибрация телефона, лежащего рядом. >«Ну что, малышка, как там твой рехаб? Увидела, что ты была в сети недавно» Даша даже улыбнуться смогла, так как вообще забыла про свою интернет-подругу. Они столько времени общались так часто, что уже дышали друг другом, а тут как из головы вылетело. >«Привет, я очень скучала, все хорошо, там не было ничего особенного, обычная промывка мозга, но лечить то меня не от чего. Как твой отпуск?» >«Отлично! Мы все таки съездили в Дубай, как я и думала, все супер»                                 *** Виолетта проснулась буквально через час после ухода Даши, в комнате все ещё стоял запах её духов, так что она думала, что как всегда она просто в душе. С вчерашнего дня она мало чего помнила, но помнила, что обидела свою девочку и ей хотелось извиниться, как можно быстрее. Встав с кровати она даже сначала не обратила внимания, что ни одной вещи Каплан нет на привычных местах, она заметила это только тогда, когда вышла из пустого душа с удивлением и нарастающей тревогой. Разглядывая комнату она упала взглядом на стол, где лежал какой-то лист и какой-то билет. Мысли начали мешаться в голове, но она надеялась, что это просто письмо о том, что она ушла на обед одна. Сев за стол, она с первой строчки почувствовала сильную боль по всему телу, отчего даже согнулась. – «Нет, Каплан, нет» Читать дальше было ещё куда тяжелее, а к концу письма её разъебало не на шутку так, что она начала громить все что видит. Стол сразу же перевернулся, вазы летели на пол, стаканы конечно же за ними. Кулаки были разбиты в кровь и слезы большими каплями падали на пол, который уже был захламлен всем, что раньше аккуратно стояло на своих местах. На стенах с каждым ударом появлялись кровавые следы и царапины, а где-то даже трещины. На шум конечно же пришли сотрудники, которые быстро её усмирили, скрутив руки за спиной и утыкая мордой в пол. Ей было абсолютно все равно. Сейчас она не чувстовала физическую боль, её разбивало внутри на миллиард стекл, которые потом не склеешь. – «Я ненавижу тебя, Каплан» – лёжа лицом на холодном полу, продолжала проговаривать эти слова, как застрявшую пластинку. Когда её наконец-то отпустили, вещи она быстро закидала в чемоданы, даже не оборачиваясь посмотреть, не забыла ли она что-то. Было все равно. На все и всех было все равно. Она шла по коридорам, которые для неё теперь ничего значили. Все было чужое и пустое. Было холодно от того, что теперь везде была полнейшая пустота. Спустя двенадцать часов она вышла из поезда и шла по ночному городу, закуривая сигарету. Мать конечно же её не встретила. Если бы она её встретила это было бы большим удивлением. Матери все равно на неё с самого детства. Единственное, чего она хотела, это чтобы она стала человеком, свела татуировки и носила платья. Для чего? А чтобы ей стыдно перед подругами не было. Дойдя до дома, она заглянула в окна, где горел свет, но желания заходить туда вообще не было, но единственное, что заставило её туда зайти это лай Аляски. Она из далека чувстовала Виолетту и разбивалась о дверь, лишь бы ей дали увидеть свою хозяйку. Виолетта что раньше, что сейчас понимает, что не будет у неё никого преданнее этого белого песеля. Зайдя в дом и взяв Аляску на руки, она зашла в комнату к матери и облакотилась плечом на стену. – «Ты даже там смогла меня опозорить» – не отвлекается даже от своего телефона. – «А как же: я тебя люблю дочь моя, я скучала доченька?» – «А ты заслужила?» – «За то что я твоя дочь не принято любить?» – «Перестань быть позорищем, может тогда и полюблю» – «Понятно, спасибо, мам» Виолетта поднялась в свою комнату и упала на кровать, устало выдохнув. Расстроилась ли она из-за матери? Нет конечно, это обычный и привычный их разговор. Она просто не понимала, как жить теперь дальше с грузом на душе и болью в сердце. Ей не хотелось всего этого. Страдать для детей. Взяв телефон, она решила написать своей подруге, с которой у неё не было связи два месяца. Она улыбнулась краем губ от того, что увидела, что та была недавно в сети. >«Ну что, малышка, как там твой рехаб? Увидела, что ты была в сети недавно» >«Привет, я очень скучала, все хорошо, там не было ничего особенного, обычная промывка мозга, но лечить то меня не от чего. Как твой отпуск?» >«Отлично! Мы все таки съездили в Дубай, как я и думала, я никогда не ошибаюсь» Виолетта решила не грузить своими проблемами и не выставлять свою мать предателем, поэтому соврала, что она все таки была в ебанном отпуске, а не была, как её подруга в каком-то рехабе. Странно, что это совпадение имён и ситуаций не насторожила ни одну из них и никто даже не задумался о том, что это может быть не так, как они видят. Два человека по разные стороны экрана, страдающие друг по другу и даже не знают, что общаются сейчас с виновниками их разбитых сердец. >«Круто, и как там?» >«Без тебя было скучно если честно» >«Ты же знаешь, что ментально я всегда рядом» Конечно. Ещё и физически. Только вы не догадываетесь.