Коллаб века

      Съёмки, камеры, идеально поставленный свет, профессиональная группа и постоянный секс — то, из чего состоит вся жизнь Юджи. Резкий рост популярности два года назад — когда он неожиданно ворвался в мир порноиндустрии — был неудивителен. Не сказать, что он всю свою жизнь мечтал о чем-то подобном, совсем наоборот, он никогда не задумывался о таком. Но один случайный пьяный секс в баре, после удачно написанного диплома, что разлетелся по всему интернету, не оставил иного выбора. После того рокового дня его знали все. То, как он громко стонал в позе наездницы, как выгибалась поясница и как переливалось его подтянутое тело в красных лучах, сделали свое. На утро, весь помятый, он проснулся звездой интернета. Могла ли его жизнь сложиться иначе? Определенно да, но тогда он стал бы изгоем общества, его не взяли бы ни на одну приличную работу, хотя он упорно учился в университете журналистики и даже закончил его с отличием. Во всех смыслах.       Когда Юджи неделю спустя сидел в своей комнате и не знал, что дальше делать со своей жизнью, и вариант закончить ее не казался таким уж плохим, ему пришло сообщение на почту. В письме предлагалось попробовать себя в съемке порно, в качестве сабмиссива. Да, не в известной на тот момент компании, но что ему было терять? Хуже не будет — так думал Итадори, когда прислал положительный ответ и уже ехал на адрес студии.       Первое снятое им порно не было лучшим, во всех смыслах. Ему откровенно не понравилось, как его вдалбливали в кровать, и как позже приходилось делать минет, сдерживая рвотный рефлекс. Но зрители думали иначе — они были взбудоражены появлением нового актера, а потому видео быстро попало в раздел «Популярные». Тогда оно обогнало только вышедший ролик известного актера — Годжо Сатору. Сказать, что ему тогда было страшно — ничего не сказать.       Спустя полгода непрерывной работы он поднял рейтинг своей компании и значительно увеличил их доход. Тогда к нему не относились как-то особенно, а другие актеры скорее были злы на него, чем радовались его резкой популярности.       В этот момент вмешалась другая компания — Goods International. Одна из самых популярных среди других в то время. Юджи подписал с ними контракт. При переходе он боялся, что и там к нему будут относиться также хреново. Оказалось совсем наоборот — компания с уважением относилась ко всем своим актерам, а между ними всегда были достаточно дружественные отношения. Команда была благосклонна к нему, позволяла вносить коррективы в сценарий — без фанатизма, но на тот момент это было очень ценно. Тогда-то Итадори и полюбил порно и БДСМ-вселенную. Он никогда не отказывался от предлагаемых ролей, и был благодарен компании за все съемки. Тогда же он и открыл в себе любовь к доминированию партнёра. Тогда он и полюбил трахаться.       Ещё спустя полгода он стал также популярен, как и Годжо Сатору, у которого был личный «бренд». Юджи решил идти по его стопам. Не стал продлевать контракт, а взял и переехал в Америку, где нет жёстких запретов на порноиндустрию, как в Японии. Оказалось, на западе он тоже успел приобрести популярность, потому создание своей одноименной компании не оказалось сложной задачей.       И вот, спустя два года с того самого злополучного ролика, он едет на съемки с Годжо Сатору.

***

      Сатору, на данный момент находящийся в возрасте 26 лет, был в своей лучшей форме. Не сказать, что ему было принципиально кого или что трахать, но в отличие от Юджи он скрупулезно изучал каждую свою роль, ведь все это могло сказаться на его популярности. Он изучал каждого актера, перед тем как сниматься с ним, ведь не хотел стать скандально известным из-за проеба другого человека.       Шесть лет назад, когда он громко ворвался в порноиндустрию, он был никому там не нужен. Сначала, единственное, что его стабильно удерживало в этом мире — смазливое лицо и идеальное тело. А после первого снятого порно всем стало понятно — вот он, бог, скорее дьявол во плоти спустился к ним на землю, чтобы стать самым грязным грешником из всех существующих. Он снимался всегда в разных роликах, никому не было известно, что на этот раз он выкатит — нежный секс или БДСМ-порно с удушением и шибари.       Компания оценивала его по достоинству, но и запрашивал Сатору больше позволенного. Перед тем, как компания сама приняла решение о расторжении контракта, он со скандалом покинул ее, и создал свой канал. Популярность тогда была бешеная, ничего не сказать.       Именно в тот момент в порноиндустрию ворвался некий Итадори Юджи, что притягивал взгляды многих, но не Сатору. Тогда он был только начинающим актёром — роли играл не слишком правдоподобно, но трахался всегда как в последний. Это и заинтересовало Годжо. И вот, спустя 2 года оглушительного соперничества за первое место в рейтинге, Сатору едет снимать с ним порно.

***

      Юджи лежал голый по центру евро кровати. Его мышцы уже начинали ныть от такой позы: с шеи до бедер он был связан, а на ногах были утягивающие белые чокеры. Ему не слишком повезло с веревками для шибари, точнее, с материалом — скорлупы кокоса. Хоть мастер и был профессионалом своего дела — более 20 лет опыта — выбор был уж слишком извращённым. Хоть белые веревки, что охватывали всё его туловище, очень подчеркивали его мускулистое тело, (а особенно, черт возьми, грудь), натирали они не слабо — слишком уж жестким казался материал. Но терпеть долго не пришлось: в кадре появился Сатору, что по пути к кровати сбрасывал свой белоснежный халат, открывая вид на просто, черт бы его побрал, божественное тело, и такой же великолепный член. Юджи развел ноги от нетерпения, что не ушло от взора оператора. Тот крупным планом подснял слегка трясущиеся ноги, выполнявшие это действие.       Изящными движениями взбираясь на кровать он заставлял Итадори чувствовать всю палитру эмоций: от страха до почти болезненного возбуждения. Отличительной чертой беловолосого актера стало одно: наличие во всех роликах черных очков, которые никогда ещё не снимались в кадре. На самом деле, не только в кадре: сколько бы за ним не следили, никому не удавалось запечатлеть его без этого атрибута, так что цвет глаз его оставался для всех секретом.       Этот ролик не стал исключением. Сатору по-прежнему был в очках, но это ничуть не убивало его сексуальности, скорее добавляло некой таинственности образу.       Ещё одной отличительной чертой порно было то, что то самое вступление, которое все проматывают, снималось уже после основной сцены. По сценарию Юджи был «шлюхой», приехавшей к Сатору, как особый подарок от его друзей. Годжо должен был выгнать его, но что-то пошло не так: между ними вспыхнула искра, и все привело к их личной БДСМ вечеринке.       Из мыслей его вывел шепот беловолосого, который наклонился прямо к его уху. — Ты сейчас должен думать обо мне, малыш.       Это было произнесено не по сценарию, но никто не придавал этому значения: кто они такие, чтобы говорить таким звездам что-то против? — Так заставь меня думать только о тебе, — произнес Юджи прямо в губы Сатору, вздернув издевательски подбородок. Похабно облизнув губы, он добавил: — Если получится.       В его губы впились требовательным поцелуем, нагло сжимая щеки, чтобы Итадори открыл рот. Годжо целовался отменно: вылизывал его, как только вздумается, обводя горячим языком кромку зубов. Оба боролись за главенство в этой схватке языков: Сатору вжимал в кровать, а Юджи притягивал его за поясницу ногами, обвившимися вокруг торса. Губы розоволосого истязали достаточно острые клыки, да с таким напором, что из его рта потекла тонкая струйка крови, что тут же была слизана. Они бы так и продолжили это соревнование, если бы не посторонний звук на съёмочной площадке: что-то упало. Это заставило Итадори оторваться от желанных губ, и обратить взгляд на группу, что уже собиралась выключать камеры и переснимать дубль. — Не смей, — прорычал Сатору, ничуть не отстраняясь от партнёра. — А если кто-то пришел? — съемочная группа уже не была увлечена внезапным шумом. Их взгляды были обращены в камеру, на импровизацию актеров.       Годжо не ответил — заткнул рот Юджи очередным поцелуем, переключая все внимание на себя. Люди, находившиеся на площадке уже понимали: происходит что-то интересное, ведь Сатору был тем ещё любителем идти четко по сценарию. Но все в сегодняшнем дне шло не так, как планировалось: начиная от того, что две суперзвезды снимали порно, заканчивая необычным поведением беловолосого. По рассказам группы, он сегодня был тише обычного.       Тем временем Годжо перестал истязать раскрасневшиеся губы и перешёл на шею, точнее на свободные от веревок участки. Юджи не сдерживался: громко стонал от каждого укуса, оставленного на его теле. Руки беловолосого держали его за бедра, собственнически вжимая их в свою эрекцию. Все плечи розоволосого были украшены красными метками, когда Сатору добрался до груди. Один сосок он сжимал длинными пальцами, а с другим он играл языком, иногда покусывая. Не сказать, что это было приятно, но достаточно щекотно для того, чтобы Юджи выгнулся всей спиной навстречу ласкам партнера.       Оператор мастерски переключил будущее внимание зрителей с груди, на лицо Итадори. Он кусал губы, жалобно смотрел на Годжо, а брови его были изящно изломаны от действий партнёра. Волосы были слегка взмокшие от пота, а щеки раскрасневшиеся. Смотрелось достаточно пошло для самого начала съемок. Одно лишь действие Сатору заставило его слегка вскрикнуть, скорее от неожиданности, чем от боли. Для кадра Годжо вогнал в него сразу два своих изумительно длинных пальца. Хоть до начала съемок Юджи сам себя растягивал, этого определенно не хватило. У него были тонкие и короткие пальцы, в отличие от Сатору, который одной своей рукой мог практически обхватить обе Итадори.       От этого розововолосый лишь сильнее возбуждался. У него был ярко выраженный сайз-кинк, что, кажется, заметил и сам Годжо, ведь всеми возможными способами (и ракурсами), показывал разницу между ними. Член Юджи уже подрагивал от нетерпения и напряжения. Видимо, кивнув самому себе, Сатору уже пристраивался между бедер Итадори.       Вошёл он одним резким толчком, заставив Юджи издать полный наслаждения стон и от неожиданности подняться с кровати. Годжо воспользовался этим: тремя пальцами подцепил без того тугую веревку и притянул Итадори к себе вплотную, заставив буквально оседлать себя. От изменившегося угла проникновения Сатору запрокинул голову и из его рта вырвался не то стон, не то какой-то животный рык. Юджи бы, для большей устойчивости своего положения, обхватил массивную спину беловолосого, но вот загвоздка. Его руки были заведены за спину и туго связаны, а от этого произвольного действия Сатору ему пришлось сильнее свести лопатки и издать болезненный стон, ведь все его мышцы были слишком напряжены, а веревки теперь больно впивались в кожу. Их взаимодействия стояли на тонкой грани садизма и грубого секса.       Но в момент, когда Годжо резко запрокинул голову произошло то, чего никто не ожидал. Казавшиеся сросшимися с кожей очки громко ударились о бетонный пол и разлетелись в дребезги. Время остановилось в ту секунду, когда все камеры были направлены на до невозможного голубые глаза Сатору, его длинные и густые белые ресницы, и удивленное лицо.       Ещё пару секунд пробыв в изумлении, он вернул голову в исходное положение.       В головах обоих пронеслось одно — этот ролик будет долго держаться в рейтинге, если только не станет легендарным.       Когда Сатору направил свой взор на Юджи, тот просто выпал из жизни, сосредоточившись на ярких небесных глазах. Он рассматривал каждую деталь незабываемой радужки, ведь она была поистине необычна. Ободок глаз был окантован синим глубоким цветом, таким, на который нельзя было насмотреться. Будто цвет натуральных сапфиров. Он резковато переходил в мягкий голубой, что был как цвет наичистейшего моря, как цвет природной серной кислоты, а зрачок был черным, как смоль, он великолепно поглощал весь свет, не давая возможности увидеть в нем свое отражение. Его белые ресницы были настолько мягкими и пушистыми на вид, что хотелось к ним прикоснуться, будь такая возможность, проверить, они такими только кажутся, или это реальность.       Заметив ступор Итадори, Сатору ухмыльнулся. Сердце Юджи категорически отказывалось разгонять кровь по венам, ведь увидеть этот самодовольный взгляд и наглую ухмылку — этого он не мог пережить. Никак. Это просто клиническая смерть.       Чувствуя, как напрягаются все мышцы Годжо, Итадори пришел к одному выводу: — Показушник, — он смешком выдохнул весь воздух из лёгких, — Пытаешься меня очаровать? — ухмылка на лице Сатору стала еле шире, — У тебя получилось.       Не дожидаясь какого-либо ответа от беловолосого, Юджи сам впился в его губы требовательным поцелуем. Но все же весь контроль над ситуацией держал Годжо — он ещё сильнее притянул к себе розоволосого, заставляя того издать болезненный стон. Видел же, как покраснела кожа под белыми веревками, знал, как она натирает, садист хренов. — Скачи, коник, — произнес Сатору, издевательски улыбаясь прямо в губы. Видя все его мучения, он посмел ещё и кинуть Итадори вызов.       Благодаря двухлетнему опыту в порно Юджи точно знал, что в позе наездницы надо не просто поднимать свое тело туда-сюда, а раскачиваться именно бёдрами. Операторы те ещё извращенцы, а потому стали все снимать сзади: сначала плавные движения бедер розоволосого, — под правильным углом было видно, как член медленно выходит и входит обратно, как растягивает его — а после быстрые покачивания Юджи, в тандеме с резкими толчками Сатору. Оба время от времени запрокидывали головы, стонали в голос, хотя такая привилегия была только у розововолосого, иногда меняли угол проникновения, но вот позу ещё ни разу.       Годжо, почувствовав, что оба на пределе, решил сменить тактику. Он резко развернул Итадори лицом к стене, открывая себе вид на охваченную белыми веревками спину, и придавил рукой его к кровати, также быстро перемещая руку на его шею, сдавливая. Беловолосый склонился над Юджи, вдалбливаясь в него, одной рукой держась за сочные бедра, другой обхватывая его шею, до лёгкой асфиксии. Операторы крупным планом подснимали иногда отрывавшего лицо от кровати Итадори: струйки пота, что текли со лба, смешались со слезами, резко хлынувшими из глаз. Очи его, обрамленные черными ресницами, были широко распахнуты от неясных эмоций: то ли от кайфа, то ли от боли. Он тяжело дышал, приоткрывая рот — из него текла тонкая струйка блестящей слюны, и он это не мог никак контролировать — был не в состоянии.       Громко вскрикнув, Юджи закончил первым, пачкая постельное белье теплой спермой. Сделав ещё несколько толчков, Сатору кончил следующим, слегка запрокидывая голову и зачесывая, теперь свободной рукой, волосы назад. Он беглым взглядом оценивал свое творение — вся спина Итадори была усыпана засосами-укусами, что сойдут ещё не скоро. Хоть это и было против правил, Годжо было плевать, он был чертовски доволен своей работой.       Пребывая в состоянии аффекта, оба не услышали крик режиссера: — Стоп, снято!

***

      После прохладного душа, и наконец, снятия всех этих веревок, в махровом халате, Юджи чувствовал себя лучше всех на свете. Он отлично вышел в кадре, так ещё и суперски потрахался — это ли не счастье?       Сидя в мягком кресле, закинув ногу на ногу, Итадори позволил себе немного отдохнуть — откинул голову на кресло, удобно устраиваясь на нем. Заслышав приближающиеся шаги, и шум возле кресла напротив, Юджи пришел в бешенство. Кто сейчас смеет его тревожить? Он чертовски устал, но все же чувствовал себя одновременно с этим прекрасно.       Приоткрыв один глаз, чтобы одарить холодным взглядом помешавшего его покою, розововолосый не ожидал увидеть Сатору без очков, пристально за ним наблюдавшего. Итадори все же пришлось открыть оба глаза, чтобы установить зрительный контакт с голубоглазым. До того, как его начало вновь утягивать в эту бездну, Годжо произнес: — Ты отлично постарался. Не ожидал, что трахаться с тобой будет так хорошо, — он улыбался, приняв позу почти такую же, как у Юджи. — Даже так? Что ж, я рад. Мне впервые не пришлось имитировать удовольствие. Я бы повторил, — облизнув пересохшие губы, сказал Итадори. Пространство между ними наполнилось тихим смехом Сатору, но таким заразительным, что на лице Юджи непроизвольно появилась широкая улыбка. Он был поистине счастлив в этот момент. — Ха-ха, фух, я тоже не против повторить, только вот… — Годжо издевательски-оценивающе скользнул по прикрытому халатом телу розововолосого. — Восстановись для начала, — на лице Сатору появилась настолько самодовольная улыбка, что если бы он не был собой, Юджи бы ему уже вмазал. Но причина, почему он этого не сделал, никак не связана с их популярностью. Итадори фыркнул. — Ха, да это у меня займет пару дней, — врёт открыто и не скрывает. — Да? В таком случае, — Сатору встал со своего места и подошел к Юджи, склонившись над ним, прошептал на ухо.— Раз ты так в себе уверен, приглашаю тебя на свидание. Ты же не против простой прогулки? Уверяю тебя, я отведу тебя в такое место, где ты ещё ни разу не был, — Годжо разогнулся, чтобы не привлекать ещё больше внимания съемочной группы. — Тогда до встречи. — Через 3 дня, — вот черт, знает ведь, что ничего у Юджи не пройдет за 3 дня. Дьявол во плоти, не иначе. Но вместо того, чтобы все высказать, Итадори лишь ухмыльнулся и кивнул головой. Игра началась.       В недалёком будущем папарации ловили их идущими по улице, скрепившими руки в замок.