Где же ты, Гэгэ

Безликий Бай и Се Лянь… Хуа Чен прекрасно знал как связаны эти два человека. Он видел что смог с ним сделать 800 лет назад, даже сам испытывал небольшую тревожность при напоминании о нем. Но сейчас… Сейчас многие все ещё не воспринимают его всерьёз, зачем он нужен Безликому Баю? Тем более без руки… Хуа понятия не имел что сейчас с принцем, не считая его отрезанной руки, но вспоминая на что способен демон и как кричал про боль Наследный принц… В голове возникала одна единственная картинка. Изрезанное тело Его Высочества в его же храме. Возможно он сейчас точно так же лежит, не в силах сделать что либо… Как бы сильно Хуа Чен не хотел надеяться на здорового Се Ляня, он понимал, что ему сейчас больно и страшно. Но сам не мог ничего сделать. Он не мог даже помочь Его Высочеству. Он был просто бесполезен в этой ситуации! Демон пытался ещё раз связаться с Наследным принцем но он вновь перестал отвечать. Пока он не может услышать живого Се Ляня, он невольно начинает думать о самом ужасном исходе. Наследный принц ещё очень и очень долго не мог успокоиться. В его голову лезли самые ужасные идеи, что ещё с ним могут сделать. Кто знает, вдруг ему ещё что то отрежут? Или вовсе убьют? Он не хотел думать о всем происходящем, но не мог. Он наоборот думал о том, когда же вернётся демон, что он с ним сделает и насколько больно ему будет. В первый день он надеялся на то, что изнасилование будет самым ужасным произошедшим в этой комнате, но находясь на полу, в разорванной одежде, с изрезанным и изуродованным телом и без руки он понял что будет только хуже. Все будет хуже и хуже. Может быть, над ним сжалятся и отпустят раньше, чем через неделю? Конечно этого бы не случилось. Его могут только мучить, мучить и мучить. Безликий Бай постоянно всплывал в мыслях и от этого бросало в дрожь. Вспоминая последнюю неделю становилось тяжело дышать. Ему нужно было срочно подумать о другом… Что, о чем можно подумать?! Одежда. Одежда. Что с его одеждой? Наверняка она вся красная, возможно даже черная… Да и весь пол под ним наверняка в крови. Он бы мог проверить, поднять голову или руку, но если он это сделает то вряд ли сможет хоть как-то терпеть боль. Почему же никто не может его найти… Где он находится? Почему никого не находит его?! Хотя кто знает, вдруг он находится где нибудь очень далеко? Может быть в чужой стране… Очень не хотелось бы чтоб это была правда. — Как твоя рука, Сяньлэ? Демон появился как обычно неожиданно. Но в прошлые разы он не пугался настолько сильно. Он не забывал как дышать в прошлые разы. — Я дал тебе целый день для восстановления, надеюсь тебе лучше. Лучше? Лучше?! Всего один день! Один! И отрезанная рука, да как он вообще может так говорить?! Ему очень хотелось возразить вслух, но неожиданно для себя он обнаружил, что перестал дышать. — Что ж, сегодня у меня прекрасное настроение, поэтому резать или бить тебя я не буду. Но будет кое что другое. Надеюсь ты не против, хотя если честно мне все равно. У тебя итак нет выбора. Се Лянь не хотел находиться здесь, слышать все что здесь происходит и видеть все что здесь происходит, поэтому закрыл глаза. Безликий Бай навис над принцем. Он закрыл ему глаза куском одежды, которые лежали около принца и снял с себя маску. Конечно же он не увидит его лица, ведь помимо довольно плотной ткани на лице в самой комнате было темно. После он решил что хочет оставить на Се Ляне засосы и укусы. Видимо у Безликого весеннее обострение зимой. А Лянь чувствовал только отвращение и страх. Он ведь совсем ничего не может сделать. Только лежать, чувствовать как тебе оставляет засосы ненавистный демон и ужасную боль. Боль в теле и боль в сердце. То, от чего Се Лянь обычно получал неописуемое удовольствие, сейчас вызывает только жгучую ненависть. И это было ужасно, это вызывало тошноту. Он почувствовал на своей шее чужие губы и как его кусали. Это было ужасно больно и мерзко. Ему ведь очень нравилось как Хуа целовал его в шею и мог так же оставить на шее засос… Как противо, как мерзко… — Прекрати… — очень тихим и хрипящим голосом сказал Се Лянь. — Нет. Ты мой. Ты будешь делать то, что я захочу. Ты всего лишь моя игрушка. Грязная, мерзкая игрушка. И никому кроме меня такой отвратительный и сломанный ты не нужен. — Не… Не правда. — конечно же это не так! Он точно нужен Саньлану! Естественно нужен… Хотя он не слышал его уже целый день… Он перестал говорить что либо после того, как Лянь как-то смог с ним связаться… Неужели он и вправду не нужен Хуа Чену без руки?.. Если это не так, то почему он молчит целый день… Он постоянно что то рассказывал и спрашивал как Се Лянь себя чувствует… Он и вправду больше не нужен… — Ты и вправду так думаешь? Смешно. Ты всё ещё со мной, никто не пришел тебе на помощь. Никто не ищет тебя. Ты нужен только мне. Нет. Нет. Нет. Нет. Это не правда, нет! Нет, нет и ещё раз нет! Этого не может быть… Как же так… Никто кроме Саньлана и Фень Синя с Му Цином не связывались с ним… Да и те больше ничего не говорят… Ему не хотелось в это верить. Он просто не мог поверить в то, что это правда. Что он действительно нужен только Безликому Баю… Демон уже оставил на шее и ключицах принца несколько засосов с укусами и решил приступить к нижней части его тела. Содрав оставшиеся клочья одежды, он как и в прошлый раз не собирался как либо помогать Ляню. Демон раздвинул ноги Наследного принца, чем уже вызвал болезненное шипение, а после и вошёл в него на всю длину за раз. Се Ляню было ужасно больно. Ноги болели, живот болел, органы болели, всё, абсолютно всё болело. И сердце тоже. Сердце болело сильнее всего. Он не мог понять, правда ли, что он никому не нужен. Он все больше начинал верить, что никому не нужен. Он опять начал плакать. Он не хотел, но начал. Ему просто нужна была помощь, ему хотелось исчезнуть, пропасть из этого мира навсегда. Не знать никого и ничего из этого мира, не иметь ничего, о чем можно жалеть. Или хотя бы просто спрятаться куда то, где его не найдут. Никто и никогда. Безликий продолжал двигаться в Се Ляне, и это было очень, очень больно. Возможно из-за этого при каждом толчке от принца слышались всхлипы. Но одних лишь слез не хватает демону. Ему нужны мучения посерьёзнее. Он достал откуда то из своих одеяний небольшой нож и приставил его к горлу принца. — Ещё один всхлип, и я перережу тебе горло. Всхлипы действительно прекратились на какое то время, но совсем скоро Се Лянь вновь издал запретные звуки и в ту же секунду его горло перерезали. Естественно он оставался живым и даже в сознании. Действие той жидкости прошло и он больше не мог так легко потерять сознание. Со стороны Наследного принца послышались болезненные хрипы. Ему хотелось кричать во весь голос, но он уже сорван и получался только хрип. Се Лянь больше не хотел ни о чем думать. Хотелось просто пережить оставшиеся дни и перестать чувствовать боль. Он даже не хотел больше вернуться домой где его ждали. Он хотел просто залечить раны и жить где то, где никто не сможет больше тронуть его. Но эта пытка продолжалась. Безликому Баю постоянно становилось недостаточно мучений принца. За время пока его насиловали, в его теле успело появиться ещё несколько дырок и глубоких порезов, которые стоило бы зашить. Но этого он уже не выдержал. Вытерпев всю боль в конце концов он потерял сознание. Демон продолжал насиловать уже безвольное тело и продолжал оставлять глубокие порезы. Так, когда он уже закончил, он как обычно просто исчез из комнаты. *** Наследный принц очнулся спустя около получаса после очередного исчезновения демона. После очередного прихода он чувствовал только боль и пустоту. Он больше не надеялся на спасение или на возвращение домой. Он даже не надеялся пережить оставшиеся дни. Наследный принц Сяньлэ с удовольствием бы исчез или умер прямо сейчас. — Почему ты молчишь, Саньлан?! Почему ты бросил меня умирать здесь?! Почему ты больше ничего не говоришь?! Я правда больше тебе не нужен?.. Но ведь… Но ведь я бог и не умру из-за своих ран… Саньлан, я правда не нужен тебе?.. Ответь мне, прошу, ответь!.. — он действительно ждал ответа. Это была последняя надежда на то, что на самом деле он нужен кому то кроме Безликого Бая. Но шли минуты, а ответа все не было. — Неужели Безликий Бай был прав… Саньлан… Больше он не скажет ничего по духовной связи. Он потерял последнюю надежду. Он сломался. Ему уже все равно что с ним сделает Безликий демон. Ему все равно насколько больно ему будет. Он потерял всё всего за неделю.