Часть 2
26 февраля 2024 г., 19:54
Утром выпало ещё больше снега. Сонхва смотрел, как падают снежинки, пока попивал свой кофе. Он уже приготовил завтрак для всей семьи, чтобы насладиться необычно тихим утром выходного. Ни один школьник не брел по улице на уроки, только некоторые соседи вышли, чтобы расчистить дорожки от нескольких сантиметров свежевыпавшего снега. Стук лопат о бетон нарушал сонное спокойствие раннего утра.
Снупи лежала в ногах Сонхва, довольная его компанией, и подрёмывала, иногда дёргая ушами.
Первым спустился по лестнице Юнхо. Он попытался причесать свои волосы в более-менее приемлемый для ленивого дня вид. Несмотря на то, что он уже умылся, он выглядел очаровательно взъерошенным. Его глаза прикрывались из-за сонливости.
Сонхва улыбнулся, наливая ему немного кофе. Пока Юнхо потягивал его с полузакрытыми глазами, он наклонился, чтобы намазать его любимым вареньем булочки, которые Сан передал им вчера на завтрак, зная, что они все об этом забудут.
Юнхо постепенно просыпался, завтракая. Вскоре он пришёл в себя настолько, что смог рассматривать Сонхва поверх края своей кружки.
— Как так получается, что каждое утро ты просыпаешься таким великолепным? Даже в самое домашнее и ленивое время ты такой красивый, — было его первой фразой за утро. Сонхва посмотрел на свой мягкий свитер – сегодня он был одет достаточно просто. Застенчивая улыбка тронула уголки его губ.
— Наверное потому, что я так хорошо высыпаюсь в твоих руках, — флиртовал он в ответ. Нежная улыбка Юнхо осветила комнату.
Они спокойно ели и обсуждали свои планы на день. Юнхо сказал, что Хонджун тоже уже встал и он оставил его наверху, чтобы демон навёл порядок в испорченной спальне. После вчерашнего наказания он принялся за работу без особого желания. Как только высохнет новый слой краски, им придётся перенести остальную мебель. Кое-что из неё нужно будет разобрать, перенести по узкому коридору и потом заново собрать. Это будет долгий день. Но пока Хонджун будет вести себя прилично, он обещает быть весёлым.
Они уже допивали по второй чашке кофе, смакуя его после того, как расправились с едой, когда по лестнице пробежал Уён. Сонхва вопросительно выгнул бровь, когда увидел, что его сын надевает шапку и перчатки в сочетании с пижамой. Энергичный, как и всегда, Уён забрался на свой стул.
Юнхо подал его любимую булочку с шоколадным кремом, в то время как мальчик терпеливо дожидался, пока Сонхва приготовит ему горячий шоколад.
— Готовишься к снежной экспедиции? — спросил Сонхва, ставя чашку перед сыном. Уён еле смог её обхватить руками в рукавицах. Он удовлетворённо замычал, довольный первым глотком.
— Давай сегодня поиграем на улице, пап! Так много снега выпало, и я хочу слепить Беззубика, пока остальные не смогут затоптать его! — Уён, трепещущий от волнения, переводил взгляд с Юнхо на Сонхва. Они всю зиму играли в снегу, но мальчик не переставал обожать это. Он лишь не очень любил играть в снежки, что было сильной стороной Хонджуна. Обычно ему попадало много снега на одежду, и ему становилось слишком холодно, чтобы он мог продолжать игру.
Сонхва посмотрел на Юнхо, надеясь на безмолвный ответ. Когда его парень только пожал плечами, он снова обхватил кружку ладонями. Кольцо, подаренное ему Хонджуном, блестело на его пальце.
— Почему бы и нет? Мы можем повеселиться, прежде чем опять заняться работой.
Уён захлопал в ладоши, напугав этим Снупи, которая подошла, чтобы прижаться холодным носом к его ноге. Визжа и хихикая, мальчик ел так быстро, как только мог, чтобы скорее поиграть.
Когда они все поднялись наверх, чтобы переодеться в зимнюю одежду, и взяли Перри, Сонхва заметил в комнате Юнхо угнетённого демона. Он сидел на полу, полный грусти, расправив крылья, и красил испорченную стену. Его печальные глаза пока не увидели Сонхва, который прислонился к двери, наблюдая за ним.
Хонджун закончил одну стену и приступил к работе над другой. Его беспорядочные и вялые мазки создавали удручающую картину.
Сонхва позвал его, и Хонджун повернулся, пластиковая плёнка под ним зашуршала.
— Доброе утро, Хонджун, — поприветствовал его Сонхва. Его мягкий голос не вызвал у демона ничего, кроме многострадального вздоха. Он вернулся к работе без какого-либо энтузиазма.
— Доброе утро, смертный.
Жалость затопила грудь Сонхва. Он не был хорош в наказаниях, и поэтому Хонджун с каждым днем становился только ещё более нахальным и избалованным. Сонхва не мог больше выносить хандрящего демона.
— Ещё рано этим заниматься. Как насчет того, чтобы выйти на улицу и поиграть с нами?
Хонджун покачал головой. Его рога также двинулись.
— Я обещал Юнхо исправить это. Он сказал, что я получу награду, если буду хорошо себя вести.
Сочувствие Сонхва к любящей хаос душе Хонджуна вступило в противоречие с его гордостью за Юнхо: за то, что его план сработал и в кои-то веки заставил демона повиноваться.
Когда он попытался подобрать ответ, Хонджун снова взглянул на него.
— Может быть, после того, как я закончу. Я знаю, что Уёну нравится моя компания, — сказал он с улыбкой, продемонстрировав клыки. Сонхва понравилась эта идея.
— Хорошо, тогда позже. Спасибо за усердную работу, — Сонхва на цыпочках подошёл к Хонджуну, чтобы поцеловать его в лоб. Он отошёл от сидящего демона, прежде чем тот успел испачкать его краской. Когда он выходил из комнаты, позади слышалось озорное хихиканье.
Уён уже стоял в коридоре в зимнем комбинезоне, когда Сонхва проходил мимо. Мальчик, болтая, последовал за отцом, который начал натягивать на себя тёплую одежду, и рассказал ему о своём сне, где динозавры сражались с социалистическими ракетами. Политика глубоко беспокоила семилетнюю душу Уёна.
Как только все оделись и шарф Юнхо, ставший теперь общим, был туго обвязан вокруг шеи Уёна, они вышли поиграть. Под командованием Уёна они разделили нагрузку, чтобы возвести самую огромную снежную статую Беззубика у себя во дворе. Когда Сонхва напомнил сыну, что у них может закончиться снег, то Уён очень серьёзно объяснил ему, что и у него, и у Юнхо есть машины, поэтому они могут легко добыть больше.
Они гуляли уже больше двух часов, пытаясь не дать снегу упасть с крыльев Беззубика каждые пять минут. После некоторых корректировок положения и размеров, Уёну понравилась гораздо меньшая версия дракона, чем он планировал раннее. Юнхо, в свою очередь, построил снежную пещеру с помощью лопаты. Уён ликующе забежал в неё, в то время как Сонхва поприветствовал соседа, который подошёл, чтобы похвалить их творения.
Спустя несколько часов игр Сонхва замёрз, а ещё ему очень хотелось пить, поэтому он желал вернуться в уютный дом. Уперев руки в бока, он наблюдал, как Юнхо и Уён расширяют пещеру. Его полная любви улыбка при виде того, как за Уёном гоняется Снупи, никак не сходила с лица.
— Мальчики, может быть зайдём домой и согреемся? У нас всё ещё много работы.
Как только Сонхва закончил, его встретил шквал протестов.
— Неееет! Я хочу продолжать играть! — протянул Уён, его голос был приглушён шарфом. Когда он выскочил из пещеры со входа, откуда Сонхва не ожидал его увидеть, мужчина усмехнулся. Снупи прыгала кругами у снежного холма.
— Пожалуйста, папочка? Я могу просто остаться здесь, а ты можешь пойти. Снупи присмотрит за мной! У меня всё равно не получается таскать тяжести, — Уён нахмурился, расстроившись из-за своих маленьких рук.
Юнхо и Сонхва обменялись взглядами. Они хотели закончить с мебелью сегодня, чтобы Юнхо мог привезти остальные вещи. Почему было так трудно устоять перед Уёном?
— А давай мы зайдём и отправим Хонджуна поиграть с ним? Он уже должен закончить красить, — предложил Юнхо. Когда Уён радостно вскрикнул, Сонхва тоже кивнул. Пока Ёнгук и Хонджун будут рядом, нет никакого риска, что его сын случайно выбежит на середину дороги. Их игры были безумными, но всегда безопасными.
— Да! Папа может поиграть со мной!
Сонхва согласился. Если демон ещё не закончил, они сделают это за него: он и так уже достаточно долго обижался.
Юнхо остался с Уёном, чтобы закончить строительство пещеры, а Сонхва зашёл домой с целью выманить Хонджуна. Снег сыпался с его сапог и куртки, оставляя мокрые лужицы на полу у входа. Поднимаясь по лестнице, Сонхва кривился из-за ощущения мокрых штанин внизу, там, где снег оказался набитым в его обувь.
Хонджун закрашивал последний верхний угол комнаты, когда вошёл Сонхва. Демон убрал легко отслаиваемый слой краски с двери и перекрасил потолок. Большая часть комнаты уже высохла, только одна стена, над которой он всё ещё работал, мокро блестела.
— Эй, Джун, — дал о себе знать Сонхва. Демон повернулся, его крылья были сложены, чтобы не занимать много места.
Хонджун гордо обвёл рукой результаты проделанной работы. Он ухмыльнулся, как только Сонхва похвально улыбнулся ему.
— Ты хорошо поработал. Я закончу, а ты поиграешь с У? Мы с Юнхо хотим продолжить разбираться с мебелью. И не беспокойся о своей награде. Ты много сделал.
Когда Сонхва взъерошил волосы демона, Хонджун склонился ближе с довольным мурлыканьем.
— Спасибо. Если ты освободишь меня от этого адского круга скукоты, я с радостью ввергну мир в хаос вместе с Уёном.
Посмеиваясь, Сонхва взял у него кисточки.
— Да, сделайте это. Веселитесь и не пугайте соседей.
Хонджун весело побежал прочь вприпрыжку. Пока Сонхва одевался в более удобные вещи и развешивал другие сохнуть, домой зашёл и Юнхо. Визг двоих мальчиков и щенка всё ещё продолжался на улице.
Сонхва и Юнхо в тишине и спокойствии вместе докрасили комнату. Время от времени Юнхо оставлял долгие касания на его талии и спине или отпускал комплименты о его волосах, лице или сосредоточенном выражении на нём.
Когда они закончили и оставили стены комнаты сохнуть, пришло время обеда. Сонхва решил заняться готовкой раньше, потому что Уён всегда был ужасно голодным после стольких игр. В то время как он стоял на кухне, обернув фартук вокруг талии, и готовил в уютном тепле дома, Юнхо следил за мальчиками из окна. Их смех и весёлые крики заставляли Сонхва непроизвольно улыбаться.
— Они пытаются построить Снупи из снега. И она продолжает всё ломать, — комментировал Юнхо, словно спортивный ведущий. Когда он вновь подошёл к Сонхва у печки, тот тоже усмехнулся. Сквозь кружевную белую занавеску над кухонным окном он мог видеть только проносившиеся мимо тени.
Пока Сонхва готовил, Юнхо закрепил дополнение к столу, чтобы они могли кушать все вместе. Размеренные звуки щелчков винтиков и скрип дерева сопутствовали их домашнему единению.
Как только блюда были готовы и стояли на тёплой плите, Сонхва взглянул на стол. Дополнительное место было крепким, не поддавалось мягкому нажатию его руки. Если бы он сгибался под весом неутомимого Уёна, то вряд ли просуществовал долго.
Юнхо подкрался сзади, обнимая и целуя Сонхва. Промычав, он откинулся на его грудь. Проворные пальцы Юнхо слегка сжали челюсть Сонхва, чтобы он повернул голову в сторону.
— Доволен моей работой? — прошептал Юнхо, прислоняясь лбом к Сонхва. Тот же удобно расположился в его руках, мягко держащих его.
— Нужно было убедиться, что стол выдержит вес энергичного ребёнка, — хихикнул Сонхва. Он кротко чмокнул Юнхо в губы, прежде чем наклонился, чтобы достать до места соединения двух частей стола. Ему не совсем нравилось, что дополнение можно было убирать, складывая его вверх или вниз. Им лучше развернуть стол, чтобы Уён сидел на другой стороне.
Юнхо всё так же стоял позади Сонхва и медленно водил рукой по его спине. Когда он прижался к нему, Сонхва запоздало подумал, как, наверное, вызывающе он выглядел, согнувшись над столом. Юнхо, поймав его в ловушку, одной рукой опёрся о гладкую поверхность, касаясь носом затылка мужчины.
— Вот как ты хочешь протестировать его на прочность?
Сонхва выгнулся под Юнхо, прижавшись ко всем приятным местам.
— Это не предложение сломать стол, но мы можем посмотреть, сможет ли он выстоять перед нежным тобой. — Сонхва потянулся к воротнику рубашки Юнхо, притягивая его ближе. Они мягко целовались, в то время как тёплая рука Юнхо пробралась под его свитер и поглаживала его грудь и талию.
За громким биением сердца Сонхва перестал слышать шум двух играющих мальчишек за окном. Он подрагивал в объятиях Юнхо, пока тот медленно раздевал его, словно раскрывал подарок. Вскоре штаны Сонхва упали на пол, и он остался только в мягком бежевом свитере и фартуке, завязанном вокруг талии.
Слюны Юнхо хватило для того, чтобы скользнуть пальцами внутрь него. Мышцы Сонхва всё ещё были податливы и готовы после всего, что было прошлой ночью. Воспоминания о том, как Юнхо возвышался над ним и заставлял его видеть звёзды, вынудили Сонхва сладостно сжаться вокруг его пальцев.
Они только собирались перейти к следующим действиям и доставить друг другу удовольствие, как глухой стук чего-то об машину на улице прервал их. Юнхо замер, его рука всё ещё сжимала возбуждение Сонхва, который тоже с подозрением покосился на окно. Их озорной дуэт почему-то не издавал ни звука.
Юнхо зашевелился первым. Он подошёл к окну, пока что не утруждая себя тем, чтобы застегнуть штаны. Но когда он выглянул во двор, его пальцы тут же опустились к молнии.
— Хонджун использует Уёна, чтобы вытереть снег с моей машины, — было всем, что сказал Юнхо. Он виновато улыбнулся Сонхва и поспешил выйти в прихожую, надевая пальто и натягивая ботинки. Пока он пошёл на улицу, чтобы проверить машину и не дать Уёну быть скребком для льда, Сонхва со вздохом встал со стола. Его оставили возбуждённым, но момент был упущен. Может быть, их с Юнхо оставят в покое после обеда.
Он как раз собирался поднять свои штаны и надеть их, когда входная дверь с грохотом открылась. Вместе с ледяным ветром внутрь ворвался Хонджун, визжащий от радости, что сумел сбежать от Юнхо. Он захлопнул дверь и скинул сапоги.
Когда он заметил Сонхва, который поспешно оттянул фартук, чтобы скрыть свою очевидную наготу, демон подбежал к нему и юркнул за спину.
Сонхва скривился, когда Хонджун прижался к нему своей холодной курткой. Прошла секунда, две. Дверь оставалась закрытой, пока Юнхо был снаружи, объясняя Уёну, что им нельзя чистить его машину от снега. Сонхва был уверен, что его сын попросит показать ему, как это делать на машине Сонхва.
Никто не пришёл за Хонджуном, и Сонхва нахмурился.
— Уён – не игрушка, — проворчал он демону. Хонджун выглянул из-за плеча Сонхва. Как только он узнал, что он в безопасности, то расслабился.
— Но он не испачкался или всякое такое. С птенцом в зимнем комбинезоне очищается гораздо большая площадь, как по мне, это очень даже эффективно.
Прежде чем Сонхва успел возразить, Хонджун удивлённо промычал. Его ледяные пальцы неожиданно схватились за голые ягодицы Сонхва и раскрыли их в стороны. Комки снега, прилипшие к шерстяным перчаткам демона, обожгли кожу Сонхва, и он возмущённо вскрикнул.
— Чем это вы с Юнхо тут занимались? Я чему-то помешал?
Сонхва вздрогнул, когда демон прижался к нему сзади. Его голые бёдра и затылок пронзил ещё больший холод, когда с куртки Хонджуна на него посыпался снег.
Порочная рука демона заползла под фартук, пару раз проводя по пульсирующей длине Сонхва.
— Твой член ещё твердый. Ты не смог кончить?
— Мы даже не смогли начать, дьявол. Это способ отомстить? — Сонхва хотел звучать строго, но из его рта вырвался беспомощный стон, когда он почувствовал возбуждение Хонджуна через его штаны. Он не мог не выгнуться навстречу ему, одной рукой снова опираясь на стол.
— Я могу компенсировать, — предложил Хонджун. Его руки пробежались по талии Сонхва, спускаясь между его ног, чтобы резко обхватить член, обдавая ледяным холодом. Сонхва прерывисто вздохнул.
Он не дал словесного ответа, но его тело, жадно прижимающееся ко всему, чему могло, ясно говорило о согласии. Мозг Сонхва четко осознавал, где они находятся и как ужасно это может закончится, но его тело было счастливо наконец почувствовать эффект вызывающей зависимость спермы Хонджуна, в чём ему отказали вчера, хотя он был заманчиво близко.
Хонджун распределил избыток естественной смазки по всей длине. Когда он надавил на спину Сонхва, нагибая его для удобства, тот обеими руками схватился за стол.
Как только Хонджун вошёл глубоко внутрь, они оба издали приглушённый стон. Горячий член демона внутри Сонхва резко контрастировал с холодными кусочками снега и льда по остальному его телу.
У Хонджуна хватило совести снять перчатки, но с остальной его одежды всё ещё капала тающая ледяная вода на спину Сонхва.
Трение выпуклостей члена Хонджуна о внутренние стенки уже было знакомо Сонхва, но это никогда не переставало сводить его с ума. Сегодня его глаза тоже закатились от того, как восхитительно его наполняли.
— Держу пари, я делаю это лучше, чем Юнхо. Его член может быть больше моего, но он не умеет разрушать тебя так, как я.
Прежде чем Сонхва успел напомнить ему, где его место, Хонджун нахально толкнулся прямо в самое чувствительное место. Сочетание его умений и афродизиака, проникающего в тело Сонхва, превратило его мозг в месиво. Каждое движение казалось в десять раз сильнее, и перед глазами Сонхва мельтешили звёзды, когда он подчинялся демону, который врезался когтями в кожу на его боках.
— Ещё, пожалуйста.
Когда Хонджун ускорился, Сонхва закрыл ладонями лицо и застонал. Мгновение спустя, когда каждый глубокий толчок стал выбивать воздух из его лёгких, его голова запрокинулась назад. Сонхва пытался не быть громким, вцепившись зубами в губу; с уголков его рта медленно стекала слюна. Глаза закрылись, он был лишь телом, которое мог использовать Хонджун. Скрипящий стол самоотверженно удерживал их.
— Такой другой по сравнению со вчерашним днём, да? Куда же подевался этот доминирующий мужчина? Я вижу только миленькую домохозяйку, которая умоляет о моей сперме. — Темп Хонджуна стал наказанием. Даже когда Сонхва скулил и икал с каждым проникновением и его заполняли так, как никогда не смог бы Юнхо, Хонджун не смягчался. Выставив на показ свои рога и крылья, он врывался в тело под собой, пока ткань штанов натирала кожу под ягодицами Сонхва.
— Хон... — глаза Сонхва распахнулись, когда на его задницу приземлился крепкий шлепок. Было больно, но только секунду, прежде чем эта боль превратилась в ошеломляющий разряд удовольствия, дошедший до дернувшегося члена Сонхва.
— Тихо. Думаешь, ты единственный, кто может приказывать? Думаешь, у тебя есть право говорить после того, как ты вчера отдавался Юнхо? Если ты хочешь, чтобы мы были грубыми, просто скажи. Не так ли ты говорил? — Когтистые пальцы Хонджуна вцепились в ягодицу, по которой он ударил, и он снова врезался в Сонхва. Из-за каждого толчка он ударялся о край стола.
Перед взглядом Сонхва заплясали белые пятна, когда наслаждение переполнило его. Его тело так сильно сжалось вокруг Хонджуна, что тот больше не мог двигаться, поэтому он остановился, подталкивая Сонхва к завершению. Он испачкал свой фартук, лёжа на столе, вздрагивая и глубоко дыша. Его зрение оставалось размытым, пока он восстанавливал дыхание.
Хонджун навис над ним, наблюдая за беспорядком, который устроил Сонхва из-за него. На его лице появилась клыкастая ухмылка, когда он коснулся когтём лужицы слюны, оставленной Сонхва на столе.
— Хочешь, чтобы я кончил внутрь?
Он стоял абсолютно неподвижно, не сдвигаясь ни на сантиметр, даже когда Сонхва слабо толкнулся назад. Ему потребовалось приложить невероятные усилия, чтобы облизать губы и произнести еле слышное "да".
— Умоляй меня, — с победоносным выражением лица Хонджун посмотрел на него. В бреду из-за удовольствия, Сонхва пытался выговорить слова, которые складывались будто в молитву. Его тело сжалось вокруг жара, отчаянно желая, чтобы твёрдый член снова начал двигаться.
— Пожалуйста... Хонджун...
— Скажи, чего ты хочешь, — повторил демон слова прошлого вечера. Сонхва старался изо всех сил произнести хоть что-то, его эго было уязвлено. Он хотел этого. Хотел этого так сильно, что был готов променять свою гордость на желание.
— Кончи... внутрь. Трахни меня, как... Как хорошенькую домохозяйку, — прохрипел Сонхва, прерываемый когтями Хонджуна, царапающими его ягодицы.
— Что говорят хорошие мальчики? — широкая улыбка на лице демона была злой и несла в себе всё его садистское превосходство. Вздрагивая, Сонхва подчинился ему.
— Пожалуйста.
Хонджун больше не медлил, как только это слово сорвалось с губ Сонхва. Он врывался в его жаждущее тело снова и снова, пока Сонхва под ним тонул в стонах и всхлипах.
Всё произошло слишком быстро, и сухой оргазм настиг Сонхва секундами позднее, оставляя его чувствительным и распластанным на столе, когда его ноги вконец ослабли.
Последние несколько хаотичных движений Хонджуна сопровождались влажным хлюпаньем, прежде чем он погрузился глубоко внутрь. Его когти удерживали Сонхва открытым, пока он не оказался внутри по самое основание и пока тело Сонхва не покачнулось от того, как далеко он зашёл.
Тепло наполнило Сонхва и сразу же сгладило его боль. Жар вместе с чувством невесомости окутали его, и каждая мышца в его теле мгновенно расслабилась. Сперма вытекала из него, пока Хонджун всё ещё оставался внутри.
Когда демон вышел из него, Сонхва соскользнул с потного пятна на столе. Его колени подогнулись, и он мог бы упасть, если бы демон вовремя не подставил стул. Измождённый, Сонхва повис на нём, будто кукла, брошенная в углу, разве что только у него в придачу был ещё и рассеянный вид. Глупое выражение лица не соответствовало ему. Голова Сонхва была блаженно пуста.
Хонджун бегал вокруг, убирая беспорядок. Он натянул штаны Сонхва обратно на его ноги, бросил фартук в корзину для белья и протёр стол. Сонхва оставалось наслаждаться покоем, пока горячая сперма всё ещё медленно вытекала из него.
К тому времени, как Хонджун позвал Юнхо и Уёна, Сонхва более-менее пришёл в себя. Когда Юнхо взглянул на них, уловив запах секса, который скрывался под ароматом еды, Хонджун ухмыльнулся ему. Юнхо прищурился, но не стал ничего говорить насчёт этого, чтобы Уён не услышал.
Мальчик сбросил всю свою мокрую одежду в коридоре и пришёл на кухню только в майке и тонких штанах, которые были надеты под более тёплыми. Пока он взбирался на стол, Хонджун накрывал на стол, словно официант в богатом ресторане. Уён не задавался вопросом, почему Сонхва сегодня отказался от своих обязанностей. Он был слишком занят, бесконечно болтая о пещере, снежном Беззубике и других приключениях во дворе.
Во время обеда Сонхва молчал, до сих пор восстанавливаясь после того, как демон неожиданно нагнул его над столом. По крайней мере, теперь они могут быть уверены, что стол выдерживает такой вес.
Расправившись с едой, Хонджун и Уён пошли смотреть вечернюю программу, а Юнхо и Сонхва остались на кухне. После того, как они убрали со стола, Юнхо внимательно посмотрел на Сонхва.
— Всё хорошо? — Юнхо заправил его прядь волос за ухо. Но даже это маленькое прикосновение заставило Сонхва вздрогнуть, все его чувства ещё были обострены из-за Хонджуна.
— Он просто отомстил. Как только вознаградишь его за покраску комнаты, не забудь замкнуть круг, но давай больше не будем исключать его.
Юнхо нежно прижался к губам Сонхва.
— Твоё желание – закон, милый, — прошептал он. Сонхва улыбнулся, и Юнхо взял его за руку, подводя к мебели, с которой им предстояло разобраться. Снупи то бегала между ними, напрашиваясь на поглаживания, то спокойной сидела с Уёном и Хонджуном, пока они смотрели телевизор.
Сонхва и Юнхо сосредоточенно работали, чтобы быстрее закончить. Двух взрослых, выкручивающих шурупы и переносящих мебель, отвлекали Хонджун, Снупи, телевизор, и даже Чонхо, который стоял в углу с возмущённым видом. Процесс перемещения всех вещей занял много времени, но Сонхва не уставал, благодаря вкусной еде и хорошему настроению, которое дарила его семья.
Они закончили уже после того, как за окном потемнело и снег засеребрился под светом уличных фонарей. Все шкафы Юнхо были в его комнате наверху, и он относил некоторые вещи, чтобы расставить их по полкам.
Сонхва дал себе немного отдохнуть в кресле, пока Юнхо разбирался с последними коробками. Наконец их гостиная снова стала похожа на обыкновенную гостиную.
Уён забрался на колени Сонхва, не отводя взгляда от телевизора. Пальцами он бездумно мял и гладил Перри, а голубое свечение от экрана отражалось на его круглом лице. Ни один из них не заметил, как Сонхва начал сонно поглаживать волосы сына.
Когда Юнхо вернулся, отнеся последнюю коробку, он упал на пол перед диваном, на котором с пыхтением вытянулся Хонджун. Подошла Снупи, виляя хвостом, и легла рядом, прося ласки. Хонджун вытянул руку, тоже поглаживая волосы Юнхо, будто бы он был собакой.
Завтра был последний день в году. Сан приедет к ним, они позвонят Аэри и пожелают ей счастливого Нового года, Ёсан может появиться с пачкой документов, утверждая, что работает, хотя на самом деле просто захочет повидать их маленькую семью, а ангелы будут чуть меньше шипеть на обитающего рядом с ними демона. Сонхва не мог дождаться, чтобы отпраздновать официальное присоединение к ним Юнхо. Сегодня он был благодарен за их помощь и в полной мере чувствовал уют их семьи, собравшейся в одном местечке. Их непринужденное присутствие рядом наполняло его сердце любовью.
Когда Сонхва заметил, что его глаза сонно закрывались, он вздохнул. Он не отдохнул ещё с предыдущего дня и был уставшим от долгих игр утром. После пережитых волнений он заслуживал немного хорошего сна.
Сонхва подтолкнул ногой колено Юнхо, тут же обращая на себя внимание. Мужчина вытянул шею, глядя вверх на него очаровательными большими глазами, в которых отражалось сияние рождественской ёлки.
— Я пойду спать пораньше. Не мог бы ты проследить, чтобы у каждого было всё, что нужно перед сном?
Юнхо ярко улыбнулся ему, несмотря на позднее время.
— Положись на меня. Сегодня отдыхай и ни о чём не беспокойся.
Сонхва с облегчением кивнул. Как только Уён слез с его колен и лёг на Хонджуна, он вышел из гостиной, чтобы почистить зубы. С закрытыми глазами он чуть не свалился в умывальник и, закончив все процедуры, шатаясь пошёл в спальню.
Сонхва ненадолго проснулся, когда Хонджун присоединился к нему в кровати. Демон растянулся позади него, его крылья распахнулись, царапая стену, а одна из его рук слабо обхватила талию Сонхва. С жарким телом за спиной, он впал в глубокий сон, восстанавливая энергию для завтрашнего дня, полного празднований.
***
Утром Юнхо приготовил завтрак и разбудил Сонхва поцелуями. Пару минут он просто лежал на руке Юнхо и целовался с ним, пока его мозг просыпался и готовился к грядущему дню. После завтрака они вдвоем, как обычно, остались на кухне, чтобы немного отдохнуть. Их ноги переплелись под столом: так они делили уют зимнего утра. Когда к ним подошёл Уён, хихикая и сжимая что-то в руке, было не удивительно, что Хонджун следовал за ним по пятам. Он не гнался за ним, но они выглядели так, будто им было чертовски весело вместе. Уён взял что-то из своей ладони и сунул это в рот. Потом он дал то же самое Хонджуну, пока Сонхва вытягивал шею, пытаясь разглядеть, что же там было. — Перебиваешь аппетит? — спросил Сонхва. Его выгнутая бровь заставила его сына засмеяться, ярко и весело, в углу его улыбки не хватало выпавшего зуба. Его глаза сощурились под вьющейся чёлкой – гены Аэри. — Это камни! — Радостный, Уён положил ещё один в рот. Лица Юнхо и Сонхва одновременно вытянулись. Юнхо тут же опустился на колени, разжимая руки Уёна, в то время как Сонхва в неверии смотрел на Хонджуна. — Ты кормишь его камнями?! Их нельзя есть, выплюнь, Уён-и. Сонхва обеспокоенно подал Юнхо салфетку. Но даже когда он подставил её Уёну под подбородок, мальчик отрицательно покачал головой. — Я уже проглотил. Беспокойство Сонхва росло. Он переводил взгляд с шаловливой улыбки Хонджуна на встревоженное выражение лица Юнхо, и его желудок скрутило от тревоги. — Нам собираться? Лучше провериться в больнице, даже если камни маленькие. Сонхва встал со стула, а Юнхо согнулся над ладонью Уёна, беря одну из этих ужасных маленьких штучек. — Всё хорошо, смертный. Ничего страшного, что он съел немного камней, — отмахнулся Хонджун. То, как он закатил глаза, разозлило Сонхва. — Ты о чём вообще говоришь? Эти камни могут разорвать его желудок. Нельзя кормить человека камнями! — Слишком обеспокоенный своим сыном, который и сам побледнел от тревоги, Сонхва не стал дальше трогать демона. Он как раз собрался идти в комнату за ключами, когда его остановил голос Юнхо. — Думаю, с этими всё в порядке, Хва, — Когда Сонхва повернулся, Юнхо тоже съел камень прямо на его глазах. Он обезоруживающе улыбнулся Сонхва, у которого на лице застыл шок. — Они сделаны из шоколада. Сонхва удивлённо моргнул. Он инстинктивно положил ладони поверх рук Хонджуна, когда тот обнял его со спины. Демон прижался к нему в примирительном объятии, но Сонхва всё ещё чувствовал его улыбку. — Извини, что напугал. Я бы, конечно, не дал Уёну настоящих камней. Уён с облегчением подошёл к Юнхо, обнимая его. Воспитатель поднял его одной рукой и направился к Сонхва. Его большой палец коснулся мягких губ Сонхва, когда он дал ему попробовать один из камней. Нерешительно раскусив его, он почувствовал насыщенный шоколадный вкус под сахарной глазурью. — Видишь, всё хорошо, — улыбнулся ему Юнхо. Уён наблюдал, как его отец задумчиво жевал, и сожалел точно так же, как должен был и Хонджун. — Я не знал, что такие бывают. Они вкусные, — признал Сонхва. Он проглотил камень и мягко хлопнул по рукам Хонджуна на своём животе. — Дурак. Ты напугал меня. Хитрый смех Хонджуна был приглушён свитером Сонхва. Он обнял его крепче, показывая ему всю свою любовь, чтобы он простил его. — Прости, смертный. Я должен был знать, прежде чем испытывать твои материнские чувства. — Намёк, содержащийся в этой фразе, не прошёл мимо Сонхва. Он покраснел, высвобождаясь из объятий. — Вы двое, идите играть. Мы разберёмся с комнатой Юнхо, а потом сможем повеселиться. — Можно я побуду у Чанбин-и до полудня? Он сказал, что Ёнджун-и тоже придёт и мы продолжим нашу игру! — Уён раскачивался на руке Юнхо, полный предвкушения. Мгновенно поддаваясь, Сонхва взял свой телефон, чтобы обсудить это с родителями Чанбина. Созвонившись, они решили, что Хонджун приведёт Уёна к дому Чанбина, потому что он был в нескольких минутах ходьбы. Уён вернётся домой в четыре, чтобы они могли отпраздновать Новый год вместе. До этого у них будет на одну мешающуюся под ногами проблему меньше, пока они будут работать. Как только Уён и Хонджун ушли, Сонхва и Юнхо поднялись по ступенькам. Они распаковали вещи Юнхо и разложили их по ящикам и полкам. — Хва, что ты скажешь своим родителям? Сонхва оторвал взгляд от книг, которые он раскладывал по цветам. Он предпочитал эстетику логике, и ему было весело расставлять их для Юнхо. Во время последнего разговора его родители упоминали, что позвонят позже. Так как они жили в совершенно другой стране, то решили не праздновать вместе с ними, но хотели скоро приехать. Сонхва ещё не рассказал им о своей особенной семье. — О Хонджуне? — О нас троих. Им, может, необязательно знать, что он демон, но стоит рассказать о наших отношениях втроём. — Юнхо складывал рубашки на кровати, любопытно наблюдая за Сонхва. Улыбка играла на его губах. — Мне сказать им, что мы планируем пожениться? Или мне лучше объяснить отсутствие второго брака наличием третьего человека? Сонхва не отрываясь смотрел на книги, в то время как Юнхо резко вдохнул. Он как раз положил последнюю красную книгу, прежде чем Юнхо сорвался со своего места и словил Сонхва руками. Прижатый к стене рядом с шкафом, Сонхва хихикнул, когда Юнхо споткнулся об угол ковра, который задрался, должно быть, из-за кое-какого демона. Не обращая внимания на это, Юнхо подтолкнул Сонхва к стене, возвышаясь над ним. Мягко улыбнувшись, Сонхва откинул голову назад. — Ты выйдешь за меня? — выдохнул Юнхо. Его голос дрожал, выдавая и его нервозность, и трепет. Сонхва обвил руками его талию и обнял его крепче. Его ладони на спине Юнхо немного успокоили того. — Конечно. Я люблю тебя, ты мой большой щенок, — улыбнулся Сонхва. Восторг в глазах Юнхо заставил его улыбку стать ещё шире. — Но Хонджун... — остаток фразы не был договорён. Его неуверенность в демоне проявлялась редко, но мучила его. Юнхо мог делиться, но не мог разделить свою любовь на двоих. — Хонджун не стареет, и он не часть этого мира. Я не мог бы женится на нём, даже если бы очень захотел. Так почему бы тогда не поженится нам вдвоем, как мы и планировали, а Джун останется рядом, прямо как сейчас. Я люблю его, но не той любовью, которую испытываю к тебе. Юнхо был тронут до глубины души. Его глаза сверкали подозрительно влажно, когда он обнял Сонхва, не отрывая от него взгляда. — Вот зачем мне две руки, понимаешь? — чтобы показать, что он имел ввиду, Сонхва поднял одну из рук с кольцом Хонджуна на пальце. Вторая была свободна для Юнхо. — Великолепные руки. Теперь буду с нетерпением ждать дня, чтобы сделать тебе предложение. Спасибо, что оставил её для меня, — Юнхо взял одну руку Сонхва, поднося её к лицу. Его губы коснулись кольца Хонджуна, красоту которого он безропотно принимал. — Я тоже. Так, ничего, если я скажу родителям об этом плане? Юнхо тут же кивнул. — Без проблем. Я осуществлю его. Всё, что угодно, сделаю для тебя. — Он сжал руку Сонхва в своей гораздо больше ладони, наклоняясь, чтобы поцеловать его. Внутри Сонхва всё перевернулось, когда он наклонил голову в сторону и их губы сомкнулись. Обожание затопило его грудь, согревая, но и слегка тревожа, однако рядом с Юнхо он ничего не боялся. Юнхо был всем, чего он мог только желать. Они всё ещё стояли у стены, сладко целуясь, когда Хонджун беззвучно остановился у двери. Привыкший к его неожиданным появлениям, Сонхва не испугался. Он оторвался от Юнхо, укладывая голову ему на плечо, когда тот вновь притянул его в крепкие объятия. Хонджун внимательно следил за мокрыми глазами Сонхва. — Ты выглядишь так, будто только что сообщил ему, что забеременел. О, нет. Неужели я отец? — в притворном ужасе Хонджун обхватил своё лицо испачканными в краске пальцами. Он улыбнулся, когда Юнхо вцепился в Сонхва крепче. Его прилипчивость и волнительная дрожь растопили сердце Сонхва. — Я сказал ему, что мы легко можем пожениться, даже когда ты с нами. Он слишком беспокоился о твоих чувствах. — Рука Сонхва поглаживала спину Юнхо как бы в ответ на все его долгие годы заботы о Сонхва. Хонджун проворковал, вступая в их круг. На его пальцах выросли когти, когда он подхватил ими подбородок Юнхо и повернул его голову в свою сторону. В этот раз его улыбка была искренней, пока он вытирал несколько слезинок счастья, стекавших по щекам Юнхо. — О, милый человек. Я не стою у тебя на пути. Смотри на меня как на дополнение, а не как на препятствие, — напевал Хонджун. Шмыгнув носом, Юнхо кивнул. — Маленькое дополнение, — добавил Сонхва. Когда Хонджун нахмурился, Сонхва по-детски показал ему язык. — Следи за тем, что говоришь, смертный. Ты знаешь, с кем играешь. — Хонджун схватил Сонхва за воротник свободной рукой и притянул к себе, целуя. Острые клыки вонзились в его губы, но угроза так и осталась лишь угрозой. Сонхва усмехнулся и нежно поцеловал его в ответ, наслаждаясь удивлённой дрожью, пронзившей демона из-за выражения к нему настоящей любви. — Кстати, об этом, — голос Юнхо стал прежним. Когда он отпустил Сонхва, чтобы схватить Хонджуна, демон ошарашенно вскрикнул. Юнхо присел и поднял его, относя к кровати. Растеряв всякую дерзость, Хонджун мяукнул и схватился за волосы Юнхо, когда его большие руки начали ласкать грудь демона. — Я помню, что обещал тебе награду. Позволь мне заняться ей. Посмеиваясь, Сонхва пошёл закрыть дверь, когда Хонджун стал громче. Подходя к своему парню, чтобы помочь ему раздеть их болтливого демона, он решил отложить сортировку вещей Юнхо ещё на некоторое время. В конце концов, они всё успели до Нового года и весело его отпраздновали. Первого января Юнхо официально переехал к ним, и Сонхва стал жить вместе со своей очаровательной семьёй, как того и хотел.
