Наша история.

Откровенность, предзнаменование доверия. Но не каждый на это способен. Чаще всего оно происходит из-за безысходности и угрозы.

***

Он смотрел мутным взглядом на Зигмунда. Встрёпанного, испуганного до сумасшествия, злого и обиженного. Белки глаз покраснели, капилляры полопались, а место вокгруг них опухла, губы кровоточат и уже покрылись коркой. Спина сгорблена, весь он пригнулся, образовывая спиной дугу, сквозь тонкую рубашку, цвета синей пыли, видны были косточки позвоночника. Красные глаза глядели в душу, ревели океаном, разъярённой крови. Вид у Его Высочества был пугающим и трогательным. Рейзи поймал себя на мысли, что он хотел обнять его и тихим, полуночным голосом уверять и успокаивать, а ещё благодарность, гулкая и большая. Ох, ну он и влип. – Ты омега. – не вопрос, а утверждение. Голос походил на предупреждающие рычание. – Да. – ответил он, окончательно утверждая свою сущность. После того как он проснулся, человек перед ним начал суетиться и заботиться, но после того как Зигмунд убедился, что с ним всё хорошо, отстранился и начал прожигать взглядом. Так они просидели час, прежде чем хоть кто-то осмелился сказать слово. – Ты лгун. – выдохнул Зигмунд, в глазах поднялась неистовая волна. – Да. – сказал он, ведь глупо сейчас всё отрицать, Зигмунд и так уже всё видел, чувствовал. – Я обязан тебя сдать. – выдохнул он, но выглядел скорее напуганным этим. – Я не буду Вас винить. – он понимал что Зигмунд должен сказать, а иначе станет соучастником, а при его положении это равносильно смерти. Смерти не физической или душевной, но социальной и личностной. Он умрёт в чужих глазах как покрыватель, то есть приравненный к преступникам, падший Монарх. Конечно он сейчас им не является, но настанет момент когда из титула Принца, он перейдёт в Консорта. Одного из правителей страны. – Почему ты так спокоен?!! – встал Зигмунд на ноги, крича и рыча. Он пах лютостью, страхом и беспокойством. Не смотря на явную злость на него, Зигмунд всё ещё окутывал его своим запахом розы и шоколада. Ранее запах Зигмунда он не мог уловить по причине подавителей, которые ему портили нюх. Но сейчас, без привычных лекарств, он мог учуять все запахи, ранее для него покрытые плёнкой. – Почему ты не умоляешь не рассказывать? Из-за чего так апатичен? – метался Его Высочество, выглядя так, будто находился на краю здравого смысла. – Я не могу просить Вас о большем, Вы и так сделали слишком много для меня. – искренне сказал он, для лжи и притворства не было места, не в этот раз. – Единственное о чём Я хочу попросить, это о том чтобы Вы не рассказывали о моей сестре. Он смутно помнил как жар накрыл его в коридоре, во время того как он возвращался с обеда. Молли он оставил спокойно доедать и посплетничать с другими слугами. После чего, с затуманенным сознанием, метался по коридору, ищя знакомый путь. После чего ворвался в комнату где, его подсознание, подсказывало он был не раз, и где было безопасно. – Ты... Ты. Да скажи ты хоть что-то!! – сорвался Зигмунд. – Что Вы хотите услышать? – решил он спросить смотря на Его Высочество. Почему он так спокоен? Мысль ухватилась, высадилась и проросла, прям как сорняк. Возможно, это из-за того, что он всегда знал что рано или поздно ложь выйдет. Может из-за поддержки близких, которые не раз и не два давали понять о своей помощи. Или в этом замешаны все придуманные и продуманные планы по побегу. Он не знал, но он удивительно спокоен. – Я...Ты... Почему? Зачем? Как долго? – застыв сначало в ступоре, начал мямлить Зигмунд, после чего смог привести мысли в порядок. – Хммм... Зачем? – повторил он, – Просто будучи омегой, простолюдином, хоть и богатым и умным, Я мало чего бы добился. – Но есть множество историй где такие-же люди, становились кем-то значимым. – возразил Зигмунд. – Да, но каждый раз таких людей давили своей "правильностью": брак, дети, домохозяйство. – улыбнулся он, – И они прогибались, ведь никто не хотел работать и общаться с "неправильными" людьми. – почти ласково объяснял Рейзи, – Наша Империя, не самая худшая страна по отношению к омегам, возможно одна из лучших для нас, но это не отменяет сковывающих представлений и ожиданий. Омега в детстве находиться под опекой родителей, обязательно "правильной": счастливая мать и работящий отец. В более взрослом возрасте омега переходит под опеку мужа или жены. – продолжал он вешать. – Об этом говориться не прямо, смотря в глаза, а тихо между строк, шёпотом и полувзглядами. Неписаные правила, которые должны соблюдаться. – Но этого не отменяет того, что есть омеги, которые смогли добиться большего, и при этом не прогнуться под общество, например: Туисто, Клитемнестра, Ева, Волчица Изабелла и множество других людей. – говорил Зигмунд, понимая что в словах Рейзи есть толк. – Да, только вот Туисто был магом, который мог вызывать природные катаклизмы, и злить его стал бы только последний дурак. Клитемнестра смогла взойти на пост вождя, лишь после того как удалила себе феромонные железы и матку, что в то время равнялось смертью. Ева, смогла объединить соседний с нами материк, благодаря помощи своей любовницы, альфы, Лилит. Изабелла же была сожена из-за своих военных достижений, ведь она смогла сжечь и покорить город Александрии всего за пятнадцать дней, когда командиры альфы не могли сделать это годами, из-за чего они обвинили её в сговоре с врагами и предали огню. – спокойно возражал Рейзи. – Я не мог допустить свой провал, Я всегда был человек науки, не верил в превосходство альф над омегами, хоть в чём-то. В отличие от общественного мнения и давления. У меня нету власти, и будь моя воля стать учителем, то не скрывая своего пола, Я мог надеяться только на место учителя в маленькой школе находящейся в власти Церкви. – уверенно говорил Рейзи, смотря на Зигмунда, – Ведь после того, как Император запретил омегам работать во Дворце, то и вход в другие аристократические Дома им стал закрыт. – метко подметил Рейзи. – Разве работа в школе настолько плоха? – Нет, в этом нет ничего плохого. Как и в желании сидеть дома и нянчить маленьких детей. Просто мне такое не подходит. – ударился он в раскрытие, – Я хочу не только учить, Я хочу изучать, открывать, писать научные работы. Но будучи тем кто Я есть, мне бы этого не удалось, власти нет. – глаза опасно засверкали. – Будучи омегой, Я бы не смог получить власть, не морая свои принципы и моральный облик. А вот бете... Не стал он заканчивать, и так было всё понятно. Омегам власть и правда доставалась редко. Возможно боялись чего-то, возможно считали омег слишком хрупкими, или же излишне меркантильными и злобными. Но власть омеге получить удавалось лишь двумя способами: родиться с властью или получить её благодаря становлением Фавориткой или Фаворитом. Бывали исключения, всегда и везде. – Но Я ни разу не видел, чтобы ты проделывал научную работу. – сконфуженно просипел Зигмунд. – Не всегда нужно чтобы о делах говорили громко. – хмыкнул он. Зигмунд нахмурился, прекратил метаться диким зверем, и просто разговаривал. Без тайн, без наигранной вежливости. – Сколько? – не мог не спросить он. – Если Вы про скрытие своего пола, то с четырнадцати, хоть и моё половое созревание было несколько позднее, но в самом начале я просто использовал духи, скрывающие запах. Дорогие и не всегда настоящие, но они помогали. – легко делился он. – А если про подавители, то лет с шестнадцати. Зигмунд вздохнул в шоке, ужасе... И восхищении. Не каждый человек, не важно женщина или мужчина, омега или альфа, смог бы столь долгое время принимать то что вредило, выедало и сжигало изнутри. Ведь подавители сильно вредят здоровью, как душевному так и физическому, а ещё приносили боль. Они погрузились в молчание. Тягучее и неопределенное. В нём была и злость, и смирение, спокойствие, гнев, тревога. – Я не буду говорить. – медленно, не веря себе, говорил Зигмунд. Рейзи вскинул в удивлении своё лицо, смотря прямо, дерзко, не скрываясь. Почти неприлично. – Не буду. – повторил, хмурясь и решаясь, – Но в замен, прошу говорить только правду. Рейзи вздохнул, выплыл из спокойствия и смирения. Ведь он правда думал о том что его сдадут, ведь зачем Зигмунду проблемы. Но он сделал то что сделал и взамен просил только искренность. Он встал, покачиваясь, а после опустился на колено перед Зигмундом, вздохнув он взял его руки в свои ладони и прижался к ним лбом. Благодаря. Показывая свою признательность и то насколько тронуло. – Спасибо. Не безликое "Благодарю", а искреннее и тёплое "Спасибо", от всего седрца.

***

Я убью тебя, появись передо мной и Я не раздумывая брошу в тебя нож или скальпель. Передай своему другу, Благодарность от меня.

Короткое, но содержательное письмо от Эшли. Она было в неистовстве, скорее всего кляла и наводила порчи на него. Вполне заслуженно. Он закинул в рот пару таблеток, как и указывала сестра. Он осмотрел коробочку перед собой хмыкнув. У неё всегда был отличный вкус. Конфеты дорогие, обычно покупаемые в качестве "подарков" кому-то со статусом по выше. С ликёром.

***

– Я буду с ним танцевать! – кричала Кэрол. – Нет! – отказывался Эрнест. А между ними находился Рейзи, которого за талию обняла Кэрол, а за руку Эрнест, и каждый тянул его на себя. Весь зал, полный прислуги и аристократии смотрел на них. Руперт хихикал в плечо брата, пока Седрик пытался маскировать свой смех кашлем. Фредерик сидел на своём троне, и старательно делал вид, что не видет того что происходит, мило попивая вино с Адольфом Годрандием, Лордом горда и шахты Ляпис Илюзорус. Другие же гости с интересом смотрели за разгорающейся драмой между братом и сестрой. Ведь не каждый день увидишь, как горячо любимой сестре и дочери, в чём-то отказывают. Хотя учитывая повод бала, День Рождение Третьего Принца, то странно смотреть как именинника в чём-то ограничивают. Комичности сценне придавало, то что вся Императорская семья была одета одинаково. Бордово-черные костюмы, вышивка с золотыми фениксами по лацканам пиджаков, разве что Принцесса вместо брюк одела пышную юбку, на которой драгоценными камнями были вышиты замысловатые узоры. Из-за чего схожесть брата и сестры достигло до лёгкого ужаса. – Я хочу с ним потанцевать! – высказывала свой протест Кэрол. – Ни за что! – в тон высказывался Эрнест. – Так! Прекратить истерику! – вмешался неожиданный человек, Второй Принц, весело сверкая глазами, осадил своих младших. Зигмунд вздохнул, находясь всё это время за спиной Рейзи, наблюдая и волнуясь. Всё же ситуация получалась скандальной и прецедентной. Чтобы члены Императорской семьи и так себя вели, на таком мероприятии. Слухи будут ходить долго и со вкусом. – Кэрол, не забывай, твой первый танец ты уже обещала мне. Так что увы, но первый танец Господина Рейзи, достанется Эрнесту. – проговорил он, излишне, восторженно жестикулируя. – А вот второй танец и последующие ты можешь украсть без препяственно. – подмигнул он. Кэрол и Эрнест застыли, насупились, сжали руки на Рейзи лишь сильнее, а после посмотрев друг другу в глаза, кивнули и в один момент отпустили его. Чтобы Кэрол ушла с Рупертом, сразу кружась и теряясь среди аристократов которые уже начали танцевать. Эрнест неуверенно помявшись, высоко вскинул голову и всем видом требовал его пригласить на танец. Рейзи лишь хмыкнул и заведя одну руку за спину, протянул другую Эрнесту, который сразу за неё схватился, в новой перчатке из кожи Огненного Саламандра, которые он получил от Герцогини Близзард. Подарок пришёл ещё утром. Вместе с коллекцией камней равняющиеся ценой с неплохим замком. Которая не смогла тут присутствовать из-за очередного обвала в шахтах и дороге. Владения Близзард находились в горах, и из-за постоянной работы, порода смягчалась, инстанчалась и сыпалась. И такие инцендеты не были чем-то шокирующим. Но в последнее время такие случаи стали до ужаса часты, к тому же появились слухи о обеднении шахт и рудников, создавая ещё более проблемные вопросы, которые приходилось решать. – Много ли Вам подарили? – поинтересовался он. – Много. – сухо ответил Эрнест, краснея щеками от неловкости и удовольствия. Сердце снова вытворяло опасные трюки в груди, по другому, почему же в груди так беспокойно, он понять не мог. Его вели стройные, сильные руки, одна на лопатке, другая держала его ладонь в своей. Его легко подталкивали и направляли, словно капитан корабль. – Что же больше всего вам запомнилось? – Подарки семьи. – снова замолчал Эрнест, чтобы неспешно продолжить, когда их шаги стали быстрее, – От отца я получил письмена из Александрийской Библиотеки. Кэрол сшила мне платок с вышивкой Мистера Зайка и Зайки Артиста. Шаг, и резкий поворот во круг своей оси. Эрнест вздохнул, но смог достойно продолжить. – Зигмунд сшил рубашку, нашёл специально заговарённые нити. Теперь эта рубашка должна мне приносить удачу. – тихо хмыкнул он, – Седрик лошадь из Тайгарской Империи, вороной конь. А Руперт собрал все самые редкие сладости и лучшие в своей ковки кинжалы. – Эрнеста резко, но легко и пластично развернули и прижали к груди. Уверено ведя его в танцевальном квадрате. Выдохнув и снова вдохнув, Эрнест начал перебирать ногами в такт пытаясь не отставать от Наставника, хотя это было трудно, всё же разница в росте была нешуточной. – И всё? – выдохнул Рейзи ему в ухо, Эрнест почувствовал как грудь за спиной завибрировала. Стало беспокойно, сердце звучало в такт сходящей с ума, в своём ритме и звуке, скрипки. – А... А ещё специи, ткани и былины от родственников из Маахеса. – запнулся Принц во время рассказа. Ощутив спиной, как Рейзи вздрогнул. На особо высокой ноте, его снова развернули. И он встретился с изумрудными глазами, смотрящие прямо в душу. Бледные губы, мрачный взгляд, острые скулы. Он сделал неловкий шаг, оступился. Чуть не полетел на пол, но надёжные руки, с лёгкостью его приподняли ставя его на свои туфли. Стало стыдно и неловко. – Аккуратнее. – Угу. – единственное что он смог из себя выдать. Прозвучали последние аккорды. И в миг весь зал застыл. А после каждый стал покидать своих партнёров. – Надеюсь Вам понравился танец, – улыбнулся Рейзи, – Ещё больше Я надеюсь что Вам понравится мой скромный дар. – после чего покинул Принца, сразу попав в руки Кэрол. Эрнест лишь через несколько минут смог прийти в себя, и ощутить в руке предмет. Поднеся его к лицу он увидел подвеску, в виде ключа с крыльями и несколькими рубинами. Щеки горели, по залу прошёлся холодный поток ветра. Но никто этого не заметил.

***

– Идём. – улыбнулся Руперт. Ведя за собой Эрнеста. Он лишь не понятливо смотрел на брата, который явно играет в шпионов. Хотя путь по которому они идут обоим хорошо известен. Эрнест после танца с Рейзи ушёл на второй план, общаясь с теми кто с ним заговорит. Таких было немного, а те кто осмеливался к нему подойти быстро уходили видя его безучастность. Он же наблюдал за Кэрол и Рейзи, которые о чем-то шушукались и смеялись, пока Рейзи кружил с Кэрол на руках по залу. Собирая на себе взгляды. Ещё он замечал брата и Зигмунда, которые довольно странно себя вели. Держались за руки, но лица выражали лишь скуку и раздражение. А после отец выловил его и представил Лорду Гардения и его сыну, Феликсу. Белокурый, гулобоглазый и лицом, горячо любимых Кэрол, фарфоровых кукол. Им пришлось переговорить. Прежде чем, смеясь, Руперт перехватил его и повёл к своим покоям. Наконец дойдя, Руперт приказывает закрыть глаза. Стоя посреди комнаты с закрытыми глазами он слышит шипение, шорох и ругань Руперта. Совсем не злой, и смешной. Губы расплылись в улыбке. – Всё, открывай. – сказал Руперт, одновременно кладя ему что-то в руки. Что-то мягкое, теплое и пушистое. Распахнув глаза он смотрел на котёнка на своих руках. Маленький и серенький комочек с янтарными глазками и кисточками на кончиках ушей. Захотелось позорно запищать, на пару с комочков в руках. – Знакомься, это твой новый друг. – проворковал Руперт, пальцами аккуратно поглаживая головку котёнка. – Эта порода Мей-Кун. Достать было трудно, но Я же лучший брат на свете, так что принимай. Руперт улыбался, смотря как его младший брат потеряно смотрит на котёнка и не понимает что делать. Он находился где-то между радостью, умилением и паникой. – Это девочка. Эрнест всё ещё смотрел себе на руки, точнее на комочек и пытался понять что делать. – Как назовёшь? – спросил подлый Руперт. Смотря круглыми глазами то на него, то на малышку он заторможенно, скорее всего даже не понимая, сказал: – Рей.