Искорки

Все чемоданы собраны, все забавные шорты по сумкам раскиданы, а курилки полностью заряжены, но куда-либо ехать совсем перехотелось. Знакомые ощущения. Это была одна из тех ситуаций, когда Антон соглашался на какую-то авантюру и на следующий же день о ней жалел, просыпаясь в своей квартирке. Дома было тепло, одеяло приятно укутывало, за окном красиво шел снег, а новогодние украшения нежно мерцали, готовясь к праздникам. На Бали же нужно было добираться кучу километров, выходя из подъезда в курточке, а в процессе переодеваясь в плавки. Там снова с людьми нужно было контактировать, выпивать за компанию и прятаться по вечерам в номере. И новогоднего настроения нет совсем, когда перед глазами вместо ёлок — украшенные лысые пальмы. И жаловаться не́чего, всё-таки он сам согласился, да и в любом случае — это же отпуск с друзьями! Наконец-то выходные! Но… сомнений почему-то было больше, чем восторга. Как обычно. Поэтому Антон успешно игнорировал собранные сумки, закинув их в и так переполненную гардеробную, и полностью сфокусировался на рилсах в инсте: там морские котики хлопают лапками, новогодние приколы про будущий-прошлогодний хлеб и отстранённость от реальных проблем. Половина видео в ленте отправляется в чат с Арсением, на который Антон косо смотрит, замечая двухдневный долг по просмотрам. Опять этот вечно занятой и не успевает посмотреть на ёжиков с подписью «ты». Мем с орущей козой он, хихикая, отправляет Серёже, встреча с которым уже не за горами, — возможно, самое приятное во всей этой поездке. Однако следующий рилс сменяет улыбку на восторженно открытый рот и залипательный взгляд. Пляж. Красивый такой. Яркий… Вода аккуратно поднималась к песку, оставляя на нём яркие синие искры, что за секунду успевали исчезнуть, как падающие звёздочки. На фоне спокойной музыки можно было услышать тихий шум волн, а в море, незаметно, но очень красиво появлялись светлые полосы, оставленные чьим-то движением. А эти искры… словно были отражением ночного неба, переполненного разными созвездиями. И от одного этого видео на душе появлялось спокойствие, а в реальности бы… …это было ещё прекраснее. Биолюминесцентные пляжи — так их называют из-за своей невероятно яркой особенности волшебно светиться в темноте, погружая в чувство спокойствия. Жаль, что Антона никогда не попадет на подобное чудо, — это явление можно словить только в некоторых уголках мира и только в периоде с апреля на май, который для него является одним из самых загруженных по съёмкам. Этот рилс тоже скидывается в чат к Арсению с подписью «Красивое». Больше Антон и не знает, что про него сказать, да и не нужно, учитывая, что подобные видео уже попадались ему раньше и были обсуждены со всех сторон. Красивое. А что ещё сказать? Что он хочет туда попасть? Он уже и не раз признавался в этом себе, Арсению и всем коллегам в офисе, ведь не такая уж это и тайна. Кто на подобное не хотел бы попасть? Пустой пляж, ночь, море, и искры, что следуют за тобой, пока ты плывешь… Это вам не Бали с переполненными пляжами. Это… особеннее. Утонув в размышлениях, Антон вздрагивает от уведомления и недоуменно смотрит на сообщение: «Прям как ты)», не сразу соображая, к чему оно вообще. А, это Арсений ответил на антоново «красивое». Вот флиртун, снова в краску загнал. Улыбаясь, Антон отлаживает телефон и одевается в офис. В последний раз перед отпуском аж странно от чувства, что он почти месяц не будет видеть этих знакомых стен. Но, если честно, не очень то он будет скучать. *** Дорога домой ощущалась какой-то тяжелёгкой, — новое, специально выдуманное слово для таких ситуаций, — вроде и свободно от начавшегося отпуска, но и непонятно, если думать о Бали. Что-то в этом казалось неправильным, будто чего-то не хватало, что помогло бы Антону окончательно успокоиться. Это чувство преследовало его, пока он поднимался по ступенькам, пока открывал ключом квартиру и заходил внутрь. Вплоть до момента, когда заметил приглушённый свет из ванной, носом учуял приятный аромат, а все сомнительные мысли ушли на второй план. Арсений сегодня пришел пораньше? — Антон, ты? Подожди чуть-чуть, я позову. Куда и зачем Арсений собирался его звать — было всё ещё непонятно, но и задавать вопросы было бы бессмысленным. Антон научен всеми теми ситуациями, когда тот собирался устроить одно из своих внезапных дурачеств, и делал всё, чтобы его не прерывали. И ведь этот чертёнок знал, что подобным только ещё больше подогревает интерес, от того у Антона и появлялось внутри какое-то томное чувство предвкушения. — Всё! Заходи. Снимая верхнюю одежду, Антон, ожидая очередного пошлого вечера, проходит в ванную, но спотыкается на пороге. Свечки, вода и синее сияние. Ярко. Чтобы неуклюже не споткнуться ещё раз, он полностью опирается на проём двери, однако захлопнуть в удивлении открытый рот совсем не получается. Тут было темно, лампочки никто не включал, но мягкий свет от огоньков идеально расставленных свечек отлично справлялся с работой нежного освещения комнаты. — Ты в последнее время так часто говорил за биолюминесцентные пляжи, и я подумал, что ты должен попасть на один такой. Пахло ароматом моря и свежести, а недавно набранная вода невесомо покачивалась. — Я понимаю, что это вообще не то, что тебе хотелось бы увидеть, но всё-таки надеюсь немного поднять настроение. Синие искры. Они не светятся так ярко, как на природном пляже, но они есть и они никуда не исчезают, мерцая в тёплой воде. — И ты завтра уезжаешь, поэтому я хотел бы провести с тобой, хотя бы разок, маленький отпуск. Даже если он будет длиться всего один вечер. Антон поднимает взгляд с ванны на Арсения и вот в этот момент он начинает тонуть. Тот стоит, такой неуверенный, но очень красивый, с невероятно тёплой улыбкой. Волосы по-домашнему запутались, большая футболка помялась, пока он работал над композицией, а пальцы тревожно крутят знакомое кольцо. Этот неидеальный вид кажется таким правильным и настолько завораживающим, что не залипать не получается совсем. В голове у Антона ни единого слова, ни единой мысли, а только лишь чистый восторг. Ноги сами подводят к ванне, руки сами тянуться к яркой воде, а глаза прослеживают медленное движение искр, что приводят к силуэту Арсения. — Спасибо, — говорит Антон и он старается вложить в это единственное пришедшее на ум слово все свои чувства, всю нежность, всю любовь. — Большое спасибо. — Не за что, — отвечает Арсений, улыбаясь. Он, как всегда, всё понимает и всё принимает. Смотреть больше не хочется. Хочется п о ч у в с т в о в а т ь. Антон снимает оставшуюся одежду, небрежно кидая на пол, и заходит в тёплую воду, рукой зацепляя Арсения и аккуратно затягивая за собой. Ванную они выбирали достаточно большую, чтобы такие высокие ребята, как они, могли полностью поместиться, но даже так, вдвоём, они теснятся, прижимаясь друг к другу ближе. Можно было бы подумать, что это минус, но в такой атмосфере интимности и близости — это самый настоящий плюс. В нос прокрадываются терпкие запахи ароматических свеч и всяких дорогих масел, имитирующих морской бриз. Дышать становится легче, будто и правда находишься на открытом пляже и ощущаешь себя… свободным. Однако носом все же хотелось зарываться в мягкие тёмные волосы, что ещё не успели намокнуть от воды. Антон нежно проводит рукой по телу Арсения, прослеживая то, как искры идут за его движением, повторяя все изгибы: искорка коснулась кожи тут, там проплыла рядом, здесь осталась яркой синей точкой. Антон сам не замечает, как начинает путать естественные родинки своего любимого с яркими частичками в воде. Они тоже похожи на отражение звёздного неба, и их тоже хочется рассматривать часами, собирая в созвездия. А Арсений, в свою очередь, проводит по шее Антона, поднимаясь выше и оставляя свою руку на щеке. В другое время он зарылся бы пальцами в мягкие золотистые кудри, но новая прическа не даст этого сделать. Антон сомневался насчёт нее очень сильно, но Арсений, сколько бы не стебал по этому поводу, никогда не станет сомневаться. Он всегда смотрит с восторгом на него всего, даже на блондинистые короткие волосы, и Антон, наверное, никогда не поймёт чему тут стоит восторгаться. Но от ярких, заглядывающих голубых глаз на душе всё равно становилось теплее. А ещё теплее становилось от долгожданных поцелуев. От желания, от поддерживающей руки на затылке, от чувства родных теплых губ на своих. И в такой момент — ты мыслишь красками. У Антона не получается собрать буковки в предложения, пока Арсений ещё ближе прижимается, невесомо притираясь, но у него в голове чувства, эмоции, синий цвет, как его глаза, красный, как желание, розовый, как нежность, зелёный, как спокойствие… Спокойствие… приятное и тягучее… и такое тихое. Спустя время искры исчезают, а огоньки догорают, но двигаться совсем никуда не хочется. Вместо слов они используют перебирание пальчиками, и разве можно от такого уйти? От такого п о н и м а н и я. И в голове рождается наконец-то осознанная мысль — Арсений намного чудеснее этого пляжа. ОН создал эту атмосферу, ЕГО глаза самые яркие, ЕГО родинки похожи на созвездия, ОН приносит в мысли зелёный цвет, ОН заставляет душу трепетать, ЕГО Антон любит. И не биолюминесцентного пляжа будет не хватать на Бали, а ЕГО. Он недостающая яркая искорка, и у Антона появляется очень глупая мысль её поймать, пускай для этого и придется рискнуть. — Не хочешь поехать со мной? — Чего? — Ну, поехать… на Бали… Арсений от удивления поднимается на руках, и Антон уже чувствует нехватку тепла в своих объятьях. — Помнишь же, что мы с Грузией подобное проворачивали? И сейчас могли бы… Ребята прикроют если что, а там же и Серёжа будет… вдруг что — на него всё скинем… Арсений так хлопает глазами, будто не может поверить в услышанное. — Я знаю, что ты не особо любишь эту компанию, но мы могли бы побольше провести свободного времени вместе. И это же отпуск! Когда у нас вообще были совместные отпуска? — Антон, нервничая, тараторит. — Конечно же, я тебя не заставляю! Только если ты хочешь! Но… И тут он останавливается. В ярких синих глазах уже виден ответ.