Вспомнить все

Дань Хэн делает глубокий вдох и закрывает глаза. Нужно сосредоточиться. Он чуть отклоняет корпус назад, тянет руки вперед в аккуратном жесте, наперекрест. Несколько длинных прядей неприятно падает на лицо. Холодный дождь быстро мочит всю одежду Пожирателя Луны насквозь, заставляя ее липнуть к телу и слегка стеснять движения, но освежает. Позволяет чувствовать себя живым. Мужчина делает осторожный шаг в воду, даже не вздрогнув от того, насколько она холодна. Выдох. Поворот, осторожный прогиб, вторая ступня окунается в воду озера Памяти. Дождь, сверкая в ночи под светом временами проглядывающей сквозь тучи Луны, касается легкими каплями его лица, смывая тревогу и напряжение, сдвигает волосы в сторону ласковым движением. Предлагает довериться. Позволяет открыть душу чувству движения. Мужчина прижимает запястья к груди, словно в них нечто хрупкое, ценное, сокровенное. Доверчиво вытягивает их вперед, будто приветствуя мир, разводит в стороны: из ладоней вытекает вспышка, и капли вокруг заряжаются этим светом, принимая чужую тайну. Будто обещая помочь и сберечь ее. Новый вдох дается тяжело, почти судорожно: принимать утерянные воспоминания всегда очень страшно. Неизвестность пугает, ведь не понятно, что ты мог сделать в прошлом, и таинственность этого знания заставляет чувствовать тревогу. Однако пути назад нет: озеро уже приняло традиционный реверанс. Нужно продолжать движение. Шаг, поворот, легкое касание поверхности воды кончиками пальцев – капли послушно следуют за его движением, повторяют, поднимаясь в воздух. Они окружают его, стремятся уподобиться ласковому обнимающему движению, которое делает мужчина, пытаясь успокоить разбушевавшиеся тревожные мысли, тянутся к нему. Дань Хэн совершенно не видит этого, ведь смотреть нельзя, но чувствует – уголки губ расплываются в мягкой полуулыбке. Он медленно протягивает руку вверх, отклоняется назад и делает еще один шаг вперед, заходя немного глубже. Полупучок распускается сам собою, и локоны касаются поверхности воды, маленькими змейками расплываясь по ее поверхности. Отяжелевшие от воды длинные рукава немного сползают, однако видьядхара не обращает на неудобства никакого внимания. Капли постепенно превращаются в тонкий поток, притягивают к себе капли дождя, и первые знакомые образы возникают на обратной стороне век, заставляя вздрогнуть от внезапности. Поток тревожится, будто слегка звенит от недовольства резким движением, и Дань Хэн извиняющимся жестом касается его руками напрямую, словно пытаясь успокоить. Поток оборачивается вокруг его руки, тела, возвышается вверх, словно льнет к приятному прикосновению; и он, не до конца понимая переменчивое поведение, протягивает руку следом, будто боится, что те сбегут. Все новые образы теперь являются перед ним. Знакомый мягкий взгляд, чуть отдающий лиловым, светлые волосы, слегка заметная морщинка между бровей. Эта улыбка кажется ему родной. Выдох. Время замедляет свой ход. Этот человек.. «Инсин?» Предательство, грех, изгнание. Слова жестокого приговора ясно звучат у него в голове, как и в тот день. Все еще прикрытые веки вздрагивают, вспоминая, как именно приговор был произведен в реальность. На мгновение ему кажется, что цепи снова обвисают на его руках вместе с тяжелым грузом вины за содеянное. Вдох. Дождь замедляется, его капли вокруг зависают в воздухе, настороженно подсвечиваясь в свете Луны. Место, где раньше был наруч, жжется. Перед глазами выжигается образ человека из прошлого: его грех, его страх, его любовь. Теперь все становится на свои места, паззл быстро складывается, образуя единую картину – он все помнит. Помнит все ночи, когда они вместе смотрели на свет Луны, изматывающие тренировки, расслабляющие разговоры за выпивкой. Мягкие поцелуи, пока больше никто их не видит, атмосферу, ставшей их маленьким миром на двоих. Счастливые встречи с квинтетом в Чешуйчатом ущелье.. Озорные улыбки и разговоры друзей, выполнение миссий и совместные геройства. ..Выкованные на двоих наручи, позволяющие чувствовать тепло друг друга. Одно из изделий должно было остаться холодным навсегда. Ему стоило бояться своего желания вернуть возлюбленного назад. Ему стоило отпустить его тогда и не быть таким эгоистичным. ..Но все это в прошлом. Теперь они совершенно другие люди. Остались лишь отпечатки прошлого. Любовь в прошлом, ныне – живой кошмар, следующий по пятам, лелеющий мечту порезать его на куски. Судорожный выдох. Вода в воздухе вздрагивает, прежде чем шквалом обрушиться вниз. Ему наконец дозволено открыть глаза. Вода в озере постепенно успокаивается, как и постепенно упорядочиваются воспоминания в голове, позволяя выстроить окончательные цепочки событий. Вставшее поперек горла чувство душит, по щеке, кажется, стекает слеза. Дань Хэн поднимает голову, и замирает. Вдох. На противоположном берегу стоит мужчина. Волосы светлые, как и в видении. Глаза отливают лиловым… Но улыбка – не та, она словно светится желанием убивать. Ухмылка безумца. Он моргает, светлые волосы переливаются в иссиня-черный цвет, иллюзия рассеивается, и кровавый цвет смерти в чужих глазах недобро блестит в лунном свете. Выдохнуть не выходит. Инсин.. нет, Блэйд снова рядом. Кошмар начинается заново?