Только сегодня

Его руки дрожали, когда он стучал в деревянную дверь. Он простоял в подъезде уже несколько минут, не решаясь, но вредная бабка, которая хотела прогнать его, подбодрила. Ему пришлось повторить стук, прежде чем он услышал приближающиеся к двери шаги и звук поворачивающегося замка. Лампа, которая еле светилась, вися на веревочке в коридоре, осветила лицо Марата, и позволила школьнику увидеть, как всегда, спокойное выражение лица Турбо, в глазах которого все-таки можно было увидеть отблеск удивления и интереса. Он стоял, немного сонный и правой рукой опирался на дверной косяк. — Марат? Ты чë припëрся? — от голоса парня по коже Адидаса младшего пробежали мурашки, он мелко задрожал, но продолжал любоваться старшим, который нахмурил брови и ждал хоть какого то внятного ответа. — Дай войти, это личный разговор. — голос был уверенным, в отличие от парня, который хотел уже ворваться в квартиру. Турбо молча отступил, пропуская младшего и захлопнув дверь, проводил Марата в свою комнату. Марат оказался в теплой и уютной комнате с обшарпанными обоями, старым диваном и мутным зеркалом, висящем на стене. Он присел на бордовый диванчик, закинув ногу на ногу и молча уставился в пол, размышляя об этом дне. Старший брат прогнал его из дома, после того как Марат напился и рассказал ему о влюбленности в Турбо. Добрые три часа он шатался на морозе и придумывал план действий. И, как ему кажется сейчас, он выбрал самый худший. Турбо удивленно поднял брови, смотря на мальчика, находившегося в разбитом состоянии. Он присел на диван, положив руку младшему на плечо. — Валер. — Марат повернул голову и влажными, блестящими глазами посмотрел на человека напротив. — Не бей сразу, ладно? Турбо кивнул и терпеливо ждал. — Я люблю тебя и полюбил с первого дня, когда увидел, — он осторожно откидывается головой на спинку дивана, жмуря глаза, ожидая удара. Спустя несколько секунд вся комната наполняется тихим всхлипами, заставляя кудрявого испуганно распахнуть глаза, — Я готов, можешь даже убить меня. — Алë, малой, ты чем накурился? Домой иди, тебя уже брат заждался, наверное — старший смотрел прямо в глаза испуганного Марата, зажавшегося в угол дивана из-за грозного голоса. — Да ничего я не курил, блять! — глаза уже стали красными, а руки мелко дрожали. — И дома меня не ждут. — Уже всë брату рассказал? — в голосе уже нет злости, только состродание. Марат кивнул и уткнулся лицом в чужое плечо. Валера больше не хотел его прогнать, но и чтобы Марат оставался, он не хотел. Мало ли, кому он ещё расскажет, забьют же мелкого. Турбо тяжело вдохнул и положил руку на плечо Адидаса младшего, спустил на спину, поглаживая. — Ч-ш-ш — второй рукой поднял красное от слёз лицо за подбородок. — Ну ты чë так раскис? Раз тебя не ждут сегодня, оставайся, завтра я разберусь. Марат промычал что-то в знак благодарности. Посмотрел в глаза напротив. — Ты будешь со мной? — надежда в голове разбивало сердце всем, кто находился в этой комнате. — Только сегодня. — ответ пронзил насквозь, разбил об рельсы. Крепкие руки Турбо перехватили бока младшего и посадили на свои колени. Марат поëжился, сидя на чужих коленях, положил руки на чужую грудь, не решаясь сделать хоть что то. Ладонь Турбо пришлась по всей спине, вслед за ней по телу Марата пробежали мурашки. Он не мог и подумать, что когда то его возлюбленный будет прижимать его к себе, гладя и целуя в висок. Но вскоре Марата скинули с колен и он упал на диван, чуть не разбив голову об ручку. Он испуганно смотрел по сторонам, пытаясь найти своего сегодняйшего парня. Но Валера появился сверху, нависая над парнем. Своими коленями он раздвинул худощавые ноги, а руками залез под футболку, оглаживая грудь. Марат судорожно вздохнул, поднимая голову, пытаясь попасть в чужие губы. Валера улыбнулся, и скрутив один сосок, наклонился и сам поцеловал. Марат задохнулся в этом поцелуе, он стонал, хватался за сильные плечи, закрыв глаза. Турбо сминал губы младшего, вытащил руки из-под футболки, а после отодвинулся, оставляя младшего отдышаться. — Успокоился? — хриплый шёпот и нежная улыбка. — Да, вроде. — Смотрит в потолок, и прикрывает глаза, уже почти засыпая. — Запысай здесь, постельное щас принесу. — Разворачивается и хочет уже уходить, но его тут же хватает чужая рука. — Останься. — Просит, так нежно и тихо, что нельзя отказаться. — Блять, ладно — Подходит к дивану и ложиться лицом к лицу к парню, напрочь забывая о постельном белье. В последний (?) раз оглаживает чужое лицо, целует в нос и проваливается в сон. Завтра он обязательно разберётся со всем. С Адидасом, пацанами, своей девушкой. Всë завтра.